Глава 15.
Вечер. Мы стоим в прихожей напротив зеркала. Кончики пальцев моих рук похолодели. Я поправляю платье, осознавая, что на сегодняшнем ужине решатся вопросы, которые мучали нас долгое время.
— ты готова?
Спросил мужчина тихим голосом. Он подошёл ко мне ближе, чем обычно, чуть провел по плечу кончиками пальцев, рисуя загадочные линии. Они как всегда были горячими. А следом по коже пробежали мурашки. И я, опустив взгляд на свое предплечье, ответила:
— готова...
В дороге мы оба молчали. Такое редко бывает, обычно, у нас всегда есть темы для обсуждения. Атмосфера будто потяжелела, и я иногда поглядывала краем глаза на него, все думая, о чем его мысли сейчас?
— не волнуйся, мы не первый день едем ужинать.
— первый.
Коротко и твердо ответила я. И оба поняли, что я имела ввиду: это свидание, когда мы чувствуем волнение и трепет.
Уже сидя за столиком в невероятно красивом ресторане, я листала меню. Интерьер был потрясающий, я ещё никогда не была в подобных местах. У меня появилось ощущение, что я нахожусь в каком-то отделённом от всего остального мира месте. Но соответственно и ценник здесь был приличный:
— не обращай внимание на цифры.
Я вновь опустила взгляд на глянцевые страницы меню. Может, заказать самое дорогое блюдо и алкоголь? Так хотелось увидеть его растерянный взгляд. Хотя, зная Фушигуро, он наверняка останется таким же невозмутимым, спокойным мужчиной, какую бы цену не увидел. Я уже давно поняла, что деньги для него не проблема. И, так как по правилам этикета делать заказ должен мужчина, Тоджи, устремив пронзительный взгляд на меня, спросил:
— определилась с блюдом?
— думаю, я буду стейк в сливочном соусе, салат цезарь и бокал белого шампанского.
Фушигуро кивнул. Он же заказал себе практически тоже самое, что выбрала я. Конечно, меня слегка удивило неоднозначное решение мужчины.
Официант принял заказ, а затем покинул нас, оставив наедине. Нужно начать диалог, но в голове не было ни единой мысли.
— знаю, что атмосфера не такая позитивная, как была раннее, когда мы ужинали вместе, но этот разговор нельзя откладывать.
Я всё молчала, а Фушигуро внимательно смотрел на меня, будто ожидая ответа на не заданный вопрос.
— вчера я много сказала и лишнего, и на эмоциях. Прости за мою грубость и за то, что я позволила себе в клубе.
— ты во многом была права.
Твёрдо ответил Фушигуро сразу, как только я закончила фразу. Я продолжила свою речь:
— я не люблю заходить издалека, давать какие-либо намёки, так что скажу как есть. Меня волнуют наши взаимоотношения: ты заботишься обо мне, делаешь подарки, уделяешь внимание. Но не провзучало ни слова о чувствах, симпатии. И так как наше знакомство получилось, весьма, необычным, и мы изначально делили быт, то я совсем не понимаю, что чувствую к тебе. Вчерашний поступок я ни в коем случае не оправдываю, это отвратительно и безрассудно. Но скажу честно: ты меня раздражал. Мысли о тебе не давали мне покоя, я постоянно ждала, когда ты проявишь что-то большее. Но между нами оставался этот лёгкий флирт.
Я увидела, как уголки губ Фушигуро чуть изогнулись в улыбке. Но он сидел и внимательно слушал, не спуская глаз. Мужчина медленно вздохнул:
— хорошо, я услышал тебя. Правда, мои знаки внимания и забота, которые ничем не подкреплены могут ввести в заблуждение. Я хочу быть откровенным с тобой. Я влюблён в тебя. Долго думал над тем, как грамотно выстроить наши взаимоотношения, ведь мы изначально жили вместе, как ты раннее сказала, по определённым обстоятельствам, делили быт. Я не знал, как подобраться к тебе. Ты казалась мне хрупкой, ранимой, нежной. Но в то же время хорошо давала отпор и излучала невероятную силу. Но больше всего меня поразил твой характер.
Музыка, которую раннее я отчетливо слышала на фоне, вдруг исчезла. Время остановилось, а сердце все четче билось в груди. С распахнутыми глазами я смотрела на мужчину и не могла вымолвить слова. Я увидела взгляд, полный уверенности, открытости. Глаза Фушигуро блестели. Но как бы спокойно он не выглядел снаружи, я видела его грудь, вздымающуюся чуть быстрее обычного.
Официант принес блюда, и я пришла в себя, обратив внимание на приятный запах горячего. Но Фушигуро, сложив руки в замок, продолжил:
— я обезоружен. Моё желание быть рядом с тобой каждую минуту, прикасаться, знать все тайны и секреты, и, наконец, видеть твои глаза. Все это сводит меня с ума. Я боялся, что напугаю тебя, боялся, что будешь отворачиваться от моих глаз.
И голос мужчины слегка дрогнул, но, думаю, никто бы другой не заметил этого. Он уже не смотрел на меня так внимательно. Фушигуро пару раз отвёл взгляд, будто искал что-то около себя. Но тут же быстро находил глазами меня – взволнованную и будто не дышащую вовсе. Его слова, как сладкий мёд, разлились по моей душе. Плечи, которые были тревожно напряжены – опустились. А на щеках я почувствовала лёгкое пощипывание. Пожалуй, таких прекрасных слов я не слышала никогда.
Фушигуро не приступал к еде, ждал моего ответа. А я будто замерла. Но, видя в моих глазах долю растерянности, добавил:
— прошу, не спеши с выводами. Я предлагаю начать все с начала.
И сегодня я увидела еще одну скрытую от всех сторону Тоджи.
— только не с начала, мне оно нравится.
Чуть смущённо и улыбаясь ответила я. На лице Фушигуро появилась тёплая улыбка. И я вновь услышала музыку в зале.
Мы, наконец, приступили к трапезе, чуть отойдя от основной темы, обсудили работу, смеялись, шутили. И на душе моей стало так легко и радостно. Я уверена, он ощущает те же чувства. И его слова о любви навсегда останутся в моей памяти. Думаю, они не сравнятся ни с чем.
— ты давно созванивалась с родителями?
— почему ты всегда спрашиваешь о них?
Фушигуро усмехнулся, накручивая на вилку спагетти:
— ну, как же? Это самое главное, что есть у нас в жизни. А так как видиться с ними стало труднее, лучше чаще созваниваться.
Я будто сияла. Неужели, я ужинаю с моим будущим мужем? Но не будем загадывать так далеко...
Мы сели в машину, которую Фушигуро заказал заранее с его личным водителем. Автомобиль тронулся с места, и он нежно взял меня за руку, наши пальцы переплелись, и Тоджи, облокотив голову о сиденье, прикрыл глаза. Глядя на его невозмутимое, спокойное выражение лица, меня сразу начало клонить в сон.