I. Все сама
— Маратик!
— А-а-а! Вова! Вован вернулся!, — младший побежал обнимать брата, а за ним подтянулись и остальные. Маратик долго ждал его, все таки он его самый близкий человек и вот, наконец, вернулся с войны. На младшего нахлынули разные чувства, но конечно самым ярким была радость.
— Здорова, пацаны, — обняв младшего братика Суворов старший отстранился и подавая руки всем присутствующим.
— А я думал, что ты только на следующей,— запрыгнул на бортик катка Марат, немного озорно улыбаясь смотря на брата.
— А ты пришился все-таки, смотрю, — ответил старший, параллельно все еще пожимая руки, — а чего не пишешь нихрена?
— Я думал, у вас читают, — шмыгнул мелкий немного грустно.
— Кому ты нужен кроме меня, Маратик?, — оглядев своих пацанов он продолжил, — остальные то где? Турбо, Зима там.
— В зале сидят, — опередил в ответе всех Ералаш.
— Ну, значит мы туда. Пойдём ка, — он махнул головой и некоторые пацаны пошли с ним в качалку.
***
— Адидас!, — подорвавшись с места, подскочил Валера к нему. Хороший друг наконец-то вернулся, чего Туркин ждал с нетерпением.
— Здорова, здорова!, — смеялся Вова с реакции Турбо, приобнимая его.
— Вова, здаров!, — появился Вахит из-за двери, за которой только что покуривал дешевые сигареты. Из дальней комнаты показался Кащей.
— С возвращением, — протягивая руку и приобнимая за затылок проговорил он, — нифига ты поздоровел на казненных харчах, — выдыхая дым сигарет восторгся тот.
— Да и у вас тут многое поменялось за 2 года, — оглядел все вновь Суворов.
— Спорить не стану. Что есть, то есть, — согласно покачал головой самый старший.
— А Лиса где? В школе до сих пор что ли?, — Адидас оглядел всех присутствующих в помещении и не нашел взглядом подругу, — чего примолкли? Турбо? Где девчонку потерял, а?, — Суворов стал подходить к парню.
Лиса была для него чем-то иным, девушкой которая ему стала как родная сестра. Если кто обидит, то пусть пеняет на себя, ведь Владимир долго разбирается не станет и его мощный кулак полетит в сторону морды обидчика.
— Вов, тут такое дело.. Это все так сложно, да и она тоже сложная.., — Туркин мямлил что-то максимально несуразное, поэтому тот сразу понял, что что-то не так. Сейчас его охватывала только злость на друга, который натворил делов в его отсутствие.
— Ты можешь нормально объяснить? Обидел ее? Так сейчас быстренько поправим, — кулаки мужчины зачесались, он почувствовал мурашки по спине и рукам, которые прошли дальше по остальному телу.
Старший Адидас очень заботился о Лисе, он и дал ей такое прозвище, а по паспорту она Елизавета Котова, сирота, на которой маленькая пятилетняя сестренка Сонька. Шебутная девчонка, которая не знает что такое опаопасность. Ее бесстрашие не делало ее смелее, а скорее глупее, потому что оно часто могло приводить ее к неприятностям, расхлёбывать которые приходилось универсаму.
— Да разбежались они короче, — быстро ответил за друга Зима.
Вахит тоже не был в восторге от всего происходящего между лучшим другом и его ненаглядной. Она жизнерадостная и весёлая девушка, что встречалась с самым угрюмым человеком на этой планете. И что вы думаете? Рядом с ней его лицо приобретает милую улыбку, несравнимую с тем, что обычно видели пацаны, когда девочки не было в этой ОПГ.
— То есть как? Прям взяли и разбежались? Встречались, встречались полтора года и вот так вдруг - бац. Чего натворил?, — затем в Туркина прилетел подзатыльник. Это еще было мягко, по сравнению с тем, что вообразил в своей голове Владимир.
— Да кончай причитать! Она тоже хороша, знаешь ли, — она зажмурился на долю секунды, Туркину же тоже было не в кайф такое состояние в его жизни. Наконец обретённое счастье вдруг покинуло его в один миг.
— Раз не хочешь сейчас колоться, значит потом поговорим. Пойдёмте покурим, заодно расскажете как жизнь, — махнув рукой, некоторые из парней пошли за ним.
На улицу вышли четверо: Вова, Вахит, Турбо и Маратка.
