Глава 18.
— И что теперь? — Спросила меня Сара спустя несколько дней после того, как Оливер мягко говоря меня опрокинул, а Стейси неожиданно захотела стать матерью моего сына.
— Относительно чего? — Вздохнула я. — В моей жизнь сейчас столько дерьма, поэтому нужно конкретизировать.
— Если по порядку?
— Гейба я вижу крайне редко, он проблем мне не приносит. Иногда даже в холодильнике появляются продукты. Алан слава богу больше не беспокоит меня. Оливер вчера написал, что сегодня с утра возвращается. Но за этим ничего больше не последовала. Никаких вопросов, никаких предложений. А Стейси больше не появлялась.
— Значит, всё относительно стабильно?
— Да. — Печально вздохнула я.
Я скучала по таким дням, как эти несколько. Стабильные одинаковые дни. Я всегда уверена в следующем дне и знаю, чего от него ждать. Но сейчас моя жизнь похожа на сранные американские горки. Я постоянно боюсь, что сейчас войдёт Алан и мы начнём ссориться. По ночам я не могу заснуть, потому что жду, что сейчас Гейб опять заявится пьяный или натворит что-то, а ко мне придут или его дружки или полиция. Я вечно проверяю телефон, потому что опасаюсь того, что Оливер мне больше не напишет.
— Алиса? — Позвал меня кто-то и вывел из потока моих мыслей. Я обернулась и увидела перед собой Стейси. — Привет. — Улыбнулась она, а мне захотелось выбить все её отбеленные зубы.
— Какого хрена? Хочешь, чтобы я тебе волосы вырвала? — Скрестила я руки на груди.
— Не волнуйтесь, миссис Крайдел, — сказал рядом с ней невысокий лысый мужчина и поправил очки на носу. — Мы так и запишем: угрозы и агрессивное поведение.
— Кто мы? — Нахмурилась я.
— Мистер Вейер. Адвокат миссис Стейси Крайдел.
— Адвокат? — Удивилась я. Какого хрена эта идиотка учудила?
— Алиса, прошу, давай решим этот вопрос мирно, — попросила меня Стейси. — Ты несовершеннолетняя, поэтому юридически у тебя не было и не будет никаких прав на Гейба.
— Да, но все права у Гейба!
В то время, когда у меня появился Питер, Сара встречалась с адвокатом, поэтому я обратилась к нему за советом. Он объяснил, какие документы мне нужны и как их собрать. После этого я несколько раз ездила к Гейбу с документами. Это было очень трудно, потому что Гейб сидел, а сидевшему мало кто хотел давать родительские права. Но спасало то, что Гейб хотя бы сидел не за убийство, нанесение тяжких и не за изнасилование.
— Алиса, час назад мы виделись с ним, — продолжила Стейси. — Он подписал отказ от родительских прав в мою пользу. Теперь, если ты не отдашь мне Питера добровольно, на тебя будет заведено уголовное дело.
— По закону вы не имеете права удерживать ребёнка, — встрял этот комочек холестерина. — Она биологическая мать...
— Которая бросила его, когда ему и недели не было! — Прорычала я. Как такая женщина могла вообще иметь родительские права? Как Гейб мог отказаться от них? Неужели этот придурок не понимал, что в таком случае я становлю никем для Питера?
— В таких случаях суд всегда встаёт на сторону биологических родителей, — встрял мистер Вейер. — К тому же, у моей клиентки есть муж, с которым они хорошо живут. Стабильный доход, благоприятные условия для роста ребёнка.
— У меня есть стабильный доход! И с чего вы взяли, что у меня не благоприятные условия для Питера?
— Ты же всё еще живёшь в вашем старом доме? — Спросила меня Стейси, а я сжала кулаки. Если я сейчас ударю её при стольких свидетелях, это точно не сыграет мне на руку.
— Гейб вырос там, я выросла там...
— Гейб уже дважды отсидевший в тюрьме и ты без нормального образования, — встряла Стейси, а уже представляла, как вырву ей все пакли. Стейси забывала, что еще недавно она сама жила в этом месте и подрабатывала где придётся. Тот факт, что какой-то богатенький папенька подобрал её, еще не сделал из Стейси аристократку. — Посмотри трезво на эту ситуацию. Я его родная мать, со мной у него будет полноценная и стабильная семья. А ты мало того, что несовершеннолетняя, без образования, нормальной работы, так еще и никто Питеру.
