7.
Максим стоял у окна, опершись лбом о холодное стекло. За окном был апрель — такой, когда не поймешь, весна ли это, или зима забылась и вернулась. Мелкий дождь бил по подоконнику, как будто тоже что-то чувствовал.
— Ты опять думаешь, — тихо сказал Ваня из-за его спины.
Макс не обернулся сразу. Только выдохнул — медленно, будто выпускал из себя что-то большее, чем воздух.
— Да. Думаю, — наконец сказал он. — О нас.
Ваня подошёл ближе, коснулся его плеча. Легко, почти невесомо, как будто боялся спугнуть.
— Всё в порядке, — прошептал он. — Мы ведь вместе. Это главное.
Макс наконец повернулся. Глаза у него были усталые — как у того, кто долго держал внутри то, что давно просилось наружу.
— А что, если я боюсь? Что, если... я не знаю, как с этим быть? С нами?
Ваня молчал. Только взял его за руку. Просто. Без лишних слов. Тепло от его ладони будто растопило лёд внутри Макса, и он на секунду зажмурился.
— Я тоже боюсь, — признался Ваня. — Каждый день. Но я знаю, что, когда ты рядом, мне легче. Не идеально. Не без страха. Но легче.
Макс чуть усмехнулся.
— Звучит как «двое испуганных идиотов идут вместе по дороге».
— Именно так, — серьёзно кивнул Ваня. — Только я не хочу с другим идиотом. Только с тобой.
На этом они оба не выдержали — рассмеялись. Низко, тихо, почти на выдохе. Смех был тёплым, как плед после холода, как чай после долгой дороги.
— Поехали куда-нибудь, — вдруг сказал Максим. — Хоть на день. Хочу с тобой уехать. Просто мы, музыка в машине и ничего лишнего.
— У меня есть плед и старая флешка с «Radiohead» и «Кино», — усмехнулся Ваня. — Считай, уже собираюсь.
Макс взял его лицо в ладони. Бережно. Как будто боялся разбить что-то хрупкое. Их лбы соприкоснулись, и между ними стало совсем тихо.
— Спасибо, — прошептал он.
— За что?
— За то, что не отпускаешь.
Снаружи дождь всё ещё шёл. Но внутри было тепло.
306 слов