Crazy feelings | Сумасшедшие чувства (Редактируется)

Девушка ночевала на заброшенной ферме, укутавшись в ещё несколько вещей. Было холодно, она была чертовски голодна и уже тысячу раз пожалела, что сбежала от Дмитрия. Как бы мне хотелось сейчас прижаться к его разгорячённому телу... Думала она, вытирая слёзы отчаяния. Утром девушка проснулась в худшем состоянии. Мышцы забились, ей было очень холодно и она ещё больше хотела есть. Немного размяв мышцы, девушка встала на дрожащие ноги, держась за ветхую стену амбара. Выйдя из своего ночлега, Дана пошла в неизвестном направлении. Может хоть на какую-то деревушку выйду или хотя бы на шоссе...

После попытки изнасилования от дальнобойщика, ей было страшно. Она решила не болтать о том, куда она едет и кто она. Через полчаса наконец-то послышался шум автомобилей. Выйдя на дорогу, девушка устало села на обочину и вздохнула. Пару раз останавливались дальнобойщики и предлагали подвезти, на что девушка грубо посылала их. Выудив из рюкзака какой-то батончик, Даниэла сидела на холодной земле и жевала его. Через какое-то время рядом остановился старенький пикап, из которого вышел мужчина крепкого телосложения. Выглядел он лет на 35-40.

– Что же это ты на холодной земле сидишь?

– А вам-то что? Или это ваш кусок земли?

– Не мой конечно, но не к добру ведь... Куда тебе?

– В Северную Дакоту.

– Поехали.

Мужчина сел в машину, ожидая, когда она сядет. Вздохнув, девушка взяла рюкзак и села в автомобиль, пристегнувшись.

– Чего ж ты одна? Где родители? Тебе лет-то хоть сколько?

– Мне шестнадцать. Сирота я. Мать умерла, отец... – девушка запнулась и не знала, что сказать.

– Ладно. Можешь не продолжать. Откуда ты? Акцент слышится.

– Я из России.

– Из какого города? – заговорил он на чистом русском.

– Москва.

– Землячка получается. Будем знакомы – Алексей.

– Даниэла.

– Как это тебя в Америку занесло? – усмехнулся мужчина, включив печку.

– Долгая история... И не очень весёлая.

Мужчина ободряюще улыбнулся ей и заехал на заправку, купив кофе и перекус для девушки.

– Спасибо...

– Не за что. Не дрейфь, лучше поешь и отдохни. Если захочешь, то можешь переночевать у меня, комната свободная есть. Приставать не буду, не бойся.

Даниэла улыбнулась ему, почему-то он внушал доверие и чувствовалось от него что-то родное и тёплое. Согревшись и перекусив, девушка задремала. 

Проснулась она уже тогда, когда пикап затормозил. Оглядевшись, Дана увидела небольшой дом, вокруг которого были такие же домики. Посёлок был небольшой, но даже уютный. Войдя в дом, мужчина показал ей комнату и ванную.

- Располагайся, а я пойду чайник поставлю. Чай попьём и поешь.

- Хорошо, спасибо.

Даниэла положила рюкзак с вещами на кровать и достала несколько вещей, чтобы переодеться, а после пошла в душ. Девушка была рада, наконец-то, смыть с себя грязь и пот за несколько дней без нормального ночлега. Переодевшись в чистую одежду, Дана пошла в кухню, где её ждал Алексей с ужином и чаем.

– И что же ты планируешь делать дальше? – спросил мужчина, попивая горячий чай с бергамотом.

– Пока не знаю... Сейчас летние каникулы, думаю устроиться на какую-нибудь подработку, нужно найти жильё, – хмуро ответила Брудская, пережёвывая кусок мяса.

– К отцу не намерена возвращаться?

– Нет.

– Он наверное с ума сходит. Может хотя бы позвонишь ему? – задумчиво произнёс мужчина. – Я ведь и сам знаю, что это такое, когда не знаешь, что с твоим ребёнком...

– Не буду звонить. Он приедет и заберёт меня, а я не хочу этого. А почему вы не можете узнать о своём ребёнке? – неловко спросила она, доев ужин.

– Я узнал, что у меня есть дочь спустя год её рождения. Я был готов к тому, чтобы принять отцовство и воспитывать свою дочь, но её мать была против этого. Она всё грезила мечтами о напыщенном мажоре, хотела быть с ним и не нуждаться в деньгах. После того, как он ей отказал, она хотела вернуть меня, а я в тот момент уже переехал сюда к отцу. Она так и осталась жить одна с дочкой на руках.

Девушка слушала его рассказ и ей стало очень жаль, что его жизнь так сложилась.

