«Волчонок». Imagines & One Shots

Примечания:
Написано по фразе во 2 сезоне 2 серии

____

Представь, что ты была девушкой Айзека Лейхи и тебя удивляло его желание быть отличником.

***

Это было нездорово. Ты наблюдала, как Айзек готовится к тесту и только сильнее беспокоилась. Ты считала, что он хорошо учится, но его не устраивали хорошие оценки, он хотел только отличные.

Прямо сейчас он ходил из угла в угол и бубнил себе под нос формулы и правила из физики, не обращая внимания больше ни на что. Его кудрявые волосы были взъерошены больше обычного, а глаза горели лихорадочным огнём.

Он настолько сильно погрузился в это состояние, что даже не услышал, как ты уже в десятый раз позвала его обедать.

— Айзек, — ты тяжело вздохнула, прислонившись к дверному косяку.

Он слегка вздрогнул и обернулся.

— Привет, — пробормотал он мягко.

Ты подошла ближе и обхватила его лицо ладонями.

— Тебе нужно передохнуть, милый, — прошептала ты, глядя в его глаза.

Его лицо смягчилось, он прижался щекой к твоей ладони.

— Мне нужно сдать тест, — пробормотал он. — Если я не сдам...

— То что случится, детка? Не конец света же, — убеждённо сказала ты.

— Но... — начал было Айзек.

Ты прижала свой палец к его губам, призывая его замолчать.

— Если ты не сдашь тест, то ты сможешь его пересдать. В этом нет ничего сложного, любовь моя, — ты слегка улыбнулась. — К тому же я могу тебе помочь, если тебе нужна помощь.

Айзек пару секунд просто смотрел в твои глаза, а затем внезапно обнял, зарывшись лицом в твою шею.

— Я тебя не заслуживаю, — пробормотал он.

— Глупости какие, — ты нежно погладила его по волосам. — Итак, сначала еда, а потом я тебе помогу, идёт?

Айзек слегка отстранился и слабо улыбнулся.

— Идёт, — пробормотал он мягко.

***

— Это из-за моего отца, — признался он, когда вы решили передохнуть после пары часов подготовки.

— Хм? — пробормотала ты, поднимая на него глаза.

— Он... был сложным человеком и если что-то шло не так, как он хотел, то... — Айзек затих, а ты слегка напряглась, но не стала торопить его, давая ему время собраться с мыслями. — У нас в подвале стоял старый холодильник. Он не работал, но это было и не нужно, там всё равно было холодно. Когда я... разочаровывал его, он... запирал меня внутри. Иногда на целые дни. Только я и тьма. Я и мои мысли. Это было... страшно. Но ему было плевать, что я раз за разом извинялся и обещал исправиться. Он вспоминал обо мне только когда подходило время идти в школу. Или говорил учителям, что я заболел или что-то в этом роде, а я в это время сидел в холодильнике и... я пытался выбраться, клянусь, но я был слишком слаб, чтобы сопротивляться, и... — его голос дрожал.

— Эй-эй-эй, тише, — ты мягко взяла его лицо в ладони. — Не оправдывайся. Ничего из этого не твоя вина, ты меня слышишь? Это не твоя вина, Айзек, — ты посмотрела прямо ему в глаза.

Он открыл было рот, вероятно, чтобы возразить, но ты мягко прижала свой палец к его губам.

— Это. Не. Твоя. Вина. — повторила ты твёрдо.

Айзек замер. Его дыхание сбилось, а по щекам, наконец, потекли предательские слезы. Он больше не пытался спорить или оправдываться. Вместо этого он просто подался вперёд и уткнулся лбом в твоё плечо. Его руки обвили твою талию, сжимая ткань твоей футболки так сильно, словно ты была единственным, что удерживало его от падения в бездну.

Ты обняла его в ответ, одной рукой продолжая нежно перебирать его кудрявые волосы, а другой мягко поглаживая по спине. Ты чувствовала, как дрожат его плечи, как из него выходит то напряжение, которое он копил в себе годами, пытаясь казаться непогрешимым.

— Я просто хотел, чтобы он гордился мной, — глухо произнес он, и его голос звучал совсем по-детски, лишаясь привычной уверенности. — Мне казалось, что если я буду идеальным, если я буду делать всё правильно, он перестанет злиться. Перестанет... делать это.

— Айзек, — тихо, но твердо произнесла ты, отстраняясь ровно настолько, чтобы заглянуть в его заплаканные глаза. — Твой отец был сломлен. Его злость не имела ничего общего с твоими оценками или поведением. Ты не обязан быть идеальным, чтобы заслуживать любви и безопасности. Ты уже достаточно хорош. Просто тем, что ты есть.

Он смотрел на тебя, и в его глазах читалась боль, но теперь к ней примешивалось и облегчение.

— Спасибо, — выдохнул он.

Ты осторожно вытерла его слёзы пальцами.

— Всегда пожалуйста, — ты слегка улыбнулась, а затем нежно поцеловала его в лоб. — Ты всё сдашь.

— А если нет? — Айзек смотрел на тебя со страхом в глазах.

— Даже если нет, то можно будет попросить пересдать. Или, если не получится, то мы с тобой наверстаем упущенное, — ты мягко погладила его по щеке.

— Мы? — неуверенно повторил Айзек.

— Мы, — кивнула ты. — Вместе. Всегда.

Он прижался поближе и шмыгнул носом, его дыхание щекотало твою кожу.

— Мы ведь будем в порядке, правда? — пробормотал он. — Это же ничего не меняет? Это же не... — он внезапно отстранился и вытер лицо рукавом, — боже, я такой жалкий и неуверенный...

— Эй-эй-эй, шшш... — ты осторожно повернула его голову к себе. — Мы в порядке. Обещаю, — ты мягко улыбнулась.

Ты потянула его на себя и вы оба упали на кровать. Голова Айзека лежала на твоей груди, а ты мягко перебирала его волосы, тихо напевая что-то неразборчивое.

— Мы в порядке, — прошептал Айзек чуть более твёрдым голосом.

Ты пробормотала тихое «угу», протянула руку за одеялом и укрыла вас обоих, слегка целуя его в волосы.

Подготовка могла подождать несколько часов, но эта тихая драгоценная передышка сейчас была важнее всего. Потому что вы были вместе, в безопасности и ему больше не было холодно. И ты клялась, что больше никогда не будет.