Созидающая

После того, как Панго ушёл, оставив меня в раздумьях до завтрашнего утра, я упала коленями на ковёр, закрыв глаза. Хотелось до боли зажмуриться, попытаться забыть всё услышанное, но... это невозможно. Как бы я не желала этого всем своим сердцем. Таким глупым сердцем, так просто и быстро влюбившемся в Юлиана Кендра. Я считала, что он действительно хочет помочь мне, помочь всем, а оказывается у него с самого начала были свои планы. Каково это, быть преданной и раздавленной? Теперь я прекрасно знала. Нет ничего мучительнее и больнее. Словно в сердце воткнули нож и повернули несколько раз, чтобы потекла фонтаном кровь. С другой стороны, чего я ожидала? Что Юлиан и вправду испытывает ко мне тоже самое? Что старается ради меня, а не моей силы? Как же я была слепа! Однако, Панго открыл мне глаза. Я медленно выдохнула и поднялась с колен. Подошла к зеркалу, вглядываясь в своё отражение.

— Тебе больше не удастся меня обмануть, – произнесла я, чувствуя, как по щекам стекают мокрые дорожки слез. — Я принадлежу лишь себе и никому другому.

Мой взгляд зацепился за шкаф и я, долго не думая, накинула халат. Раз я знала обо всем, мне всё равно нужно было увидеть его и поговорить. Просто поговорить, чтобы попытаться понять, с кем я за долгое время сблизилась на столько, что готова была сделать всё что угодно лишь бы заслужить его похвалу и восхищение.

Если Юлиан и удивился, увидев меня у своей спальни в одном халате, то никак не показал этого, а любезно открыл дверь, пропуская внутрь без единых вопросов. Я неловко застыла у порога, не зная с чего начать. Юлиан предложил присесть на диван и налил стакан воды. Его глаза в свете каминного огня казались намного темнее, словно жидкий металл. Волосы прибывали в лёгком беспорядке, потому что я подняла его посреди ночи, желая поговорить.

Слова Панго стали ударом для меня. То, что он рассказал мне, уже должно было сподвигнуть меня немедленно бежать вместе с Ниамантом невидимости, но глупое сердце захотело взглянуть на Юлиана и услышать от него объяснения. Хотя я не была уверена, что он так легко выложит передо мной свои истинные планы, но стоило попытаться узнать любые детали. И придётся узнавать это так, чтобы не вызвать у него подозрений о том, что я всё знаю. Сильнее всего хотелось верить в то, что Панго просто завидовал моей силе и таким образом решил спугнуть. Только потом я вспомнила, что Чвари и Такиро неохотно рассказывали о своих семьях, будто чего-то боялись. Возможно, их близкие люди могли послужить рычагом давления при случае, если кто-то захочет что-то провернуть.

После всего, что я узнала о нем, во мне должно было проснуться отвращение, злость и ярость, но ничего из этого я не испытывала, в голове крутилось лишь:

"Пожалуйста, скажи, что это всё неправда. Скажи, что ты действительно хочешь изменить мир к лучшему, а не устроить геноцид!"

Вслух же я, наконец, произнесла:

— Извини, что так поздно. Мне... не спалось.

Юлиан бросил на меня внимательный взгляд, который чуть дольше задержался на моей открытой шее. Я вспыхнула, плотнее закутываясь в халат. Такое внимание льстило мне как девушке.

— Что-то случилось, Юна?

— Нет, ничего. Просто плохой сон приснился. Хорошие сны мне в последнее время редко снятся. Я могу посидеть тут с тобой немного?

— Конечно, – отвечает он, смотря на потрескивающий огонь. — Буду с тобой откровенен, мне тоже не снятся хорошие сны. Уже очень давно.

— Как же ты выдерживаешь?

— В своих плохих снах я сам монстр, поэтому другие монстры не могут напугать меня, – ответил Юлиан, откинувшись на спинку дивана и прикрыв глаза.

