Лирика

Сегодня был один из немногих вечеров, когда Лена и Гриша были одновременно дома и свободны.

Желтухин звонил девушке несколько часов назад, предлагая забрать ту в вечер четверга к себе, но она настояла на том, что сегодня ей нужно быть дома.

Ей нужно было обсудить с братом предложение Вадима, которое было сделано еще неделю назад, и парень терпеливо слушал отмазки девушки и ждал, когда та решит вопрос.

Сейчас они сидели в гостиной и смотрели по телевизору кассету с фильмом "Любовь и голуби". Это был любимый фильм их бабушки.

- Так, как дела в кафе? Новые меню подошли? - Не зная с чего лучше начать разговор, заходит из далека.

Усманов не отвлекаясь от экрана ответил: - Да нормально все.

Лена поджала губы, отмечая что брат и ухом не повел.

- Я хотела кое-что обсудить с тобой, - прямо говорит и в этот раз блондин все же смотрит на сестру, которая сидела в кресле рядом с диваном.

- Хорошо, - он сделал тише, - я тебя слушаю.

- Это касательно Вадима...

Гриша кивнул, хотя не особо горел желанием углубляться в подробности их отношений. - Он что-то сделал? Позволяет себе лишнего?

- Нет! - Быстро отвечает. - Конечно нет! Ты же знаешь, он бы никогда...

- Хорошо, - снова отрезает и блондинку это начинает злить, - слушай, Лен, я тебе точно не советник в делах амурных. Так что если ты там хочешь спросить про, не знаю, какой его любимый цвет или хер знает что для ваших занятий...

- Фу, нет! Ты вообще последний человек, у которого я это буду спрашивать, да вообще зачем мне спрашивать тебя?

- Ладно - ладно, а то завела уже мотор, гаси давай, - он поднял руки в примерительном жесте, - давай, чего ты там хотела спросить?

- Он предлагает мне переехать.

- И...?

- И? Ты даже не будешь меня отговаривать?

Гриша невозмутимо пожал плечами.

- А чего мне тебя отговаривать? Ты девчонка взрослая и точно не мне тебе указывать, - Лене ошарашенно смотрела на парня. Куда резко пропал вечно оберегающий и контролирующий все Гриша, которого она знает 27 лет?

Впрочем, так даже лучше. В конце-концов, она действительно достаточно взрослая и сама может решать. Ей как-то стало не по себе от того, какие все вокруг неё стали понимающими и взрослыми чтоли?

- Почему-то к Родику ты меня так легко не отпускал, - бросает спустя десть минут Колосенко и Гриша недовольно скорчился.

- Твоего Родика я знать не знал, и, как видишь, чуйка меня не подвела в конце, - раздраженно говорит и смотрит на девушку, которая стушевалась от фразы брата. Слова сами вылетели из её рта, и она не поняла почему она стала так часто вспоминать бывшего.

Усманов, конечно, недоговаривал сестре. Он знал более чем достаточно про Родиона Хазанова, даже еще до их "официального" знакомства. Как только сестра начала ошиваться с пареньком, Гриша по дружбе попросил Цыгана, который в свое время был разведчиком, достать информацию про, тогда еще начинающего, журналюгу.

И парень через несколько дней положил на его стол папку со всем, что ему удалось достать на пацана. Хазанов не был особо примечательным: обычная семья, мама - учительница русского языка, отец - токарь на заводе; окончил такую-то школу с такими-то оценками, учился там-то и так далее. Никакого криминала в биографии так же не было у него.

И все бы ничего, но что-то не давало Усманову покоя по поводу этого парня и он просто вел себя нейтрально в моменты их нечастых встреч. Но парень подтвердил опасения брата лишь в самом конце, когда их отношения закончились.

Когда начинавший зазнаваться журналюга бросил его маленькую сестренку после прервавшейся беременности, обессиленно лежащую в больнице после нескольких часов безпрерывного кровотечения.

Гриша одернул сам себя и посмотрел на девушку, которая уставилась пустым взглядом в экран, на котором дядя Митя уже танцевал перед главными героинями.

Он аккуратно взял её за руку и немного сжал.