— И вот он значит подходит и говорит.., — Валера сильно жестикулировал в разговоре с сигаретой между указательным и средним пальцем, от чего пепел от никотиновой трубки летел во все стороны. Турбо не успел закончить рассказ как Зималетдинов заметил Лизу с Соней, которые возвращались с детского сада, откуда забрали только что младшую.
— Вовчик, вот идет Лизка, — он указал на девушку восемнадцати лет.
— Опа, — Адидас в ту же секунду выбросил бычок, чтобы не заставлять дышать убийственным воздухом девочку, которой это совсем не надо.
Обернувшись с сигаретой Валера тоже увидел ее, на душе появилось ощущение, что кошки скребутся, не жалея коготков. Не успев даже сделать тяжёлый вздох в голове появилась картина их расставания и того какие у неё красивые глаза. Они казались стеклянными, когда та смотрела на него и сдерживала истерику со слезами боли, полученных от парня.
— Лизунь, куда путь держишь?, — подбегая все ближе спросил давний друг. Она обернулась и закрыла рот руками, в глазах появилось пару искринок радости. Он вернулся целый и невредимый с такого ужасного места как война.
— Вова!, — закричала на всю улицу Котова и обняла его. Тот в свою очередь раскрыл руки и подхватил подружку, — я так соскучилась! Думала, что скоро буду забывать как ты выглядишь, — девушка настолько обрадовалась появлению мужчины, что оставила младшую стоять на тропинке к дому. Та не сразу узнала Вову, ведь была еще намного меньше, чем сейчас, а детская память не могла сгенерировать образ человека, которого она помнила уже только на словах сестры.
— Я тоже очень заскучал без тебя и Соньки. Как вы? Все там же живёте?, — разглядывал он подругу, которая выросла и стала настоящей женщиной, а не той мелкой девчушкой, которую он встретил с друзьями когда-то очень давно.
— А куда нам деться? Мои пироженки не приносят такого дохода чтобы переехать оттуда.., — Лиза пекла, и достаточно неплохо, ее тортики нравились заказчикам, но к сожалению, это не настолько востребованная вещь в Советском союзе, чтобы их так охотно разбирали, — а так хорошо у нас все, как и прежде.
— Адидас приехал!!, — захлопала в ладоши маленькая проказница, которая наконец выстроила в голове образ Адидаса. И через долю секунды она уже была на руках у любимого дядьки.
— Привет, малая. Как поживаешь? Сестра не сильно нудит?, — со смешком спросил он, подбрасывая мелкую, от чего она звонко смеётся и хохочет.
— Не-а, она добрая и хорошая, — повернула голову Софа на Лизоньку.
— Еще бы ты по-другому ответила, козявка, — потрепав по голове ребенка, она была рада, что та узнала Вовку, даже спустя два года.
Друзья рассмеялись. Лиса вновь посмотрела на друга и обняла его. Она была рада его видеть чуть ли не больше, чем кто-либо. Только познакомившись Суворов заметил, что она особенная, не такая как ее ровесницы. Это и было понятно, учитывая, что родители рано оставили девочку в четырнадцать лет смотреть за совсем еще маленькой Софой.
— Зайдёшь к нам сегодня? Чаем напою. И остальных можешь прихватить, все равно приходят ко мне чуть ли не каждый день, — хихикнула она, посматривая на парней стоявших позади и о чем-то перемолвившихся.
— Ну ничего себе наглость. Я не откажусь от приглашения, а они чего у тебя забыли?, — выгнул бровь в непонимании старший.
— Да Вахит, Марат, Андрей и Миша частенько собираются там, обсудить свое что-то, ну и чаю попить на халяву, конечно же, да и мне не так скучно сидеть с Соней одним, — все так же улыбалась та, — ну, и он тоже заходит.., — девушка прыснула секундой свой взгляд на кудрявого парня курящего неподалёку, который прожигал взглядом бывшую девушку.
— Чего у вас с ним произошло? Он не колется, говорит сложно все, — чуть шмыгнул мужчина красным от холода носом, пытаясь выведать причину ссоры. Ему не хотелось верить в то, что они больше не встречаются, да и никто не хотел, даже они сами, если уж совсем откровенно.
— Так и есть, не бери в голову, сегодня такой день, не хочу думать о плохом. Жду вас в семь, — она кинула короткую улыбку и взяла Соню за руку, ведя домой.
