Волшебный шкаф

– Ой, как же ты постарела! – закричала Аделька. – Сколько же лет меня держала эта старуха?

– А как ты к ней попала? – спросила Лавли.

– Да вот на этой же развалюхе, – Аделька постучала по шкафу. – Еще тогда на выпускном, помнишь. Я ведь так и знала, что ты захочешь покататься на шкафу. Я тебя сразу раскусила с твоей романтической чушью. Ты вот и теперь в детстве болтала о принцах на белых конях. Ну, так вот. Я ведь сиротка. Временно перешла в ваш параллельный класс. Мы целую ночь почти катались. Охренели просто, когда поняли, что шкаф-то путешествует в другие миры. Ах да, точно. Помнишь пацана, который шкафом-то руководил?

– Валерка? – сказала Лавли.

– Нет, это оказывается, был не он. Оказывается, там была такая история. Это был парень из другого мира. Он подговорил всех покататься на волшебном шкафу. Потому что сам был чумачечий по жизни! Но вот, черт! Я опять отвлеклась. А потом, как знаешь, шкаф сломался, его на моих глазах сожгли. Починить уже нельзя было. А через несколько дней я просыпаюсь. Смотрю: а в моей комнате он стоит. Ну, я естественно, села в него и полетела скорее от этих приемных родителей. Они меня бесили ужасно. И вот от одних к другим. Так бы была уже взрослой... А чего ты такая грустная?

Лавли рассказала ей свою историю, как умерла ее малютка, и как теперь она ищет способ ее вернуть.

– Ну, ты, конечно, сумасшедшая мамаша! – закричала Аделька. – Одобряю. Надеюсь, сумасшедшая мамаша не сдаст меня в детдом?

– Нет, – ответила Лавли. – Можешь пока пожить у меня.

– Вот и заметано! – закричала Аделька и опять стукнула Лавли по плечу. – Только шмотки мне купи. Посмотри на мои. – Аделька была в штанах и рубашке. – Эти вышли из моды уже лет десять назад. Столько же прошло и времени, да?

– Больше, больше...

Они, наконец, прилетели в большой и уютный дом Лавелины. Она была по-настоящему рада этому. У Адельки было столько энергии. Она тут же выскочила из шкафа и стала осматривать комнату.

– А твой домик ничего внешне. Кто у тебя богатый в семье? Родители? Или, может, муж?

– Никого, – ответила Лавли. – Я разведена.

– Значит, отхапала половину наследства. Одобряю.

Внезапно в комнату зашел Женька. Было часов десять утра. И он был на ногах! В своей вчерашней одежде, каких-то тапках и весь замотанный – перемотанный разными проводами.

– Вы чего здесь орете? – сказал он сонным и явно недовольным голосом, потирая слипшиеся глаза. Да, видимо, Аделька его разбудила. – Это кто?

– Это кто? – почти одновременно с ним произнесла Аделька.

– Это мой брат, Женька. А это... – Лавли не успела закончить. Аделька уже протягивала руку Женьке.

– Аделька я. Здорово, – она пожала ему руку, потом вдруг увидела провода. – Это что – наушники такие? Ничего себе! Вот что, значит, десять лет меня не было!

– Где тебя не было десять лет? – сказал Женька довольно грубым голосом. Еще бы. Разбудить его, Женьку, в десять утра на каникулах. Девушкам еще повезло, а то ведь мог и скандал устроить, а потом целый день ругался бы и жаловался. Но он не стал этого делать. Видимо, были причины.

– Прикидываешь, я ровесница твоей сестры. Просто была в другом мире и не взрослела. А теперь показывай мне все свои наушники, игрухи, чтобы я знала, чем занимаются подростки этого времени.

– Хорошо, – неуверенно сказал Женька. На такой напор ему нечего было возразить.

Женька и Аделька тут же убежали в его комнату. Прибежал и Ханс, забрал Пуффи. Лавли осталась одна.

– А я пойду, приготовлю завтрак, – сказала она – стенам, что ли.

