Дочь Принца

Как и говорил Тео, многие из гриффиндорцев стали больше внимания уделять Мелани из-за её поступка. Фред и Джордж оттаяли и сами подошли к Мел сказать, что восхищаются её открытому протесту Снейпу, про который услышали от Рона. Гарри тоже теперь снова разговаривал с Мелани, но он позволил себе небрежно высказаться: «Я ведь говорил, что он такой, теперь сама знаешь, что зря защищала его.», но от этих слов Мел почувствовала себя еще хуже. Джинни и Гермиона не сказать, что прекращали общаться с Мелани, но из-за того, Гарри их близкий друг, то при выборе между ним и Мел, естественно, они будут за Гарри. Хотя даже когда Мелани поссорилась с близнецами, это меньше повлияло на её общение с Джинни, чем ссора с Гарри.

От всех этих восторженных возгласов Мелани чувствовала себя очень неуютно, чем если бы они все продолжили её избегать и игнорировать, но кое-что она всё же считала правильным во всей этой ситуации. Тот факт, что никто не знает о её родстве со Снейпом, но если раньше она не хотела, чтобы знали из-за того, что хотела защитить его, то теперь это защищало её.

«Он не проявляет никаких попыток наладить отношения со мной, а так, хотя бы не знают все вокруг и не обсуждают мои отношения с отцом.», – Мелани, рассуждая об этом, задумалась, дружил бы с ней Тео, знай он с самого начала обо всём, но очень быстро поняла, что он как раз таки почти с самого начала всё и знал.

От такого внимания к своей персоне, вернее от того, что именно к происшествию со Снейпом все проявляют большой интерес, Мелани чувствовала себя как не в своей тарелке. Ведь никто из них не понимал, что она сейчас испытывает. Никто кроме Тео, к которому Мелани тянулась сейчас больше всего. Она находила тысячи причин, чтобы уйти с гостиной Гриффиндора, придумывала несуществующие дела, лишь бы оказаться в компании друга, который искренне поддерживает и не напоминает об отце при любой возможности.

После произошедшего на уроке зельеварения Пенси словно осмелела и вновь стала общаться с Мелани, как и раньше.

– Привет! Я думала, вы будете в библиотеке, устала вас искать по всему замку, – сказала Паркинсон, когда подошла к Тео и Мел, сидящим у фонтана с аркой во внутреннем дворе Хогвартса.

– С чего бы нам там быть? Да и мы не говорили, где будем, – Тео прищурил глаза, глядя на Пэнси, и сразу огляделся по сторонам.

– Мне Мел сказала, что вы туда собирались, – Пэнси даже не посмотрела на Тео, закатив глаза, она снисходительно вздохнула и добавила. – Если ты и дальше будешь пялиться по сторонам, то голова открутится.

– Да я всё думаю, когда же появится Драко с дружками, и ты убежишь, поджав хвостик, – Тео словно был зол на Пэнси за её поведение до злосчастного урока Снейпа пару дней назад.

– Он не появится, а я не собираюсь никуда убегать! – девочка обиженно надула губки.

– Да ну? Что-то не помню от тебя такой смелости раньше. Что изменилось? – Нотт не унимался.

– Тео, прекрати! Она же ничего не сделала, – Мелани пыталась успокоить друга.

– Это ты так думаешь, потому что не знаешь, какая она, – Тео злился по большей части за отношение к себе, а не к Мел.

– Тео, я вообще-то стою тут и слышу тебя. И мне обидно, что ты так говоришь обо мне, – Пенси нахмурилась и в обиде отвела взгляд в сторону.

– Ты сама виновата, что я такого о тебе мнения, – Нотт был непоколебим в своих высказываниях.

– Ладно, раз ты так думаешь, то я лучше пойду. Встретимся позже, когда будет поспокойнее, – последние слова были обращены к Мелани, на что та положительно кивнула и попрощалась с Пенси.

– За что ты так с ней? – сразу же спросила девочка у Тео.

– Она ведь столько времени избегала тебя...

– Это не повод, – Мел понимала, что это не все причины.

– А еще она поддерживала Малфоя в том, чтобы со мной никто не дружил. Она делает очень многое ради одобрения Драко, – в голосе чувствовалась явная обида.

