***15***
Она сделала над собой усилие и криво улыбнулась.
— Ладно, хватит ворошить прошлое. Поговорим о настоящем. Самое время ознакомить тебя с моими правилами. Их немного, но соблюдать их следует неукоснительно, потому что это защитит твою жизнь. Во-первых, никогда — слышишь, никогда! — не прикасайся ко мне без разрешения. Я умею убивать голыми руками, помни об этом. Рефлекс отточен годами, и бороться с ним бессмысленно. Во-вторых, мои приказы, если уж я их отдаю, ты должен выполнять сразу. Без разговоров. Без колебаний. Без размышлений. От этого может зависеть не только твоя жизнь, но и моя. За неподчинение приказам я в ту же секунду выставлю тебя с корабля пинком под зад, и без разницы, что будет за дверью шлюза — док или открытый космос. В-третьих, никогда не смей мне лгать. Даже в мелочах. Если я поймаю тебя на лжи, то заставлю чистить дюзы вручную. Зубной щеткой. Так все-таки, сколько тебе полных лет?
Он опустил глаза.
— Простите, госпожа Нэлза. Я не хотел, чтобы вы считали меня ребенком. Мне... будет семнадцать через три стандартных месяца.
Она вздохнула.
— Да уж... Слишком ты молод и хорош собой для пилота. Все будут толкать друг друга локтями и говорить: посмотрите, Нэлза на старости лет купила себе игрушку.
— Госпожа, не наговаривайте на себя, вы вовсе не старая, — сказал он с забавной горячностью, пропустив мимо ушей «игрушку».
— Парень, я столько пережила за свою жизнь, что мне простительно чувствовать себя старой. А по возрасту ты мог бы мне быть сыном, причем даже не самым старшим.
Нэлза, зачем так старательно подчеркивать его возраст? Хочешь его уязвить посильнее? Кажется, мальчик уже просто ненавидит свою юность и красоту!
— В принципе, с правилами все. Наверное, о лояльности упоминать излишне, это само собой разумеется. Ты всегда и во всем будешь держать мою сторону. Не хочу тебя пугать, но предупредить все-таки стоит. Если ты меня предашь, то я сочту своим долгом разыскать тебя хоть на другом конце галактики и прикончить. Бизнес есть бизнес, сам понимаешь.
— Вам не придется, госпожа Нэлза. Я скорее умру, чем предам вас, — Ариэль посмотрел на нее очень честными, очень серьезными глазами.
Много лишнего пафоса, но похоже на правду. В нем чувствуется стержень, твердость характера. Он не сломается и не предаст — по крайней мере, пока будет существовать угроза мести с твоей стороны. Если он когда-нибудь ударит, то только наверняка. Насмерть.
Нэлза невольно поежилась. Ну и фантазия у нее! Конечно, доверять никому не стоит, но если заранее ждать подвоха от парня, то можно его невольно спровоцировать. Если ее доверие может быть завоевано, то надо дать ему шанс. Нэргану, в конце концов, это удалось!
— Вот еще что. Тебе не надоело все время называть меня госпожой? Мне надоело, так что будь любезен, прекрати и называй меня просто по имени.
— Простите, госпожа Нэлза, не думаю, что я смогу, по крайней мере, прямо сейчас. Кроме безмерного уважения, которое я к вам испытываю, мне мешает воспитание, полученное в доме Альрика.
— Воспитание?
— Меня били «угрем» всякий раз, когда я забывал добавить к ответу «господин». Так что простите, что мне не удается избавиться от рефлекса так просто. Это сильнее меня, госпожа Нэлза, — он беспомощно пожал плечами.
«Угрем» называли электрический хлыст, удар которого не оставлял следов на коже, зато вызывал невыразимо болезненные судороги во всем теле. Мысленно она передвинула Альрика на второе место в списке людей, которых ей хотелось бы когда-нибудь собственноручно убить. Почетное первое занимал миляга Холлоран.
— Ладно, но все-таки постарайся постепенно отвыкнуть. А пока можешь называть меня «капитан». Это лучше, хотя звучит немного старомодно.
— Слушаюсь... капитан! — и он робко, будто неумело улыбнулся.