23 глава
Как и договаривались, они встретились вечером. Ева легко сбежала по ступенькам, выбежав из подъезда, и улыбнулась, когда увидела Максима, который ждал её, облокотившись о машину. Та самая машина, которую она когда-то разрисовала. Ева была в темном спортивном костюме (впервые не в платье), волосы она собрала в высокий хвост. За плечами прятался довольно большой рюкзак. Она подбежала к Максиму и крепко поцеловала.
— С кем же ты хочешь меня познакомить? — спросил Максим, когда они выехали со двора. — Или продолжим хранить интригу?
— С мальчиком, — Ева уже настроила адрес на навигаторе. — Он очень важен для меня.
— Подробнее. Куда мы едем?
— В детский дом, — она привычно поджала под себя одну ногу. — Он ждет нас. У него сегодня день рождения.
— Ты говорила ему обо мне? — выгнул бровь мужчина.
— Конечно! Только веди себя хорошо. Если ты ему не понравишься… то нам придется расстаться, — улыбнулась Ева.
Максим в немом жесте описал круг над своей головой, изображая ангельский нимб и давая понять, что будет хорошим мальчиком. А для Евы это знакомство было таким же важным, как для Максима знакомство с родителями.
Когда машина остановилась у высокого забора, мужчина осторожно выглянул из автомобиля, разглядывая детей, которые бегали во дворе. На калитке красовалась выцветшая табличка с надписью «Детский дом №3», а дальше располагалась скудная игровая площадка, импровизированное футбольное поле и несколько серых зданий: школа и жилые постройки.
Дети с интересом смотрели на красивую машину, остановившуюся у ворот. Они здесь всегда ждут, когда их заберут. Ева прошла вперед, а Максим еще медлил. Ему было не по себе находиться здесь. Пахло тоской и детским одиночеством. Он никогда раньше не был в подобных местах, а кто-то здесь провел детство…
— Вот тут я выросла! — торжественно объявила Ева, раскинув руки по сторонам. — Идём, там уютно.
Она потянула мужчину за собой, заметив его неуверенность. Они зашли в калитку, и Ева окинула взглядом детей, ища нужного. А взгляд Максима бесцельно метался в пустоте, он старался не сталкиваться с этими детьми взглядами, которые с любопытством глазели на него. Дядя в таком костюме — это точно хорошо. Может, он кого-нибудь заберет.
Девочки собирали большие желтые листья, катались на качелях, прыгали на скакалках; мальчики играли с машинками, рисовали, гоняли мяч.
Один из футболистов вдруг остановился, пропуская удар, и вытянул руку вверх, подавая знак. На нём была теплая синяя ветровка и большие штаны.
— Евааа! — закричал он, выбегая с поля. — Это за мной! Это ко мне приехали! Это ко мнеее!
Он бежал со всех ног, рискуя споткнуться и упасть, так как совсем не смотрел под ноги. Светловолосый, с пронзительно-черными глазами-бусинами, он был очень красивым малым. Максим невольно сморщился, наблюдая за его радостью. Как же он счастлив приезду Евы… А девушка присела на корточки и крепко обняла парнишку, как только он подбежал к ней. Максим безмолвно стоял позади, боясь проронить хоть слово. Он боязливо спрятал руки в карманы, кажется, эта привычка передалась ему от Евы. С кем поведешься…
— Ты привезла мне подарок? — бойко спросил парнишка. — У меня сегодня день рождения, ты же не забыла?
— Не забыла, конечно, — любяще улыбнулась девушка. — С днем рождения тебя. Но прежде, чем подарить подарок, мне нужно тебя кое с кем познакомить. Потому что это подарок от нас обоих.
Та самая ситуация, когда подарок от обоих, но мужчина понятия не имеет, что именно в подарке. Максим подошел ближе, понимая, что это его звездный час.
— Я Рома! — мальчик вытянул руку вперед, внимательно рассматривая мужчину. — Ты Максим? Вы уже помирились?
— Да, помирились, — с улыбкой ответил тот, пожимая маленькую ручку.
— Хорошо. Не ругайтесь больше. А теперь я попрошу мой подарок!
Ева рассмеялась, снимая с плеч рюкзак. А Рома запрыгал на месте, как маленькая её копия. Он закрыл лицо ладошками, готовясь к подарку, а вокруг уже собралась маленькая кучка детей. Ева вынула большую увесистую коробку и сказала, что можно открывать глаза. Рома раскрыл ладошки и закричал от счастья.
— Это машина?! — пропищал он, рассматривая коробку. — НА ПУЛЬТЕ?!