Вот теперь Мелани поняла, в чем была причина злости Тео на Пенси.

– Но ведь сейчас Драко вроде не изменил своего решения насчёт тебя или меня, но она общается с нами.

– Скорее только с тобой, у нас в гостиной ничего не изменилось, – Тео грустно вздохнул и быстро поменялся в лице. – Но ты не должна из-за меня не общаться с ней, если не хочешь. Просто знай, что она болтушка еще та, так что если твоё родство с профессором всё ещё тайна, то этого ей точно не стоит знать.

– Я и не собиралась говорить об этом с ней, но спасибо, что предупредил.

К третьей недели с момента ссоры Мелани и Снейпа девочку позвала к себе Минерва на серьёзный разговор. Макгонагалл переживала из-за того, что Мелани перестала ходить на уроки зельеварения. Она собиралась поговорить с девочкой и по результатам разговора решить, как поступать дальше. Конечно же, разговоры о ссоре отца и дочери ходили по школе, однако Минерва считала, что верить слухам нельзя в такой ситуации.

– Входите, – громко сказала Макгонагалл, когда прозвучала пара стуков в дверь её кабинета.

– Вы хотели о чём-то поговорить, профессор? – Мелани стояла в дверях, не решаясь пройти дальше.

– Да, и мне кажется, ты знаешь, о чём, – Минерва указала на стул напротив себя, чтобы девочка села в него, а не стояла в начале кабинета.

– Да, знаю, – Мел не собиралась отрицать очевидное.

– Расскажешь, что между вами произошло? – Минерва посмотрела на Мел поверх своих очков.

– Нечего особо рассказывать. Мистер Снейп не хочет принимать меня как свою дочь, ему не интересно проводить со мной время и даже узнавать, что у меня происходит в жизни. Я не уверена, что я вообще ему нужна. Но знаете, я ожидала такого отношения к себе. Правда, в самом начале, а не после того, как он даст надежду на то, что мы можем стать семьёй. Жестоко с его стороны так поступать. Но, видимо, в этом весь он.

Макгонагалл внимательно выслушала Мелани.

– Я знаю, как с ним бывает сложно, он столько раз вёл себя бесчувственно и даже жестоко по отношению к другим. Но также я знаю, каким он был в школьные годы, я видела, как он может любить, каким бывает робким, и где-то внутри это всё есть и сейчас. Он очень привык быть хладнокровным ко всем, привык быть один, наберись терпения, и ты увидишь то, о чём я говорю. К тому же с твоим появлением он стал меняться.

– Видимо, это были временные изменения, он абсолютно такой, каким его видят все в Хогвартсе.

– Но ты не можешь пропускать зельеварение из-за этого. Если ты не сдашь экзамены, то тебя могут исключить, – Макгонагалл поняла, что не сможет переубедить Мелани в её мнении об отце, так что решила перейти к проблеме, которая, могла бы повлиять на Мел.

– Может, так будет лучше, профессор? Где мне жить во время летних каникул? Думаете, мистер Снейп подобреет, как только закончится учебный год? Думаете, ему есть дело до меня? Я уверена, что нет. Как бы мне не хотелось этого, но, кажется, летом мне всё же придётся вернуться в приют, а раз так, то я не вернусь в Хогвартс в следующем году. Так что я прошу лишь об одном – позвольте мне доучиться до экзаменов, а там уже будет неважно, сдам я их или нет.

Минерва пристально смотрела на девочку и не могла понять, откуда у Мелани столько пессимистических мыслей. Она и подумать не могла, что ссора с отцом так сильно повлияет на неё, что она опустит руки.

– Мелани! Откуда у тебя такие мысли? С чего ты взяла, что тебе придётся вернуться в приют?! Во-первых, ты что, столько старалась наверстать пропущенные годы обучения, чтобы сейчас всё бросить? Во-вторых, ты учишься в школе чародейства и волшебства не для того, чтобы жить обычную магловскую жизнь, не способную развить твои таланты. И в-третьих, если тебе негде жить, то Хогвартс станет твоим домом, каким был уже для многих наших учеников. Ты – волшебница, с большим потенциалом, но, что важнее – ты очень сильная, храбрая и самодостаточная девочка, которая способна справиться с чем угодно. И если твой глупый отец не видит дальше своего носа, то это только его беда. – От таких искренних слов Мел заплакала, на что Макгонагалл добавила с мягкостью в голосе, – Ну и плакса, как и многие сильные девочки.

