ГЛАВА 37.
Когда я вошла в её покои, там уже находились все.
Куча лекарей, Искендер, Мурад и мои слуги.
Дильруба лежала на постели, а врачи суетились вокруг неё.
— Вот и ты явилась, — заметил Мурад с едва скрываемым упрёком.
Я склонила голову в знак уважения.
— Ты же говорила, что тебе всё равно на неё. Зачем пришла? Совесть замучила? — продолжал он, искоса глядя на меня.
— Я подумала, что тебе было бы интересно узнать, как всё произошло.
— Всё это могли рассказать твои слуги, которые тоже там были.
— Верно, об этом я не подумала.
Я старалась скрыть волнения, делая вид, что мне безразлична судьба Дильрубы.
Но взглянув на неё, без сознания на постели, я тихо молила Аллаха, чтобы она пришла в себя.
— Как всё это произошло? — неожиданно спросил Мурад.
Я встретила его взгляд.
— Она собиралась уходить и потеряла сознание. Это всё, — ответила я.
Он замер в молчании, его лицо казалось обеспокоенным и расстроенным. Глаза его наполнились слезами, он крепко держал руку Дильрубы, в то время как Искендер, поддерживая её другой рукой, спокойным голосом обещал, что всё будет хорошо.
— Нигяр, можно тебя на минуту? — обратился я к своей служанке.
— Да, конечно, госпожа, — ответила она, и мы вышли из покоев.
— Как она? — спросила я, стараясь сохранить спокойствие.
— Пока точно сказать не могут, но говорят, что всё должно быть хорошо.
Я замолчала, но вскоре не выдержала и, зарыдала, проговорила:
— Я боюсь за неё, очень сильно боюсь...
— Госпожа... Всё будет хорошо... Не переживайте, всё будет в порядке…
— Я не могу не переживать. Не могу…
Внезапно из покоев раздался крик: "Очнулась!!!"
Сразу же я вытерла слёзы и вошла обратно, Нигяр последовала за мной.
Искендер обнимал Дильрубу, а Мурад нежно целовал её в лоб.
— Дочь моя, как ты себя чувствуешь? — спросил он, полон тревоги.
— Немного кружится голова, а так нормально, — ответила Дильруба с лёгкой улыбкой.
— Слава Аллаху, ты очнулась, — произнёс Искендер с облегчением.
— Не переживайте, со мной всё хорошо, — уверяла она.
Увидев меня, Дильруба попыталась подняться с постели, чтобы поклониться, но я остановила её:
— Не нужно.
Она взглянула на меня и осторожно легла обратно на подушку.
— Что с ней произошло? Почему она потеряла сознание? — спросил Мурад у лекарей.
— Мы не можем с уверенностью сказать, повелитель. Воспаление лёгких проходит, потеря сознания могла быть связана как с заболеванием, так и с сильным стрессом. Учитывая, что болезнь почти закончилась, второе предположение выглядит более правдоподобным. Возможно, она переживает трудные времена, что сильно напрягает её нервную систему.
Мурад посмотрел на меня с недовольством.
— Что? — удивлённо спросила я.
— Ничего...
— Ну и хорошо, я пойду.
Я поклонилась ему и направилась к выходу.
В покоях Дильрубы остались только служанки и лекари.
— Дильруба, не переживай насчёт матери. Она всё поймёт, не рви себе нервы, всё будет хорошо, — произнёс Мурад, стараясь утешить её.
— Я постараюсь, отец.
— Ты отдыхай, а я пойду. Искендер, ты тоже не задерживайся. Дильрубе нужен покой, не нагружай её лишними заботами. Не забывай, нам нужно готовиться к походу, уходим завтра.
— Хорошо, отец.
Мурад поцеловал Дильрубу в щёку и вышел.
— Дильруба, правда, не переживай, — повторил Искендер.
— Искендер, я не могу. Моя мать отвернулась от меня, она не хочет, чтобы я была её дочерью. Она меня… просто возненавидела. Зачем она сейчас пришла?
— Рассказать, как ты потеряла сознание…
— Она меня до этого и довела. Только отцу не рассказывай, прошу. Я не хочу, чтобы маме было плохо из-за меня… Она отсадила меня от себя к рабыням… Я звала Нигяр, но она не разрешила ей подойти, я просила воды, но никто ничего не принёс, все смеялись надо мной…
— Дильруба, я не знаю, что сказать…
— Она меня ненавидит. Я знаю, что совершила ошибку, очень большую ошибку. Я готова просить у неё прощение, сколько потребуется, лишь бы она меня простила и приняла обратно. Но она ведь не простит меня… никогда…
Дильруба разрыдалась, и Искендер стал её успокаивать.
— Всё будет хорошо, всё наладится… Не плачь, сестра. Я ничего не могу сделать, я говорил с мамой, но она всё равно против тебя…
— Искендер, пообещай, что не расскажешь отцу о том, что я тебе только что сказала.
— Клянусь, сестрёнка.
— Спасибо. Я хочу отдохнуть…
— Да, конечно, отдыхай. Мне нужно готовиться к походу, — с этими словами Искендер вышел, оставив Дильрубу наедине с её мыслями.
Она хорошо устроилась на постели, погружаясь в сон, как будто искала утешение и покой в мире грёз.