Глава четвертая....
У кого-то утро начинается с кофе, у кого-то с поцелуя любимого человека, а вот у Джуна с осознания того, что вчера было. Альфа переворачивается в кровати, натыкаясь на умиротворенное лицо Джина, что сладко сопел в своей кроватке. Он был настолько идеален, словно кукла. Неживой. Пак расплывается в довольной улыбке, прижимая это хрупкое тело к себе. А что? Ему все нравится. И сон сладкой негой снова окутывает его разум.
В обед омеги уже не оказалось рядом с ним. Чон занялся уборкой вчерашнего балагана, что они успели натворить. Не дай бог это дети увидят! Хотя, по сути, они зачинщики этого веселья. Омега в ярости. Лучше Чонгуку ближайший год дома не появляться.
— Хен! Я приготовил кофе и булочки. Поднимайся скорее. — Слышится крик Джина с кухни. И что теперь будет с ними? Омега себя странно чувствует. Будто он сам не свой. Такой активный, быстрый. Неужели это все из-за вчерашнего перепихона? А будет ли еще такой?
— Доброе... день, — смеется, но к омеге сразу не подходит. На самом деле Намджун просто боится, что младший может оттолкнуть Нама, не давая малюсенькой возможности на какие-то действия. — Давно встал? — тупой вопрос, Намджун, очень тупой.
— Еще часа два назад. Пришлось убираться после вчерашнего... — Джин смущенно улыбнулся, склонив свою голову на бок, неловко. — И об этом. Мы можем поговорить? — смотрит Наму в глаза. Где же этот дерзкий омега, что предстал перед Паком вчера во всей своей красе? Нету, испарился. Альфа тоже не уверен. Черт, как дети малые. Да Пак себя так не чувствовал с выпускного бала. О да, он тогда впервые пригласил на танец папу Чимина.
— Ты... прости, я... не знаю, что на меня нашло. Просто твой запах... — ну да, а слов и нет, чтобы все передать.
— Все в порядке. Мне даже понравилось. Может мы как-нибудь сходим на свидание? Я посмотрел на тебя с другой стороны и решил, что ты очень даже неплох. — Ага, неплох. Намджун ходячий фетиш Джина. А именно его руки. Наму должен помнить, как прошлой ночью омега его руки в буквальном смысле целовал и в рот брал. Есть у омеги свои сохранности. — Если не хочешь, не нужно. Просто пей кофе и иди домой. — Выпалил тот в заключении, раскрасневшись, как помидорка. Ох, как ему стыдно.
— Во-первых, дом сейчас оккупирован, — смеется, понимая, что малым тоже нужно место для уединения. А что, сами были в таком возрасте, должны понимать, — а, во-вторых, — тянет омегу на себя, сажая на свои колени, — мне очень даже понравилось, так что, не желаешь сходить сегодня со мной на свидание? — Целует красивые пальцы Джина, обнимая за талию.
— Ох, еще как желаю. — Чон еще сильнее тушуется, улыбаясь, мажет своими полными губами по щеке Нама, а после шепчет ему на ухо: — но сначала ты должен заслужить это свидание. Как? Сам решай. — Хихикает, подскакивая с места. Любовь - опасная штука.
* * *
— Оп, кого я вижу, — рука резко останавливает омегу, со всей силы толкая его на шкафчики. Чимин жмурится, сильнее прижимая конспекты к себе.
— Что тебе нужно? — Омега пытается быть спокойным, но как это может получиться. Шуа спокойно спит дома на обоях, потому что омега ее снял, чтобы та не смотрела на парочку во время секса. Смущает.
— Да так. Вот хотел узнать, как дела? — Слегка ослабляет хватку, а после со всей силы прижимает парня, слыша тихий писк. Как же он любит приносить этому омеге боль. — Вижу, в свободное время ты не скучаешь, — ведет кончиком носа по чужой шее, цепляя зубами метку. Соленый бриз? — Серьезно, с этой чудилой Чоном? Я был о тебе лучшего мнения, — снова прикладывает к шкафчикам. — Ну, что же, не скучай, маленькая шлюшка, — и удар в паре сантиметров от лица Пака. А у того сердце сейчас выпрыгнет. Страшно.
Большая ладонь полностью огибает затылок Хосока, а после со всей силы мажет лицом в дверку железного шкафчика. Чонгук отпихивает ногой от себя стонущего от боли Хо и обнимает Чимина, коротко ему улыбнувшись.
