Дубль Два

Анита
Тем же вечером

- Анита! Анита! – мощные удары кулаком в дверь и крики на всю парадную. – Нестеренко! – я ринулась в коридор.
Как только квартира стала открытой, моя подруга забежала в истерике.
По её щекам размазаны потёки туши вперемешку с помадой вишнёвого цвета, а из глаз не переставала литься прозрачная жидкость. Мне понадобилось несколько минут, чтобы успокоить Настю, и в конце концов выпытать у неё о случившимся.
- Кис, что с тобой? На тебя покушались? – девушка подняла взгляд на меня, и стало ясно – опять Гром. – Говори.
- Я... Я подслушала их разговор у подъезда Вишнёвского... оказывается, этот сукин сын распускал про меня все слухи в девятом классе! Это последний человек, на которого надо было думать! Мы были уверены, что это кто-то из девчонок. Но нет! Это всё из-за него! – Тайга разревелась.
- Тёлка. Не переживай. Не думаю, что такой дурак, как он, пойдёт в старшую школу. Расставайся – вы всё равно больше никогда не увидитесь, - я обняла синеволосую.
Вся эта сцена ощущалась так, словно мне подбросили бездомного котёнка, замёрзшего под суровым ливнем.
Она всегда была сильной, и никому не удавалось растопить её сердце. Не было повода для грусти. Но не в этот раз...
- Я была уверенна, что никто не доведёт меня до столь ужасного состояния! Баран кудрявый, чёрт его побери! – Настя вытерла холодные слёзы.
- Солнышко, спокойно. Хочешь, чтобы Саша разобрался с ним? – подруга кивнула. – Жди, родная.
Я ушла на кухню и позвонила Вишнёвскому. Гудки прекратились.
- Ало? – не тот голос. – Что надо, Анит?
Слава у телефона.
Спасибо, что упростил всё. Пара фраз и отлетает малыш.
- О, Гром! Как дела? Где Саша?
- Такое себе. Вишня... отошёл в туалет, - хриплый голос парня полон отчаяния.
Может он и попытался это скрыть, но ничего не выйдет.
- Что случилось?
- Обиделись на меня. Твоя лучшая подруга ещё та истеричка. Напомни ей об образе стервы и королевы свинарника, а не плаксы из-за пустяков, - звук разбитого стекла. – Кружка упала со стола, зашквар.
- Ты сам её разбил, не выдумывай. Ты можешь обмануть Настю и предать её, но не меня. Помни, что я девушка твоего лучшего друга. Без него – тебе будет худо. Сейчас же приехал и извинился, отморозок. У тебя двадцать минут, тик-так. 
После того, как разговор закончился, ко мне забежала Таёжная.
- Я всё слышала! Ты издеваешься? – подруга любя потрепала мне волосы, но у неё на лбу было написано «маленькая злюка».
- Он не приедет, ха-ха. Даже если и навестит – извиниться не сможет. Образ будет держать. Ему не знакомы милосердие и эмпатия. Мне известно о нём много чего от Саши...
***
Через десять минут
Настя
- А Настя выйдет погулять? – я выглянула в окно.
Это зрелище – последнее, что можно было вообще когда-либо представить.
Парень поднял свой взгляд и застыл.
Я. Он. Мы.
Анита аккуратно подобралась к окну на корточках и смотрела на меня щенячьими глазками:
- Ну, впусти его, Насть! Поговорите... - подруга шмыгнула, едва не заплакав.
- Ты чего ноешь? – я легонько тыкнула пальчиком девушке в носик.
- Вы подходите друг к другу... Пожалуйста, не иди против судьбы.
- Ну, ты и коза! – перевела взор на Славу. – Сейчас выйду, так уж и быть.
Я быстро оделась и выбежала в подъезд. Мне всего лишь на всего нужно было открыть эту чёртову дверь. Но как?
Домофон начал пищать. В здании моментально появился сквозняк из-за сильного потока вечернего разбушевавшегося ветра. Парень кивнул в сторону лестницы, мол, «заходи».
- В квартиру. Здесь холодно, - кудрявый взял меня за руку, и повёл наверх.
Анита стояла у входа и ждала нас.
Мы зашли в коридор, и Нестеренко сказала остаться в комнате.
Слава вручил мне букет алых роз. Я отложила его в сторону, ибо сейчас совершенно не до этого.
В помещении царила тишина. Изредка проезжали машины на полной скорости, из которых играла громкая музыка.
Святослав смотрел на меня, не отрывая глаз, после чего тяжело вздохнул и опустил голову вниз. Мы сидели друг напротив друга, но мне хотелось рядом. В обнимку. В сердце что-то ёкнуло, и глаза намокли. Я не знала, что чувствовать – оставаться бездушной куклой или же дать волю эмоциям? Казалось бы, он – уже не чужой мне человек. Прошло совсем немного времени, но мы успели прочувствовать друг друга и в некой мере даже привязались. Я уж точно. А он? Что он? Без понятия.
Сидит, спрятав лицо кудряшками и окутавшись во тьме комнаты. Слегка были видны его очертания – любимая помятая и мокрая мастерка Adidas, какие-то потрёпанные штаны, массивные часы на руках.
Чувствую, что влюбляюсь. Но... он испортил мне почти весь девятый класс. Да, это было и прошло, сейчас мы в отношениях и всё прекрасно. Хотя, говорил Саше, что я глупая пустышка и мною можно пользоваться. Это обидно.
Знаю, что являюсь такой, но не хочу слышать правду. В голове пытаюсь отрицать, но всё честно. Мне больно. Хочется, чтобы все говорили о том, какая я хорошая и милая – всегда слышала это в диалогах с кем-то. А здесь... услышала всё, как есть наяву. Никто не осмеливался произносить такое рядом со мной или с моими друзьями, близкими знакомыми.
Это пронзило. Не хочу слышать горечь.
- Не делай вид, что ничего не произошло, - спустя несколько минут молчание выдавила я, а голос вздрогнул.
- Прости, пожалуйста, родная. Я – идиот. Пойми, мне хочется быть с тобой и только. То, что я сказал Вишнёвскому... это правда. Да, ты такая. И все это знают, не смей говорить что-то против. Ты меркантильная, продажная и пустая. Все пользуются тобой, а я люблю. И не пытаюсь скрывать что-либо. Не вру тебе и не поливаю добрыми и светлыми словечками. Ты такая, какая есть. И перед тобой человек, который принимает твою натуру. Меняться или нет – лишь решаешь ты, - Слава посмотрел на меня, - извини.
Парень встал с кресла, сел рядом и крепко обнял. Я заплакала.
Любовь? Что это?
«Все пользуются тобой, а я люблю».
- Почему ты сказал, что воспользуешься мной и не раз? Кому ты чешешь, кретин? – я вырвалась из его объятий, поднялась с кровати и отошла подальше. – В каком плане я тебе нужна? Любовью не пользуются, она не на несколько раз. Хочешь обмануть меня? Вновь распустить дебильные слухи и испортить всё, что только можно? Из-за тебя даже моя родная мать не хотела принимать! Пользуйся мозгами, а не девушками.
- Ты не поняла! – последнее, что я услышала, покидая комнату.
Анита смотрела в окно на кухне, после чего повернулась ко мне.
- Что там?
- Не судьба. Говорит, что не такой, как все. На деле просто не такой.