В этот момент он был совершенно обычным. Не Ниамантом, а человеком. Уставшим и одиноким. У меня сжалось сердце. Тут мой взгляд упал на его руки. Без перчаток. Я то думала, что он вообще их не снимает. У него были, на удивление, тонкие пальцы. Паутина вен явно проступала на бледной коже.

— У тебя была семья? – спрашиваю тихо.

Хотелось узнать, потому что как они могли не заметить этого в своём сыне? Этих "благородных" порывов к спасению мира.

— Была, – сухо отвечает Юлиан.

— Как они восприняли то, что ты Ниамант?

— Никак, – горькая усмешка появилась на его губах. — Они умерли до того, как пробудилась моя сила.

Поэтому остановить его некому...

— Мне жаль, – сказала я, искренне сочувствуя. — Прости, если тебе больно об этом говорить.

— Ничего, Юна. Спрашивай, если хочешь что-то знать.

— Я... – замялась, чувствуя ещё большую неловкость.

— Раз начала, то имей смелость продолжить, – тихо рассмеялся он, снова открыв глаза.

— Ну, хорошо. Каким ты видишь своё будущее, когда всё закончится?

— Планировал уйти с поста и начать заниматься сельским хозяйством.

Я рассмеялась, прикрыв рот ладонью.

— Что смешного? – спросил он, тоже улыбнувшись.

— Просто не могу представить тебя, выращивающим овощи и фрукты.

— Многие не знают меня настоящего. Видят лишь оболочку.

"Я хотела узнать. Действительно хотела. Но то, что мне открылось, ввергает меня в ужас"

Я не смогла сдержать порыв дотронуться до его волос, чтобы пригладить их. Юлиан замер. Кажется, даже задержал дыхание. Тогда я прикоснулась к его руке, сказав:

— Я вижу тебя. Вижу того, кто скрывается за маской безразличия.

В один миг я оказалась на диване, а Юлиан навис сверху. Мои руки он скрутил над моей головой. Склонившись, опалил тёплым дыханием мои приоткрытые от удивления губы. Я задрожала и попыталась освободиться. Слишком острая у меня была реакция на него, которая не предвещала ничего хорошего.

— Если это сон, то я не хочу просыпаться, – неожиданно шепчет он.

— Почему? – спрашиваю сипло, не в силах отвести взгляд.

— Потому что всё выглядит нереальным, – договаривает он, освобождая мои руки и с дрожью прикасаясь к моей щеке.

Я сама дрожу и позволяю себе эту слабость - прижаться щекой к костяшкам его пальцев. Сердце бьётся в груди быстро-быстро, подобно птице в клетке.

— Не надо, – хрипло шепчу я, пока была способна трезво мыслить. Пока держала в голове его правдивую личность.

— Пожалуйста, – просит он таким голосом, от которого бегут мурашки по коже и что-то ломается внутри, — дай мне до тебя дотронуться. Хотя бы пару секунд насладиться тобой сейчас.

— Юлиан...

Но он не прислушивается. Как зачарованный гладит меня по щеке с таким трепетом, будто я была чем-то очень ценным во всем мире. Горячая ладонь ложится на шею, затем медленно проводит пальцем по моим губам и резко кладёт руку на мою талию, сжимая. Его глаза потемнели от желания. Я выгибаюсь и прошу в последний раз:

— Опусти...

— Что, если я не хочу тебя отпускать?

— Я тебе понравилась только из-за своей силы, – произношу то, что так хотела сказать. Ведь со стороны всё было именно так. — Не будь её у меня, ты бы даже не заметил такую как я.

— Твои слова не лишены логики, но я хочу тебя, Юна, не потому что могу. Я касался многих девушек. Однако, это не отменяет того факта, что все они не ты. Ты особенная. С тобой всё происходит не так.

Как жестоко! Если бы только можно было стереть себе память и жить дальше, здесь, как ни в чём не бывало. Продолжать верить в его "добрые" идеи о спасении планеты. Когда я нашла и почувствовала того единственного, с которым могу быть собой, судьба вздумала пошутить надо мной. Она пошутила ещё с того самого момента, когда проснулись мои силы. Уж лучше бы они никогда не возникали. И тогда бы я не узнала Юлиана. Так тяжело принимать решение...

