часть 10.
эмма продолжала плакать, не в силах остановиться, и когда дженна подошла ближе, её глаза расширились от ужаса. она отшатнулась, голос дрожал:
— н-н-ничего!.. правда, всё хорошо...
дженна прищурилась. она явно не верила ни одному слову. смотрела на неё с тем же выражением, что бывает у человека, когда он находит разбитую чашку посреди кухни и слышит в ответ: «оно само». у неё не было мягкой сочувственной улыбки, она не делала «присаживайся, поговорим». нет. дженна просто подошла и — не сказав ничего — резко обняла эмму. как подругу. сжала руки у неё на спине, прижав к себе, без лишней нежности, но крепко. так, чтобы та перестала дёргаться.
эмма заплакала сильнее. её губы задрожали, она начала вырываться:
— опусти!.. я не хочу тебя видеть!
её голос был сорванный, полный отчаяния, но дженна не отреагировала. просто крепче сжала руки, прижавшись лбом к её макушке.
— заткнись, эмма, — спокойно, тихо, как будто не злилась, но уже устала от этой истерики. — я тебя всё равно не отпущу.
эмма захлёбывалась всхлипами, сжимая кулаки у дженны на груди. она чувствовала себя такой уязвимой, такой маленькой, такой разбитой — и дженна держала её, как будто ничего не происходило.
эмма продолжала всхлипывать, не в силах ничего объяснить, не в силах даже нормально дышать. её всю трясло. дженна выругалась про себя и отстранилась ровно настолько, чтобы взять эмму за лицо — ладони тёплые, чуть прохладные пальцы сжали её щёчки, не слишком сильно, но так, чтобы та посмотрела на неё.
дженна наклонилась ближе, нахмурившись, взгляд колючий, внимательный, губы сжаты в тонкую линию.
— эй. хватит. — она пальцами с усилием вытерла слёзы с щёк эммы, размазав тушь по коже. — что с тобой? я что-то сделала?.. скажи.
она чуть пригладила ладонью её вьющиеся волосы, которые растрепались от ветра и слёз, а потом посмотрела ей прямо в глаза, холодно, требовательно, без мягких интонаций, без "бедняжек".
эмма сглотнула, сердце колотилось в ушах, как будто сейчас разобьётся. её губы задрожали сильнее, она отвела взгляд, но дженна держала её лицо, не давая отвернуться. тогда эмма выпалила слишком быстро, резко, слишком неестественно:
— нет!.. то есть... — она запнулась, поняла, что уже поздно отступать. — у меня кошка умерла…
дженна нахмурилась.
эта ложь вылетела так топорно, так неправдоподобно, что дженна вскинула бровь и смотрела на неё молча, не убирая рук.
эмма поняла, что переиграла, и сразу сжалась, затихла. она дрожала, глаза всё ещё мокрые. губы дрожали.
— я... я просто не хочу говорить, ладно? — прошептала она. — пожалуйста...
а дженна всё так же молчала, будто что-то обдумывала, но в итоге только выдохнула через нос, всё так же удерживая лицо эммы в ладонях.
дженна тяжело вздохнула, почти с раздражением, но не на эмму — скорее, на всю эту ситуацию. взгляд у неё стал строже, чуть усталее, но она аккуратно вытерла оставшиеся чёрные разводы под глазами девушки, большим пальцем убрав размазанную тушь с щеки.
— блядь, эмма, — тихо пробормотала она, всё же притянув её к себе и крепко прижав в объятии. — хватит уже плакать, ты мне сейчас всю рубашку зальёшь.
объятие было тёплым, плотным. дженна держала её крепко, с какой-то упрямой заботой, даже не задумываясь о том, как это может выглядеть со стороны. просто потому что эмма дрожала и плакала, и она это не переносила.
эмма всхлипывала в её плечо, прижимаясь как можно ближе. она не хотела, правда не хотела говорить. не хотела спрашивать. но язык сам предал:
— а… а саша… — почти шёпотом, сбивчиво. — она… ты… вы с ней встречаетесь?..
дженна чуть отстранилась, чтобы посмотреть на эмму. бровь медленно поползла вверх.
— ты серьёзно? — она прищурилась. — ты из-за этого ревела, как будто я тебе сердце разбила?