— Мы даём вам неделю, чтобы принять разумное решение, — сказал адвокат, когда я потеряла дар речи, потому что на меня резко навалилось осознание того, что они правы. — Если в течение недели вы не позвоните, чтобы спокойно передать нам Питера, придётся разбираться через суд. — Он протянул мне визитку, и я словно на автомате взяла её.
Когда Стейси со своим противным адвокатом уходила, я ничего не могла сделать или сказать. Я просто стояла и смотрела. До меня доходил факт того, что я теряю Питера. Ведь все козыри действительно были на стороне Стейси. А я... что я могла делать? У меня даже денег на адвоката не было. А даже если бы я нашла, что бы он сделал? По закону все права действительно были у Стейси. Чёртов Гейб! Какое он имел право отказаться от Питера? Это мой ребёнок, как они со Стейси могут решать его судьбу, даже не спрашивая меня?
— Алиса! — Крикнула Сара и потрясла меня. — Что с тобой? Кто это был?
— Сара, я...
Как только я начала говорить, из моего горла вырвались рыдания. Я даже не могла собраться нормально с мыслями, потому что тот факт, что я могла потерять Питера, просто лишил меня возможности нормально думать и соображать.
— Тихо, тихо, милая, — она прижала меня к себе. — Всё хорошо.
— Она хочет отобрать у меня Питера, — всхлипнула я. — Я могу потерять его. Сара...
— Тише, — она сильнее прижала меня к себе, а потом отстранилась и взяла визитку из моих рук. Когда она увидела, что там стоит имя и номер адвоката, выругалась. — Послушай, тебе сейчас в последнюю очередь нужно плакать. Как я поняла, времени у тебя не так много, чтобы что-то сделать.
Да, она была права. Шансы у меня были практически ничтожны. Но хоть какие-то были. И у меня просто физически не было времени на то, чтобы плакать и жалеть себя. Я была готова сделать что угодно, попросить о помощи кого угодно и переступить в себе через всё, что можно переступить.
— Прикрой меня, пожалуйста. — Попросила я Сару, когда пошла в раздевалку и быстро взяла свою куртку, а потом побежала в сторону автобусной остановки.
Оливер
Я откинулся на спинку кресла и устало потёр глаза. Я уже несколько дней работал, иногда прерываясь на сон и еду. Это помогало выбрасывать из головы некоторые мысли. Но как только я отвлекался от счетов, накладных, оптимизации расходов и затрат на новые материалы, в мою голову прокрадывались мысли о Кети.
Последняя информация, которую я получал, была в том, что Кети счастлива в браке, у неё ребёнок и жила она в Лос-Анджелесе. Дело было не в том, что я боялся с ней пересечься. Просто я не знал, как отреагирую на это. Может это взбудоражит в моей душе старые чувства, которых я точно не хотел. Может это восстановит в моём сердце тот гнев, от которого я столько пытался избавиться. За шесть лет контроля всех аспектов своей жизни, я не был готов к потери контроля. Хотя Алиса время от времени заставляла меня терять контроль.
Я улыбнулся, вспоминая её, а потом нахмурился. Я чувствовал себя таким гавнюком из-за того, что накричал на неё. Хотя она ничего такого не сделала. Точнее она ничего не сделала. Алиса была не виновата в том, что Питер ходил в садик с дочкой Кети. Просто я немного испугался из-за того, что Кети оказалась так близко ко мне. Я надеялся, что она будет от меня как можно дальше, прежде чем я пойму до конца все свои чувства.
Вздохнув, я решил отправиться на кухню, чтобы перекусить. Когда я искал в холодильнике хоть что-то съедобное, услышал быстрые шаги в коридоре, а потом мимо кухни пробежала Алиса, громко выкрикнув моё имя. Я думал, она сейчас на работе.
— Алиса, — позвал я и вышел в коридор. Она остановилась и быстро повернулась ко мне. Мне сразу захотелось убить кого-то за это выражение на её лице. Заплаканное, глаза красные, волосы растрёпанны и выглядела она так, словно кто-то умер. — Что случилось?
