Глава 9.
Макс сидел за столом и ковырял маленькой отверткой свое странное изобретение. Небольшое устройство с несколькими микросхемами и кучей проводков, напоминало электронного паука, но несло в себе очень интересные качества.
Этот прибор Прозорова, действуя на определенные участки головного мозга, мог помочь вспомнить любой пробел памяти. Достаточно было положить его под подушку, и электромагнитные волны изобретения, погружая человека в сон, проигрывали во сне множество сегментов жизни, в частности те, которые были задвинуты на задворки сознания и забыты.
Сегодня Максим усовершенствовал прибор и хотел испытать. Отложив отвертку, он сжал изобретение в руке.
- У меня все получится, - прошептал Прозоров.
Время уже давно перевалило за обед, а Маши все еще не было. Макс постоянно поглядывал на часы, словно это могло что-то изменить.
- Черт! И почему у меня нет номера ее мобильного?!
Ярослав звонил Князевой. Не прошло и трех гудков, как девушка ответила.
- Шеф? – раздался ее веселый голос.
- Мари, прости меня... с моей стороны это наглость, но я вынужден попросить тебя задержаться. У меня тут один форс-мажор нарисовался...
- Не беспокойся, я останусь с Аней столько, сколько потребуется. Мы тут прекрасно с твоими мультикам устроились, - обрадовала его Маша.
- Это ее любимый! Спасибо, Мари, что бы я без тебя делал... Я перед тобой в неоплатном долгу!
- Да ладно тебе, скажешь тоже! – отмахнулась Князева.
- Ну все, мне пора делать дела. Пока, передай привет Анюте! – проговорил Громов.
- Пока-пока, - сказала Маша и положила трубку. – Аня, твой папа звонил. Сказал, что задержится.
- Ну что поделать, - Громова по-детски развела ручками. – У папы много дел.
- Это точно, зато у нас есть мультики! – приободрила девочку Князева и включила следующую серию.
Время медленно, но верно приближалось к десяти вечера. Маша уже накормила Аню ужином, который приготовила из того, что нашла в холодильнике и на кухне у Ярослава.
Свежий салат и спагетти с соусом, пришлись по вкусу маленькой принцессе, и та, наевшись, начала зевать.
- Может пойдем разберем тебе кровать в твоей комнате? – спросила Князева у усталой Анюты.
- Маш, а можно еще серию, а потом спать? – с надеждой в голосе спросила Громова.
- Хорошо, - ответила Мария. – Но давай ты хоть приляжешь?
- Только можно я голову тебе на колени положу? – с сонной улыбкой спросила Аня.
Серия мультсериала давно закончилась, и Анюта уже посапывала, разглядывая свои детские сны.
Маша погладила малышку по голове и, взяв мобильный телефон, взглянула на время.
«Одиннадцать... Ярослава все еще нет...»
Громов гнал на полной скорости по городу, на который уже опустилась ночь. Его черный BMW словно летел по дороге, спеша доставить Ярослава домой. Резко притормозив у поворота к своей многоэтажке, он заехал во двор и поставил машину рядом с подъездом.
Поднявшись на свой этаж, владелец кафе тихонько вставил ключи в замочную скважину и открыл дверь. Квартира его встретила темнотой и полной тишиной.
Сделав несколько шагов в сторону гостиной, Громов увидел на диване спящих Машу и Аню на коленях Князевой.
Ярослав скинул кожанку и подошел к дочери. Он аккуратно провел по волосам малышки, стараясь не разбудить, а подняв глаза, его взгляд замер на лице Марии.
«Такая спокойная и умиротворенная... а из-за закрытых глаз не видно того задорного огонька, что всегда горит в них», - мысли о Князевой все чаще и чаще посещали Громова, заставляя забыться.
Он опустил руку, еле-еле сдержавшись, чтобы не провести по щеке Маши. Затем он взял Анюту на руки и отнес в ее комнату, уложив в кроватку.
- Мари, - Ярослав коснулся плеча девушки.
Князева резко открыла глаза и часто заморгала.
- Ярослав...
- Я приехал. Спасибо тебе, что побыла с Аней...
- Да не за что, мы очень здорово провели время, - улыбнулась Мария. – А ты, кстати, не голоден? А то я спагетти готовила для Анюты, и там еще осталось...
- Боже... ты еще и готовить умеешь. Я с удовольствием поужинаю. Составишь мне компанию?
- Если только кофе попить.
- Хорошо. Пойдем на кухню, - прошептал шеф.
Ярослав положил себе спагетти, а Маше сварил кофе, и они расселись за столом напротив друг друга.
- Я так волновался, что Аня захочет обратно в Грецию, - тихо начал босс.
- Тебе не о чем волноваться, Анюта очень любит тебя и рада, что ты привез ее в Россию, - Маша замолчала, делая глоток кофе. – Кстати, может все-таки расскажешь, что произошло на самом деле? – уже серьезно спросила она.
