Тайна Голубой Луны

Вечерние солнечные лучи золотистыми полосами ложились на пол комнаты, пробиваясь сквозь лёгкие занавески, которые слегка подрагивали от дуновений ветерка. Ной устроился на подоконнике, перелистывая страницы своего дневника. Его белая рубашка мягко отражала свет, волосы едва заметно блестели в свете уходящего дня. Он слегка наклонил голову, сосредоточенно водя пером по бумаге. Одна нога свешивалась вниз, раскачиваясь в такт мелодии, что звучала у него в голове.

— Ной... — раздалось протяжное, полное скуки нытьё из глубины комнаты.

Ванитас развалился на кресле с видом человека, которому этот мир уже задолжал слишком много развлечений. Его чёрные волосы, словно поглощая солнечный свет, отбрасывали на лицо тени, а капризное выражение сделало бы честь любому актёру театра.

— Что ты там так долго пишешь? — спросил он, изображая обиду, но блеск в его глазах выдавал истинное настроение. Он откинул голову на спинку кресла, драматично вздохнул и махнул рукой. — Этот твой дневник забрал у меня всё твоё внимание. Как мне жить с этим?

Ной поднял взгляд от записей, растерянно улыбаясь.

— Это просто заметки. О том, что я видел... что пережил, — тихо ответил он, почти извиняясь, будто знал, что его слова вызовут очередной укол сарказма.

— Пережил? — Ванитас резко выпрямился, упёрся локтями в колени и с прищуром уставился на Ноя. — Мы что, уже на старость лет воспоминания собирать начали? Или ты, может, секретно пишешь роман?

— Нет! Вовсе не так! — Ной замахал руками, заметно краснея. — Просто... мне хочется всё запомнить.

— Хах, — усмехнулся Ванитас, хитро прищурившись. — Ты как настоящий летописец. Ещё скажи, что ты записываешь каждый наш день с пафосом и деталями.

Ной отвёл взгляд. Ответить сразу не получалось. Как объяснить, что Ванитас был прав, и дневник действительно содержал каждую крупицу их совместных воспоминаний? Радость побед и горечь ошибок, истории людей и вампиров, которых они пытались спасти, и даже те короткие минуты покоя, что казались роскошью в их жизни.

Он ценил каждый момент, проведённый рядом с этим человеком, несмотря на его странности и порой мучительный характер.

— Чего молчишь? — Ванитас скучающе протянул, наблюдая за реакцией Ноя. — Язык проглотил? Или, может, пытаешься придумать пафосный ответ?

Ной поднял взгляд, чуть смутившись, но в его глазах зажглось искреннее тепло.

— Я не проглотил язык, — мягко возразил он, слегка пожав плечами. — Просто... думал о том, что ты сказал.

Ванитас поднял бровь, наклонив голову набок.

— И что я там такого сказал? Что это скучно? Потому что это действительно скучно, — проговорил он лениво. — Не понимаю, что ты находишь в этих моментах, когда можно делать что-то гораздо более... интересное.

Ной вздохнул, опуская взгляд на страницы своего дневника. Его голос прозвучал чуть тише, но от этого не потерял своей уверенности.

— Может, ты прав... Это скучно для тебя. Но для меня это важно. Не всё в нашей жизни связано только с действиями. Иногда простые моменты говорят больше, чем любые приключения. — Он улыбнулся, едва заметно.

Ванитас хмыкнул, прикрыв глаза, будто бы оценивал услышанное.

— Ты звучишь как старик. У тебя борода не отросла ещё? — бросил Ванитас, но его тон был мягче, чем обычно, почти насмешливым, без привычной колкости.

Он вытянул ноги, откинул голову назад и, как всегда, легко сменил тему, будто избегая углубляться в слова Ноя. Хотя, возможно, он просто не хотел признаваться, что нашёл в них что-то важное.

— Но если ты так уж хочешь помнить, что мы делаем, — он широко ухмыльнулся, — то хотя бы записывай, как я спасаю твой зад. Это же настоящая история героизма!

Ной не смог удержаться и рассмеялся. Его тихий, искренний смех на мгновение заполнил комнату, словно стирая невидимые границы между ними.

— Ты не так уж часто это делаешь, — ответил он, глядя прямо на Ванитаса с лёгкой улыбкой. — Но... я всё равно ценю твою помощь. Даже если ты сам этого не замечаешь.

Ванитас прищурился, будто собираясь ответить что-то язвительное, но вместо этого лишь громко вздохнул и отмахнулся, словно его только что вынудили принять эту благодарность.

— Ладно, ладно. Пиши что хочешь, летописец. Но если ты меня плохо опишешь, — он внезапно подался вперёд, сложив руки на подлокотниках кресла, — я отберу твой дневник и лично его перепишу. Со всеми нужными деталями.

(Ходят слухи, что за кадром аниме Ванитас именно так и угрожал нашему вампирчику.)