- Прости, - говорит тихо. - Слушай, конечно, я переживаю за тебя, ты же моя сестра. Но я знаю, что если буду стоять у тебя на пути - то ты не будешь счастлива. И должен сказать, хоть мне самому непривычно, но сейчас ты жива как никогда.

Голубые глаза заблестели от влаги, она поджала губы, сжав руку брата в ответ.

- Спасибо, Гринь, - говорит она, на что брат разводит руки, приглашая в медвежьи объятия сестру, и она не отказывается. Целомудренно целует её в макушку.

- Вадим мужик нормальный, и, наверное, я могу доверить тебя ему. Блять, да я уже, по-сути, это сделал. Но ты же знаешь, я за тебя горой встану в случае чего.

- Конечно, - шмыгает носом, - мы же одной крови.

Они оба усмехнулись. Так всегда говорил папа, когда брат с сестрой ссорились.

***

Гриша мешал сахар с чаем, громко стукая ложкой по стенкам чашки. Проходит по небольшому коридору и заглядывает в комнату сестры, опирась об дверной косяк. Ленка уже который час пытается разобраться в своих вещах, сортируя что брать, а что выбросить или оставить.

- Скажу честно, я думал, что вещей у тебя больше, - он громко сербнул из чашки, зная, как её это раздражает. В ответ она недовольно взвыла.

- Их все равно слишком много. Может, не нужно брать посуду?

- Ты серьезно? Чего нет у Вадима в хате, что есть у нас?

- Маминого сервиза! В первые несколько раз я пила чай из стакана, от которого пахло водкой!

Гриша усмехнулся.

- А чего ты хотела? Вадим такой же мужик как и я, как и все. Все эти финтифлюхи, - он поддел двумя пальцами короткую синюю шторку на окнах, - это вам все надо. Нам главное чтобы было на чем спать и откуда есть.

Лена поежилась. - Тогда сервиз я забираю с собой, а ты пей из своего ужасного чайника в горошек!

- Договорились.

За окнами посигналила машина и Колосенко с братом выглянули, наблюдая выходящих из машины Женю с Лидой и Каролинкой.

Уже внутри малышка радостно обняла Колосенко за ноги, да так сильно, как будто девушка уезжает в другую страну.

Раздевшись, Женька радостно помахала бутылкой шампанского в руках, вызывая довольный смех у всех.

- Для вдохновения!

- Раз у вас тут шабаш намечается, пойду я отсюда, - спешил ретироваться Усманов, допивая чай.

- Да, неплохая идея, - саркастично сказала брюнетка, похлопав парня по плечу.

Они начали перебирать вещи только через сорок минут, когда Гриша окончательно уехал в "Снежинку", а они разлили игристое по бокалам и включили радиоприемник, который Лена перенесла из кухни.

- Смотрите, в этом я была на твоей выписке, Лид! - Колосенко помахала светло-голубым платьем на бретельках до колен, к которому шел тонкий беленький ремешок.

Маленькая Каролина слабо дернула подол платья, широко улыбаясь, и Лена вспомнила, как эта малышка с таким же интересом в глазах рассматривала его, будучи завернутой в пеленки.

- Да, а потом кое-кто надорвал его на крещении, потому что не хотела, чтобы батюшка опускал её в купель, - Лида усадила дочку к себе на коленки, щелкнув ту по маленькому носу. Малышка смущенно покраснела.

- Не переживай, Карь, мы все зашили и оно как новенькое! Я его еще к тебе на Первое сентября надену, - с этой фразой Лена сложила платье в чемодан.

Спустя полтора часа с одежой было покончено: часть была в чемодане, часть они распределили между собой, а остатки Лида пообещала отдать соседке, которая торговала на рынке, может кто купит.

- Теперь другие вещи, - устало протянула блондинка, взъерошив кудри, и допивая до дна шампанское.

- Что думаешь брать? - Троянова собрала рыжую копну волос в пучок, закрепив его карандашом. Шампансоке ударило ей в голову и она лежала на кровати подруги, уперевшись на одну руку.

- Ой, девочки, - вздыхает, потирая голову ладонями, - даже не знаю. Я так не хочу тащить кучу всего, но я так привыкла ко всем своим вещам, а у него почти ничего нет! Да я чай пила у него из граненого стакана!