— Хорошо, — обнявшись напоследок они разошлись. Адидас вернулся к пацанам и заметил провожающий взгляд Турбо.
— Чего, не остыл еще?, — друг легонько пихнул Туркина в бок, не сдерживая ухмылки, которая в каком-то смысле пыталась скрыть грусть от ситуации парня и девушки.
— Было бы к кому остывать. Мы больше не вместе, все!, — отрезал тот, последний раз глянув на нее. Чувство любви странное и непознанное для человека, а для Валеры уж тем более. Этот человек не испытывал любви ни к кому и тут на него свалилась та, которая начала трепать эту эмоцию по голове, не давая все так же мирно спать.
— Как знаешь, она пригласила меня, ну и вас, на чай сегодня в семь. Скажете Ералашу и Пальто. А ты Маратик со мной домой, родакам показаться надо.
***
— Сонька, хватит капризничать, кушай давай, а то Вове скажу, что не слушаешься и он не придёт сегодня, поняла?, — угрожала сестра младшей, пока та не хотела доедать свой ужин. Соня была очень капризной в плане пищи, и накормить ее было одной из самых сложных задач в воспитании девочки.
— Ну не-ет!! Я уже вот, почти доела, — прыгала на стуле маленькая и все же сдалась, брав в левую руку ложку.
— Вот и умница, — погладив по бархатной щечке сестру Лиза забрала грязную тарелку от супа и пошла на кухню печь партию кексов с изюмом.
Она часто готовила выпечку и продавала ее, чтобы хоть как-то прокормить себя и сестру. Да, были пособия, но только ей хотелось дать Соньке хорошее детство, а не как у нее, чтобы он могла ни в чем себе не отказывать, насколько это было возможно. Между тем Лизавета откладывала деньги на учёбу Софы в Ленинграде.
Раздался звонок в дверь, Софка побежала к двери раньше старшей сестры, пока та вытирала руки от воды и попыталась быстрее подойти к гостям.
— Стой, куда сразу открывать!, — опешила Лиза, начиная отчитывать ту, — сколько раз говорила, чтобы дверь без меня не открывала, — строго процедила девушка.
— Ну я же знаю, что там пацаны!, — топнула ножкой она, недовольно поджав губы бантиком и сместив бровки ближе к переносице. Недовольная Софка хотела вот вот заплакать, чтобы ей дали сделать то, чего она жаждет. Нет, она не была избранным ребёнком, но иногда эмоции накрывали ее и как всем деткам хотелось поплакать и выпросить что-то, что запрещают.
— В один прекрасный момент там будет кто-то другой и вот тогда уже топнуть ногой не получится. Не спорь, — уже открывала дверь сама Котова, не давая Соньке лезть вперёд.
— Опачки, какие маленькие люди, привет!, — первым зашел Зима и сразу подхватил девочку к себе на ручки, — и тебе приветик, — удосужился он все таки перевести взгляд на Лизку, — вкусно пахнет, — запах привлек не только Вахита, но и всех кто заходил дальше. Это был сладкий нежный запах, в котором промелькнула нотка ванили. Возникало ощущение самого настоящего домашнего уюта, который получают не все гости в своих домах. Звучит до боли грустно, особенно от осознания, что это самая настоящая правда. Только вот и в этой квартире такая атмосфера сохраняется не долго, что может заставить кого-то даже всплакнуть от несправедливости к девушке, у которой на руках совсем еще маленькая сестрёнка, учеба, дом, работа и друзья.
— Губу закатай, не вам, — оборвала она со смешком, давая понять, что сейчас настроение у нее хорошее и хочется им поделиться с окружающими людьми.
— Здорова, Лиса, — все вошли конечно же поздоровавшись, это же не по-пацански - игнорировать. Хоть они и общались с ней почти как с таким же пацаном что и те, но она никогда их за это не упрекала и не ругала, а наоборот в свою очередь общалась с парнями, как с обычными людьми, которые не знают, что такое бандитизм и уличный закон.
Самым последним, кто зашел, был Туркин, с глазами опущенными в пол.
— Привет.., — чуть слышно Лиза шепнула Валере. Она не особо то и хотела привлекать его внимание своей персоной, что получалось у нее не совсем хорошо, ведь парень из раза в раз заставлял ее хотеть провалиться под землю своим прожигающим взглядом, который иногда даже отсутствует, но это не мешало чувствовать его жажду поднять взор. Поэтому даже обычное приветствие давалось ей и ему с трудом. Оба настроили зрительный контакт, который последовал неловкую паузу.