– Мы писали друг-другу письма, я отсылал ей деньги, а она фотографии моей дочери. Кстати, её тоже зовут Даниэла.

Дана поджала губы и чуть нахмурилась.

– А как зовут её мать?.. – неуверенно спросила она.

– Светлана. Брудская Светлана. А что?

– Это моя мама, - прошептала она со слезами на глазах.

Дмитрий

Я сидел в своём кабинете и нервно смотрел в монитор ноутбука. Уже прошла неделя, как Робин взялся за поиски Даниэлы. Вестей от него не было, что очень выводило из себя. Из-за моей ревности и её глупости теперь страдают посторонние люди. Глория тоже понятия не имеет, куда она уехала. Никаких зацепок, кроме того, что она явно сменила внешность и стиль одежды, а также жила в Франкфурте, не было. Вдруг раздался звонок телефона. Робин.

– Слушаю, – мигом ответил я.

– В общем, картина такая: после Франкфорта Даниэла пустилась в бега дальше, останавливалась в мотеле *** города Мэдисон. Сотрудник ресепшена рассказал, что она приехала на мопеде, ночью ей пробил бак пьяный мужчина. В этом же мотеле ночевали пенсионеры, с которыми она поехала дальше. Они из Дэнвера, я уже с ними пообщался. Дана вышла из их пикапа, где-то в начале 82 автомагистрали. Это пока всё, что я смог узнать. Но скорее всего, она направляется в Северную Дакоту.

– С чего такие выводы?

– Старик рассказывал, что она очень заинтересовалась этим штатом, когда услышала, что там живут по большей части конфедераты и русскоязычные.

– Может она хотела таким образом замести следы?

– Не думаю. Откуда ей знать, что расследование дошло бы до этих стариков?

– Ну да. Моя дочь не настолько сообразительна. Она сначала делает, а потом думает. Я понял, спасибо, Робин.

– Рано благодарить. До связи.

Он завершил вызов, а я глубоко вздохнул и сжал телефон в руке. Чёртова девчонка! Угораздило же влюбиться в неё... Я вздохнул и перевёл грустный взгляд на результаты теста ДНК.

Автор

Даниэла смотрела в глаза Алексея и не знала, что сказать, также, как и он сам.

– Что?.. – всё ещё пребывая в шоке, произнёс мужчина.

– Моя мать – Светлана Брудская. Но... Она писала в письме, что мой отец Фролов Дмитрий... Я вообще уже ничего не понимаю.

– Твоя мать удивительная женщина, – с явным сарказмом произнёс Алексей, закуривая сигарету и открывая окно. – Она в самом деле была влюблена в Диму. Мы на тот момент были лучшими друзьями. Я был влюблён в неё по уши и понимал, что Фролову она интересна только тем, что всегда была рядом и было кого приласкать. Для него это был секс без обязательств, а для неё уже "любовь". Я пытался её вразумить и доказать, что Дима не тот человек, чтобы она посмотрела лучше. В какой-то день она застала его с другой девушкой, напилась, пришла ко мне изливать горе и в тот вечер, всё произошло.

Он сделал паузу и вздохнул, продолжив рассказ, куря сигарету и глядя в окно.

– Она была очень зла на меня. Говорила, как ненавидит и то, что я виноват в их с Димой отношениях. Через месяц она сказала ему, что беременна. Я узнал от своей тётки, что срок беременности месяц, как раз по подсчётам, тот период с тем вечером. Она меня отвергла. Сказала, чтобы я не совал свой нос в это дело и дал ей спокойно захомутать Фролова. Я поссорился со своим другом и уехал в Америку. Света писала мне, что это я виноват в том, что он её бросил и не хочет быть с ней, выслала мне твои фотографии. Я приехал, чтобы навестить тебя только раз, когда тебе был уже год и больше не выходил на связь, как просила твоя мать.

Девушка сидела со слезами на глазах и всхлипывала, держа плотину, которую вот-вот прорвёт и поток слёз вырвется наружу. Мужчина подошёл к ней и положил руку на плечо, успокаивая дочь.

– Мы можем завтра поехать сдать материалы ДНК, чтобы ты убедилась в правдивости моих слов... Если хочешь этого.

– Я просто в шоке... Я не знаю, что сказать. Шестнадцать лет я думала, что отец меня ненавидит и не хочет меня видеть, после смерти мамы появляется Фролов и увозит меня, а сейчас, я узнаю, что мой отец это ты...

Мужчина грустно опускает глаза и сжимает её плечо в знак поддержки.

– Да, натворила Света дел... Подожди... После смерти?

– Она покончила с собой.

Мужчина сглотнул и тяжело вздохнул. Два человека были сломлены горем, стараясь в этот момент поддержать друг друга.