Они недовольно поморщились и она благодарно выдохнула, что их реакция отличается от реакции брата. Значит, она не одна считает, что это ужасно.

- Предлагаю выбрать...пять вещей, - Лида расхаживалась по комнате, чтобы размять ноги, - чтоб ни вашим, ни нашим! И чтобы можно было все упаковать в одну коробку или сумку. А то и так собралось два чемодана с одеждой, а третий впишется в багажник и не надо будет несколько раз ездить туда-обратно.

Лена согласно кивнула и начала раздумывать, какие пять вещей ей важнее всего остального важного борохла.

***

- И как отреагировал Гриша? - Лида сидела рядом на скамейке и они привычно курили возле входа во время перерыва.

- Ты знаешь, наверное, он смирился, - Колосенко пожала плечами. - Он отреагировал так, как будто я попросила разрешение съесть конфету.

- Прийми это как хороший знак, - Лида затянулась.

- Может быть, не знаю, чего ему там наговорил Вадим, но Гриша удивительно легко отпускает меня из гнезда.

И правда, это был первый раз, когда Лена будет жить одна, отдельно. Она всю жизнь прожила в одном доме, в одной комнате и с братом, а тут спустя три месяца отношений с Желтухиным уже собирает пожитки и переезжает к нему в квартиру.

- Ой не знаю, Лид, нервничаю я, - блондинка поежилась и Нургалиева приобняла её за плечи.

- Не сцы в компот, подруга, - как всегда с позитивом проговаривает, - мужик он хороший у тебя, мы нашим консилиумом одобряем. В конце-концов, ты ж не в другой город переезжаешь, а всего лишь в другой дом. Тебе всегда есть куда вернуться: не к Грине, так к нам с Каролиной, или к Женьке.

Приятное тепло разлилось в груди у девушки и она так же обняла подругу. Все вокруг ей очень помогали и поддерживали - о лучшем она и мечтать не могла.

- Как вам всем не надоело со мной носиться, я не представляю, - усмехается Колосенко.

- А как вы со мной носились, когда я родила? Тоже время было веселое, - в голове возникли картинки, как она втроем стояли на люлькой, в которой разрывалась от плача маленькая Каролина и не понимали, что же этому маленькому громофону нужно. А как у неё резались зубы, а все колики - сколько времени они отсидели в коридорах городской больницы с подругой, пока та валилась с ног от усталости.

Было тяжело, но вместе с этим было точно легче справляться, чем в одиночку.

- Вы уже решили, когда будете перевозить вещи?

Лена закивала, выпуская дым. - Сегодня после работы: он меня заберет и мы сразу все перевезем, чтобы за выходные я освоилась.

Лида улыбнулась.

- Я обязательно вас позову, как облагорожу там все и хотя бы куплю мыло.

- У него нет мыла?

- Может он и считает то недоразумение в его ванной мылом, но я точно нет.

***

Гриша погрузил последний чемодан в багажник машины Вадима и закрыл его с громким стуком. Лена обула свои кеды и накинула сверху старую кожаную куртку, когда-то принадлежавшую отцу.

Она взяла с невысокой тумбочки коробку со сложенным свадебным сервизом мамы и осмотрела на последок коридор их дома.

- Пока, родной аквариум, - прошептала она и поправив волосы вышла из дома.

Поровнявшись с братом, она протянула ему ключ от двери, но тот усмехнулся и сжал развернутую руку сестры в кулачок.

- Это все еще твой дом, так что и ключ должен быть при тебе, - уверенно сказал он и она улыбнулась.

- Хорошо, - смотрит на Вадима, который ждал, облокотившись на багажник, - ну, пока.

- Пока, - кивнул он и они крепко обнялись. Он погладил светлые кудри на макушке. Отстранившись, он пожал руку Вадиму, но это ощущалось не просто как прощание, нет, это рукопожатие имело более глубокий смысл. И они оба это понимали. - Доверяю тебе, Вадим. Береги мою семью.

- Слово пацана, - для Лены эта фраза ни о чем не говорила, но они оба понимали всю серьезность этой фразы.

- Не захламляй мою комнату, и не думай, что ты от меня избавляешься - я знаю дорогу к "Снежинке"! И я могу приехать в любой момент! - Бросила Лена, перед тем как сесть на пассажирское сидение, хлопнув дверью.