– Спасибо, профессор! – Мелани вытерла слёзы с щёк и улыбнулась. – Только я всё равно не стану ходить на его уроки. Если дело только в экзаменах, то я смогу их сдать и без посещения его занятий.

– Мелани Роуз Блэд! – от произношения своего полного имени Мелани вздрогнула, она слишком давно не слышала его. – Не вам принимать такие решения, – Макгонагалл не на шутку стала злиться. Она сразу же сменила тон с нежного материнского, на строгий учительский.

– Да, вы правы, профессор, не мне. Но я приняла его уже. Если надо, то можете назначить мне наказание, соответствующее моему поступку, – Мел серьезно смотрела на профессора, как в прошлом смотрела на свою бабушку, которая почти всегда говорила с ней так строго. За время, прожитое с бабушкой, она научилась быть собранной, когда дело доходило до решений, за которые ей необходимо отвечать.

Минерва еще с минуту не отрываясь смотрела на Мелани, которая не отвела взгляд в сторону, и наконец сказала:

– Твоим наказанием будут экзамены. От их результатов будет зависеть всё, тогда мы и увидим последствия твоего решения. Можешь идти.

– Благодарю, профессор. До свидания! – Мелани не была рада, что разговор с Макгонагалл оказался труднее, чем она надеялась, но осталась довольна, что профессор не настояла на посещении уроков отца.

Северус и Минерва сидели одни за учительским столом в Большом зале, так как еще не все подошли на завтрак. Макгонагалл пыхтела от недовольства к Северусу, который, опустив голову, даже не притрагивался к еде.

– Мелани отказывается ходить на твои уроки, объяснишь почему?

Снейп громко выдохнул и, не поднимая головы, заговорил:

– Разве Вы у нее еще ничего не узнали? Кажется, она вчера была у Вас в кабинете.

– Сейчас я спрашиваю тебя. Мне нужно знать, насколько всё серьезно и что ты собираешься делать?

– Я не знаю, профессор.

– Она не собирается возвращаться в твой класс и готова даже провалить экзамены.

– Если Ваши опасения только в экзаменах, то беспокоиться не о чем, она с лёгкостью их сдаст, – Северус выглядел очень уставшим, и сейчас из-за того, что никого еще не было, он мог себе позволить минутную слабость.

– Мои опасения не только в этом, Северус. Ты же понимаешь, что так дальше нельзя. Вам необходимо поговорить как отец и дочь, иначе ты можешь её потерять, – Минерва старалась быть мягче, но ей совершенно не нравилось, что Снейп так раскис.

– Мне кажется, что уже потерял. Как я вообще могу её воспитывать и дать ей всё, что необходимо, если понятия не имею, как надо себя вести с детьми? Что мне сделать, чтобы стать отцом для неё? – сейчас Снейп впервые поднял голову и посмотрел на Макгонагалл, и та увидела его покрасневшие глаза, которые говорили о том, что он не спал уже не одну ночь.

– Для начала тебе надо было больше уделять ей времени, а не охотиться за призраками прошлого, – Минерва строго посмотрела на Снейпа, не как на профессора, а как на ученика, коим он и являлся много лет назад.

– Но ведь это было и ради неё тоже. Я не могу допустить, чтобы Блэк узнал, кто она мне. Но в итоге не справляюсь ни с родительской ролью, ни с поисками Блэка... Как я могу быть хорошим отцом, если не могу даже защитить свою дочь?

– Ты знаешь, у меня нет своих детей, но я видела, как растёт ни одно поколение наших учеников. И могу сказать с уверенностью, не бывает идеальных родителей. Ей и не нужен идеальный, она принимает тебя со всей твоей холодностью, строгостью и странностью, но вот чего она, да и никто, не может принять, так это безразличие. Уделяй ей время и внимание. Дари своё тепло, и этого будет достаточно, чтобы она приняла тебя как отца.

Снейп устало, но с благодарностью посмотрел на Макгонагалл, даже сейчас, спустя много лет она продолжает давать ему уроки, как когда-то. Она все еще остаётся его учителем, только теперь уроки магии сменились на уроки жизни.