End of the fucking world [+18]

Все в спортзале выглядели полусонными: кто-то уже дремал, привалившись к стене, а кто-то торопливо наносил макияж, пытаясь скрыть следы недосыпа. Эту сонную атмосферу нарушал лишь ритмичный стук баскетбольных мячей, отдававшийся гулким эхом по всему залу. Баскетболисты, разминавшиеся на площадке, казались единственными, кто сохранял хоть какую-то бодрость духа.

Свет, проникавший сквозь высокие окна, казался каким-то блеклым и рассеянным, не способным окончательно разогнать утреннюю лень. Запах пота и резины, характерный для спортзала, смешивался с ароматом дешевой косметики, создавая странный и немного удушающий коктейль.

Нана, укрывшись маской для глаз, погружалась в зыбкое состояние полудремы, отгораживаясь от наступающего дня и неизбежного собрания. Камила, в свою очередь, скользила пальцем по экрану телефона, бездумно пролистывая ленту, в поисках мимолетных развлечений, способных отвлечь от нарастающего напряжения. Лишь Эмбер, с тяжелым сердцем, знала истинный исход вчерашних событий, которые, словно темная туча, нависли над командой.

Хайтани, словно хищник, напал на капитана команды, Макото Кенджи. Но Эмбер видела все своими глазами: Кенджи сам спровоцировал этот конфликт, словесно задевая Хайтани, играя на его самолюбии и провоцируя на необдуманные действия. Однако кто поверит словам чирлидерши, когда речь идет о чести команды и столкновении двух сильных личностей? В глазах большинства она лишь украшение, яркая деталь, не имеющая права голоса в серьезных вопросах.

И эта мысль причиняла Эмбер боль. Она чувствовала себя беспомощной, словно ее голос тонул в общем шуме, неспособный донести правду до тех, кто готов слышать лишь то, что соответствует их предвзятым убеждениям.

Резкий звук открывающихся дверей заставил мысли, беспорядочно кружившиеся в голове Эмбер, отступить. Все взгляды обратились к Аше, которая вошла в спортзал, словно огненный вихрь. Красные сапоги на высоком каблуке, облегающий красный топ и короткая юбка – она выглядела вызывающе и эффектно, словно сошедшая со страниц глянцевого журнала.

-Я очень признательна, что вы посетили наше с вами собрание, - провозгласила она, хлопнув в ладоши, чтобы окончательно развеять остатки сна и привлечь всеобщее внимание. – А я уже начну...

-Как всегда, неповторимый эффект выхода, аж раздражает, - проворчала Нана, снимая маску для глаз.

Эмбер знала, что Нана не особо любит черлидинг. Эта неприязнь, как ни странно, была связана с Камилой. Но почему? Что такого сделала Камила, что Нана оказалась здесь, в команде, хотя и не испытывала к черлидингу ни малейшего интереса?

Эмбер в голове не укладывала никакую информацию, которую давала Аша. Игра состоится или всё же никто не знает о случившемся вчера ночью? Все, как ни бывало, готовились к игре, слушали внимательно распоряжения насчет соревнования. Уокер перевела свой взгляд на Хайтани, который тоже сидел и слушал Ашу. Как только она перевела свой взгляд на Харучие, тот повернулся назад и встретился взглядом с девушкой, а потом с улыбкой на лице подмигнул ей.

Эмбер невольно покраснела, отводя взгляд. Она попыталась сосредоточиться на словах Аши, но мысли то и дело возвращались к Харучие и его дерзкой улыбке. Что он имел в виду?

Аша, закончив инструктаж, хлопнула в ладоши, привлекая внимание всех присутствующих.

-Итак, команда, вы знаете, что делать. Покажите им, на что мы способны! Удачи!

Резко открываются двери в спортзал, и туда входит какая-то баскетбольная команда. Эмбер внимательно посмотрела на их спортивную форму и увидела надпись у каждого «Бульдоги».