— У меня окно. Не хочешь сходить в кафе? Было бы очень здорово выпить с тобой по чашке горячего шоколада.
— Чонгук... ты, — а с виду такой милый. Кажется, Гукки умеет быть грубым не только в постели. Но все же идет с альфой, понимая, что Хосок так просто не отстанет. Видимо, грядет что-то очень грандиозное.
* * *
Было решено, что когда родители съедутся, Сокджин переезжает в дом Паков, а Чимин в дом Чонов. Отлично.
Вот и сейчас Чим лежит на коленях своего парня, поглаживая Шуа. А Чон смотрит какую-то программу, перебирая в руках синие волосы своего парня. Что не день, то новый цвет.
Чонгук подрывается от внезапного звонка от своего отца, нужно срочно приехать к ним.
— Чимина, собирайся. — Гугу гонит омегу со своих колен и бежит за курткой. Джин никогда сына так по пустякам не тревожит. Значит, случилось что-то не очень хорошее. Неужели поссорился с Джуном?
А Сокджин в это время в ванной заперся. Не понятно что, но это что-то очень сильное заставило омегу сделать тест на беременность. Уже две недели его воротит от всего на свете, голова болит, а настроение и вовсе ужасное.
Слезы стекают по его щекам, а в руках лежит тест с положительным результатом. Быть такого не может. Какие дети в его-то годы?!
Парни прилетают как можно быстрее, и Чимин первым делом летит в ванную, потому что это то самое место, где возможно найти Джина. Чонгука отправил на кухню делать горячий чай. Чует, что-то серьезное.
— Джин-хен, что случилось? — Аккуратно входит в помещение, прикрывая за собой дверь. — Что такое, почему вы плачете? — Подходит к тому, пытаясь заглянуть в глаза.
— Это все вы виноваты... — всхлипывает Чон, даже не смотря на омегу. Опирается о туалетный столик и смотрит в раковину, как его собственные слезы стекают к водостоку. Поднимает растерянный взгляд на Пака через зеркало и показывает ему тест. — Довольны?
— И... что же в этом плохого? — Искренне удивляется, поворачивая старшего на себя. Обнимает того крепко-крепко. — Джин-хен, вы еще так молоды, так почему бы не продолжить жить, как настоящая семья? Поверьте, отец будет рад до безумия, если же он так моих детей ждет, то от своего просто в восторге будет. А Чонгук, он тоже спит и видит как у него братик появится. Черт, да это же шикарно. Или вы не любите папу, и готовы отказаться от общего малыша?
— Я... я не знаю. Это уже слишком. Я знаком с ним от силы месяц. Слишком быстро... — Джин заходится новыми слезами, и это Чонгук услышал.
— Хен, в чем дело? — Топает к Наму в кабинет, хмурится. — Почему мой папа рыдает в ванной? Вы поссорились?
— Всмысле? Не понял? — Намджун просто вылетает из кабинета, залетая в ванную. Чимин лишь кивает и покидает, давая возможность парочке все обсудить и думать, что делать дальше. — Кот, что случилось? — обнимает омежку, позволяя мочить свою новую рубашку.
— Джун~а, я тебя побью этим тестом! Почему ты не предохранялся, чертов ты альфа?! — Джин хлопает альфу по груди, пихает ему тест чуть ли не в лицо. — Доволен? Теперь у нас будет ребенок!
Намджун первые секунд десять совсем не вдупляет, что вообще произошло, а когда все-таки доходит, то немедленно целует своего парня, чуть ли не от пола отрывая.
— Ты меня сейчас самым счастливым сделал, Джин, я тебя просто обожаю, — снова целует, — представляешь, будешь ходить милым пузатиком по дому, а потом мы услышим топот маленьких ножек. Это же чудо, боже мой. Просто слов нет, — ну да, оно и видно. Да Пак от счастья так никогда не светился. А нет, когда узнал, что у него будет маленький сын омежка.
— Т-ты правда рад? — Джин вытаращил свои глазенки, хлопает альфу по плечу, мол, задушишь еще. — А не слишком ли поздно... у нас это получилось? Вдруг я не справлюсь? Агрх! Почему все так сразу навалилось?!
— Все хорошо. Я тебя люблю, и мы со всем справимся вместе. Главное, говори мне про все, пожалуйста, — нежно целует, выводя из ванной. Нечего там стоять. — Ну что, банкет на полную катушку?! — Приобнимает любимого за талию, целуя в щеку.