— Ты не считаешь это чем-то странным?

Он понимает что я имею ввиду.

— Теперь нет, – слегка качает головой. Его глаза лихорадочно горели в полутемноте. — Я считаю это самым правильным в своей жизни. Я так долго этого ждал. Ждал тебя, Юна.

Я первая тянусь к его губам, желая поцелуя не меньше, чем глотка воды. Он и был моей водой. Водой, с примесью яда. Но эту воду всё равно хотелось испить, какой бы отравляющей она не была. Когда наши губы встретились, я потеряла всякую связь с реальностью, потеряла себя, растворившись в нем и его прикосновениях, блуждающих по моему телу. Из нежного и изучающего поцелуй вскоре перешёл в жадный и нетерпеливый. Моя неопытность смущала меня, но я будто забыла обо всех чувствах, кроме желания. Мы остервенело срывали с друг друга одежду и в какой-то момент я осознала, что Юлиан уже полностью обнажён. На мне же оставалось белье. Я попыталась стыдливо прикрыться, но он не дал, вжав колено между моих ног.

— Не бойся, – успокаивающе произнёс он, покрывая лёгкими поцелуями моё лицо.

— Я не...

— Знаю, – обрывает он меня, прикладывая палец к моим губам. — Я не причиню тебе боль, – прижимается своим лбом к моему, вдыхая запах моих волос.

Сердце забилось быстрее, тело охватила сладкая истома. Я знала, куда шла, и предполагала, чем может закончится мой порыв просто поговорить с ним. Но как оказалось, моё предположение так далеко не заходило. По крайней мере, он был со мной честен во всём, что говорил. Да, он утаивал подробности, но всё же правда в его словах была. Мы оба недоговаривали. Но завтра это будет уже не важно, потому что я сбегу отсюда вместе с Панго, найду своего брата и Тину с Чаком, чтобы вместе покинуть Кауф. Не знаю, удастся ли нам избежать гнева Юлиана, когда тот узнает о нашем побеге, но прямо сейчас мне хотелось просто запомнить это выражение его лица: расслабленное, мягкое, домашнее, человеческое. Потому что потом мы, возможно, станем врагами.

Юлиан обхватывает моё лицо, заставляя смотреть в холодный океан его глаз.

— Ты мне веришь?

Как я могу верить тому, кто лгал мне всё это время? Как я могу...

— Да, – убито прошептала я, кладя руки ему на плечи.

Юлиан медленно снимал с меня одежду, покрывая поцелуями каждый сантиметр обнажённой кожи. Я кусала губы, чтобы не издавать стонов, которые так и рвались наружу. Но чем дольше продолжалась эта сладостная пытка, тем хуже я могла себя контролировать и в итоге уже почти не сдерживалась, тихо постанывая. Юлиан мастерски умел дарить удовольствие и сам прекрасно это понимал, довольно показательно издеваясь надо мной. В один момент он просто остановился, тяжело дыша мне в шею, и я, переступая через свои принципы и собственную гордость, умоляла его не останавливаться. Только сегодня. Только сейчас я прошу его об этом. И больше никогда не попрошу. И Юлиан исполнил мою просьбу, продолжив целовать и трогать моё тело горячими, на удивление, руками. Мне казалось, что они постоянно холодные, как лёд.

Я запустила свои пальцы в его волосы и притянула ближе для поцелуя. Юлиан никак не ожидал, что это была своего рода уловка, так как в следующую секунду я оказалась сверху в главенствующем положении. В его глазах можно было увидеть искреннее восхищение и тёмное, порочное желание обладать мною без остатка. Не дав ему ничего сказать, сплела наши руки в замок над его головой и жадно приникла к манящим губам. Мне нравилось руководить процессов. Показывать ему, что я тоже имею власть над ним, как и он надо мной. От одной мысли, что Юлиан был подо мной прямо сейчас, просто пьянило разум. Так как одежды на мне уже не было, я могла чувствовать, как возбужден Юлиан, и мстительно начала двигаться вперёд-назад, слыша, что он стонет сквозь стиснутые зубы, а пальцами грубо впивается мне в бедра. Останутся синяки, но было плевать. Его возбужденный и одновременно побежденный вид вызывал у меня ещё большее возбуждение. Жаркая волна прокатилась по всему моему телу, концентрируясь в месте, которое требовало его всего, полностью и целиком. Я склонилась, прикусив мочку его уха, и прошептала:

— Я твоя. Но лишь сегодня.