-О, мы помешали вам, - с издевкой в голосе сказал парень, постриженный под ноль и покрашенный в красный цвет. Он бросил баскетбольный мяч в старшего Хайтани, а тот без каких-либо эмоций одной рукой поймал. - Похвально.

Ран Хайтани, даже не взглянув на провокатора, плавно перекинул мяч обратно, целясь точно в руки красноволосого. Тот, очевидно, не ожидал такого точного ответа и едва успел поймать мяч, немного пошатнувшись.

-А это ещё кто? - спросила Эмбер и уже собиралась спустится по трибунам и выйти из спортивного зала.

-Это команда «Бульдоги». Они хоть с нашей командой в дружеских отношениях, но когда играют друг против друг друга, такое ощущение, что они враги, - сказала Камила и тоже встала с трибуны и поправила свою зипку, которая немного слетела с плеча.

Нана как в землю провалилась, как только собрание закончилось, она ускользнула незаметно. Ее уход был настолько внезапным и тихим, что никто, кажется, даже не заметил ее отсутствия. Возможно, именно в этой незаметности и заключалась вся ее стратегия

Пока Камила и Эмбер, спускались с трибуны, намереваясь наконец покинуть спортзал. Вдруг, словно из ниоткуда, чья-то рука резко схватила Эмбер за локоть. Девушка вздрогнула от неожиданности и резкого ощущения чужого прикосновения. Ей пришлось обернуться, почувствовав, как нарастает напряжение.

Ее взгляд встретился с Санзу, который ухмыльнулся, и без лишних слов наклонился к уху девушки, прошептав:

-Хайтани просит молчать насчет вчерашнего дня

Камила,почувствовала, как Эмбер напряглась. Она видела, как изменилось выражение лица подруги, когда Санзу заговорил. «Что происходит?» — мелькнуло в голове у Камилы, но она решила не вмешиваться, по крайней мере, пока. Она видела, что Санзу не собирался причинять физический вред, но его слова явно имели вес.

Эмбер сразу изменилась в лице, стала серьезной. Слова Санзу, сказанные так внезапно и с такой наглостью, выбили ее из колеи. Удивление сменилось гневом, а затем и более глубоким, холодным пониманием. Она резко выдернула руку из хватки Санзу

— Ты его очередной песик? Или просто любишь передавать чужие приказы?-ее голос прозвучал резко, с той самой ухмылкой, которую она уловила у Санзу, но в ее исполнении она была скорее вызовом, чем угрозой.

Санзу, казалось, был слегка удивлен такой дерзостью. Его ухмылка стала шире, но в глазах появилась новая, более опасная искорка. Он наклонил голову, рассматривая Эмбер с нескрываемым интересом, словно она была каким-то редким и интересным экспонатом.

— А ты, я смотрю, смелая, белая, — протянул он, делая паузу, чтобы каждое слово дошло до нее. — И, похоже, боишься меня. Что ж, это уже неплохое начало.

Камила, заметив напряжение между ними, подошла ближе, готовая вмешаться, если что-то пойдет не так. Ее взгляд метался между Эмбер и Санзу, пытаясь уловить хоть какой-то намек на происходящее. Она чувствовала, что вокруг них сгущается атмосфера, чуждая и пугающая.

Как только Санзу выпрямился и собирался уже уходить, словно закончив свой зловещий акт, из ниоткуда на него разлегся из спины какой-то парень. Это произошло так стремительно, что никто не успел среагировать. Парень, двигаясь с поразительной грацией, оказался за спиной Санзу, обхватив его одной рукой за плечи, а другой как бы поддерживая. Он посмотрел на девушек, и в его глазах мелькнул интерес, но в отличие от Санзу, в его взгляде не было ни угрозы, ни злобы. Было лишь любопытство, смешанное с легкой ухмылкой.