эмма отвела взгляд, глаза снова увлажнились, и дженна мгновенно это заметила.
— эм. — дженна чуть качнула головой. — мы не встречаемся. я её едва знаю. она меня заебала ещё год назад своими «давай кофе» и тупыми мемами в директе.
эмма подняла взгляд, в нём — растерянность, надежда, недоверие.
— но… та девочка говорила…
— девочки говорят много чего, — резко оборвала дженна. — особенно если хотят кого-то себе.
она снова обняла эмму, чуть наклонив голову, чтобы её подбородок оказался у той на макушке.
— я вообще ни с кем не встречаюсь, эмма. я людей еле выношу. ты же знаешь.
эмма зажмурилась, уткнувшись в её грудь, и тихо вздохнула, впервые за весь день чувствуя, как внутри хоть немного отпускает.
дженна посмотрела на неё чуть прищурившись, с ленивой, почти насмешливой улыбкой, и голос её стал ниже, с характерной хрипотцой, от которой у эммы тут же подогнулись коленки.
— а ты… ревнуууешь?.. — протянула она, слегка наклонив голову набок, будто изучая, как эмма отреагирует.
эмма замерла. глаза расширились, щеки тут же залились краской, как будто в ней включили прожектор стыда. она резко отвела взгляд, будто стена напротив вдруг стала самой интересной в мире.
— ч-что?! нет!.. — выпалила она, пытаясь выглядеть возмущённой, но получалось жалко: голос дрожал, а уши, шея и даже нос предали её, раскрасневшись как у помидора.
дженна усмехнулась, не отводя взгляда. поднесла палец к подбородку эммы и легко повернула её лицо к себе.
— врёшь, — спокойно, с тем самым выражением, будто уже всё знает и просто наблюдает, как эмма корчится.
эмма прикусила губу, чуть поёжилась, пальцы сжались в кулаки, и она тихо пробормотала:
— я не ревную… просто… просто подумала.
дженна кивнула, будто соглашаясь — и тут же:
— что я тебя бросила ради какой-то саши? — сухо фыркнула. — даже не думай. ты у меня особенная, мелкая.
она потянулась и мягко тронула её лоб пальцем.
эмма затрепетала, как от электричества, и вжалась в неё ещё сильнее, вся красная, почти не дыша. внутри неё всё перевернулось и расплавилось от одного только слова — «особенная».
эмма всхлипнула, пряча лицо в ворот свитшота, словно надеясь спрятаться там навсегда. голос её был тихим, почти шёпотом, но дженна услышала отчётливо:
— ты меня раскусила…
дженна не ответила — просто обняла крепче, уткнувшись носом в пушистые кудри, вдыхая запах её шампуня с каким-то дурацким малиновым оттенком. на удивление для самой себя она даже не спешила отпускать. и, может, если бы не время, стояли бы так ещё долго.
но звонок на пару разорвал тишину. дженна нехотя отстранилась, посмотрела на эмму чуть пристально и коротко кивнула:
— иди. не хочу, чтобы из-за меня ещё и хвосты были.
эмма кивнула в ответ, снова покраснев. перед тем как уйти, бросила на дженну взгляд — будто спрашивая, точно ли всё в порядке. дженна просто подняла брови и показала пальцами жест "вали давай", с той своей ленивой ухмылкой.
эмма с трудом сдержала улыбку и пошла на последнюю пару, а дженна развернулась и неспешно двинулась в противоположную сторону, к себе в корпус.
эмма отсидела последнюю пару как на одном дыхании — почти не думая о грустном, расслабившись, шутила с одногруппницами и даже хихикала, когда преподаватель нелепо оговорился. настроение стало легче, особенно после утреннего разговора с дженной. теперь всё как будто встало на место, и тяжесть, что давила на грудь с самого начала дня, отступила.
после звонка она неспешно собралась, накинула свой светлый свитшот, поправила торчащие кудри и, сунув наушники в уши, вышла из университета. вечер был прохладный, но уже не такой колючий, как утром. домой она добралась быстро, без лишней суеты, и первым делом, как всегда, покормила сальму — свою чёрную пушистую кошку, которая тут же начала тереться о ноги и урчать, как трактор.