Взором, ослепленным желанием, Юлиан отрывисто говорит:

— Ты моя на столько, на сколько я захочу.

По моим губам скользнула слабая улыбка, которую он, возможно, принял за смущение, но на самом деле мне было горько. Горько от того, что этому теперь не суждено быть. Я никогда больше не стану ему принадлежать. Не по своей воле. Вдруг я снова оказываюсь на спине, с удивлением и испугом уставившись на Юлиана. В темноте комнаты он был похож на мрачного бога с бледной кожей и чернеющими глазами. Секунда промедления и раздумья сыграла против меня.

Так близко у самых приоткрытых моих губ прозвучал его хриплый шёпот, отозвавшийся дрожью страха у меня в голове:

— Ты даже не представляешь, на сколько мы похожи.

И он был прав. Я также хорошо умела лгать, как и он. Не считала ложь искусством, но сейчас я была другого мнения. Если бы я не смогла так притворяться...

"А притворяешься ли ты на самом деле?", – слышится в голове внутренний голос.

И я на мгновение застываю, потому что осознаю, что действительно не притворяюсь. Мне хотелось тешить себя тем, что моё тело предало меня, но именно сердце заставляло льнуть к нему, как мотылька на огонёк. Я признавала поражение, но войну я проигрывать не собиралась. Юлиан щёлкает пальцами и комната окончательно погружается во мрак вместе с последним треском полыхающего огня в камине.

Открыв глаза, я обнаружила, что Юлиан спокойно спит рядом. Обведя всё ещё расфокусированным взглядом после сна пространство, вспомнила, как вчера в темноте мы переместились с дивана в кровать и... случилось то, что случилось. Судя по теням, которые отбрасывало единственное окно в спальне, было ещё раннее утро. Я медленно приподнялась на локтях и посмотрела на Юлиана. Он спал на животе. Ровное дыхание и подрагивающие ресницы предавали ему умиротворения. Светлые волосы немного небрежно спадали на лицо, что мне захотелось аккуратно убрать их, чтобы не мешали. Но в последний момент я мысленно отдернула себя, закусив щеку изнутри. Нельзя. Иначе проснётся. Сейчас он словно был совсем обычным человеком. Не Ниамантом и не Первым, просто совершенно обычным.

"Нет. Он не будет обычным. И уж тем более человеком, если в его голове зреет план по уничтожению всех людей"

Тяжело вздохнув, я начала корить саму себя, что почти поддалась искушению. Осторожно и максимально тихо я встала с постели, подобрала свой халат и накинула, ощутив, как холодная скользящая ткань сползла по телу. Обернувшись, я убедилась, что он так и не проснулся, поэтому быстро выскочила из его комнат, направившись к лифту. Плевать, если кого-нибудь встречу. Мне было абсолютно всё равно, что могут подумать. О нас с Юлианом и так ходили слухи. Ещё одни ничего не изменят. Тем более, когда я всё же решилась убежать вместе с Панго. Он обещал прийти утром. Мне стоило переодеться и собрать с собой всё самое необходимое на первое время.

До комнаты пришлось добираться крадучась и прячась. Здравый смысл всё таки возабладал над ноющим от боли сердцем. Никто не должен был меня видеть. Пусть думают, что я до сих пор сплю. Когда, наконец, я оказалась по ту сторону дверей, то переводить от облегчения дух было некогда. Заметавшись по комнате, я отыскала небольшую сумку, которую будет удобно повесить на плечо, и сложила туда необходимые предметы и вещи. Амкар находится далеко. Очень далеко. Даже не представляю на сколько. А уж об опасности быть убитыми я вообще стараюсь не вспоминать. Лучше тешить себя надеждой и довериться Панго. Я не хотела и дальше терять себя рядом с Юлианом. Но кем бы я была, если бы отказалась от предложения Панго? Стала бы личной марионеткой, которая будет только рада, если на неё обратят внимание? Или доверенной приближенной, этакой любовницей тёмного господина? Я и сама не знала ответ. Честно говоря, мне и не хотелось знать.

