глава 8.
В глейд потихоньку вставало солнце, но я уже не спала, из-за храпов парней. закрыв уши ладонями, я пыталась хоть как-то уснуть, но выходило достаточно плохо. Психанув я встала с гомака, выходя от туда, вдыхая свежий воздух, которые пробирался в лёгкие. усмехнувшись, я двинулась на вышку, чтобы очистить мозг ветерком, которые пробирался в кожу, оставляя лёгкие муражки.
Потихоньку залезая, я уже чувствовала прохладу, и по скорее залезая, я свесила ноги вниз, смотря на утренний ранний глейд, солнце поднималось, так же как и настроения, по утрам глейд тихий, очень красивый, солнце пускало лучи, которые пытались греть душу, в этом маленьком мире.
Вдали я увидела Бена и Минхо, которые двигались до сталовой, я начала спускаться к ним, весело махая рукам.
- доброе утро!
Пропела радостно я, смотря на них, сонные парни, на что я посмеялась с них, обнимая бена.
Белобрысый улыбнулся и убежал в картохранилище, а я осталась с минхо, лучи светили на его лицо, он жмурился как маленький ребёнок. на что я улыбнулась, и он увидев это тоже, неожиданно для обоих, он прижал меня к себе, утыкаясь лицом в макушку, я замерла.
Я стояла, не двигаясь, ощущая, как его дыхание касается моей макушки, тёплое, немного сбивчивое. Всё вокруг замерло, будто лес, глейд, даже ветер — всё затаило дыхание вместе со мной. Моё сердце билось быстро, громко, как будто могло выдать нас обоих. Минхо не отпускал, наоборот, будто сильнее прижимал, будто боялся, что если разожмёт руки — всё исчезнет, растворится, как сон на рассвете.
— Минхо… — тихо прошептала я, чуть отстранившись, чтобы посмотреть ему в глаза.
Он медленно открыл их. Тепло, солнце, чуть насмешливая искра в тёмных зрачках. Но теперь в них было ещё что-то — мягкость? Открытость? Или то, чего я боялась называть?
— Извини, — сказал он, и голос его был чуть хриплым. — Не знаю, что на меня нашло.
Я ничего не ответила. Вместо слов я подняла руку и чуть коснулась его щеки. Он не отпрянул, не пошутил, как обычно, просто стоял и смотрел. Этот момент казался слишком личным, слишком нереальным — мы были не в ловушке глейда, не среди испытаний, а просто двумя людьми на утреннем солнце.
Сзади раздался чей-то голос — возможно, это был Томас или Ньют, кто-то звал Минхо на работу. Мы оба вздрогнули, как будто вынырнули из сна. Минхо медленно отпустил меня, и я сразу почувствовала, как в груди появилось странное, пустое ощущение.
— Пошли, — мягко сказал он, — а то Бен съест всё, пока мы тут мечтаем.
Я усмехнулась и пошла рядом с ним, чуть касаясь плечом его руки. Мы молчали, но тишина была комфортной, как тёплое одеяло. На пути к столовой мы встретили остальных — шумных, сонных, жующих что-то на ходу. Я поймала на себе взгляд Ньюта — внимательный, как будто он что-то понял. Но он ничего не сказал, только кивнул и протянул мне яблоко.
В течение дня всё шло как обычно: работа, задачи, суета. Но каждый раз, когда я случайно встречалась взглядом с Минхо, у меня внутри что-то трепетало. Он был прежним — уверенным, быстрым, с лёгкой усмешкой, — но что-то изменилось. Или мне это только казалось?
Поздно вечером, когда глейдеры уже начинали расходиться по койкам, я сидела у костра, глядя в огонь. Тёплое потрескивание дров, редкие разговоры на фоне. И вдруг — лёгкие шаги за спиной.
— Можно? — услышала я знакомый голос.
Я кивнула, не оборачиваясь. Он сел рядом, и мы сидели молча. Казалось, снова весь мир исчезает, остаёмся только мы двое и этот огонь.
— Я не хотел тебя напугать утром, — тихо сказал он. — Просто... я давно хотел так сделать. Но думал, что глупо. Или рано. Или ты не хочешь.
Я повернулась к нему. Лицо его освещалось отблесками пламени — серьёзное, сосредоточенное. Никакой насмешки. Только правда.