Гриша сказав, что ничего не может обещать, проводил глазами отъезжающую машину и зашел в дом только тогда, когда она скрылась за поворотом улицы.

Шмыгнув носом самому себе он вошел в дом и осмотрелся. Впервые за всю свою жизнь он остался сам с собой.

Проходя мимо ванной замечает, как половина кремов и других душевых принадлежностей как ветром смело, оставив лишь его пену для бритья, станок, зубную щетку с порошком и несколько кирпичиков мыла.

Уже на кухне, поставив чайник, оборачивается на обеденный стол и замечает рядом с пустым заварником две форфоровые чашки с блюдцами синего цвета из сервиза, а рядом с ними маленькая бумажка.

" Пусть из одной будет пить твоя женщина, и даже не вздумай позорить меня и налить ей в стакан!"

Усманов усмехнулся, сложив листик бумаги, и поставил одну пару в шкафчик с остальной посудой.

***

Ближе к темноте Лена с Вадимом разложили всю её одежду, немного переорганизовав шкаф парня. По инициативе девушки пришлось также поменять расклад вещей в небольшом камоде, в котором Желтухин хранил всякую мелочь, но по большей части он был пустым.

Колосенко уже разложила свою косметику, Вадим даже достал ей из кладовки зеркало, которое она протерла и получилось подобие туалетного столика.

- Вадь, его придется переставить потом, - протянула девушка, - нельзя чтобы зеркало стояло напротив кровати.

Вадим усмехнулся.

- Не думал, что ты суеверная, - он обнял её лицо, оставив поцелуй.

- Осторожность никогда не помешает, - серьезно сказала она и парень кивнул.

Раз она так хочет - значит переставит. Да хоть всю квартиру переставит, если она попросит.

Когда дошла очередь до сумки с её личным, она уселась на кровати и раскрыла её. Первой вещью, конечно же, был мамин свадебный сервиз; после него она достала несколько рамок с фотографиями, которые висели у неё в комнате; следом была мамина книга домашних рецептов, девушка использовала её, когда она хотела приготовить что-то необычное из кухни маминой родины; после этого были несколько мешочков с травами и завернутых в ткань сухоцветов, которые передавала мама Лиды, Антонина Ильдаровна; последней вещью были несколько пластинок, которые достались ей после честной и долгой дележки с братом - их слушали родители, особенно отец и дед, они одинаково значили для брата с сестрой, потому она не могла, да и не хотела забирать все.

- Не думал, что ты ценитель музыки, - Вадим изучал обложки пластинок.

- Да, так что теперь нам нужен проигрыватель, - пожимает плечами и думает, куда это все можно разложить.

- Все что пожелаешь, красавица, - Желтухин отложил все в сторону и придвинул блондинку к себе за голени, усаживая к себе на колени.

Колосенко провела пальчиком над бровями парня, опускаясь по длинному носу и останавливаясь на пухлых губах. Он вздрогнул от неожиданной щекотки.

Накрывает его губы своими, покусывая нижнюю, сжимает широкие плечи и перемещается к волосам, запуская в них пальцы.

Вадим тихо рыкнув, запускает руки под плотную серую рубашку девушки, сжимая талию и опускается к бедрам, слабо толкнувшись своими.

Не разрывая поцелуя, опускает её, нависая сверху и расстегивает крупные пуговицы, которые без проблем поддавались уверенным пальцам. Под рубашкой оказалась только белая майка, сквозь которую просвечивались вставшие соски, а кожа была усыпана мурашками.

Лена так же потянула за края свитера снизу, снимая с парня одежду и открывая вид на подтянутое тело.

Вадим опускается поцелуями к шее, немного всасывая кожу, вызывая приятную боль, от которой внизу живота становится еще горячее.

Она стонет под ним, пока жилистые ладони расстегивают пуговицу джинс, после чего стаскивает их и отбрасывает куда-то в сторону, не оставляя ни на секунду тело девушки без внимания.

Задирает ткань маечки, захватывая губами сосок, прикусывает, вызывая стон у возлюбленной. Это был его самый любимый звук.