Переоделась я в более удобную мне одежду. Эти платья, форма для тренировок и шёлковые пижамы с халатами совершенно не моё. Так приятно было почувствовать себя снова девушкой с Саора. Правда, вещи были новые, не пыльные, не мятые и дырок не имели, но всё же они простые, как раз для меня. Заплетя волосы в высокий хвост, я нашла взглядом откинутый мною на постель халат и неожиданно взяла его в руки, уткнувшись в ткань носом. Запах всё ещё был. Его запах. Ни с чем не сравнимый, принадлежащий исключительно ему. Как бы мне не было больно, я сохраню в памяти и мыслях вчерашнюю ночь. Я никогда не чувствовала себя желаннее, чем тогда. Юлиан стал моим первым мужчиной. Считала ли я совершенное ошибкой? Может быть. Надеюсь, что я смогу перешагнуть через это и идти дальше. Вернув халат на место, я вовремя избавила себя от ненужных и неловких объяснений, когда Панго материализовался в комнате, пройдя через соседнюю стену.

На нём была тёмная, практически чёрная одежда: высокие сапоги, штаны, рубашка и утепленный мехом плащ, накинутый поверх. Его бронзовое лицо почти было не видать, словно там клубилась пустота.

— Ты готова? – спросил он, посмотрев на меня в ожидании.

— Готова, – ответила я твёрдо.

Подойдя, и осторожно взяв меня за руку, он проговорил:

— Отпустишь, когда я скажу.

Кивнула, наблюдая за его магией, затаив дыхание. Это произошло слишком быстро, чтобы я успела хоть что-то заметить. В один миг моя рука просто исчезла, будто её и не было. Сам Панго тоже слился с окружающей обстановкой моей комнаты. Если бы не наше дыхание, я бы подумала, что здесь и вправду никого нет.

— Ого, – пробормотала я, посмотрев в зеркало.

Там действительно не было нас видно! Пожалуй, этой способности я начинала искренне завидовать. В любой момент можешь исчезнуть, чтобы никого не видеть и ни с кем не разговаривать. Спасительнице такое не под силу, увы. Выйдя из комнаты, держась за руки, мы двинулись по коридорам, стараясь идти без шума и каких-либо признаков, что обычный воздух – это не воздух вовсе.

Преодолев несколько лестниц, мы, наконец-то, спустились в холл на первом этаже. Слуги в спешке сновали туда-сюда, видимо, начиная приготовления к утреннему завтраку для нас. Но на нём меня и Панго уже не будет. С предельной осторожностью огибая каждого, мы вдвоём приоткрыли большие двери, чтобы можно было списать на небольшой сквозняк, и выскочили наружу.

Столкнувшись с кусачим ледяным ветром, вперемешку со снегом, мы лишь натянули капюшоны пониже, и двинулись в путь по главной дороге. Мы шли молча, но крепко держа друг друга за руки, что хоть немного вселяло в меня уверенность в нашей по истине безумной авантюре. Но крутящийся в голове вопрос всё не давал мне покоя.

— Панго? – окликнула я его.

В ответ раздалось что-то вроде "мгм" и я решила, что тот услышал.

— Из-за кого ты не мог рассказать мне всего?

— А ты как думаешь?

Подумав, я ответила секунды три спустя:

— Яндор.

— Именно. Я уже один раз попал к нему под горячую руку и знаю, как он умеет копаться в чужих головах. Это очень неприятное, и порой доводящее до жуткой боли ощущение. Если бы он только заподозрил меня в чем-то, то ему бы не составило никакого труда влезть в мои воспоминания. Поэтому я опасался говорить с тобой прямо.

