Глава 12.
В это время я лежала на заднем сиденье машины. За рулём сидел тот противно смазливый мужчина. Я понимала, что у меня ограниченное количество времени и нужно как можно скорее что-то предпринять. Я увидела в кармане переднего сиденья забытые пакеты. В моей голове тут же родилась потрясающая мысль. На секунду она показалась мне невыполнимой, безумной и опасной. Но это не остановило меня. Я быстро достала из кармана громко шуршащий пакет и, схватив его покрепче, накинула на шею этого парня. Реакция быда мгновенной, но необдуманной: он отпустил руль двумя руками, и автомобиль начал вилять. Это сильно усложнило мне задачу: мир вокруг итак был не устойчив, ещё и управление автомобилем было потеряно. Я не сдавалась. В ушах стоял писк и скрежет шин об асфальт, а мужик всё крехтел до последнего.
Мне нельзя было его убивать, так что воспользовавшись моментом, когда его губы посинели, я вытащила торчащий ствол из его кармана и ткнула им прямо в его висок:
— рули, мразь.
Он, жадно хватая воздух, вцепился обеими руками в кожаный руль, выравнив машину. И практически сразу другой автомобиль с его подопечным поровнялсяс нашим. Ну и рожи у них были: злые и красные. Я встретилась взглядом с водителем того авто: я не слышала его французских восхищений моим приёмом, но, к счастью, по губам читать умею.
— опусти ружьё, ты совершаешь огромную ошибку!
Хриплым голосом сказал парень. Похоже, его образ идеального бизнесмена окончательно разрушился, потому что в его глазах читался страх и паника. Капельки пота медленно стекали по шее, а руки не переставали дрожать.
— жми на газ.
— прямо послушался.
Саркастично ответил он, усмехнувшись. Видимо, он еще не понял, в каком положении находится. Я уже осведомлена, что этот парень высокомерно относится к женщинам и видит их, лишь как кусок мяса, на котором можно неплохо нажиться. Я сильно ударила пистолетом его в лоб: тонкая струя бордовой крови показалась из-за каштановых, аккуратно уложенных волос.
— я сказала жми на газ.
Крихтя от боли, он все же нажал на педаль газа. Я требовала повысить скорость, потому что вскоре его помощники могли бы представлять сильную угрозу, не только я была. вооружена:
— тебе конец, ты это понимаешь?
— молчи.
Я не знала что делать дальше: мы мчались на огромной скорости по городу, нарушая все правила дорожного движения, обгоняя машины, создавая опасные ситуации и, возможно, где-то аварию. А свист шин давно сменился на многочисленные сигналы машин.
— где твой мобильник?
Он молчал, не медля, я ударила вновь, сильнее прежнего, и кровь потекла к этим наглым глазам:
— ты совсем поехала!?
Он не успел докричать своим поганым ртом недовольства, и я врезала ему ещё раз: у меня не было времени слушать эту гниль. Как бы дерзко я себя не вела, внутри бушевал страх:
— мобильник.
— в кармане пиджака...
Из последних сил говорил парень. Я быстро достала его телефон. Сзади уже догоняли его два помощника: времени было в обрез. Трясущейся рукой я начала набирать номер Фушигуро, но в машину резко врезался один из автомобилей сзади. Видимо, это были его подопечные. Из-за сильного толчка я отлетела в бок и ударилась головой о стекло, это было очень не кстати. Голова невыносимо загудела, будто ударили молотом по затылку, глаза защипало. Но нужно было держать все под контролем и не ослабивать: иначе — конец. Я вновь приставила дуло к его голове и чуть с хрипцой повторила:
— жми на газ.
Он вновь начал набирать скорость.
Я нажала на зеленую кнопку вызова: гудки, гудки.
– Алло?..
Знакомый и долгожданный голос Тоджи послышался на том конце трубки.
— Фушигуро!?
Мужчина хотел что-то сказать, но я тут же перебила его:
— говорю быстро. Я еду по второй трассе в районе ХХ... скорость около 165 км/ч за рулём этот... Люк. Сзади едут две машины с его телохронителями.
Я услышала, как на другом конце также гудел мотор автомобиля.
— не волнуйся, мы знаем где вы, ты не ранена?
— нет.
— я вижу вас. Пристегнись, закрой глаза и сгрупируйся.
Фушигуро тут же сбросил трубку. Я сделала все, как он велел. В моменте в голове будто все затихло, а весь мир замер. Люк начал тормозить, как только почувствовал, что ему уже ничего не угрожает, но практически сразу в этой чёртовой машине пробили пулями три колеса. Конечно, она начала вилять. Меня резко бросило в другой конец заднего сиденья и я сильно ударилась о дверь всей спиной. Он не мог справиться с управлением, да и это было невозможно. Свист, сигналы других автомобилей – все это будто эхом отзывалось в моей голове. Машина с треском влетела в край обочины. Из-за громкого скрипа и резкого толчка, писк в ушах пронзил будто насквозь. И в моменте все утихло.
Приоткрыв глаза, я увидела изуродованный, дымящийся капот. Вокруг постепенно съезжались незнакомые машины: не могла различить своим пьяным сознанием где чьи. Но видела через это небольшое окошко, как Фушигуро бежит ко мне.
Люка тут же грубо вышвырнули из автомобиля, скрутили и увели в неизвестном направлении. Его дальнейшая судьба была уже определена.