Он снова обнял Еву, даже не пытаясь унять этот всплеск эмоций. Мальчик словно боялся прикасаться к коробке, прыгая рядом. А вдруг исчезнет? Он расстегнул ветровку, ему уже стало жарко, и обнял Максима, который опустился на корточки рядом с Евой. Когда маленькие детские ладошки обвили его шею, мужчина вздрогнул от неожиданности. Он не ожидал нападения, но девушка улыбнулась ему, обнимая обоих.
Потом они втроём раздавали детям конфеты и вафли, которые Ева тоже привезла с собой. Чупа-чупсы, чокопаи и халву здесь видели редко, а поэтому с жадностью разбирали всё. Несколько воспитательниц выбежали на шум, но, завидев Еву, с улыбками подошли ближе. Она была тут относительно часто, и всегда с подарками.
— У нас скоро ужин, проходите с нами, — пригласила гостей Мама-Таня. — Будет торт. Ева прочтёшь стихотворение?
— Я только с радостью, — согласилась девушка, отправляя за спину уже пустой рюкзак.
— Мы можем забрать сегодня Романа? — поинтересовался Максим, когда женщины уже направились обратно. Они вопросительно посмотрели на девушку.
— Это мой…
— Жених, — прервал Еву мужчина, когда она запнулась.
— Куда вы хотите его забрать?
— Покататься? — пожал плечами Максим. — У него ведь день рождения.
— Да, я хочу покататься! — Рома ухватился за руку Евы, состроив щенячьи глазки. Теперь он прижимал к груди подарочную коробку, которая была больше него по размеру. — Мона, мона, мона?
— Мона, — с улыбкой согласилась вторая воспитательница, но подняла вверх указательный палец, глядя на Максима. — Но только после ужина, и чтобы до отбоя привезли обратно.
— Как скажете, — беря под свою ответственность обоих, согласился он. — После ужина и до отбой.
— Всё. Идемте кушать! — крикнула Мама-Таня. — Опять сладкого наелись, весь аппетит отбили. Сейчас будут полуполные тарелки оставлять. Сколько раз говорить: сначала горячее, потом сладкое. Вам готовят, стараются, совсем не цените. Нужно же хорошо питаться!
Она важно шагала впереди, говоря все это, а за ней тучкой шли дети, тихо хихикая и продолжая жевать сладости. Максим улыбнулся Еве, когда та рассмеялась от такого знакомого причитания.
— А она тебя любит… — прошептал Рома Максиму, пытаясь ухватиться и за его руку тоже, но коробка мешала.
— Я тоже ее люблю, — так же шепотом ответил мужчина.
— И я тоже, — мальчик был не по годам серьёзный, когда вот так сводил брови на переносице. — А мы правда поедем кататься?
— Конечно, — Максим опустил руку на маленькое плечо, в довесок своим словам.
— На той большой машине? А можно я впереди сяду? Мы возьмем мороженое?
— Можно, — рассмеялся мужчина.
А Ева была рада, что этот день сложился так удачно, что двое самых близких ей людей теперь были вместе, рядом. Дальше был ужин с тортом, как и обещали, и горячей пиццей. Ребята пели " Happy birthday to you», Ева прочитала стихотворение, которое писала специально для этого случая, друзья дарили Роме маленькие подарки, сделанные своими руками.
Потом они с Максимом распаковывали машинку, сидя на мягком ковре. Мужчина помог ему прикрепить дополнительные детали и научил пользоваться пультом.
— Смотри, вот так вперед, а вот так в бок.
— Ага, дай попробую. Вот так? Получается! Я врезался… — Машинка ударилась о ногу Евы и поехала в обратную сторону. Рома подскочил на ноги, неуклюже управляя автомобилем. — Прости Ева.
Он облокотился о плечо Максима, как на жизненную опору и, закусив язык зубами и широко распахнув глаза, учился управлять долгожданной игрушкой. Вокруг толпились другие дети, с интересом наблюдая за ними.
— А на настоящей машине сложно ездить? — Рома уже уселся рядом, объезжая препятствия, которые выстраивали мальчики.
— Не сложно. Я покажу сегодня.
— Кстати, Ромай, — Ева часто так называла его. — Давай собирайся. В чем хочешь поехать?
— В той красной кофте, которую ты купила. Я не надевал её еще, ждал. Теперь могу надеть.
Рома поднял с пола свой массивный внедорожник и, крехтя, как старичок, поволок в спальню. Ева рассмеялась ему вслед и принялась мять плечи Максима.
— Как тебе здесь? — спросила она, усаживаясь рядом.
— Не так, как показалось на первый взгляд, — честно признался мужчина. — У меня было другое представление о подобном месте. Но именно здесь растят хороших людей. Хотя бы на твоём примере.
— Я хороший человек? — улыбнулась Ева. Этим вечером она прямо светилась. — Напомню, что из-за меня ты попал в полицию, отравился газом и сорвал собственную свадьбу.