— Твои загадки, честно говоря, кому угодно сломают голову и без надлежащих способностей.

В ответ Панго хмыкнул.

Остальной путь прошёл не так тягостно и мрачно, как в первые минуты. Я удивлялась, каким Панго может быть нормальным. Его речь, мысли, поступки... Из-за боязни быть раскрытым Яндором он вёл себя странно и замкнуто, походил на сумасшедшего. Пока Ниаманта разума не было в Цитадели он решил прийти ко мне и обо всём рассказать. Подгадал удачный момент. Но где бы сейчас в Кауфе не находился Яндор, надеюсь, что мы с ним случайно не пересечемся.

Перейдя на дорогу к Рамору, мы дошли до ближайшего покошенного деревянного дома и остановились там, чтобы перевести дыхание.

— Сперва нужно заглянуть к моей семье, – произнёс Панго. — Они знают, как перебраться через Стену. Помогут нам тайно покинуть город. У моего отца есть родственники в Амкаре, мы сможем поселиться у них на какое-то время.

— Хорошо, – согласилась я. — Но я никуда не пойду без своего брата и подруги.

— Черт, Юна! – выругался раморец. — Я не смогу довести вас всех до Стены незамеченными. Моя сила не на столько велика. Да и рук, как видишь, у меня всего две.

— Панго, как для тебя дорога твоя семья, так и для меня моя. Мой брат и Тина единственные, кто остался у меня. Не сможем взять их с собой, значит не вижу никакого смысла покидать город.

— Свою семью я оставляю здесь, – с трудом говорит он. — Я тоже хочу взять их всех с собой, но это невозможно. Юлиан следит за ними, как и за остальными нашими близкими. О любой подозрительности ему докладывают. Думаешь, он не поставил слежку за твоим братом и подругой?

— Нет, – прошептала я.

— К сожалению, да. Теперь понимаешь, почему нам опасно брать других?

— Должен же быть какой-то выход! Я не могу уйти, зная, что, возможно, обрекаю их на смерть. Надо попробовать связаться с ними через кого-то.

— Отговорить тебя, я так понимаю, не получится? И что ты предлагаешь? Как мы пройдем такой толпой через Стену?

Панго злился. Его можно было понять, у него ведь тоже есть близкие люди. Но я не могла по другому. Мой брат, моя подруга. Они моё всё, а вернуться вряд ли получится. Нельзя было оставлять всё так. Когда я уйду, что будет с ними? Вдруг Юлиан решит использовать их против меня? Мне не хотелось верить в то, что он так поступит. До последнего хотелось бы верить, что будет иначе. Рискнуть ими я не могла, ради них я готова на что угодно.

— Черный дракон, – я выдохнула эти два слова, нервно сжимая руку Панго.

Парень дернулся, будто по нему пробежал разряд. Сложно было не понять, кого именно я имею ввиду.

— Капитан черных драконов?! С чего бы ему нам помогать?

— Я знаю его, – только и ответила я.

— Ещё скажи, что мы к нему домой проберемся! Это же довольно далеко. А времени почти нет...

Панго ненадолго задумался. После чего выудил из кармана маленькую записную книжку.

— Ладно, мы попробуем. Такой союзник нам определенно пригодился бы. Идем к нему. Но если что-то пойдет не так, провал операции будет концом для нас обоих и всех людей.

И я это прекрасно понимала...

Дальше было бесконечное переплетение улочек спящего города. Мы скользили призраками, не было видно даже наших теней. Ни звука, ничего. Будто мы просто исчезли из мира. Не держи меня парень за руку, можно было бы подумать, что я умерла. Насколько же может быть опасна магия Панго? Мне повезло, что он на моей стороне, без его помощи у меня бы не было ни единого шанса. Через час мы, наконец, добрались до довольно скромного дома. Одноэтажное здание серого цвета, маленькое крыльцо, чернота окон. Можно было бы подумать, что там никто не живет, однако у меня не было повода сомневаться в том, что Панго мог ошибиться адресом.