- Да... думаю, ты заслужила знать правду... Шесть лет назад я уехал в Грецию, чтобы обосноваться там и открыть сеть мини-ресторанов. Встретил Аминту, влюбился, женился... Первый ресторанчик я открыл уже будучи женатым. Мы купили квартиру, и вскоре родилась Анюта. Управляя рестораном, я откладывал деньги, чтобы расширять бизнес и дойти до России, но жена, при каждом упоминании о моей родине, приходила в ярость. Когда я начал ездить в командировки по работе, начались какие-то подозрения и безосновательная ревность с ее стороны. Дальше хуже – слежка, прослушка... Мы сильно поругались. В итоге она бросила двухлетнюю Аню мне и ушла. Позже я узнал, что она вбила себе в голову, будто я ей изменил, и решила отомстить мне, переспав с кем-то. Я не знаю, куда делась да Аминта, на которой я женился... Через год она захотела помириться. Я принял ее, она казалась прежней – хорошей. Вела себя порядочно и спокойно, и ради целостности семьи я согласился. Не хотел, чтобы Аня росла наполовину сиротой, сам-то я из детдома... Так не хотел, чтоб Анютка чувствовала себя неполноценной из-за нас. Потом Аминта начала периодически устраивать вечеринки, меня это не порадовало, но из-за командировок я не мог все контролировать и установил в квартире камеры. Проходили вечеринки, но Анюту она не бросала. Наряжала ее, водила знакомила с гостями... а потом я стал замечать, что моя малышка все чаще и чаще остается одна в комнате. Сидит и тихонько играет в одиночестве, ей на тот момент уже было четыре года. Я высказал жене, что она бросает дочь из-за своих вечеринок, но та лишь раскричалась, что я ей изменяю, и она так отвлекается, чтобы сохранить семью. Я запретил Аминте устраивать гулянки и снова сорвался в командировку. Между встречами выбрав свободную минутку, решил посмотреть в камеры, как там они. Аминта срывалась на Ане, кричала, что я бабник и прочее неприятное. Дочка все слушала, а потом начала спорить с ней, защищать меня... я... был в шоке... А потом жена ударила Анюту! Не шлепнула, а именно ударила мою дочь! Я бросил все, и помчался в Грецию. Выгнал Аминту, подал на развод. Хотел, чтобы Аня осталась со мной. Только вот у матерей, даже таких как моя бывшая, всегда больше шансов оставить ребенка себе. Аминта отсудила у меня мини-ресторан и дочь... Я выставил квартиру на продажу и уехал в Россию налаживать все здесь. Каждую неделю я летал в Грецию и виделся с Аней, но последний раз... когда я увидел малышку... на всем теле моей дочери были синяки. Не знаю, что там творила Аминта, но Анюту я сражу же забрал, сделал все необходимое для лишения ее родительских прав. Аня еще некоторое время побыла у своей бабушки, матери Аминты, слава богу, она нормальная женщина. И вот с продажей квартиры уже на днях, я смог доделать все документы и забрать Аню. Больше Аминта к ней не притронется никогда, - закончил свой рассказ Громов и, отвернувшись к окну, замолчал.
Маша внимательно все слушала, боясь хоть что-то упустить, и не переставала удивляться.
- Но ты так легко оставил Анюту со мной... хотя мы знакомы без году неделю... - тихо произнесла она.
- Теперь я лучше разбираюсь в людях, - коротко ответил шеф.
- Спасибо за доверие, - улыбнулась Князева.
Ярослав повернулся и задержал на ней взгляд, глядя прямо в глаза. Мария покраснела и опустила глазки.
Громов хмыкнул и встал, чтобы помыть посуду.
- Ярослав... думаю, мне пора домой. Хотелось бы завтра в универ попасть, - улыбнулась Князева, не поднимая глаз.
- Я отвезу тебя.
- А как же Аня? – удивилась Маша.
- Она спит, да и ехать до тебя не больше десяти минут. Оставлю Анютке записку на медведе, на всякий случай.
- Да я могу и на такси... - начала Мария.
- Нет! – прервал ее шеф. – Я сам тебя отвезу.
Молодые люди спустились к подъезду. Громов снял сигнализацию со своего черного BMW и открыл Маше дверь.
- Садись, - кивнул он.
- М-м-м... икс шестой, - произнесла Князева.
- Икс шесть эм. Разбираешься? – поинтересовался босс, садясь за руль.
- Не особо. Просто у меня отец очень любит BMW, вот и набралась от него, - ответила Мария и пристегнулась.
Ярослав завел авто. Гулкий звук мощного двигателя почти не было слышно из-за отличной изоляции. Громов постоял немного, прогревая мотор, а затем тронулся.
Темнота, опустившаяся на город, поглотила черный BMW, уносящий в ночь Машу и Ярослава. Город освещенный фонарями и одинокими огоньками в окнах, проносился мимо так и не меняя пейзажа.
Ближе к Машиному дому, Громов сбавил скорость, стараясь оттянуть хоть на мгновение момент прощания.