Оставляя мокрые поцелуи на груди возвращается к губам, жадно сминая их; горячей ладонью накрывает правую грудь, а второй накрывает промежность через ткань трусиков.

Колосенко приподнялась, возвращаясь на один уровень с парнем, нехотя разрывает поцелуй и смотрит в зеленые глаза, поджимая губы.

- Ты чего? - Взволнованно спрашивает, убирая руку с груди на раскрасневшееся лицо. Она помотала головой, улыбаясь.

- Просто хочу, чтобы ты лег на кровать, - шепчет и он завороженно под взглядом голубых глаз слушается, опускаясь на подушки.

Лена умостилась между его ног, оставляя долгий и влажный поцелуй, после чего оторвалась и расстегнула ремень на брюках парня, а затем нырнула рукой под ткань белья, обхватывая вставший член мужчины.

Вадим удовлетворенно застонал, почувстововав холодную ладонь девушки вокруг его горячего естества.

Блондинка облизнув пухлые губы обхватила ими член Вадима, вызывая у него очередной стон, и она так же сходила с ума от этого звука. Она поглощала горячий гладкий член парня, периодически всасывая воздух щеками, создавая вакуум во рту.

У Желтухина перехватывало дыхание от вида девушки: она упиралась на локти, голова покачивалась от её действий, сверху ему открывался полный вид на её тело. Это возбуждало еще больше.

Одной рукой он собрал её волосы, открывая вид на раскрасневшееся лицо, на лбу у неё была испарина; второй рукой он потянулся и сильно сжал ягодицу, вызывая у неё стон.

Вадим чувствуя, как снизу на него начинает подкатывать волна, он отстраняет Лену, слабо потянув ту за волосы. В очередной накрывает её губы своими, сжимая кожу на шее сзади.

- Ты сделал то, о чем мы говорили? - Спрашивает и он кивает в ответ.

На тумбочке все это время лежал небольшой бумажный пакетик, который он подхватил и разорвал. Лена приближается ближе к Желтухину, забрав презерватив из его рук и раскатывает латекс по всей длине, после чего медленно опускается на него. Они одновременно стонут.

Вадим обхватил её талию, фиксируя положение, и задает ритм, вколачиваясь своими бедрами в неё. Он усиливает хватку вокруг её шеи, слегка придушивая, от чего стоны блондинки становятся утробными.

Желтухин восхищался видом девушки: волнистые волосы были растрепаны, на раскрасневшемся красивом личике виднелась испарина, а губы были распухшими от долгих поцелуев. На шее между пальцами парня виднелся свежий след, небольшая грудь покачивалась от движений парня внутри неё.

Лена также не могла отвести глаза от удовлетворенного лица парня с приоткрытым ртом и такой же испариной на лбу.

Было хорошо, слишком хорошо, даже сквозь ощутимый материал латекса на члене, Вадим чувствовал все тепло стенок внутри Колосенко.

- Блять, Лена, - простонал он, когда она перенесла весь вес на колени начала движения только бедрами. Откидывает голову назад и женские губы опустились на его шею, также оставляя влажные поцелуи, поднимаясь к мочке уха.

Желтухин меняет их положение, оказываясь сверху, и выравнивается, закидывая длинные ноги к себе на плечи.

От смены угла проникновение ощущалось еще приятнее, от чего она закатывает глаза. Вадим одной рукой обхватывает голени, оставляя обжигающие поцелуи на щиколотке.

Колосенко одной рукой хватает подушку и подкладывает её под бедра, и чувствует в таком положении приближающуюся разрядку.

- Вадим, я сейчас, - прерывисто говорит она и этого достаточно. Опускает её ноги, склоняясь на лицом Лены и долго целует, ускоряя толчки, прибилижая свою разрядку.

Мышцы начали сокращаться, тесно сжимая член парня и через несколько движений чувствует приятное покалывание между ног и горячую волну по всему телу.

Вадим ускоряется еще быстрее и почти выходит из Лены на автомате, но та ногами не позволяет этого случится, прижимая его к себе, и он изливается в презерватив внутри неё, слабо дергаясь.

Лицом мужчина уткнулся в изгиб шеи, оставляя пару коротких поцелуев, после чего откидывается рядом, прижимая девушку к себе.

- С новосельем, милая.