Снова Ты [3]

неделю спустя

– Микки, хватит уже плакаться, будто ты самый голодный в мире кот. Сейчас я тебя покормлю.

Этот пушистый нахал сначала разбудил меня, прыгнув на кровать и царапая лицо, только чтобы я погладила его пузо. А теперь у него резко проснулся аппетит. Родители уехали в командировку еще в понедельник и должны вернуться только во вторник следующей недели, поэтому всё это время кот на мне. Раз уж я встала, то и себя накормить надо, но чем? У нас есть парочка яблок. Значит, будем делать яблочный пирог. Но сначала стоит сходить в душ и переодеться.

До отъезда родителей прошла встреча с Кайлом, причем прошла, как нельзя лучше. Папа задавал много вопрос, за некоторые из которых мне было стыдно, но Кайл вел себя спокойно и отвечал четко и ясно. Мама и папа с горем пополам разрешили мне уехать с ним, чему я была очень рада. Но по иронии судьбы мы поссорились на следующий же день. Я сказала, что это ужасно и мне надоели эти вечные перепалки из-за ничего. Он предложил расстаться, а я согласилась. К чему только было это знакомство? И правильно ли я сделала, что согласилась? Ведь чувства между нами были, пусть и не самые сильные. Родители и ребята до сих пор не в курсе. Одни в командировке, и это не телефонный разговор, а со вторыми мы не встречались нигде кроме школы, а там не до отношений. А на выходных мы почти не видимся сейчас, потому что все усердно готовимся к контрольным, и у парней там тоже свои запары в университете.

Я взяла вниз ноутбук, чтобы смотреть что-нибудь и готовить. Я уже нарезала яблоки, замесила тесто осталось это только в духовку поставить. Как только я поставила таймер для готовки, позвонили в дверь. Поставив фильм на паузу, я поплелась открывать. И кого принесло в такой ливень? За дверью стоял для меня самый неожиданный человек. Причем промок еще до нитки, и букет цветов вместе с огромной коробкой с лентой, не стали тут исключением. Его я ожидала меньше всех увидеть, но я была рада. И быстро опомнилась. Ведь парень до сих пор стоял под дождем.

– Алекс, ты что с ума сошел!? – я затащила его в дом. – Чего по такому ливню ходишь? Ты же можешь заболеть. Снимай быстро мокрые вещи, я дам тебе сухие.

Он молча протянул мне цветы и подарок. Дальше начал выполнять мое приказание.

– А как мне джинсы снимать?

– А дома ты как раздеваешься? – усмехнулась я. – Или с наших отношений в твоих штанах поменялось что-то?

Брюнет нахмурился, но сразу снял штаны.

– Я не мог тебя не поздравить, поэтому пришел. – он кивнул на коробку.

– Спасибо! – я покраснела. – Проходи, я сейчас принесу тебе папины домашние штаны, а мокрую одежду повешу на сушилку.

Я сбегала в комнату родителей и нашла какие-то спортивные штаны, которые папа носил давно в молодости, а сейчас они ему малы. Алекс сидел на диване и осматривался, как будто первый раз пришел. Он сразу же надел спортивки, когда я их отдала.

– Я только поставила пирог в духовку. Хочешь потом попробовать?

– Несомненно! – Алекс ухмыльнулся и опять стал задумчивым, как и тогда, когда только пришел. – Я вообще-то не только по поводу подарков зашел.

Я присела рядом на диван.

– Может, это будет странно звучать, – продолжил парень. – Но я не хочу, чтобы ты уезжала. Предвещая твой вопрос, скажу, что мне рассказали ребята. – он смотрел мне прямо в глаза.

В них читалась грусть и обида. Почему же он не хочет? Между нами нет ничего уже очень давно, мы кроме того, что злиться и обзываться друг на друга ничего не умеем больше. Я почувствовала снова эти прикосновения. Тыльной стороной руки он гладил меня щеке, а я просто сидела молча. Его теплые руки кажутся таким родными, я не могу отпрянуть от них. Движения были уверенными, аккуратными. Алекс нагло приближался ко мне всё ближе. Наши лица уже были в нескольких сантиметрах друг от друга. Мы уже давно не были так близки. Его взгляд был таким томным, чарующим, ласковым и в тоже время рассеянным, беглым, чего-то жаждущим. Я не знала, как мне реагировать. Но мы будто снова слились в единое целое, как раньше. Губы до боли знакомые. В моей груди бушевали волнение, смущение и сладкое удовольствие. Напряжение между нами вырастало, хотя это поцелуй не был страстный, намекающим на большее, наоборот, он был нежным, осторожным и трепетным. Желание во мне горело, а возбуждение нарастало. Несмотря на долгие отношения с парнем в прошлом, мы не заходили дальше поцелуев. Я была к этому не готова. И этого же я боялась в отношениях с Кайлом. Но сейчас... Я аккуратно села к нему на колени, снимая футболку.