Но вскоре они все же подъехали к подъезду девушки.
- Мари... еще раз спасибо. Я очень рад, что ты смогла найти общий язык с моей дочерью.
- Мне было приятно провести с ней время, - заулыбалась Маша. – Так что обращайся. Я с удовольствием еще посижу с Аней.
- Ты потрясающая, - проговорил шеф, глядя Марии в глаза, которые даже в темноте сверкали задором.
Ярослав не мог оторвать взгляд от девушки, которая так завораживала его своей простотой и открытостью. Громов наплевал на все моральные принципы и, приблизившись к Маше, поцеловал ее. Князева откликнулась на поцелуй, словно ждала его с нетерпением. Они целовались, нежно покусывая губы друг друга. Мария обвила руками шею босса, а тот притянул ее к себе, крепко держа за талию.
Страсть заполняла их, совершенно заставляя забыться. Руки Громова скользнули под футболку девушки. Но почувствовал это, Маша отстранилась.
- Прости... - тихонько проговорил Ярослав. – Мне не стоило...
Мария печально опустила глаза.
«Конечно не стоило... ведь я не красотка под стать тебе, с которой стоило бы...» - горько подумала она. – Мне пора, произнесла она, открывая дверь.
- Маша, - Громов схватил ее за руку. – Мне очень жаль... но я...
Князева резко выдернула руку.
- Теперь уже и я жалею, - проговорила она и, развернувшись, направилась к парадной.
Ярослав опустил глаза.
«Чем же я ее обидел? Поцелуем... или словами? Что она имела в виду, сказав: «теперь и я...»?
Макс сидел на кожаном диване, как на иголках. Время давно перевалило за полночь, а Маша еще не вернулась домой.
В дверном замке заскрипел ключ. Прозоров перемахнул через спинку дивана и выбежал в прихожую.
Мария зашла, закрыв за собой дверь. Она со злостью сбросила обувь и в темноте врезалась в Макса, стоящего в дверном проеме. Тот, почувствовав тепло девушки, моментально обнял ее.
- Ты в порядке? – обеспокоенно спросил он.
Князева, уткнувшаяся в него носом, еще сильнее вжалась.
- Нет... - прошептала она.
Одной рукой Прозоров дотянулся до включателя и нажал на него. В прихожей ярко вспыхнул свет. Макс посмотрел на Машу, у которой глаза были на мокром месте.
- Что случилось? – спросил парень, прижимая Марию к себе.
Князева начала тихонько всхлипывать.
- Неужели я такая страшная, что о поцелуе со мной можно жалеть?..
Глаза Макса округлились и наполнились гневом. Он отстранил от себя девушку.
«Возможно», - подумал он, желая обидеть, но не сказал, пожалев чувства Марии. – Не забивай голову. Значит просто не твое, вот и все, - проговорил он и, развернувшись, ушел в свою комнату.
- Не мое... - прошептала Князева, вытирая слезы. – «А ты, мое?» - промелькнула странная мысль в ее голове.
Прозоров ударил о стену кулаком.
- Какого черта?! Кто посмел ее поцеловать?! – тихо, но зло проговорил он.
Последовал еще один удар в стену.
- Почему она позволила?.. Она же такая неприступная...
Макс обессилено опустился на пол. На разбитые костяшки пальцев он не обращал никакого внимания, но морально был полностью истощен.
Уже не первый день все его мысли занимала только Маша. И чем больше он о ней думал, тем сильнее хотел, чтобы она принадлежала ему и только ему.
«Почему я хочу именно ее? Чем она лучше других?» - задался мысленным вопросом Прозоров. – «Необычная? Да... Не штампованная кукла. Она не принадлежит к той толпе, что ходит за мной в универе».
- Я хочу ее, - прошептал Макс.
Он поднялся с пола и быстрыми шагами направился в комнату девушки. Прозоров ворвался без стука. Маша накидывала халат, и, увидев его, уже хотела раскричаться, что он вламывается как к себе, но не успела и рта открыть.
Макс поцеловал ее, крепко прижав к шкафу.
- Я никогда не буду жалеть о поцелуях с тобой, - слегка отстранившись, произнес он.
Мария подняла на него удивленные зеленые глаза.
- Почему именно я? Что во мне особенного? Вот Рита, она красивая и смелая, раз в любви тебе призналась.
- Мне не нужна никакая Рита! Мне вообще никто не нужен, кроме тебя! – грозно проговорил Прозоров и еще раз поцеловал Машу.
На этот раз Князева ответила на его поцелуй. Их языки сплелись, Макс нежно целовал девушку, иногда легонько покусывая ее нижнюю губу и проводя там языком, словно пытаясь оправдать укус. Это был момент счастья, момента наслаждения для Прозорова. Та, которую он так страстно желал принадлежала сейчас ему, как он и хотел.
Желание продолжить поцелуй чем-то большим было нестерпимо, но Макс преодолел его, боясь спугнуть Машу и то счастье, которое она ему подарила, ответив на поцелуй.