Ной улыбнулся, слегка покачав головой, и вернулся к своей записи. Несколько мгновений перо скользило по бумаге, пока тихий голос вампира наполнял комнату:

— "Дорогой дневник,

Сегодня был очередной из тех дней, которые сложно описать словами. Мы провели больше времени, споря и подтрунивая друг над другом, чем занимаясь чем-то действительно важным. И всё же... каждый момент рядом с ним — это нечто особенное. Ванитас... как бы я ни злился на его колкости или несерьёзность, он всегда находит способ напомнить мне, что даже в этой хаотичной борьбе есть место для света.

Кажется, он думает, что я не замечаю, как много он делает. Но я вижу. И я это запомню."

Он остановился, перевёл взгляд на Ванитаса, который снова развалился в кресле, глядя в потолок. Ной улыбнулся себе и добавил в записи:

— "Иногда мне кажется, что он понимает больше, чем показывает. И, возможно, это тоже часть его замысла. Но я всё равно постараюсь описать всё так, как есть — честно. Даже если однажды он отнимет у меня этот дневник и перепишет его на свой лад."

— Ты слишком долго пишешь, — снова раздалось из кресла. — Если ты заканчиваешь оды в мою честь, может, наконец, пойдём работать?

Ной, сдерживая смех, закрыл дневник и поднялся с подоконника.

— Ладно, только учти: если ты и правда перепишешь мой дневник, я буду вынужден описывать, как часто ты жалуешься.

Ванитас прищурился, но уголки его рта слегка дрогнули, выдавая слабую улыбку.

— Хочешь сказать, что я жалуюсь? Я — идеал терпения!

Закрыв дневник, Ной поднялся, бросив взгляд на Ванитаса, который уже с видом победителя откинулся на кресле.

— Ты что-то говорил о работе? Или мы снова останемся спорить до заката?

Ванитас медленно поднялся, поправляя манжеты своего плаща, его голос прозвучал спокойно, но с привычной долей насмешки:

— Нам нужно проверить берега Сены. Ходят слухи, что там видели заражённых. Не хочу, чтобы кто-то ещё впутался, раньше нас.

Ной нахмурился, застёгивая пуговицы на рубашке.

— Сена? Почему именно там?

Ванитас чуть пожал плечами, натягивая перчатки.

— Не знаю, но если слухи правдивы, это место может быстро стать проблемой. — Он бросил на Ноя быстрый взгляд и, увидев, как тот собирается что-то возразить, махнул рукой. — Пошли, пока не стало темно.

На улицах Парижа было тихо. Слишком тихо. Ной не мог не заметить странную пустоту, обволакивающую город. Оживлённые аллеи, обычно полные людей, теперь казались замершими. Только звуки их шагов отдавались эхом в переулках.

— Как-то... слишком тихо, — наконец проговорил Ной, оборачиваясь на пустую улицу позади. — Это даже не похоже на Париж.

— И ты говоришь мне, что я драматичен, — отозвался Ванитас почти шёпотом, его голос звучал глухо на фоне странной тишины улиц. Его взгляд, сосредоточенный и слегка отстранённый, метнулся к алому небу. — Возможно, люди просто что-то почувствовали. День Голубой Луны не за горами, а её появление всегда тревожит даже тех, кто не помнит легенд.

Ной нахмурился, медленно шагая рядом.

— Не думаю, что люди стали бы бояться из-за этого. Большинство уже давно перестали верить в эти сказки.

— Возможно. — Ванитас скользнул взглядом по улице, всё ещё странно пустой и почти застывшей. — Но люди, как ты понимаешь, верят. И вот они редко забывают, что на небе может появиться Синяя Луна.

— Это никак не связано! — резко возразил Ной, оборачиваясь на него.

— Может быть, — кивнул Ванитас, но его тон звучал скорее как насмешка. Он вдруг остановился, резко обернувшись к Ною. — Но это и неважно. Я напомню, что у нас есть работа. Всё остальное — пустая болтовня.

Голос его прозвучал резче, чем обычно, и в воздухе повисла напряжённая пауза.

Солнце клонилось к закату, заливая город багряным светом. Их путь вдоль реки выглядел почти умиротворяющим, если бы не гнетущее чувство, подкрадывающееся к каждому их шагу. Тени деревьев вытягивались по мостовой, а отражения в воде дрожали, будто боясь застыть.

— И что мы ищем? — спросил Ной, наконец нарушив молчание, которое становилось тяжёлым, как воздух перед грозой.

— Всё, что не вписывается в эту тишину. — Ванитас не обернулся, продолжая смотреть вперёд, его голос звучал спокойно, почти равнодушно. — Ты же сам сказал: не похоже на Париж, правда?

Ной молчал, не зная, что ответить. И только шаги продолжали отдавать эхом вдоль пустых берегов реки.

Ной скептически поднял бровь.

— А если это не слухи?

Ванитас только пожал плечами, его шаги по-прежнему оставались ровными.

Вечерние тени вытянулись вдоль улиц, багряное свечение постепенно уступало место серым сумеркам. Над поверхностью воды что-то дрогнуло — движение, настолько мимолётное, что Ной замер, едва не споткнувшись.

— АААА! — раздался резкий вскрик Ноя. В следующее мгновение он буквально подскочил, бросившись к ближайшей точке безопасности — прямо к Ванитасу, который обернулся на шум.