И пошла вниз. Она слышала, как Аделька бегает и кричит наверху, то есть говорит, да у нее такой тембр голоса, что похоже, как будто она все время кричит. Лавелина слышала, как ей что-то отвечает Женька намного тише. А еще она слышала, как Пуффи и Ханс играют в мячик. А она здесь одна готовит яичницу. Почему-то даже с приходом Адельки ее жизнь не изменилась. Теперь дом не был пустым, в нем жило столько людей и еще кот, но это ничего не меняло для Лавли. Она все равно была одинока. Она почувствовала себя вновь невидимкой, никому не нужной. Но, как она потом поняла, если в твоем доме поселяется Аделька, то на грусть времени уже не находится, потому что Аделька может быть три секунды назад наверху, а через две уже рядом с Лавли, а через пять уже гуляет в саду. Такой был у нее характер – она не могла усидеть на месте.

– Лавли, – она спустилась с лестницы, подбежала к ней и ухватила за руку. – Я уже выбрала комнату. Но у меня там нет вещей. Ты мне должна сказать, где бельевой шкаф, и одолжи пару одежек.

– У меня подгорит яичница! – воскликнула Лавелина.

Аделька быстро выключила ее и вывалила на тарелку.

– Недожаренная лучше пережаренной, да? – сказала она и потащила Лавли наверх, как до этого она тащила Пуффи. – Вот! – она открыла дверь в комнату. – Ну что, какую одежку вы, госпожа хозяйка дома, мне можете предложить?!

Лавли открыла шкаф и села на свою кровать – выбирай, мол, любую. У Адельки просто загорелись глаза. Она стала вытаскивать одежки, примерять их одну за другой. Размер у них оказался почти одинаковым, только у Лавли чуть больше. Аделька в конечном итоге набрала себе кучу одежки, среди которой были, в основном, шорты, футболки, штаны и, кажется, всего две юбки. К платьям она почти не притронулась. И переоделась в спортивный красный костюм, завязав из своих коротких волос хвостик.

– Откуда столько шмоток? Ты же сказала, что половину продала! – спросила Аделька.

Завтрак. Все сидели за столом и ели недожаренную яичницу. На самом деле нравилась такая яичница только Адельке и Пуффи. Ханс посмотрел на нее так, будто бы ему предложили не яичницу, а улиток под лягушачьим соусом. Все это время Аделька без умолку болтала, умудряясь отправлять порции Женьки и Ханса в один рот – свой! При этом она сидела на стуле, задрав коленку и сгорбившись.

– А вот Женька мне сказал, что ты недавно купила этот дом. И что ты уволилась с работы и на новую, кажется, не собираешься устраиваться. Ты чем за дом платишь-то?

Лавли вышла из транса.

– Я почти все продала, – ответила она. – И квартиру, и гараж, и машину, и лавку. Мне денег хватит.

Женька усмехнулся с какой-то злостью.

– Машину-то зачем! – закричала Аделька. – Я понимаю, глупую лавку, квартиру, но машину. Ты – дурья башка, зачем продавать машину? Где ты собираешься работать здесь, в деревне?

Лавли только моргнула.

– А деньги кто тебе доставать будет? Волшебник на голубом вертолете? Перевелись уже в наших местах волшебники. Чтоб сегодня начала работу подыскивать!

Лавли еще более удивленно поглядела на Адельку. И это ей говорит пятнадцатилетняя девчонка. Тут в дверь позвонили. Аделька сорвалась к двери, открыла.

– Вам кого? – спросила она.

– Лавелину, – влюбленным голосом произнес Валентин. В руках у него был букет цветов, шампанское, голова у него была перевязана.

– Лавли, – закричала Аделька. – К тебе хахаль!

Лавли тут же подбежала к двери. Аделька лишь на несколько шагов отошла назад. Ей было интересно подслушать.

– О, радость очей моих! – с порога проговорил Валентин. Он встал на колено и протянул цветы с шампанским Лавли.

– Валентин... – проговорила Лавли. – Хватит ломать комедию. Вы не влюблены в меня. Вы ушиблись головой, когда падали с моего окна, потому что хотели посмотреть на магический артефакт.

– Нет, я влюблен в тебя, о Лавелина. Не прогоняй меня! – сказал Валентин и взглянул на нее щенячьими глазами.

Тут ему прямо на голову свалилась недожаренная яичница. Лавли взглянула вверх. Но увидела только тарелку и чью-то руку, исчезающую за оконной рамой.

– Я посрамлен перед моей любовью! – закричал Валентин и тут же убежал, как ненормальный.

Лавли вернулась за стол. Сверху спустились Ханс и Женька. Ханс смеялся, а Женька только слегка ухмылялся.

– Ну, и зачем вы это сделали! – закричала Аделька на них. – Здесь даже телевизора нет, чью личную жизнь мне здесь обсуждать? Придется вашу.

