Глава 4.
- Нет, нет, я не сплю, - протер глаза Билл и встал с кровати: что теперь толку снова ложиться спать, сон все равно не вернется...
- Это Абнер Шольц. Мы с женой подумали над Вашим предложением и решили, что примем его.
- Да, конечно. Запишите адрес, - он продиктовал адрес. – Приходите к часу, вы сможете?
- Разумеется. Ну что, до встречи?
- До встречи, - Билл положил трубку и зевнул, а затем одел футболку и вышел из комнаты. – Мама! – позвал он. Но в ответ – тишина. – Мама!!!
- Доброе утро, - сказала она, утирая пот со лба.
- Ты что там делаешь?
- Обед готовлю. Все утро у плиты, упарилась.
- Обед? – удивленно произнес Билл.
- Обед. Это не я слишком рано готовлю обед, а ты слишком долго спишь, - рассмеялась Симона.
- Мне только что звонил отец Берни, - решил перейти к теме парень. – Они сегодня придут к нам.
- Вот и прекрасно. Значит не зря я пашу.
- Может тебе помочь?
- Лучше иди и приведи себя в порядок, - усмехнулась мать.
Билл зашел в ванную и подошел к зеркалу. Он даже не удивился, волосы и так каждое утро во все стороны торчат, а под глазами ужасные синяки из-за недосыпания. Он причесал волосы и аккуратно собрал их в хвост, чтобы нормально умыться.
Пунктуальность родителей Берни несказанно поразила Билла: они пришли минута в минуту. Да и не только пунктуальность. Эта семья напоминала примерную семью прошлых веков. Достаточно высокий мужчина в шляпе, длинном пальто и с зонтом-тростью в руке. Его взгляд будто бы пронзал насквозь, что Том аж вздрогнул. Женщина же наоборот выглядела добродушной, но тем не менее не отделалась от образа интеллигентной леди. Глаза женщины были печальными и красными от слез, но в них горел добрый огонек.
- Примите наши соболезнования, - в первую очередь тяжело вздохнул Билл.
- Ничего не говорите...
- Абнер! – воскликнула женщина. – Кстати, меня зовут Герда, а это мой муж – Абнер.
- Очень приятно. Я Симона, а это мои сыновья – Билл и Том.
- Билл, - прошептала Герда и упала к парню на плечо, да так, что он чуть было не повалился на пол. Довольно таки долго она стояла, рыдая, в то время, как окружающие с забвением смотрели на это трогательное зрелище.
- Дорогая... - отодвинул ее герр Шольц. – Успокойся... Билл тебе совершенно чужой человек...
- Неправда! – воскликнула она. – Он мой сын!
Симона удивленно округлила глаза.
- Не обращайте внимания... Она просто убита горем, ну и поэтому того... Немного не в себе... - пояснил Абнер.
- Сынок! – не унималась женщина.
- Извините, я сейчас, - протараторил Билл и тут же выбежал из коридора.
Том проследовал за ним. Обнаружив парня сидящим на кровати в своей комнате с закрытым руками лицом, он подсел рядом и положил руку брату на спину.
- Ну ты чего, Билл?
- Я не смогу так жить... Эта женщина, она... Я чувствую ее своей матерью, - Билл снова опустил голову, пряча ее в ладонях.
- Как ты можешь так говорить? - отпрыгнул Том.
- Вот поэтому мне и сложно жить. Да, я все понимаю, я понимаю, что она мне не мать, что она совершенно чужая женщина, но иногда мне просто кажется, что именно этот человек носил меня под сердцем и был со мной на протяжении всей жизни. Она кажется мне такой родной, Том. Ты даже не представляешь...
- Забудь все. Это твоя жизнь. Твоя, а не чужая.
- Но я чувствую обратное. Ладно, фрау Шольц может понять меня неправильно, - с этими словами юноша встал и вышел из комнаты.
Тем временем компания уже собралась за столом, с аппетитом уплетая обед. Билл незаметно прошмыгнул на свободный стул, но никто из присутствующих и глазом не повел. Это напрягающее молчание длилось довольно-таки долго, пока тарелки гостей не опустели.
- Сейчас я поставлю чайник, будем пить чай, - сказала мать братьев.
- Давайте я помогу Вам, - вызвалась Герда.
- Нет, сидите, я все сделаю сама, - поспешила на кухню Симона.
- Фрау Шольц... - протянул Билл. – Я бы хотел поговорить... О Берни.
- Я слушаю тебя, мальчик мой.
- Каким он был? Чем увлекался? Что любил?
- Берни у нас был золотым мальчиком, - всхлипнула женщина. – Он очень хорошо учился в школе. Но у него хватало времени и на спорт. Он занимался хоккеем, пока не сломал ногу. Он очень переживал из-за этого, но потом нашел себя в журналистике и писал самые лучшие статьи в популярном журнале. Еще он любил мотоциклы... Или как вы там это называете? Байки?
При слове «байки» Билл вздрогнул.
- Что-то не так? – смутилась гостья.
- Нет, нет, все так. Простите, что перебил.
- Ну так вот. Он попал в аварию со своей девушкой. Все было хорошо. Но пока он лежал в больнице, врачи стали замечать что-то странное. Но это не было никак связано с ДТП. Все же его выписали, и все было хорошо. Пока у Берни не выявили рак... Мы объездили почти всю Германию, - мать Берни закрыла лицо платком, отдаваясь слезам.
Билл нашел в себе смелость погладить женщину по спине. Та тут же подняла голову.
- Ох, простите... Мы объездили почти всю Германию, но ни один врач не мог помочь нам... - женщина снова заплакала.
- Я думаю, хватит об этом, - строго произнес Абнер. – Разве Вы не видите, как тяжело ей говорить об этом?
- Простите, ради Бога, простите, - почувствовал себя виноватым Билл. – Вы правы, хватит говорить об этом...
В арке появилась Симона, держащая чайник в одной руке и тарелку с разнообразием печенья и всяких конфеток в другой.
- Угощайтесь, - она поставила угощение на стол и разлила чай.
- Спасибо большое за этот обед, - поблагодарила Герда, допив чай. Думаю, нам пора.
Женщины обнялись, тяжело вздохнув.
- Постойте, - остановил Билл. – Где похоронен Берни?
- На центральном кладбище. На первом же повороте направо. Вы увидите сами, - сообщила мать.
- Спасибо вам, - вздохнул парень.
- Еще раз примите наши соболезнования, - первый раз за встречу подал голос Том.
- Спасибо. До свидания.
Билл лишь грустно кивнул...