— Это всё привело меня сюда, и это важнее, — Максим говорил серьёзно, и это было правдой. — Ты лучшее, что есть у меня.
— Мне показалось, или ты сейчас сказал «я сдаюсь, все твои проделки были серьёзными, я готов принять своё поражение»? — поинтересовалась Ева, пародируя его голос.
— Тебе показалось, — Максим растаял в улыбке и нежно поцеловал её, обнимая одной рукой. — Игра продолжается.
— Что это вы тут делаете? — в комнату вбежал Рома, одетый в красный свитер. Он застал их за поцелуем и странно сморщился, от чего оба рассмеялись. — Ну, мы едем?
— Едем, — Максим помог Еве подняться, и они вышли в уже холодный вечер.
Опустевшие площадки поскрипывали одинокими качелями. Из окон с приветливым светом на уходящих смотрели несколько пар детских глаз. Рома гордо шагал по середине, держа обоих за руки, и тянул их за собой. Для него покататься на машине было целым приключением. На такой большой машине!
Максим позволил ему сесть впереди, и мальчик с любопытством ощупал пальчиками кожаное сиденье, панель впереди и кнопки на бархатной поверхности дверцы. Обеспокоенная Ева пристегнула ремень безопасности, и Рома поерзал от неудобства.
— А чо за кнопочки? — с любопытством поинтересовался он, разглядывая панель перед водителем, поджав губы. — А можно нажать? А это что делает? Стекла моет? А это?
Максим терпеливо показывал ему все, о чем он спрашивал, и позволял нажимать некоторые кнопки. Ева, сидя между ними на заднем сидении, с улыбкой наблюдала за происходящим. А вопросы «Зачем? Для чего? и Как?», казались нескончаемыми.
Когда машина наконец поехала, Рома уже гордо восседал на колене у водителя, крепко держась за руль. Ева перебралась вперед и плюхнулась рядом.
Мальчик завороженно смотрел на дорогу и проплывающий мимо город. А дождь, который пошел так кстати, только добавил атмосферы вечеру. Рома взахлеб рассказывал о своих учебных достижениях. Его первый класс впечатлял почти так же, как злил. Учиться интересно, но далеко не всегда. Вот физкультура, рисование и пение — это хорошо, а письмо и цифры что-то как-то нет…
— Ну, что. Ты одобряешь Максима? — наконец спросила Ева, когда мальчик замолк на целых две секунды. Мужчина невольно вжался в кресло, глянув на девушку из-под бровей.
— Я еще не решил, — причмокнув, заявил Роман. — Мы ведь еще не купили мороженое…
— А не холодно для мороженого?
— Нет, — заявил Максим, от этого мороженого сейчас многое зависело, и Ева всё поняла. — Заедем в Бургер Кинг.
— Урааа! — мальчик вытянул вверх руки и чуть не шлепнулся. В его неуклюжих движениях Максим волей-неволей видел Еву, которая так же неаккуратно падала в его руки.
Но в Бургер Кинге одним мороженым они не ограничились. А дождь хлестал как из ведра… До отбоя еще было много времени, и они катались еще долго. Максим вдруг ощутил то, что всегда искал, но не ощущал конкретного желания. Душа всегда тянулась к чему-то, чего у него не было, но это ощущение было непонятно ему самому. Как говорят продажники, это скрытая потребность, которую нужно выявить. Человек может и не понимать, что у него есть такая потребность, и её нужно раскрыть.
И вот они втроем едут по ночному Питеру, подпевают странным песням из радио и едят мороженое. Казалось бы, такая простая ситуация, но какой путь был пройден, прежде чем они оказались здесь. Когда-то Ева подбежала к этой машине, в такую же погоду, по спору с подругой и предложила прочесть стихотворение, когда-то Максим чуть не скинул их в обрыв на ней, когда-то она изрисовала ее красками… А теперь вот они едут в неизвестном направлении, не желая прерывать этот момент, наслаждаясь каждой минутой.
И впереди будет еще более интересная история. Длиною в жизнь. Длиною в вечность. Больше никаких последних разговоров, больше никаких расставаний и никаких слёз. Здесь только новые ощущения, новые взрывы эмоций, новые стихотворения и проделки Евы. Ведь игра продолжается.
«Она училась жить, училась быть счастливой.
Была особенной, простой, не суетливой.
Она умела ненавидеть и могла любить.
Она пока еще училась жить…»
Любовь… Как часто мы думаем о ней? Ева не была из «долго размышляющих о любви». Для её сложного мира она привыкла всё упрощать, а любовь… Она любила друзей, любила свою жизнь, этот город, своего ежа и сейчас, сидя рядом со своим мужчиной, была по уши влюблена в него…
Почти конец.