-Что тут у нас?— спросил он, его голос был приятным, но в нем слышались нотки игривости. Он будто вклинился в уже назревающий конфликт, превратив его в какую-то странную игру. У него были короткие, кудрявые волосы коричневого цвета с выбритыми висками. Эта прическа, вероятно, призванная подчеркнуть его привлекательность, казалась ей чем-то вроде маски, скрывающей подлинные намерения. Незнакомец, мягко улыбнулся, его глаза чуть прищурились.-Не волнуйтесь, дамы. Я здесь не для того, чтобы создавать проблемы. Скорее, чтобы их улаживать-, он перевел взгляд на Санзу-Иногда полезно иметь кто-то, кто может сказать тебе, когда ты перегибаешь палку, не так ли, Санзу?

-Отцепись от меня! – Харучее чувствовал, как кровь приливает к лицу, и сжал кулаки. Никаких драк, надо просто вырваться из его охватки. Но парень, свою очередь, совершенно не обращал никакого внимания на Санзу, просто обошел его и протянул руку девушкам.

-Дамы, меня зовут Ичиро Ямасита, и я играю за тяжелый форвард. Если точнее, я играю за защиту, обычно под кольцом. Такая же и позиция и у него, - он указал пальцем на Санзу, который скрестил руки перед грудью и лишь презрительно фыркнул.

Мы с Камилой, словно невидимые свидетели, наблюдали за разгорающейся бурей. Парни, еще несколько мгновений назад стоявшие бок о бок, теперь оказались по разные стороны баррикад. Ичиро, с его напускной уверенностью и язвительными замечаниями, умело играл на самых тонких струнах Санзу. А Санзу, чья горячая кровь не терпела такого обращения, отреагировал предсказуемо. Тяжелый баскетбольный мяч стал его оружием, а Ичиро – мишенью.

Спор перерос в игру в догонялки, где мяч с глухим стуком рассекал воздух, а Ичиро, с неожиданной ловкостью, уворачивался от летящего снаряда. Каждый промах Санзу сопровождался едким смешком Ямаситы, что еще больше подстегивало гнев Санзу. Даже Эмбер, поначалу сохранявшая невозмутимый вид, не смогла удержаться от легкой улыбки, наблюдая за этим комичным зрелищем. Ее взгляд случайно встретился с Хайтани, стоявшего в стороне, окруженного своей командой и игроками другой. Сразу улыбка сползла с лица. Эмбер лишь незаметно для всех показала ему средний палец и усмехнулась. Он, в свою очередь, конечно, заметил, но Эмбер это не волновало. Она развернулась и собиралась покинуть спортзал, а за ней пошла Камила.

***

Время шло незаметно. Камила принимала душ и громко подпевала музыке, которая играла в комнате. Вода смывала с нее остатки сна, наполняя тело бодростью и предвкушением нового дня. Ее голос, звонкий и немного хриплый по утрам, эхом разносился по комнате, смешиваясь с ритмами любимых песен.

Эмбер сидела за туалетным столиком и наносила макияж. Сегодня первое соревнование ее, но она вообще не чувствовала никакого переживания, она только возбуждалась от этого всего. Каждое движение кисти, каждый штрих карандаша были отточены до автоматизма. Это было не просто нанесение косметики, это было создание образа, брони, которая поможет ей выйти на арену и показать все, на что она способна. В зеркале отражалась уверенная в себе девушка, глаза которой горели предвкушением.

-Эмбер, ты будешь моей спасительницей, если дашь мне свой тональный крем, он мне сгодится как консилер-сказала Нана и оторвалась от своего огромного зеркала, который был на весь рост.

-Держи, - отозвалась Эмбер, не отрываясь от зеркала. Пальцы ловко наносили тени, вырисовывая плавный контур.

Нана, схватив крем, принялась лихорадочно втирать его в кожу. Как же ей повезло, что у Эмбер очень бледная кожа, а тональный крем 1 оттенка, что хорошо может скрыть синяки от недосыпа на лице.

Эмбер оглянулась назад и посмотрела на дверь, где за дверью душ принимала Камила, а потом посмотрела на Нану, которая держала во рту крышку от подводки и красила стрелки. Сквозь зеркала она уловила взгляд Эмбер и ждала, когда она начнет разговор, но разговор никак не начинался. Тишина, нарушаемая лишь тихим плеском воды в душе и музыка на фоне.