— Ты что творишь?! — взревел тот, ловя внезапно налетевшего на него вампира. Ванитас инстинктивно подхватил Ноя на руки, едва удерживая равновесие.

— Ты это видел?! — резко и взволнованно спросил Ной, не обращая внимания на нелепость ситуации. Его глаза расширились от страха, а пальцы судорожно вцепились в одежду Ванитаса.

— Что, бл*ть, я должен был увидеть?! — раздражённо выдавил Ванитас, стараясь не уронить неожиданного пассажира, хотя его голос всё же дрогнул.

— Т-там... у реки... — промямлил Ной, не отводя взгляд от края моста. Он судорожно ткнул пальцем в сторону берега, где всего минуту назад мелькнула странная тень.

Ванитас, подавив вздох, медленно повернул голову в указанном направлении. Несколько мгновений он пристально вглядывался в сгущающуюся тьму, а затем ухмыльнулся.

— Крыса, возможно? Или кошка? А может... таинственный убийца из тумана?

— Это не смешно! — возмутился Ной, всё ещё не решаясь слезть с рук друга.

— Ты прав, — сказал Ванитас, наигранно кивнув. — Это трагично. У тебя бурная фантазия.

С этими словами он ослабил хватку и молча позволил Ною шлёпнуться на землю.

— Эй! Больно же! — плаксиво заявил Ной, потирая ушибленную поясницу.

— Идиот, — пробормотал Ванитас, поправляя одежду. — Там ничего нет.

— Но я что-то видел, — пробормотал он, настойчиво.

— Тебе показалось, — фыркнул Ванитас

— Но я точно что-то видел, — повторил он громче, стараясь привлечь внимание.

— О, перестань, Архивист. Тебе пора перестать искать загадки в каждой тени, — насмешливо протянул Ванитас, не замедляя шага.

— А тебе не пора перестать швырять меня на землю?! — возмутился Ной, с трудом поднимаясь на ноги. Он всё ещё потирал ушибленную поясницу, хмурясь, словно обиженный ребёнок. — У меня теперь спина болит, между прочим!

— Тебе идёт эта роль страдальца, — лениво заметил Ванитас, усмехнувшись. — Но не переживай, у меня есть идея, как отвлечь тебя от боли.

Ной насторожился, глядя на друга с подозрением.

— Слушай, раз уж мы здесь, у меня к тебе предложение, — продолжил Ванитас, небрежно взмахнув рукой, словно отбрасывая недавнюю тему прочь.

— И что на этот раз? — Ной прищурился, готовясь к чему-то странному.

— О, ничего такого... — Ванитас остановился и обернулся, улыбаясь так, будто уже всё решил. — Просто предлагаю тебе немного развлечься. Меня тут недавно пригласила Жанна. В один очень интересный дворец, — Ванитас сделал паузу, чтобы эффектно подчеркнуть значимость сказанного. — Говорят, там должен проходить бал. Что скажешь? Составишь мне компанию?

Ной нахмурился.

— Бал? — он удивленно посмотрел на Ванитаса, пытаясь понять, что же за этим стоит. — Ты же ненавидишь такие мероприятия. Зачем тебе туда?

Ванитас пожал плечами и небрежно поправил волосы, как будто это был совершенно очевидный вопрос.

— Иногда полезно немного разбавить скучные вечера. А ты как раз не прочь составить мне компанию. — Его улыбка стала ещё шире, почти дразнящей. — К тому же, ты ведь не бросишь меня одного с Жанной, правда?

— У вас с Жанной... что-то есть? — то ли хмуро, то ли удивленно пробормотал Ной. Его слова были настолько быстрыми и неразборчиво тихими, что Ванитас еле успел их уловить.

Ванитас остановился на полпути, обернувшись с приподнятой бровью.

— Чего-чего? Можешь понятнее говорить? — переспросил он, слегка подаваясь вперед, будто пытаясь получше расслышать.

Ной нервно отвел взгляд, глядя куда-то в сторону. Он явно не рассчитывал, что его слова дойдут до адресата, и теперь выглядел как ребенок, пойманный за запретным вопросом.

— Ничего, — быстро бросил он, стараясь сменить тему. — Просто... ты говоришь так, как будто это что-то личное.

— Что-то личное? — Ванитас внезапно рассмеялся, его голос прозвучал так громко, что эхом разнесся по тихой улице. — Архивист, я и Жанна? Ты серьезно?

Он подошел ближе, чуть наклонив голову, чтобы встретиться с взглядом Ноя. Его голубые глаза блеснули с каким-то хитрым задором.

— Неужели ты ревнуешь?

— Чего?! — Ной выпрямился, его голос сорвался на удивленно-высокую ноту. Он быстро замахал руками, стараясь выразить полное несогласие. — Н-нет, конечно нет! Просто... я подумал, что вы... ну, ладно, забудь!

***

Текст - хуйня, автор - долбоеб!

Просьба не судить строго!

Комментарии читаем, ошибки исправляем! Ждем каждого!