— Привет, — парень снимал обувь почти не отвлекаясь от глаз девушки. Вот уже почти два месяца сохранялись эти непонятные зырканья друг на друга. Естественно обоим это доставляет дискомфорт, портящий даже их настроение, но что поделать, если встретились двое людей, которые не могу это исправить, — я.., — парень вот-вот хотел что-то сказать, как она вдруг поняла, что уже становится совсем неловко, поэтому Котова резко развернулась и пошла на кухню ставить чайник на всех, — вот же.., — хотел смастериться тот, осознавая, что разговора с ней ему пока что не видать.
Как только чайник закипел хозяйка осторожно понесла его в гостиную, где сидели ребята с чашками и блюдцами под ними.
— Аккуратно, дайте налью, а то тяжёлый, еще уроню случайно, — после слов Лизаветы все сразу убрали руки под стол и немного отодвинулись, дабы не мешать ей разливать горячий напиток по порциям для каждого.
— Давай помогу, — предложил помощь Турбо и схватился за ручку чайника, где уже была ее рука. Глаза Лисы быстро метнулись на грубую, слегка шершавую и немного покалеченную, от постоянных перепалок, руку парня. Она ощутила ее будто всем остальным телом, а не только левой кистью, что была под его на чайничке. Признаться честно, сердце ее бешено заколотилось, что можно сказать и о его реакции на прикосновение к девушке. Оба были как под гипнозом на секунды три, но позже всё-таки смогли освободиться от чар своих же глаз.
— Нет, я сама, — матала головой та в знак несогласия с ним.
— Да давай говорю, сама ж сказала, что тяжёлый, — Валера настаивал на своем, как впрочем и всегда. Всю его сознательную он привык добавься своего и не просто, а чтобы здесь и сейчас. Если же так не происходит, то он словно зажигалка возгорается, стоит лишь нажать в нужном месте.
— Мало ли что я сказала, отпусти, — каждый стал перетягивать чайник в свою сторону, кнопка на Турбо сработала как по команде.
— Что ты такая упрямая, понять не могу!, — уже раздражаясь и переходя на крик отвечал пацан. Его раздражало такое поведение собеседницы, которая будто бы специально добивала парнишку своими словами и действиями.
— Не ори на меня! Это понять можешь?, — ответила грубостью на грубость та, понимая, что очередная ссора между ними уже неизбежна.
— Может хватит собачиться?, — вставил свою лепту Вахит, рискуя своей жизнью, буквально, увидев как на него повернулись оба ругающихся.
Перетягивая «канат» Лиса случайно задела рукой горячий чайник и резко отпустила его от внезапной боли ожога, после чего он оказался во власти парня.
— Ай!, — слегка шипя она приложила место ожога к губам.
— Ты как?, — сбавив крик Туркин перевел свой взор с лица на руку девушки, которая уже наплевала на все, и было только неприятно от касания горячего предмета.
— Бывало и хуже, наливайте сами, а я сейчас приду, — она ушла за аптечкой в свою комнату торопливыми шагами.
— Турбо, гаси шарманку. Сам же сказал, раз разбежались - значит все. Так и веди себя достойно, — честно сказал самый старший. Он не хотел даже слушать все это. Вова вернулся с надеждой, что его встретят с распростёртыми объятиями и счастливыми улыбками, а в итоге он может наблюдать такую картину, что предстала перед ним впервые. Хотя по реакции Зимы, можно понять, что такое повторяется уже не раз.
— Да чего я сделал то?! Хотел помочь, а она как обычно сама да сама! Самостоятельная вся из себя тут нашлась, — резанул Туркин, перебирая в голове разные слова, которые хотел бы ещё сказать, но решил, что не стоит, старший же.
— Прекрати пылить. Раздул из мухи слона. Не бузи, понял?, — осек его Адидас, чтобы тот не ляпнул чего еще в порыве агрессии, которую сдерживать он иногда не в состоянии, хоть может быть Валера и хотел бы уметь, но на данном этапе у него это не получается, или попросту не хочет.
— Понял я, понял, — недовольный он, уселся на место. На руке все еще пульсировало место прикосновения к Лизе, к ее бархатистым пальцам и к нежной руке в целом. Турбо начинал уже забывать какого это держать ее, греть замёрзшие и красные ручонки девушки на морозе, или перебирать ее пальцы, пока та спит.
