Очаровательная девушка

Другой формой детского поведения является игривая непосредственность. Вы можете

вполне положиться на эту кокетливую манеру, когда мужчина слишком серьезен, мрачен, сердит

или когда он начинает читать вам лекцию о том, что вам нужно измениться в лучшую сторону. В

основном этот метод состоит из следующих шагов:

1. Отвлеките его внимание.

2. Измените тему разговора.

3. Подчеркните детскую покорность.

4. Будьте игривой.

5. Преувеличивайте в словах и манерах.

БЭББИ

Для более подробного исследования непосредственной игривости я обращусь к Бэбби из

романа Джеймса Бэрри «Маленький священник». Бэбби являет собой такой яркий пример нашего

изучения, что оставшуюся часть главы я посвящу обзору ее непосредственной игривости.

Достойный маленький священник смотрел с ужасом на проделки этой дикой цыганки. Но

когда он начал протестовать против ее кажущейся безответственности, она прервала серьезный

разговор, игриво предложив ему посмотреть, кто из них выше. Для этого она заставила его встать

с ней спина к спине. А когда он готов был возмутиться ее несерьезностью, она переменила тему и

он полностью забыл о своем негодовании, поскольку боролся с желанием заключить в объятия

это очаровательное создание.

Обратите внимание, что Бэбби, прежде всего, переменила тему, желая узнать, кто из них был

выше ростом. Затем она отвлекла его от желания прочитать ей нотацию, заставив его встать с ней

спина к спине. Используйте те же методы в своих ситуациях. Если мужчина настроен очень

серьезно или сердит, вы можете переменить тему и сказать что-нибудь забавное или шутливое,

например: «Ты видел недавно высаженные перед церковью цветы?» А если он продолжает читать

вам нравоучения, отвлеките его внимание, поправив ему очки, узел на галстуке или пригладив ему

волосы.

БЕГСТВО ЧЕРЕЗ СТРОЙ СОЛДАТ

Бэбби уговорила священника помочь ей пройти через строй солдат, притворившись, что они

муж с женой. Гевин был возмущен.

«— Это было прекрасно, — воскликнула она, радостно хлопая в ладоши.

— Это было чудовищно, — ответил он, — и тем более для меня, священника.

Услышав его выговор, Бэбби изменила выражение лица, и теперь оно было по-детски

наивным и игривым.

— Пожалуйста, простите меня, — сказала она так, словно ее уличили в краже варенья.

Капюшон упал с ее головы, и она умоляюще посмотрела на него. Казалось, теперь она

полностью находится в его руках...

— Я не понимаю тебя, — торопливо проговорил Гевин. — Всего несколько часов назад ты

была цыганкой в фантастическом одеянии... а теперь ты накидываешь плащ на плечи и

становишься прекрасной дамой. Кто ты на самом деле?

Бэбби ответила озорной улыбкой:

— Вероятно, плащ просто заколдовал меня. — Она легким движением плеча скинула его с

себя.

— Ой, — произнесла она с напускным изумлением, — это действительно всего лишь плащ,

ибо теперь я снова все та же бедная, безграмотная, маленькая девушка. Боже мой, но

одежда действительно меняет женщин.

Девушка явно играла, и священник с достоинством вышел вон, однако он был ею

очарован».

ВСТРЕЧА У СТАРОЙ МЕЛЬНИЦЫ

Когда Гевин встретил Бэбби у старой мельницы, чтобы получить от нее деньги для Нэнни,

он...

«...намеревался отчитать ее за попытку очаровать его. До ее прихода он вслух повторял

то, что хотел ей высказать: „Как ты посмела околдовать меня? В твоем присутствии я

швыряю на ветер драгоценные часы субботнего дня и даже забываю про субботу... Я

недостойный проповедник Слова... Тем не менее я призываю тебя, прежде чем мы

расстанемся, чтобы никогда более не встретиться, покайся в своих..." — и вдруг он услышал

пение Бэбби с елки.

— Ты где? — вскричал в изумлении Гевин.

— Я наблюдаю за вами из высокого окошка, — ответила цыганка, после чего священник,

взглянув вверх, увидел ее сидящей на елке.

— Как ты туда залезла? — спросил он в полном изумлении.

— На своей метле, — ответила Бэбби и снова запела.

— Но что ты там делаешь? — спросил Гевин, закипая гневом.

— Это мой дом, — ответила она, — я же говорила вам, что живу на дереве.

— Немедленно спускайся, — приказал Гевин, на что девушка ответила продолжением

шотландской баллады.

В следующее мгновение в его шляпу попал снежок.

— Это за то, что вы так сердитесь, — объяснила девушка. — Почему вы сегодня такой

несносный? А кстати, вызнаете, что разговариваете сами с собой?

— Ты ошибаешься, — ответил Гевин сурово. — Я разговаривал с тобой, или скорее я

говорил себе то, что...