— ну ты и проглот, — улыбнулась эмма, ласково почесывая кошку между ушами. — всё сожрёшь и не заметишь…
переодевшись в домашнюю — огромную растянутую футболку и шортики — она завалилась на кровать, а сальма устроилась рядом, заняв почти полподушки. эмма обняла её, уткнулась лицом в тёпный бок и вздохнула. дома было тихо, спокойно, и только кошачье урчание и слабый свет из окна напоминали, что вечер всё ещё продолжается.
но где-то в голове снова вертелось лицо дженны — её голос, взгляд, руки, запах. всё, что она пыталась выбросить, только сильнее вцеплялось в мысли.
дженна вышла из универа чуть позже эммы — у неё была последняя пара, которую она, впрочем, едва слушала. мысли скакали от одного к другому, но всё равно возвращались к утреннему разговору, к эмме, к её смущённому взгляду и покрасневшим щекам. внутри сидело ощущение странной тревожной теплоты, от которой дженна никак не могла избавиться, хотя привычно пыталась сдерживать эмоции.
она дошла до дома в привычном темпе — быстрым, чётким шагом, с капюшоном натянутым на голову. как только открыла дверь, её тут же встретил арчи — радостный, возбуждённый, словно не видел хозяйку сто лет. он радостно завилял хвостом, подпрыгнул и ткнулся мордой в её ладони.
— эй, зверюга, не лезь в лицо, я вся мокрая, — пробормотала она, но всё равно склонилась к нему и почесала за ушами.
сначала накормила пса, тот глотал с жадностью, а потом дженна достала тёплую толстовку, зашнуровала удобные кроссовки и натянула чёрную шапку. дождь уже закончился, но асфальт был мокрый, воздух — влажный и прохладный, пахло свежестью и мокрыми листьями. она пристегнула поводок к ошейнику и вышла с арчи на улицу.
вечерний город жил своей жизнью — редкие прохожие, свет окон, запах сырости. арчи шёл рядом, иногда отвлекаясь на кусты, но вёл себя спокойно. дженна сунула руки в карманы и молчала, идя вперёд, почти не глядя по сторонам. в голове снова и снова прокручивались моменты — эмма на крыше, в кровати, утром на занятиях. эмоции она, как всегда, держала в себе, но внутри было неспокойно. слишком многое происходило слишком быстро.
дженна свернула к знакомому круглосуточному магазину на углу. арчи, как всегда, послушно сел у входа — воспитанный пёс, приученный ждать. он сидел, выпрямив спину, внимательно следя за дверью, а его морда вызывала у прохожих либо восторг, либо страх. но дженна знала: арчи душка, если не трогать его хозяйку без спроса.
в магазине она взяла корзинку и быстро прошлась по полкам. привычные движения, взгляд уверенный. чёрный шоколад, пачка мармелада, любимый вишнёвый чапман — привычный набор. потом — немного продуктов: спелые авокадо, упаковка яиц, багет, зелёный салат, сыр, куриное филе. на горячее дженна собиралась сделать что-то вроде пасты с соусом — простое, но вкусное. напоследок кинула в корзину банку газировки и пару упаковок печенья — с орехами, как она любит.
на кассе быстро рассчиталась, упаковала всё в чёрную эко-сумку и вышла обратно к арчи. тот тут же вскочил, подошёл ближе, ткнулся носом ей в руку.
— хорош, уже домой идём, — пробормотала она и щёлкнула карабин поводка.
дождя не было, но воздух оставался влажным, прохладным. дженна шла домой спокойным шагом, держа пакет с продуктами в одной руке, поводок — в другой. впереди её ждал уютный вечер, еда, фильмы и, возможно, немного размышлений о девочке с кудряшками и смущённым взглядом.
дженна пришла домой, скинув сумку с продуктами прямо у двери, и сразу взяла арчи на руки, как бы тяжело это ни было. доберман весил под сорок пять кило, и дженна, конечно, выдохнула, едва поднимая его.
— ебать ты кабан… — пробурчала она с усмешкой, перехватывая пса удобнее и неся его в ванную. арчи, как ни странно, спокойно терпел — он был приучен ко всему с детства.
она поставила его в ванну, открыла воду, тёплую, не горячую. быстро помыла лапы, подстряхнула воду, вытерла полотенцем. арчи немного поворчал, фыркая, но не вырывался. потом отряхнулся, заляпав пол, за что дженна бросила в него полотенце.
— ну всё, красавчик, свободен, — кивнула она, отпуская пса. тот ускакал в коридор, отряхиваясь дальше.
сама дженна пошла в спальню, скинула одежду прямо по пути, переоделась в удобную майку и трусы, потом рухнула на кровать, запустила рандомный фильм на ноутбуке — и уже на пятой минуте выдохнула:
— говно.
закрыла вкладку, забросила ноут в сторону и схватила телефон. тикток, как всегда, засосал: чужие жизни, танцы, дурацкие шутки, макияжи, рецепты — всё подряд. но и это быстро надоело. она выдохнула, потянулась за сигаретами и пошла на балкон.
на четвёртом этаже было нормально видно двор. прохладный, влажный воздух приятно ударил в лицо, немного остужая мысли. дженна закурила, уставившись куда-то вниз, туда, где слабо горели уличные фонари и мимо проходили какие-то незнакомые студенты. было тихо, почти хорошо. но всё равно… скучно.
дженна стояла, прислонившись к холодной бетонной стенке балкона, медленно докуривала сигарету, а внутри — откровенно скучала. в тиктоке — бред, фильм оказался мусором, арчи улёгся в коридоре и даже не заходил в комнату.
она сделала ещё одну затяжку, прикрыла глаза и хмыкнула.
ну и нахуя сидеть одной, если можно потаскать за щечки одну кудрявую дурочку, особенно если она такая милая, когда смущается?
дженна вернулась внутрь, села на край кровати, накинула на плечи тёплую кофту, всё ещё с сигаретой в губах и с телефоном в руке.
открыла диалог с эммой. у той в контактах она так и была подписана — кудрявая. без фамилии, просто "кудрявая", с маленькой буквы.
улыбнулась, когда всплыло последнее сообщение от эммы с мемом про кота, и набрала коротко, с той самой полупрозрачной насмешкой, от которой у эммы всегда щёки краснели:
дженна: эмма, милая, привет.
не хочешь придти ко мне в гости?
делать нехуй. у меня вкусняшки есть.)
она добавила смайлик скобочкой — да, специально. да, она знала, как это подействует.
и отправила, скинув телефон рядом на кровать.
потянулась, хрустнула шеей и тихо себе под нос усмехнулась:
— посмотрим, кудрявая…
эмма сидела на полу у кровати, чесала сальму за ушком и лениво глядела в экран телефона. уведомление появилось с мягким звуком, и она машинально разблокировала.
когда увидела имя отправителя, а потом и само сообщение, у неё буквально перехватило дыхание.
«эмма, милая, привет.
не хочешь придти ко мне в гости?
делать нехуй. у меня вкусняшки есть.)»
она будто бы даже забыла, как дышать.
тело будто кинуло в жар. она уставилась в экран, уткнувшись щекой в колено, и дрожащими пальцами медленно напечатала:
«ох, да приду..»
сальма мяукнула и потерлась о её бок, а эмма вскочила, как ужаленная.
в комнате началась тихая паника. она запрыгнула в джинсы, натянула объёмный кремовый свитер, закуталась в капюшон и натянула свои чёрные кеды. немного душа, капельку тинта на губы — и всё. она готова.
весь путь на такси сердце колотилось как бешеное. дженна… зовёт… её. просто так. просто повидаться.
она вышла, поднялась, и у самой двери встала как вкопанная. потом тихо постучала.
дверь открылась почти сразу.
дженна стояла босиком, волосы небрежно убраны, на ней — растянутый тёмный худи и одни только чёрные кружевные трусы.
эмма моментально замерла, уставившись куда-то в сторону, и чуть не свалилась в обморок.
дженна хмыкнула и, как будто не замечая, просто наклонилась вперёд и обняла её за плечи, слегка прижимая к себе.
— заходи, кудрявая, — спокойно сказала она, отступая внутрь.
эмма прошмыгнула внутрь, как воробей, и тихо, почти шёпотом, пробормотала:
— п-привет…
дженна, даже не обращая внимания на смущённый взгляд эммы, спокойно захлопнула дверь и пошла дальше по коридору.
эмма, чуть запнувшись, разулась, аккуратно поставив кеды у порога. её щеки всё ещё горели, особенно когда она слышала, как босые ноги дженны шлёпают по полу, удаляясь в сторону зала.
— иди ко мне, — спокойно крикнула дженна из комнаты.
эмма кивнула самой себе, натянула рукава свитера до самых пальцев и пошла в зал.
едва она зашла, как на неё тут же налетел арчи. огромный доберман радостно заскулил, виляя хвостом, и чуть не сбил её с ног.
— арчи! — засмеялась эмма, упав на колени. — ты такой радостный, ты скучал?
она обняла пса, потискала его, запустила пальцы в гладкую шерсть и пару раз чмокнула его в нос и в макушку.
арчи тяжело выдохнул, довольно фыркнул и ткнулся мордой ей в шею.
дженна стояла у стены, облокотившись на косяк, и с лёгкой улыбкой наблюдала за этим.
— он тебя обожает, — просто сказала она. — впрочем, как и ты его.
эмма смущённо хихикнула, снова поцеловала арчи в лоб и, не вставая с пола, посмотрела на дженну снизу вверх.
глаза светились, щёки всё ещё были красными, а внутри — тепло, уют и лёгкое, тягучее чувство восторга.
дженна уютно устроилась на диване, подогнув одну ногу под себя, накинула на колени мягкий серый плед. она молча выдохнула в сторону, потом обернулась к стоящей у двери эмме и спокойно, с лёгкой усмешкой, сказала:
— иди ко мне.
эмма замерла на секунду. её щёки моментально залились краской, и она, чуть опустив глаза, подошла ближе, аккуратно, будто боясь потревожить покой, легла рядом. дженна подняла край пледа, укрыла их обеих и обняла за плечи, крепко, но спокойно, как будто это происходило уже не в первый раз. эмма застыла, напряжённая и до ужаса смущённая, а дженна только хмыкнула и почесала носом её макушку.
— ну ты и стесняшка, — пробормотала она, глядя в экран телевизора, где что-то фоном показывало тиктоки.
они полежали так минут десять — молча, в приятном тепле, в аромате сигарет и собачьей шерсти. арчи, тем временем, свернулся клубком у дивана, наблюдая за ними снизу.
— пойдём, — наконец сказала дженна, выпрямляясь. — надо жрать что-то готовить. ты же любишь пасту?
— ага, — тихо отозвалась эмма, вставая вслед за ней.
они прошли на кухню — просторную, светлую, с открытыми полками и уютным светом. дженна ловко завязала волосы в пучок и достала кастрюлю.
— ставь воду, кудрявая, — скомандовала она, и эмма, как по команде, начала искать подходящую.
— а чего ты сама не сделаешь? — буркнула она, но послушно поставила кастрюлю на плиту.
— потому что у меня гостья. гостья с милой задницей, кстати, — сказала дженна, проходя мимо и нарочито легко хлопнув эмму по попе.
эмма чуть не подскочила, вскинулась, обернулась с огромными глазами, а дженна уже стояла у холодильника, будто ничего не было.
— ты... ты офигела, — пролепетала эмма, заикаясь и уже вся красная.
— я тебя ещё затащу сегодня в постель, — бросила дженна спокойно, держа сыр в одной руке и кетчуп в другой. — просто предупреждаю, чтобы не удивлялась потом.
эмма на секунду забыла, как дышать. она так вцепилась в пачку спагетти, что чуть не разорвала её пополам.
— т-ты… — её голос дрожал. — ты прикалываешься, да?
— ну, может быть, — невозмутимо пожала плечами дженна, ставя сковороду на плиту.
эмма застыла, глядя на неё, в голове был сплошной шум и перегрев.
она вдруг поняла, что руки у неё трясутся.
а ещё — что в животе неприятно тепло, липкое, пугающее.
но хорошее. слишком хорошее.
— доставай чеснок, — спокойно сказала дженна, уже наливая масло. — и не отрежь пальцы, я знаю, ты из тех, кто нож держать не умеет.
эмма выдохнула, и даже засмеялась.
— вот бесишь, реально, — проворчала она, всё ещё смущённая, но уже с чуть менее дрожащими пальцами.
и они вместе продолжили готовить, переглядываясь, смеясь, споря — но каждый раз, когда дженна бросала очередную колкость, фразу с двойным смыслом или просто смотрела чуть дольше, эмма почти растворялась.