-Я знаю, о чем ты хочешь поговорить, - Нана выплюнула крышку, оставив на губах темный след от подводки. Она вытерла его тыльной стороной ладони и снова встретилась взглядом с Эмбер в зеркале. - Я то, чем занимаюсь сейчас, просто ненавижу.

-Почему ты тогда здесь?

-Я же сказала, это из-за Камилы, - сделала глубокий вдох Нана и отошла от зеркала, она присела на стол. - Аша только открыла набор в чирлидинг, а мне, которая с самого детства занималась танцами, стало любопытно. Тогда я и познакомилась с Камилой, она тогда была еще неумехой, на это было забавно смотреть.

Эмбер молча наблюдала за подругой, нанося последний штрих на свой макияж. Она знала, что за внешней бравадой Наны скрывается целый океан эмоций, за которые та так яростно цеплялась.

-И что, ты до сих пор здесь только из-за Камилы? - спросила Эмбер, откладывая кисточку и поворачиваясь к Нане.

-Ну, не только, - призналась Нана, теребя край своей юбки. - Но она - главная причина. Она тогда так старалась, горела этим, а когда у нее не получалось, она не сдавалась, а танцевала еще усерднее,-глубокий вдох-,Тогда Аша только ее загнобила за ее неграциозность, ей нужен был секс в танце, а Камила это не умела, - Нана выпрыгнула со стола и взяла свои сигареты. - Камила вышла из спортзала в слезах, слез было много, и тогда я решила попробовать себя тоже. Меня взяли, но я дала Аше слово, что вступлю туда, если со мной будет Камила, а у неё не было никакого выбора, как сделать так.

-Ты замечательная, Нана, - прошептала Эмбер.

Нана подошла к окну и поднесла сигарету к губам, зажигая ее зажигалкой. Дым заполнил комнату, смешиваясь с запахом косметики и нервозности.

-Спасибо, Эмбер, но об этом не должна знать Камила, она будет в отчаянии, если узнает об этом.

Эмбер кивнула, понимая деликатность ситуации. Ложь во спасение, как бы банально это ни звучало, порой становилась единственным выходом. Она знала, как сильно Камила переживает за успех команды, и новость о том, что Нана жертвует собой ради нее, могла бы полностью ее сломить.

Нана была девушкой, чья загадочность притягивала, словно магнит. В каждом ее жесте, в каждом взгляде таилась какая-то недосказанность, побуждающая узнавать ее лучше, разгадывать ее тайны. Эмбер, наблюдая за Наной, была уверена, что у той накопилось множество секретов, спрятанных за маской легкой беззаботности.

Из ванной комнаты вырывается Камила, окутанная лишь одним полотенцем, бережно обмотанным вокруг тела. Свежий пар, еще хранящий тепло влаги, легкой дымкой окутывает ее, придавая образу некую таинственность. Девушка делает глубокий, прохладный вдох, словно вбирая в себя всю свежесть утреннего воздуха, и тут же выдыхает, наполняя пространство легким, голубоватым облачком, которое мгновенно растворяется, оставляя лишь ощущение чистоты. Ее лицо, еще расслабленное после горячей воды, освещает легкая, еле уловимая улыбка, придавая ей особый шарм.

Взгляд Камилы скользит по комнате и останавливается на Нане, которая, не обращая внимания на происходящее, спокойно сидит у окна, погруженная в процесс курения. Терпкий, дымный аромат сигареты повисает в воздухе, контрастируя с чистотой, исходящей от Камилы.

-Нана, ты с ума сошла курить здесь?– с ноткой возмущения произносит Камила, решительно направляясь к подруге. -Открой окно пошире, пожалуйста. Ты разве не боишься, что тебя могут заметить?

