II.
❗️В следующем тексте могут присутствовать упоминания наркотических веществ. Если для вас это является чувствительной темой, пожалуйста, будьте осторожны при дальнейшем прочтении.❗️
Комната утопала в полумраке. Плотные тёмные шторы надёжно закрывали окна, не пропуская ни единого луча солнца. Свет дневного мира оставался снаружи. Внутри царила тишина и глухая, вязкая тьма. В воздухе чувствовалась пыль, застоявшийся запах старой мебели и чего-то едва уловимо горького. В углу тихо тикали часы, отмеряя время, которое будто не шло, а тянулось. Брюнетка сидела на полу в своей комнате, спиной прислонясь к стене. Она молча достала из своей сумки маленький свёрток, тщательно завернутый в плотную бумагу.
Мефедрон.
Когда-то она даже не знала, что это. Теперь - слишком хорошо знала. Это чувство, будто тебя на мгновение обнимает кто-то, кто действительно понимает. Кто говорит: «Всё хорошо, не бойся, я рядом». И ты веришь. Ненадолго, но сильно. Всё становится проще. Но потом... потом всё возвращается. Тело начинает дрожать, как будто тебя задело током. Сердце будто бьётся не для того, чтобы жить, а чтобы мучить. В голове только одна пустота. Руки немного тряслись от волнения, хотя наркотик в её жизни был не впервые. Она развернула порошок и высыпала содержимое на книжку, разровняла пластиковой карточкой и свернула первую попавшуюся бумажку в тонкую трубочку. Несколько секунд смотрела на белую дорожку. Часто она представляла, как всё было бы, если бы не тот день. Если бы они были живы, занималась ли она этим? Однозначно нет. Но когда они все мертвы, она не думает о последствиях. Встряхнув головой, она наклонилась, глубоко втянула порошок через трубочку и резко откинулась назад, зажмурившись. Мир сразу изменился. Всё стало тише, мягче, будто кто-то приглушил все звуки и размывал границы. На секунду она почувствовала облегчение. Тревога отступила, голова чуть закружилась, и Лена, не открывая глаз, позволила себе просто раствориться в этом хрупком, искажённом спокойствии. Она знала, что если захочет - может достать ещё. Было бы желание. А оно было. Даже сейчас. Особенно сейчас.
Когда отпустило. Действительно отпустило, Лена лежала на полу с закрытыми глазами. Дыхание выровнялось, руки перестали дрожать. Осталась только глухая тяжесть внутри, как после болезни. Она чувствовала себя опустошённой. В голове всплыл образу бабушки. Её волосы бабушки аккуратно уложены, крашеные в каштановый цвет, с едва заметной сединой у корней. Её голубые глаза, как у Лены. Они были полны усталости и нежности. Эта улыбка всегда была одинаковой: тёплой, немного грустной, но искренней. В ней было много любви, даже если не говорилось ни слова. Лена села, чуть качнувшись. Вытерев остатки порошка с носа рукавом, она медленно поднялась. В голове звенело, но не кружилось. Руки были слабые, а ноги ватные.
В кухне пахло чем-то тёплым и знакомым - тушёными яблоками и старым деревянным столом. Бабушка стояла у плиты, перебирая картошку. Услышав шаги, она обернулась и улыбнулась внучке.
— Бабусь, тебе с чем-то помочь? — спросила шатенка, с интересом разглядывая что делает бабушка. Женщина радостно кивнула, передав девочке миску з овощами. Лена села за стол, взяла нож и начала чистить. Медленно и криво, но как же она старалась угодить любимому человеку. Неожиданно раздался тихий вопрос:
— Птенчик мой, у тебя нет никаких проблем? — обеспокоено спросила бабушка. Взяв с собой доску и овощи, она села возле девушки за стол. Она отвела взгляд, будто изучая морковку в руках, хотя уже очистила её до конца. Воздух в кухне вдруг стал густым, как будто наполнился невидимым напряжением. Внутри всё сжалось - хотелось сказать правду, выдохнуть, просто признаться: «Бабусь, я так больше не могу. Я не вывожу». Но губы будто сами выдали:
— Всё хорошо, бабуль. Если что-то случиться, я обязательно тебе скажу.
Нет. Она никогда не поделиться с бабушкой этим. Никогда. Бабушка чуть замерла, будто что-то почувствовала. Она всегда чувствовала. Но промолчала, только кивнула, как будто приняла этот ответ. Лена тяжело вздохнула и продолжила чистить вторую морковку.
Лена открыла глаза и тут же зажмурилась. Сердце било глухо, будто изнутри. В груди стояла тревога. Тяга накрыла её, как и всегда. Сжав зубы, она встала. Тело было будто ватное, а лицо в зеркале виднелось усталое, бледное. Она машинально умылась холодной водой, не глядя на своё отражение. Под глазами присутствовали лёгкие тени. Быстро почистила зубы и вышла с ванной комнаты. На кухне пахло сладко. Бабушка приготовила сырники с кокосовым сиропом, который Лена обожала. Рядом стояла кружка с ванильным рафом. Она медленно жевала сырники, запивая рафом. Телефон завибрировал.
Аня.
«Ты где лазишь? Нас будут распределять в пары на проект.»
Лена.
«Я опоздаю.»
Бондаренко открыла дверь в класс тихо, почти неслышно, но головы всё равно обернулись. Она пробубнила быстрое «Здравствуйте» и шагнула внутрь, не поднимая глаз. По привычке направилась к своей парте у окна. Но остановилась. Место было занято. Аня сидела там рядом с Лёшей. Брови Лены взлетели вверх, а Аня поджав губы, зло взглянула на подругу, как будто говоря «А я говорила что нужно приходить вовремя». Лена осталась стоять, на секунду растерявшись.
— Лена, — спокойно сказала учительница, не отрываясь от журнала, — садись рядом с Яцкевичем. Вы будете работать над проектом вместе. Тему он тебе назвёт.
Лена начала искать глазами парня, уже забыв как он выглядит. Долго искать не пришлось. Среди этих занудных мин, он светился ярче всех. Как будто солнце среди дождя. Шатенка поджала губы. Ей с ним будет ой как не просто.