— А я думал ты ее не любишь больше.., — залипив в одну точку негромким голосом произнёс Миша. Он немного был шокирован такими словами со стороны бывшей пары. Для него Елизавета была примером для подражания, старшей сестрой, которой никогда не было у мальчишки, но получивший ее сейчас, в этой группировке.
Валера молчал, он не знал, что ответить, или же знал, но не хотел врать, потому что жестокая правда колола ему в спину. Ему не хотелось признавать тот факт, что чувства к Лисе никуда не делись, да и вообще вряд ли уже куда-то денутся, ведь такая тяга к человеку не может пройти. Для него любовь к Лизе уже стала чем-то, без чего дышать нет возможности. Он просто напросто задохнётся, если попытается загубить это чувство к ней.
— Чего это? Неужели неправ Ералаш?, — с ехидной улыбкой подтянулся к разговору Маратка. Младшему брату Вовы хотелось вновь увидеть этих двоих вместе смеющимися и гуляющими по парку. Да и все пацаны и их девчонки были бы не против узнать, что пара воссоединилась.
— Скорлупу никто не спрашивал, чай дальше хлебайте, — указал Валера на чашки с уже налитым чаем. Агрессия вспыхнула в жилах парня, он хотел просто чтобы с ним согласились и дали элементарно помочь. Что ей стоит сказать: "да, Валер, помоги."? Он никогда не понимал этой совершенно бессмысленной упёртости в ней, которая не давала покоя Туркину из раза в раз, когда тот пытался что-то сделать и помочь ей.
К этому времени подошла Лиза с пластырем на повреждённой части ладони.
— Как рука?, — поинтересовался Андрей, посмотрев в сторону садившийся за стол девушки.
— Нормально уже, — с собой она принесла блюдце с печеньем, которое у нее не купили, а в скором времени оно уже будет дубовым, поэтому нужно скушать. Одной ей не осилить столько мучного, но вот толпе парней это будет раз плюнуть, — вот вам печеньки, налетай, — поставив на стол порцию, она наблюдала за картиной радостного поедания. Все сразу заулыбались и издали слова благодарности. Туркин все еще сидел в своих мыслях. Девушка была за столом со всеми между Вовой и Вахитом. По комнате пошел гул разговоров. Все что-то рассказывали, слушали и шутили, Адидас пересказывал ситуации, которые происходили в его жизни за последние два года на Афгане.
— Ну, чего мы только о своем да о своем. Война это ужасно, поговорим лучше на более нейтральные темы. Вот ты, Валерик, обещал мне пояснить за ваши отношения. И Лиса тоже давай не отмалчивайся, — обращаясь к даме Вова, поворачивая голову из стороны в сторону, наблюдая за каждым из них, — рассказывайте, что да как, может поможем, чем сможем, — старший скрестил руки на груди и ждал объяснений.
— Да что рассказывать то. Постоянно ей что-то не нравилось, то это не так, то это не эдак. Вечно проблемы какие-то, — начал судорожно отвечать Валера с дрожью раздражения в голосе. Его непонимание девушки давало о себе знать в отзывах и в том, как он воспринимал ее слова. Он даже не пытался ее понять, сидел в своих мыслях и додумывал тоже сам. На самом же деле все было чуть иначе, нежели то, что он себе навыдумывал. От такой наглости у Лисы округлились глаза. Валера говорил что-то, что по ее мнению правдой совершенно не является.
— А ты ничего не попутал?, — девушка выпрямилась на стуле и облокотившись на стол локтями продолжила, дабы быть настойчивее в своих словах, и ведь из-за не особо высокого роста, это был единственный способ доминировать в диалоге, не только словами, — я от тебя ничего не просила сверхъестественного, но ты не мог выполнить даже элементарные действия человека, который хоть капельку любит, — неприятные воспоминания снова всплыли в ее голове, непроизвольно заставляя повышать голос, — я уже тебе все сказала по этому поводу, и если ты до сих пор не понимаешь моих слов, то и возмущения свои в задницу засунь, — она выбросила последнее предложение ему прямо в лицо, надеясь его задеть, но не в плане обиды, а чтобы оно хоть что-то осознал.
