Я приду к тебе ночью на чай

И тут с озера до нас донесся крик:
-ПОМОГИТЕ!
-Это кто? Голос кажется знакомым, - прислушался Артем.
-Кто-то! Несчастный это, кто еще, - сказал Макс. – Хватит сидеть, бежим на помощь. Вон, как Ромка припустил.
-Глупцы, - крикнул я на ходу поворачиваясь к друзьям. – Это Настя!

Настя барахталась в метрах двадцати от берега. И у нее были большие неприятности.
-Мальчики! У меня ногу судорогой свело! – крикнула она.
-Только без паники! Без паники! Я сейчас, - крикнул я и прыгнул в воду.

А дальше все как в тумане. Я не помнил ни как плыл к ней, ни как тащил ее к берегу. Осознание происшедшего пришло мне только тогда, когда я вылез из воды на сушу.
-Это была тяжелая каточка, - протянул я, разваливаясь на небольшой полоске песка возле берега.
-Ты говоришь, прям как моя бабушка, - сказал Артем. Настя рассмеялась и я в ответ лишь что-то крякнул.
-Оригинальный ответ, - вздохнул Артем. – Я короче за шашлыком. Есть хочется.

Пока Артем и Макс соревновались в том, кто сколько съест шашлыка на скорость, мы с Настей сидели возле костра под одним одеялом и грелись. Точнее, грелась она, а я... Просто сидел за компанию рядом.
-Артем, ты шашлык будешь? – спросил Макс
-Насть, ты шашлык будешь? – тихонько спросил я ее. Она отрицательно покачала головой.
-Не, мы не будем, - ответил я.
-Вы и будете там вдвоем сидеть?
-Да. У нее стресс, ее надо успокоить.
-Ром... Мне страшно, - Настя посильнее прижалась ко мне. – Я думала, что утону.
-Спокойно, Насть... Все позади... Далеко позади...
-А ты рыбачить-то пойдешь? – спросил Макс.
-Да... Наверное. Насть, пошли порыбачим. Я тебе хоть покажу, как там и что.
Девочка согласно кивнула.
-Ой, мне кажется нехорошо, - Артем выполз из-за стола и развалился на траве. – Давайте пока без меня. Я может потом присоединюсь... Долбанный шашлык.

А потом мы сидели на берегу озера. Я рассказывал Насте об устройстве удочки, о наживке и тому подобной рыбацкой науке – все что знал, о том и рассказывал. Кое-что говорил Макс, а Артем лишь постанывал где-то невдалеке на траве. Я сидел на берегу и держал в руках белую пластиковую тарелку с шашлыком, необычайно вкусным – то ли это Макс такой молодец, то ли дядя Авик вырастил не реально вкусного барана.

Я посмотрел на Настю – рыбалка ее заинтересовала. На ее лице уже не было того испуга и страха, который был минут десять назад. Там стали появляться лучики радости и счастья.

-Где ночевать будем? – спросил Макс, когда солнце скрылось за кронами и стволами деревьев, когда угли костра потухли и остыли, когда Артем принялся пританцовывать, словно индеец, повторяя: «Че ж так резко-то похолодало?»

Палатки мы не брали, так как у нас их ни у кого не было.
-А ты нас обратно не повезешь, что ли? – спросил Артем.
-Мог бы. Но не вижу смысла. Знаете, какой тут утром клев. В четыре часа? Ведра мало будет – таз нести нужно.
-Ну вечером тоже должно клевать, - сказал Артем.
-Как видишь, сегодня не клюют, - ответил я, сматывая удочки. – Даже щука и та на дно залегла. Макс, а где ты ночевать предлагаешь?
-У меня, - ответил он. – С размещением придумаем. Настю можно на чердак отправить.
-Не... