Девушка, которая потеряла
Нура предложила выпить. Мун согласилась. И, кажется, зря. Второй час подряд бедная девушка обнимается с унитазом. Это уже во второй раз, когда Еве плохо от алкоголя. Она выпила запас таблеток, чтобы как-то унять голову, по которой барабанят, и, вернувшись в комнату, легла в кровать, пытаясь вернуть сон и проспать ещё как минимум часа три-четыре.
Нуре, в отличие от её бедной подруги, повезло больше. Причина заключалась в количестве выпитого алкоголя. Сатре не очень любила пить и пыталась держаться от горячительного подальше, но именно ей пришла в голову такая замечательная идея, как напиться, и хоть на какое-то время, чтобы Еве стало легче. Блондинка выпила два бокала и для себя решила, что с неё явно хватит. А вот Ева пила залпом и всё подряд, даже не делая передышки. И это пугало девушку, потому как похмелье — это что-то страшное. Не редко Сатре сравнивала похмелье со смертью.
Она четко слышала, как Мун блевала. И ей было жалко рыжую. Ведь она её предупреждала, но Ева только отмахнулась и попросила её не быть занудой. Сатре сдалась и дала подруге напиться.
Девушка проснулась, накинула халат и, пытаясь не разбудить подругу, пошла на кухню. Заглянув в холодильник, она решила приготовить блинчики. Нура впервые готовит для Мун. Она разбудила Еву, принеся той свежий завтрак, состоящий из кофе и свежеиспечённых блинчиков. Ева удивилась такому пробуждению, но отказываться от завтрака она не собиралась, поэтому, забрав поднос с завтраком, начала уплетать еду Сатре.
Позже в школе она столкнулась с Вильдой и попросила выслушать её. Она взглянула рыжей в глаза и увидела в ней раскаяние. Сначала девушка подумала, что это галлюцинации. Ведь впервые Ева-королева-школы-Мун извиняется. И перед кем? Перед той, которую использовала в своих целях? Перед той, с которой дружба снова пошатнулась? И сейчас, выслушав извинения, Хэлеруд стояла и думала. Думала над словами Вильяма. Думала о том, прощать подругу или нет (а подругу ли?)? Думала, насколько далеко Мун может зайти? Думала над тем, как в дальнейшем её могут использовать? Вильда пообещала Еве подумать и сказать своё решение в конце учебного дня. Рыжая кивнула и пошла к Нуре, которая наблюдала за всем этим и гордилась. Ведь именно Сатре по пути к школе уговорила подругу помириться с Хэлеруд.
— Ну, как прошло?
— Я еще не уверена. Она обещала подумать.
И когда, вроде как, у Мун всё начало налаживаться, как о себе напомнил Шистад. И тут Нура не смела говорить, лишь молча смотрела за перепалкой этих двух. Вся школа наблюдала за этим действием.
— Ева, — мягко позвал её парень.
— Чего тебе?
— Как щёчка? Не болит? Хочешь ещё? — с усмешкой спросил он. Все замерли, и только блондинка из всех присутствующих понимала, о чем он. — Чего молчишь, Мун? Гроза школы язык проглотила?
— Шистад, прекрати.
— С чего это вдруг? Мне нравится. А сейчас, если ты не против, уйди с моей дороги. — Он толкнул Еву, но Нура, стоявшая позади, не дала подруге упасть.
Эмоции на пределе. И Ева тоже. Она срывается. Освобождается от рук Нуры и идет на Криса.
— Ты грёбаный урод, чтоб ты сдох. — Она начала его колотить, но хрупкие маленькие руки особой силой не обладали.
— Ева, успокойся. Гляди, а то силенок не останется. — Он снова её толкнул, и в этот раз не выдержала Сатре.
— Ты идиот, мерзавец, зараза, негодяй и скотина, Шистад. Никто ведь не давал тебе права издеваться над Евой? Правильно, никто. Запомни одно: обидеть мою подругу — значит мысленно стать моим врагом.
Она уложила парня на пол и начала пинать, вскоре Ева к ней присоединилась.
Идя на шум в коридоре, влюблённая парочка никак не ожидала увидеть такую картину: Ева и Нура били бедного Криса. Они решили растащить их от него. Вильда подошла к Мун, которая ничего и никого не замечала, и пыталась оттащить в сторону, за что получила удар в живот и, от боли скрючившись, упала на пол.
— Вильда! — кинулась она к ней.
— Отойди от меня, — её голос дрожал. — Я думала простить тебя. А теперь?! — И этого вопроса хватило, чтобы из глаз Хэлеруд потекли слезы.
— Ева Мун, отойди от моей девушки. Ты не заслуживаешь дружбы с ней. И если узнаю, что ты завела с ней разговор, пеняй на себя, — грозно произнес Вильям, поставив Криса в вертикальное положение и удостоверившись, что у парня не отбиты жизненно важные органы, помог Вильде встать и увёл двоих «раненных».
***
— Спасибо, бро, — благодарил его Шистад.
— Не за что. Только будь осторожней с ней. Я не хочу потом тебя хоронить.
— Да, я понял. Как Вильда?
— Ну моя бедная девочка лишь ушиблась, так что она жить будет.
— Пусть поправляется, а я начинаю игру.
— Конечно, но сначала дай оказать тебе медицинскую помощь.
— Я говорил, как горд быть твоим другом?
***
Ева сломлена. Ева убита. Она потеряла Вильду. И из-за кого? Вернее, даже из-за чего? Из-за нелепой стычки с Шистадом? Которую даже начала не она, а Нура. А затем глупая Ева, наплевав на окружающих, пришла на помощь подруге.
Ей плохо. Больно. Она потеряла Хэлерд. Потеряла ту, с которой вроде как помирилась. И если бы не эта драка, она уверена, всё бы обошлось. Она отчетливо помнит, как в порыве ярости ударила её в живот. И следующее, что она запомнила, — дрожащий, наполняющийся слезами голос Вильды, суровый и злобный голос Магнуссона, тяжело дышащую Сатре и задыхавшегося Шистада.
И она сделает всё, что в её силах, лишь бы вернуть подругу. И если для этого нужно пожертвовать своим статусом главной суки и заядлой тусовщицы, то она готова.