— За языком следи, я делал все для тебя и твоей безопасности. Ты просто этого не ценила. Покупал подарки, радовал цветами, Соньку любил и люблю, как родную. А тебе все было мало!, — парень откровенно орал на нее уже стоя на ногах и наклонившись туловищем к ней. Лизины ответы не давали в не отклик от слова совсем. Это все было будто бы бессмысленно.
Все сидели молча, боявшись попасть под горячую руку, да и не хотели перебивать, ведь точной причины их расставания толком никто и не знал, а интерес все-таки был, который они и не скрывали.
— Я и не просила тебя дарить это все, я хотела лишь капельку внимания от любимого человека, а ты дарил его только своим пацанам. Мог днями на связь не выходить, а когда звонила, ты не брал трубку. Я переживала постоянно, где ты и что с тобой. А тебе плевать было на то, что я чувствую — она яро жестикулировала и выражала свои эмоции, — думал, что можно откупиться от меня всей этой лабудой с конфетами и цветами?, — уже чуть психозный смешок вырвался с ее уст, — хотя по твоему поведению можно понять, что думаешь ты так и сейчас, — она чувствовала как слеза подкрадывалась к ее глазам, — устала я, вот и все.
На этих словах девушка вышла из-за стола и направилась в прихожую, где стала натягивать кроссовки и куртку. Валера молчал. Он не знал, что ответить на все те слова. Возможно в глубине он начинал понимать, что она права, но осознать это ему не давала гордость, которая и разрушила их любовь.
Все обернулись в сторону уходящей Лизы.
— Лиз, ты куда?, — встревоженно спросил Зима. Он то заметил грустный блеск в её глазах, который чертовски неприятен ему.
— Подышать воздухом, — ответ последовал незамедлительно и дверь захлопнулась, отдавая напряжение прямо в стены.
— Ну ты и придурок, Турбо. Мозгов как у червяка, — в тишине проговорил Володя, осуждающе глядя на того.
— А я то думал, что ты умнее в таких делах, — Вахит тоже подобрал слова своего недовольства.
— А что если с ней там что-то случится на улице?, — Миша обеспокоено посмотрел на всех и остановился на полном боли Туркине. Его разум опустел.
В комнате послышался звук шерканья маленьких детских ножек, которые подкрались позади.
— А где Лиза?.., — заходя в комнату спросила Сонечка, потирая глаза от пробуждения после недолгого сна.
— В магазин пошла, скоро вернется, тебе уже спать пора. Пойдём-ка, — Пальто подбежал к ребенку и подхватил на руки уводя, чтобы та не успела сильно разыграться и быстрее уснула вновь в своей мягкой кроватке.
— Всем спокойной ночи!, — послышалось из детской. В ответ она услышала взаимные возгласы парней.
— Я схожу за ней, ждите здесь, а то малая проснётся и будет расспрашивать, — прервал тишину Зима и направился в прихожую за уличной одеждой.
— Я с тобой!, — подбежал Марат к нему с чуть расширенными глазами и уже утяжеляющимся дыханием.
— Нет, все остаетесь здесь, — саомандывал Зималетдинов и дверь вновь закрылась за ним.
Выйдя на улицу, он огляделся и увидел девушку на скамеечке возле соседнего подъезда. Она курила ментоловые сигареты, периодически всхлипывая, но не плача. Вахит молча подошел и закурил, садясь рядом.
— Я и подумать не мог, что все настолько серьёзно. Ты такая счастливая была рядом с ним. Думал, вы души друг в друге не чаете, — говорил он, сделав затяжку. Ему хотелось забрать всю ее боль из души и больше не давать ей это чувство.
— Да, так и было, — тяжело выдохнула она, — первый год. Потом он погрубел, стал холодным. Но я его любила все равно, поэтому была рада любому моменту проведённого с ним. А оказалось, что он вот такого мнения, — девушка выдохнула дым сигареты, — обидно.
— Мне кажется, он любит тебя до сих пор и хотел бы вернуть, — Зиме по крайне мере хотелось в это верить, но боялся. И все же разговоры о ней были между Вахитом и его другом. Складывалось ощущение, что Валера хотел всеми способами перестать думать о ней, засыпать с ее образом в голове и просыпаться с ним же.
— Хотел бы вернуть, то извинился бы хоть раз за тот день. Иногда можно и пренебречь понятиями улицы, когда рушишь свой дом, — под понятием «дом» подразумевает их отношения, те моменты проведенные вместе, смешные и грустные ситуации, которые они прошли тоже вместе.