Фушигуро резко, быстро и молча открыл дверь, аккуратно взял меня на руки и понес в свою машину. Уже была ночь, так что прохладный ветер быстро остудил температуру моего тела. Я чувствовала, как его горячая кожа на ладонях прикасалась ко мне. Крепко ухватившись за оружие, я прикрыла веки. Среди дребежащих голосов граждан, вспышек света, сигналов машин, мигалок полиции и скорой помощи, я слышала его ровное дыхание. Это означало, что все хорошо.
Фушигуро положил меня на заднее сиденье, но не ушёл. Его глаза блестели как-то по-другому. То ли с сожалением и тревогой, то ли со страхом.
— ты в порядке?
Спросил он спустя, казалось для меня, долгое время, пока я все вглядывалась в какую-то бесконеность в его темных зрачках. Я положительно кивнула, хотя сама не понимала: в порядке ли я?
Он присел рядом на сиденье, прощупал колени, руки. Взглянул внимательно на лицо и сказал:
— внешних повреждений нет. Ты меня хорошо слышишь?
Я вновь кивнула, хотя писк в ушах все еще не давал покоя. За спиной Фушигуро я видела, как бегают туда сюда разные, незнакомые люди: перекрывают дорогу, кричат.
Он увидел растерянность в моих глазах. Тоджи нежно взял меня за подбородок, обратив на себя внимание, и негромко сказал:
— все хорошо, сейчас станет тише.
Он вышел из машины, и к нему практически сразу подбежала Эмиль. Она заметила меня: я увидела в ее глазах сожаление, смешанное со страхом. Девушка хотела открыть дверь автомлбиля, но Тоджи придержал её, что-то сказав. Она понимающе кивнула и ушла. Фушигуро, сев за руль, захлопнул дверь машины.
Внтури и правда казалось, что все это нас не касается, хотя мы были главными героями этого происшествия. Я лежала на заднем сиденье, как Тоджи пробормотал:
— для начала в больницу.
Аккуратно вырулив автомобиль, мы поехали в госпиталь.
— я же не трезвая...
Чуть хрипло возразила я. Он посмотрел на меня через зеркало для заднего вида и, вздыхая, ответил:
— это не важно.
Он был очень серьёзным.
Пряди моих волос чуть свисали с края сиденья, и я, лежа на боку, пыталась бороться со сном. В окне мелькали ночные огни. Несмотря на глубокую ночь, в городе было довольно оживленно. И вновь взглянув на мужчину, я увидела, как силуэт Фушигуро слабо освещает свет от фонарей.
И спустя какое-то время мы поднимаемся на лифте домой. Я, укрытая махровым пледом, вновь была на руках Фушигуро. Сверху на мне аккуратно стоял пакетик с медикаментами. Хорошо, что нас никто из соседей не видел.
Настроение было хорошим: я здорова, врач сказал, что есть некоторые ушибы, но сотрясения нет. И выписал пару препаратов, которые я должна была принимать некоторое время, чтобы избежать последствий от полученного урона. Миссию выполнила: я справилась. Только Фушигуро был злым и по-прежнему серьёзным.
Мы прошли в холодную, темную квартиру, Тоджи небрежно скинул обувь в прихожей.
— я голодная...
Сказала я, пытаясь выпутаться из пледа.
— знаю, я уже сделал заказ.
— а что мы будем ужинать?
— овощной суп с курицей, салат греческий и цезарь. На второе том ям, а на десерт шоколадный кекс, а себе кофе взял...
Он аккуратно положил меня на кровать, кожа коснулась холодного шелкового покрывала, прямо как в первый день, когда я была здесь. Фушиугро не уходил. Он медленно оглядел меня с ног до головы. Сел на корточки перед моими коленями, аккуратно поправил платье, которое всё задиралось вверх, норовя оголить бедра. Тоджи посмотрел в мои глаза: блестящие тени чуть размазались, а губная помада стёрлась полностью. Он улыбнулся, так нежно и тепло, положил голову на мои колени и чуть хрипло сказал:
— я очень волновался за тебя...
Видя тёмные, мне знакомые волосы, я аккуратно положила руку на голову парня, и чуть пригладила непослушные пряди.
— боялся, что не успею...
Он нежно гладил икры моих ног, иногда касаясь кончиками пальцев ступней. По коже пробежали мурашки, и когда он это заметил, то усмехнулся привычной мне интонацией. Тяжело вздохнув, он встал с колен и прошёл к шкафу, а на месте, где я чувствовала тепло его щёк, вдруг сильно обдало холодом.
— ступай в душ первая.
Он протянул мне свою футболку и так по доброму слегка улыбнулся.
Этот ужин в четыре утра казался мне самым желанным. Близился рассвет, на улице были сумерки, но свет в квартире никто не включал, так что лишь подсветка от вытяжки на кухне освещала наши силуэты. Как же я была голодна. Фушигуро, подперев рукой щеку, с улыбкой наблюдал, как блюда уходят одно за другим:
— жуй хотя бы...
После, Тоджи заставил выпить меня гору таблеток, и тех, которые выписал врач, и ещё пару от него, чтобы утром я не чувствовала себя отвратительно:
— да нормально все будет...
Сонно бормотала я.
— пей. Завтра спасибо скажешь.
Закатив глаза, я все же выпила эти горькие и противные таблетки. И, как только моя голова коснулась прохладной, любимой подушки, я тут же провалилась в крепкий сон.