– Уверена? – спросил Алекс, обеспокоенно глядев на меня.

– Более чем! – я продолжила наш поцелуй.

Подхватив меня на руки, он направился к моей комнате, после чего за нами закрылась дверь.

***

Я захлопнула дверь и скатилась вниз. Я выгнала его. После всего что сейчас было, я просто выгнала его. Я испугалась своих чувств, испугалась своей ошибки, а виноватым сделала его. Нет-нет, только не слезы. Я закрыла свою ранимость, робость внутри. И они не должны теперь вылезать наружу. Мои ноги подкашиваются, а низ живота взвывает. Я собрала все силы и дошла до кухни, чтобы выпить таблетку. После поднялась к себе и упала на кровать. Какая же я жалкая! Сама натворила дел, а теперь жалею себя. Не нужно было отвечать на этот поцелуй и ничего другого тоже делать не стоило. Я чувствую себя последней шлюхой, несмотря на то, что с Кайлом мы расстались почти неделю назад. И о чем же думал Алекс, когда соглашался на всё, когда приходил, а когда целовал меня? Как мне теперь себя вести с друзьями, если и он там будет? Причем выгнала его в тот же ливень, от которого хотела спасти. Я противная, жалкая, отвратительная! Меня будто на куски разбросало. Всё, что так тщательно таилось внутри, вырвалось наружу. Я прижимала колени к груди и не знаю, сколько прошло времени, но встала я, только уже когда почувствовала запах горелого. Пирог! Собрав все свои силы, я, пытаясь побороть боль, побежала вниз, чтобы выключить духовку. Пирог, конечно же, я выкинула и, чтобы запах выветрился, приоткрыла окно.

За этот день я ни куска не взяла в рот, аппетит пропал. Я только плакала и взвывала от боли, как от физической, так и от всей моральной. При разговоре с родителями, я пыталась сделать спокойный голос, они вроде поверили. Покормив Микки, я выпила еще обезболивающего и успокоительного на ночь, после чего легла спать. Завтра важный день, последняя контрольная, а дальше неважно.

***

– Ты уверена, что всё в норме? Ты выглядишь неважно. – забеспокоилась шатенка.

– Просто не выспалась.

– У тебя лицо опухшее. – подметила Ванесса.

– Ну спасибо! – усмехнулась я.

Николь толкнула брюнетку в плечо.

– А что? – возмутилась та.

Прозвенел школьный звонок. Нам раздали работы и разрешили приступать. Голова шла кругом, я так ничего и не ела со вчерашнего дня, да и живот до сих пор ноет, хоть и меньше. Я усердно готовилась к испанскому, поэтому знала почти все ответы. Это был последний урок, так что после сдачи работы все направились по домам.

– Поехали отметим? – предложила Ванесса.

– Я за, – шатенка обратилась ко мне. – А ты?

– Может лучше без меня?

Мы уже вышли из здания и направлялись к стоянке, где, скорее всего, нас ждал Мэтт, который всегда заезжал за Ванессой.

– Нет, и еще раз нет. – запротестовали подруги. – Ты едешь с нами, мы могли тебя даже не спрашивать. Тем более мальчики уже за нами приехали.

– Мальчики? – только не это.

Я шла, опустив голову, но сразу подняла взгляд, когда услышала этот голос. Мы снова встретились взглядами. Мне до сих пор было стыдно за то, что я сделала. На нем лица не было, как и на мне, скорее всего. Я думаю, мы оба жалеем о случившимся.

– Вы оба сегодня какие-то странные. У вас что-то случилось? – спросил блондин.

– Да, не припираетесь, не спорите, вы что снова вместе?

Повисло молчание, между мной и Алексом был только немой взгляд, но когда до нас дошел смысл слов, мы вместе закричали:

– Нет!

– Ладно-ладно, – брюнетка хитро улыбнулась. –Тогда все в машину.

Как на зло, мне досталось место именно рядом с Алексом. Благо я сидела у окна и знала, куда деть свой взгляд. Из-за того, что нас было четверо сзади, мы сидели впритык. И я снова чувствовала его тепло. Особенно, когда руки случайно соприкоснулись. У нас был баланс. Мои – вечно холодные, а его – вечно теплые.