— Какой ещё день?, — непонимающе Вахит выгнул одну бровь. Он понятия не имел, о чем говорит та.
— Когда я поставила точку, — подавши плечами ответила девушка, — я столько обидного еще никогда в жизни не слышала. Это была самая крупная наша ссора. Надо было видеть, — чуть ухмыльнувшись, девушка затушила бычок об мусорку и выкинула его.
— Он вспыльчив, но тебя всегда слушал, а в этот раз видимо.., — он хотел подобрать подходящие слова, которые смогут объяснить, но в голову ничего не лезло. Туркин и правда слушал Лису во многих случаях. Он старался делать так как она просит, хоть и не всегда это у него получалось. Если его агрессия достигала пика, то одно ее касание могло усмирить быка, увидевшего красную тряпку.
— Видимо подумал, что ему все можно. Я не хочу продолжать разговор о нем, пожалуйста, пошли домой. Там Сонька, наверное, ещё не спит, — она направилась обратно, в сторону подъезда.
— Пальто ее уложил спать, сидит сейчас с ней, — ответил Вахит ей в след и пошел за ней.
В ответ Котова кивнула, и оба поднялись на лифте обратно на 8 этаж. Заходя, она словила обеспокоенные взгляды друзей, которые бегали по ней.
— Ну.. — Володя немного замялся, — мы пойдём по домам уже, наверно, время позднее. Спасибо за чай, было очень вкусно, — все стали собираться и выходить, прощаясь и приобнимая девушку. Почти все. Он должен был выходить последним. Как же без этого.
— Ты куда ходила? Почему опять сигаретами пахнет?, — его нахмуренный взгляд заставлял ее разражаться еще больше. Он натягивал на себя свою олимпийку, параллельно ждав ответа от девицы.
— Куда надо, туда и ходила. А сигаретами от Вахита пахнет, — она оперлась на ручку двери показывая, что хочет что бы он ушёл, в он все стоял в прихожей.
— Только мне врать не надо, от Зимы другими пухнет, — поймал на вранье ее тот. Что бы кто не говорил, но он видел ее насквозь, знал ее привычки, повадки, черты. Знал ее настоящую, ее обнажённую душу.
— Я не собираюсь перед тобой отчитываться, понял?, — эта фраза вызвала ухмылку у ухажёра, она выглядела забавно в его голове.
— А мне то что, отчитываешься ты или нет, чувствую же.
— На выход, — резко указала Котова на дверь и поставила руку в том же направлении.
— Ладно, пока.
Лиза ничего не ответила и зашла в гостиную, чтобы убрать со стола, но как оказалось парни помыли посуду сами, ведь понимали, что она придет уставшая и вряд ли в настроении мыть какую-то посуду.
— «Мило», — подумала про себя та, благодаря пацанов за помощь в такой казалось бы мелочи, но в данный момент это была очень ощутимая вещь.
Следующим делом она зашла к Соне, проверить ее. Девочка сладко спала в кроватке. Сестра подошла, поцеловала ее в висок и выключила ночник, чтоб он не бил малой в глазки.
***
— Мам, прошу тебя, уйди! Я не могу так!!, — кричала во сне девушка, заливаясь холодным потом, — я не хочу к тебе, я не оставлю Соньку.. я не оставлю своих друзей, учёбу и любимое дело! Уходи, прошу.., — она извивалась на кровати, прося мать не трогать ее, но та не слушала и все звала бедную девочку с собой, в мир иной.
— «Лисичка моя, у меня тут хорошо. Вон и бабушка с дедушкой сидят, — показывала Вера на своих родителей. Женщина не была пожилой, она оставалась в том же облике, что и в тот день, когда ее не стало, — ждут тебя одну. А Сонька сама справится, она сильная девочка, позже и ее заберем..»,— мама заманивала Лизу в свои объятия, такие теплые и родные, но нет, она не поддастся. Но та подходила во сне, протягивая руку к мокрой от слез щеке своей старшей дочери. Она видела ее очень четко, как на яву. Это и пугало Лизу каждый раз, видя свою мать в кошмарах. Самый главный страх, что Соня останется совсем одна, без помощи.
— Я сказала, уходи!!, — напоследок ответила ей Лиза громко, чтобы та поняла, и проснулась с тяжёлой отдышкой, — мама.., — вылетело из ее рта напоследок. Дыхание долго не приходило в порядок, она пыталась нормализовать его к моменту пробуждения Соньки, которая могла прибежать от услышанного из соседней комнаты крика. Хотя может ребенок уже и привык слышать подобного рода звуки, ведь Лизавета чуть ли не каждый день видела мать во снах.