— Что вы хотели сказать мне? — радостно подхватила цыганка.

— Так вы предпочитаете читать проповеди вместо обычных разговоров? А я-то

надеялась, что вы приготовили для меня нечто приятное. Если это что-нибудь очень

приятное, я подарю вам этот пучок еловых веток.

— Не думаю, что мои слова покажутся тебе приятными, — медленно сказал священник,

— но мой долг...

— Ах, так это долг, — перебила его Бэбби. — Не говорите о долге. Не надо, и тогда я

подарю вам вот эти ягоды.

Она вынула из складок своего платья ягоды, сияя торжествующей улыбкой, словно только

что обнаружила способ избежать исполнения долга. И Гевин, вместо того чтобы указать на

нее обличающим перстом, стоял в немом ожидании.

— О нет, — сказал он, вдруг вспомнив свой сан и отталкивая от себя ее подарок, — не

пытайся дать мне взятку. Должен тебе сказать...

— Ну вот, — сказала цыганка печально, — я вижу, вы опять сердитесь на меня. Это

потому что я сказала, что живу на дереве? Пожалуйста, простите меня за эту ужасающую

ложь.

Она встала перед ним на колени прежде, чем он смог остановить ее. Она смотрела на него

умоляющими глазами, сложив перед собой ладони.

— Ты опять издеваешься надо мной, — сказал Гевин, — но я не сержусь на тебя. Но только

ты должна понять...

Она вскочила на ноги и заткнула пальцами уши.

— Видите, я ничего не слышу, — сказала она.

— Послушай, что я скажу тебе, — продолжал Гевин.

— Я не слышу ни слова. Почему вы ругаете меня, когда я сдержала свое слово? Если бы я

посмела отнять руки от ушей, я бы отдала вам деньги для Нэнни. И, мистер Дишарт, через

пять минут мне надо идти.

— Через пять минут, — эхом отозвался Гевин с таким мрачным выражением лица, что

Бэбби услышала его слова даже с заткнутыми ушами, и опустила руки.

— Почему ты так торопишься? — спросил он, механически беря пять фунтов и забыв все,

что он хотел ей сказать.

— Потому что меня ждут дома, — ответила она, с наивным выражением лица взглянув на

ель. — Хотите узнать все обо мне? — спросила она. — А вы действительно думаете, что я

цыганка?

Затем посреди разговора она встала спиной к нему, чтобы посмотреть, кто из них выше.

— Давайте померяемся ростом, — сказала она сладким голосом, вставая спиной к его

спине. — Вы не стоите на цыпочках, нет?

Не стоило этого говорить Гевину, потому что он болезненно относился к своему

небольшому росту, но ее слова прозвучали так по-детски. Когда она увидела, что он

обиделся, ей стало стыдно за себя, и она быстро переменила тему.

Затем, когда она собралась уходить, она сказала:

— Я знаю, что вас тревожит. Вы ждете, когда я спрошу, какого цвета у меня глаза, и вы

опять про это забыли.

Он хотел ответить, но она опередила его:

— Не притворяйтесь, — сказала она строго, — я знаю, что вам мои глаза кажутся

голубыми. — Она приблизила к нему свое лицо так близко, что они почти соприкасались.

— Посмотрите мне в глаза, — сказала она торжественно, — после этого вы запомните,

что они черные, черные, черные.

При каждом повторении этого слова она трясла головой перед его лицом. Она была

восхитительна. Он был очарован. Он готов был обнять ее, но она убежала».

Обратите внимание, что Бэбби вовсе не реагировала на гнев Гевина проявлением обиды или

ответным испорченным настроением. Она не пыталась поправить его, сделать замечание или

ответить тем же. Напротив, игриво и даже шаловливо она отвлекала его внимание, стараясь,

чтобы он забыл о своем настрое. Она пела шотландскую балладу, говорила, что живет на дереве,

предлагала ему ветви и ягоды и занимала его цветом своих глаз. Или, стоя на коленях со

сложенными руками, она положилась на его милость и просила прощения. Она заткнула уши

руками, чтобы не слышать его. Все это взято из детского репертуара и выглядит игриво и озорно.

И Гевин, который находился под наблюдением прихожан с момента своего пробуждения и

до времени отхода ко сну и делал все, чтобы противиться своим пробуждающимся к ней чувствам,

посчитал ее обворожительной. Он посчитал ее необходимой для своего счастья, так что рискнул

ради нее своей священнической карьерой, служением, для достижения которого он пожертвовал

многими годами. Бэбби не была совершенством. Она совершала ошибки. Но она являет собой

превосходный пример женственного характера и детской непосредственности.

Непосредственная игривость в женщинах не означает каких-либо выходок или проказ.

Подобные формы поведения скорее свойственны маленьким мальчикам, а не девочкам. Иногда,

правда, мужчины могут позволить себе какую-нибудь озорную выходку, но не женщины.