Нана, не отрывая взгляда от тлеющего кончика сигареты, лишь усмехается. Она устраивается поудобнее на подоконнике, продолжая выпускать колечки дыма, которые медленно поднимаются к потолку. Камила подходит ближе, одной рукой старательно удерживая полотенце, чтобы оно случайно не соскользнуло, а другой – пытается отобрать сигарету у Наны. Но та ловко уворачивается, хихикая и продолжая веселую словесную дуэль, которая, казалось, только начиналась.

Время шло, и скоро должна была начаться игра. Эмбер стояла во весь рост у зеркала, вглядываясь в свое отражение. Белоснежные волосы, уложенные в прическу, словно у Мэрилин Монро, обрамляли лицо, тронутое легким макияжем. Ярко-красная и черная форма чирлидера, на спине которой красовалась дерзкая фурия, облегала фигуру, подчеркивая ее спортивную грацию. Черные гетры довершали образ, а на ляжки ноги был изящно повязан бантик, добавляющий нотку кокетства.

В этот момент Эмбер ощущала себя больше, чем просто участницей команды. Она была воплощением энергии, страсти и непоколебимой решимости. Каждый элемент ее наряда, от цвета формы до прически, говорил о ее готовности к битве, готовности зажечь трибуны и повести свою команду к победе. В ее глазах читался азарт, подогреваемый приближением игры, и предвкушение того адреналина, который охватит ее

-Эмбер,– мягко прозвучал голос Камилы, подошедшей к ней сзади. Она тоже была полностью готова, ее собственная форма безупречно сидела. – Ты такая красивая, тебе очень идет форма.

Эмбер обернулась, ее глаза заблестели от искренней улыбки.

-Спасибо, Камила. Ты тоже выглядишь просто великолепно.

В этот момент к ним подошла Нана, также облаченная в свою форму. Она оценивающе посмотрела на Эмбер, затем на Камилу, и, словно будучи в своей стихии, издала характерный свист, полный одобрения и предвкушения.

-Давайте сделаем селфи на память!– предложила Камила, доставая смартфон. Ее глаза сияли азартом. – Чтобы запечатлеть этот момент перед игрой.

Эмбер и Нана с готовностью согласились. Они встали рядом, каждая сияя своей уникальной энергией, и в одно мгновение они  оказались рядом, обрамленные яркими красно-черными формами. Нана, как всегда, была готова к эффектному ракурсу, Камила – к широкой, заразительной улыбке, а Эмбер – к тому, чтобы ее взгляд, полный решимости, был главным акцентом снимка. Щелчок камеры запечатлел их – три фурии, готовые покорять арену.

***
Тренер Кен Мацуда, с его неизменной сосредоточенностью, рисуя мелом на тактической доске, излагал инструктаж первой половины тайма. Его голос, спокойный, но уверенный, эхом отдавался в стенах раздевалки, где игроки "Фурин" расположились на скамейках. Глаза парней были прикованы к каждому движению тренера, к каждому нарисованному им квадрату и стрелке, символизирующим перемещения игроков по арене.

-Итак, парни,-начал он, протирая очки,-в первом тайме мы будем придерживаться нашей стандартной схемы 4-3-3. Задача — плотно прессинговать их в центре, не давая им развить атаки. Особое внимание на фланги. Их вингеры быстры, нам нужна подстраховка в обороне.-Он указал на схему, демонстрируя, как должны взаимодействовать полузащитники. -Каждый из вас должен понимать свою роль, свою зону ответственности.

-Хайтани, - голос Хикару Есикавы, игрока под номером 5, звучал твердо, когда он, оторвавшись от скамейки, подошел к своему капитану. - Веди нас, капитан. Переведи к победе

-Ясен хуй, мы закончим игру с победой! – громогласно заявил Санзу, его крик эхом прокатился по всему помещению раздевалки, заглушая даже гул вентиляторов.

Эмоции, до этого сдержанные под слоем профессиональной дисциплины, вырвались наружу. Парни, еще минуту назад сосредоточенно слушавшие тренера, теперь обменивались друг с другом ободряющими взглядами, жестами, полными предвкушения. Улыбки, еще недавно тронувшие лишь уголки губ, теперь расцвели на лицах, разгоняя остатки напряжения. Крики одобрения, короткие, резкие, как удары молота, стали ответом Санзу, подтверждая его слова, умножая их силу.