— А ты не подумал, что я тоже этого хотела? — спросила я.
Он удивлённо приподнял бровь.
— Серьёзно?
Я кивнула и, не давая себе времени на страх, взяла его за руку.
Он сжал её в ответ, и в этот момент мне стало ясно: даже в этом странном, непонятном мире — с глейдом, лабиринтом, страхами и тайнами — у нас есть что-то своё. Что-то настоящее. И за это стоит держаться.
***
На следующее утро я проснулась раньше обычного. Снаружи было ещё прохладно, небо начинало светлеть, а глейд казался почти волшебным — влажная трава, тихие шаги вдалеке, редкие звуки пробуждающейся жизни. Я накинула куртку и вышла наружу, надеясь немного побыть одна, чтобы разобраться в себе. Но стоило мне ступить за порог, как я заметила знакомую фигуру у самой кромки леса.
Минхо.
Он стоял, прислонившись к дереву, глядя куда-то вдаль. В руке — кусок хлеба, который он лениво жевал, будто в глубокой задумчивости. Я подошла бесшумно, но он всё равно услышал.
— Ты как призрак, — сказал он, не оборачиваясь. — Или я слишком хорошо тебя чувствую.
— Слишком хорошо, да? — улыбнулась я, вставая рядом.
Он посмотрел на меня — в его взгляде была и тёплая близость, и тень беспокойства.
— Сегодня открывается западная сторона лабиринта, — тихо сказал он. — Я пойду туда с Томасом. Хочу проверить кое-что. Странное движение стен. Слишком частое. Это… не похоже на обычное поведение.
Я почувствовала, как во мне сжалось всё. Каждое упоминание о лабиринте заставляло сердце замирать. Я старалась быть сильной, но каждый раз, когда кто-то уходил в эти стены, часть меня уходила с ним — в страхе, тревоге, надежде.
— Вернись, — сказала я просто.
— Всегда, — так же тихо ответил он.
Он протянул руку, заправил мне за ухо прядь волос, и я позволила себе прикрыть глаза, запоминая это утро, его голос, его прикосновение.
Через час он уже стоял у выхода, экипированный, сосредоточенный. Томас тоже был рядом, готовый, как всегда, лезть туда, где опасность и истина идут рука об руку.
Я не попрощалась вслух. Только кивнула и сжала кулак, когда ворота закрылись за ними.
---
День тянулся мучительно медленно. Я пыталась отвлечься — помогала на кухне, таскала ящики, даже подралась с Галли на тренировке, потому что он сказал что-то ехидное про бегунов. Но всё это не помогало — внутри всё гудело.
К вечеру я сидела на крыше одного из блоков, как и в то утро, болтая ногами в воздухе, смотря на небо, в котором уже начали загораться звёзды. Хлопнула дверь — кто-то поднялся.
Это был Бен. Он сел рядом, молча.
— Думаешь, они вернутся? — тихо спросила я.
— Минхо — упрямый сукин сын. А Томас... ну, он везучий. Они придут. Ты только верь, — Бен говорил с уверенностью, но его голос выдавал беспокойство.
Прошёл ещё час. Потом два. Солнце почти скрылось за стенами.
И вот — звук. Резкий. Металлический. Скрип ворот.
Я сорвалась вниз, перепрыгивая через ступени, почти не дыша.
Минхо вбежал первым — запыхавшийся, но живой. Глаза горели. За ним — Томас. Весь в грязи, с порванной рубашкой, но улыбающийся.
— Мы нашли выход, — сказал он, тяжело дыша.
Мгновение — и всё в глейде изменилось. Люди замерли. Ветер стих. Сердце застучало громче. Мысли сорвались с цепи.
Я бросилась к Минхо, не думая, обняла его так сильно, что он рассмеялся.
— Эй, я же сказал — всегда возвращаюсь, — прошептал он мне на ухо.
Но теперь... теперь всё было по-другому. Выход из лабиринта — не просто дверь. Это начало. Или конец. И где-то глубоко внутри я чувствовала: впереди нечто страшное, и красивое, и большое. А главное — неизбежное.
_______________________
Я решила поменять, сюжет
фанфика.
продолжение не было долго, даже очень, извиняюсь.