— Это Стейси, — всхлипнула она, а потом быстро подошла ко мне. — Она... она... я думала, что она шутит. Как можно шарахаться где-то столько лет, а потом просто прийти и сказать «хочу себе сына вернуть». Я не думала, что она серьёзно. Она же... а она с адвокатом пришла. А этот жирный кусок холестерина говорил про суд и что мне не видать Питера. — Она снова всхлипнула, а потом прильнула к моей груди. Я сразу обхватил её руками и прижал к себе.
— Алиса, постарайся успокоиться, — попросил я, поглаживая её по спине, пока она всхлипывала, теснее прижимаясь ко мне. — Я не смогу помочь тебе, пока ты не объяснишь, что случилось.
Было трудно, но она начала успокаиваться. Я отвёл её на кухню и заварил ей чай. Через какое-то время, Алиса начала приходить в себя. Она еще ничего не сказала, а просто пила чай. Я знаю, что ей нужно было время, чтобы успокоиться и прийти в себя. Её не нужно подталкивать.
— Как ты? — Мягко спросил я. Алиса глубоко вдохнула, а потом начала говорить. В этот раз связно и полноценно.
— Стейси приходила ко мне несколько дней назад, — начала она. — Сказала, что хочет вернуть себе Питера. Я захлопнула перед ней дверь и даже не стала париться. В смысле, она где-то столько лет шарахалась и сын ей был не нужен, а тут проснулась и захотела его вернуть. Я подумала, что это кратковременный заскок. Но сегодня она пришла ко мне с адвокатом. Сказала, что если в течении неделе я не отдам ей Питера, она пойдёт в суд. И тогда его у меня точно заберут, потому что у меня нет никаких прав, а Гейб сегодня написал отказ от родительских прав.
В конце рассказа слёзы вновь потекли по лицу Алисы. Она всхлипнула и спрятала лицо в ладони.
Сжав кулаки, я тяжело вздохнул. Я всегда ненавидел моменты, когда она плакала. Она всегда казалась такой беззащитной и мне хотелось убить любого, кто расстроил её. Но сейчас я должен был действовать здраво. Алиса была не в состоянии что-либо решать, потому что она всё еще была шокирована этими новостями и слишком расстроена. Мне нужно было делать что-то быстро. Дело в том, что Алиса и Питер успели стать для меня самыми близкими людьми.
— Алиса, я понимаю, что ты очень расстроена, — сказал я, сев напротив неё и взяв её руки в свои. — Но сейчас тебе нужно собраться. Ты запомнила, как зовут адвоката?
— У меня есть визитка. — Она достала из кармана помятую картонку с номером телефона и именем. Я слышал об этом типе. В основном он был адвокатом у нескольких семей. Интересно, откуда у Стейси на него деньги.
— Послушай, не всё так плохо, — она посмотрела на меня. — Через полторы недели тебе уже исполнится двадцать один, а значит ты можешь оформить опеку над Питером. У меня есть адвокат, он начнёт оформлять дело в суд. Лучше мы сделаем это, чем Стейси. Пока будет идти сбор документов и прочее, тебе точно будет двадцать один, а значит ты имеешь законное право получать опеку. Алиса, всё будет хорошо. — Я подтянул её руки к своим губам и оставил на костяшках быстрый поцелуй.
— У нас точно всё получится? — Прошептала она. В её голосе было сейчас столько надежды.
— Алиса, я уже очень сильно полюбил Питера, и тебе это известно. И я не позволю, чтобы какая-то пустоголовая курица, — а именно такой я сейчас считал Стейси. Когда-то она казалась милой и забавной. Но после того, как я узнал, как она поступила с жизнью своего сына и Алисы, я увидел её совершенно по-другому. — Забрала его у тебя.
— Спасибо тебе. — Всхлипнула Алиса.
Она встала со своего места и подошла ко мне, чтобы обнять. Сейчас, когда я держал её в своих объятиях, такую ранимую и напуганную, я понял, что последняя стена, которая разделяла нас, наконец-то пала. Вначале она обстрагивалась от меня, старалась защититься. И я прекрасно понимал почему. Но сейчас, когда она больше всего нуждалась в помощи, она пришла ко мне. Переступив через все страхи, переживания и гордость. И даже после того, как я повёл себя, как последний мудак.
Теперь у меня просто не была права подвести Алису. И ради неё с Питером я был готов пойти на всё что угодно.