Ханс и Женька переглянулись.

– Лавли, – обратилась Аделька к ней. – Пошли сегодня по магазинам. Мне нужно купить еще вещи для моей комнаты. Нужны новые подушечки, а еще наушники, телефон и еще одежду. Твоей будет мало. И в холодильнике у тебя пустовато. Не волнуйся, деньги дадут вот за это, – и Аделька вытащила золотую корону. – Я все-таки стащила с того пиратского корабля, – ухмыльнулась она.

И так целый день все делалось по указке этой девчонки. Вероятно, поэтому Лавли в ту ночь почти сразу уснула, как убитая. Но часа в два она все же проснулась. У нее просто вошло в привычку не спать в это время суток. Она пошла на кухню попить чаю. Лавли поставила чайник, заварила чай без сахара, сидела молча в темноте и думала о смысле жизни. То есть она, конечно, не думала о таких вещах, просто это выражение «думать о смысле жизни» так и напрашивалось. По-настоящему, она просто задумалась. Но вот Лавли услышала, что кто-то медленно, как зомби, спускается с лестницы. На ногах у него были спортивные штаны, какая-та желтая жилетка с капюшоном (Лавли эти цвета были видны в лунном свете, который не светил на голову зомби), вся голова была перемотана какими-то проводами. Зомби подошел к холодильнику, открыл его, от этого Лавли так четко стало видно его. Она вдруг заметила у него на левой руке, прямо над локтем, нечто. Это была родинка, и эта была родинка в виде сердца. На левой руке! Она даже встала, с изумлением уставившись на эту руку. Это ведь был Женька...

– Чего уставилась? – резко сказал он сестре.

– Ничего, – ответила она и присела назад.

Женька тоже взглянул на родинку.

– Ты родинок не видела, сестрица? Если что, я с ней родился. И она у меня всю жизнь была. Наверное, поэтому их и называют родинками. Ты не думала?

– Она в виде сердца, – робко произнесла Лавли.

– Это мозг у тебя в виде сердца, – ответил он.

Тут к ним прибежала Аделька. Она разбудила весь дом, звала всех куда-то.

– Вставайте, вставайте! – закричала она. – Слышите, шкаф вернулся. Он хотел улететь. Но как же без вас всех? Я его привязала.

Все нехотя подошли в дальнюю комнату. Действительно, Аделька привязала его. Даже жалко стало бедный шкаф.

– Ну что, полетели? – скомандовала она.

– Ура! Путешествие! – завопил Ханс и прыгнул в шкаф. За ним «поплыл» в шкаф Пуффи. Лавли осторожно ухватилась за вешалку.

– А ты что стоишь? – спросила Аделька, глядя на Женьку. Все взглянули на него, потом на Адельку, потом снова на него и на Адельку.

– Я что, идиот – лететь на шкафу? – вскричал он. Женька был уже не сонный, он еще в то время почти никогда не спал и не собирался. Поэтому сил у него было хоть отбавляй. – Ты в прошлый раз улетела на этом шкафу и не была дома десять лет! Какой-то сумасшедший чуть не убил Лавли. А этого котика чуть не отравили! По-твоему, я камикадзе? Не собираюсь я лететь неизвестно куда, неизвестно зачем!

– Ты что, идиот? – закричала Аделька. – Да кому удается побывать в другом мире? Единицам. Большинство населения даже ни разу не были за пределами своего города. Города! Им денег не хватает и времени. А здесь тебе предлагается бесплатная поездка в другой, параллельный, чертов мир! Плюс к этому можно месяцами пропадать в тех мирах, а здесь пройдет всего полдня. Ты сам мне говорил. И Пуффи говорил. Не знаю, почему со мной было по-другому.

– Бесплатная поездка. Хорошее турагентство! За травмы и чудные превращения ответственности не несем, – бормотал Женька.

– А я даже рада, что меня столько лет не было здесь, – сказала Аделька. – Представляешь, я бы сейчас была уже мертва. Меня же ни одни приемные родители больше полгода терпеть не могли. И я бы повзрослела, спилась, стала бы бомжихой и сдохла бы. И с тобой бы не познакомилась, с Пуффи, Хансом. Так что не стоит вообще беспокоиться. Шкаф знает толк в своем деле. Идем! – на этот раз она уже не стала церемониться и просто затащила Женьку в шкаф, он даже пискнуть не успел.