Тренер Мацуда, наблюдавший за этим всплеском, лишь кивнул. Он знал, что иногда такие слова, произнесенные в нужный момент, значат больше, чем любая тактическая схема. Это был дух команды, ее воля к победе, которая сейчас, казалось, могла сдвинуть горы. Санзу, увидев реакцию команды, удовлетворенно кивнул. Его задача была выполнена. Теперь оставалось лишь выйти на арену и доказать все делом.

Арена ревела, словно пробудившийся гигант. Невыносимо громкий гул, сотканный из тысяч голосов, сливался с наэлектризованной музыкой, создавая хаотичный, но завораживающий саундтрек к предстоящему матчу. Свисты, крики, одобрительные возгласы – всё это обрушивалось на Эмбер, проникая сквозь её кожу, заставляя вибрировать каждую клетку тела. Казалось, в этот момент не существовало звука, не достигшего ее, не оставившего след. Спортзал был настолько переполнен, что возникло ощущение полного отсутствия свободного пространства.

С трибун, где обычно царил хаос болельщицких кричалок, теперь сидели те, кто сам не раз оказывался на площадке. Их взгляды были не просто заинтересованными, они были аналитическими, острыми, как взгляд хищника, выслеживающего добычу. Каждый пас, каждый бросок, каждое защитное движение – всё проходило под лупой самых опытных глаз. Это было не просто соревнование двух команд, это был тихий, но напряженный поединок умов, где каждый спортсмен пытался предугадать следующий ход, изучить тактику, выявить слабое звено.

Особенно приковал к себе внимание Ран Хайтани, капитан "Фурин". Его присутствие на поле было подобно буре, сметающей всё на своем пути. Невероятная техника, феноменальная физическая подготовка, и, главное, абсолютное нежелание уступать ни пяди – всё это делало его грозной силой. А его "свита", как метко прозвали его соратников, лишь усиливала этот образ. Санзу Харучие, тяжёлый форвард, казалось, игнорировал правила, действуя инстинктивно, но при этом поразительно эффективно. Его напористость и непредсказуемость создавали хаос в обороне соперника, заставляя их действовать в панике.

Риндо Хайтани, брат Рана, играл роль атакующего защитника, настоящего призрака на площадке. Его тихая, незаметная игра часто оставалась вне поля зрения, но именно его внезапные, убийственные пассы, адресованные брату, оказывались решающими. Он умел найти брешь в обороне, когда казалось, что всё потеряно, и его передачи были настолько точны, что превращали обычные игровые моменты в настоящие шедевры. Его игра была демонстрацией высочайшего тактического мышления и идеального взаимопонимания с братом.
Какучо Хитто, лёгкий форвард, был воплощением точности. Его броски в кольцо были словно выверены миллиметром, и ни один не уходил мимо. Каждое его движение, каждый пас – всё было наполнено уверенностью и мастерством. А его знаменитые трёхочковые броски, казалось, были способны перевернуть ход любой игры. Он был тем игроком, на которого можно было положиться в самый ответственный момент, тем, кто мог решить исход матча одним точным попаданием.

И, конечно, сердце команды, её мозг и душа – капитан Ран Хайтани, разыгрывающий защитник. Он не просто играл, он дирижировал оркестром, управляя темпом игры, направляя атаки, создавая моменты для своих партнёров. Его видение поля, его способность предвидеть на несколько шагов вперёд, его лидерские качества – всё это делало его поистине уникальным игроком. Он был не просто спортсменом, он был произведением искусства, живой легендой, чья игра завораживала и вдохновляла.