Немного придя в себя, Елизавета поднялась с кровати и пошла на кухню, выпить таблетки, которые ей посоветовала медсестра в больнице. Заодно зашла к сестре и проверила ее покой. Убедившись, что она мирно спит, пошла обратно в постель. Лиза уже четвертый год подряд не знает что такое спокойный сон и ее синяки под глазами давали знать об этом. Правда когда Валера ночевал у неё, то мама не тревожила мирный сон своей дочери и она могла отоспаться с полна.
Утро встретило сироту с тяжёлой головной болью и усталостью, что было вполне ожидаемо после такой ночи.
— Зайчонок, вставай, в садик пора, — постучав в дверь другой комнаты, чтобы ребенок потихоньку просыпался, она пошла готовить завтрак. Софа пробудилась и уселась за стол на кухне, сладко зевая, прикрыв рот своими малюсенькими ладошками.
— Приятного аппетита, милая, — погладив по голове и поцеловав сестру, школьница пошла собирать сумку на учебу. Форма была выгладена еще с вечера, поэтому за это волноваться ей не пришлось.
Как бы иронично это не звучало, но она учится в школе МВД. Ребята с района отшучивались, говоря, что связи в ментовке им не помешают. Так оно и было: Лиза ни раз просила за них. То за мелкую кражу, то за какую-то очередную драку, то еще за что-то хулиганистое. Поэтому те ей безумно благодарны за то, что она их постоянно отмазывала. Хотя некоторым из них не помешает парочку деньков посидеть в обезьяннике и подумать над своим поведением, так сказать в воспитательных целях.
Надев форму, она вышла с сестрой в подъезд, закрывая дверь в квартиру на два замка. На выходе из дома Лиса заметила, что у универсама снова собрание, а место где они сходились было прямо в ее дворе, поэтому она часто видела их. Все слушали Вову с Кащеем, они о чем-то разговаривали, но все равно ее заметили.
— О, ментенок наш!, — заметил ее Кащей и подозвал к себе, поманивая ладонью у ним, — подь сюда, — он слегка заулыбался при виде девушки. Нравилась и все, что теперь поделать. Но отжимать ее у Турбо не стал, так пацаны не поступают, он лишь выжидал момент, когда время придет для него.
Котова не боялась главаря, но и не борзела рядом. Она держала безопасную для себя дистанцию. Он не вызывал у нее каких либо чувств, может только дружеские и то, не такие уж сильные.
— Здравствуй, Кащей. Давай я позже подойду, мне нужно Соню отвести в садик, — она подошла к ним, но за бортик не зашла, давая понять, что не собирается задерживаться.
— Да заходи, не бойся, успеешь еще, я на пять минут займу вас.., — Кащей выдержал секундную паузу, — тебя, — добавил он, сделав акцент.
Та зашла за бортик катка, сдавшись, и поздоровалась с остальными ребятами. Было видно что она не в сильном восторге от данной ситуации, но спорить не хотела. Маленькая девочка подбежала к Туркину с криками, который стоял неподалёку. Она улыбалась подбегая к нему, пока тот присел на корточки.
— Сонь.., — хотела остановить ее сестра, но та уже была у него на руках. Это не то чтобы бесило ее, но удовольствия не приносило точно. Малявке не стали говорить, что эти двое разбежались, уж сильно она к нему притёрлась. Поэтому иногда приходится играть сладкую парочку на глазах у Софки. Пусть это неловко выглядит, но где-то в глубине сердца обоим нравится игра в которую они друг друга вовлекли.
— Пускай останется с ним, он же не сделает ей ничего плохого. Смотри как улыбаются, — не дал пройти ей старший, преградив дорогу, она вновь взглянула на веселящуюся парочку и подумала, что он прав. Какой смысл что-то говорить сейчас, если ее все равно не послушают. И правда они мило о чем-то болтали.
— Дело есть, давай поговорим, тет-а-тет, — Кащей приобнял за плечи девушку.
_______
Дорогие читатели, пишите, пожалуйста, комментарии и голосуйте, если вам понравилось начало моей истории и если есть какие-то недочёты. Всем большое спасибо:) Обнимаю 🫂