Эмбер все понимала — ее ничего не давило, эти хищные взгляды других игроков были без всякого внимания для нее. Она посмотрела наверх, на трибуны, и уловила своим взглядом команду «Бульдоги», они тоже пришли посмотреть игру «Фурин» против «Триумфа». Ее взгляд поймал Ичиро Ямасито, он помахал ей рукой, и от смущения девушка отвернулась и подошла к подругам.

Игра вот вот должна была начаться, команда Хайтани стояла у двери, ожидая объявления. Ран, с непроницаемым выражением лица, смотрел в дверной проем. К нему со спины подошел Санзу.

-Возбуждение снял, трахнул Ашу перед игрой?- с ухмылкой спросил Санзу, легонько толкнув приятеля локтем.

-Без нарушений сегодня, Санзу,- отбросив вопрос, проронил Ран, отдавая приказ.

-Да-да, сегодня я — одуванчик,- поддакнул Санзу, явно наслаждаясь реакцией.

-Тебе это вообще не идет,- вмешался в разговор Риндо, подходя к ним. Его голос был полон легкого недоверия. -Одуванчик? Ты же хищник, Санзу.

Санзу рассмеялся, его смех был сухим и острым, как лезвие:

-Именно поэтому я и решил попробовать что-то новое. Посмотрим, как они будут реагировать на милую мордашку.-Он хищно облизнулся, и глаза его блеснули.-Но пусть только попробуют что-то не так сделать, и мой одуванчик тут же засохнет, а вместо него появится... ну, ты знаешь.

Ран внезапно, словно хищник, схватил Санзу за край спортивной майки с номером 6, пригвоздив его к стене. Воздух вокруг них сгустился от невысказанной ярости, граничащей с взрывом.

-Мы уже достаточно дерьма натворили здесь. Никаких нарушений, ты меня понял, идиот?– слова Ранa, прозвучавшие сквозь стиснутые зубы, были пропитаны яростью, а его взгляд, обычно холодный и расчетливый, сейчас горел опасным огнем. Он держал Санзу крепко, не допуская ни малейшего движения, словно балансируя на грани, готовый взорваться в любую секунду.

В этот момент, их напряженный конфликт прервала Ая Вада, менеджер команды. Ее лицо, обычно спокойное и собранное, сейчас выражало неподдельный страх. Она подошла к ним, ее шаги были неуверенными, но в голосе звучала мольба.

-Парни, прошу, успокойтесь,– ее голос, мягкий, но наполненный тревогой, попытался разрядить накаленную атмосферу. Она встала между братьями, невидимой преградой, между их гневом и неминуемой катастрофой. Ее присутствие, хрупкое, но решительное, заставило Ранa на миг ослабить хватку, а Санзу – выпрямиться, в глазах которого мелькнуло что-то похожее на удивление, смешанное с легким раздражением.

Остальные парни из команды наблюдали за этой напряженной сценой в почтительном молчании. Инстинктивно они чувствовали, что лучше не вмешиваться, когда старший Хайтани был в таком настроении. Было ясно, что Ран сегодня не в духе, и это чувствовалось в воздухе, как наэлектризованный ток, который нарастал внутри команды. Казалось, что сама атмосфера вокруг них сгущалась, предвещая бурю.

Риндо, стоявший неподалеку, наблюдал за происходящим без особого интереса, лениво скрестив руки на груди. Его поза выражала показное равнодушие, но в глубине глаз мелькал легкий отблеск, выдающий его внимательное наблюдение. Он знал своего брата, чувствовал его настрой, и, похоже, был готов лишь пассивно наблюдать за развитием событий, ожидая, когда все само собой разрешится или перерастет в нечто большее.

Ая, всё ещё пытаясь унять дрожь, смотрела то на Рана, то на Санзу, её сердце бешено колотилось в груди. Она понимала, что любая неосторожная фраза, любое неверное движение может стать той искрой, которая разожжет пожар. Её роль заключалась в том, чтобы быть связующим звеном, голосом разума в этом хаосе, но сейчас она чувствовала себя бессильной, наблюдая, как две враждующие стихии готовятся столкнуться.

//////
Жду тебя у меня в тгк😘
В профиле тгк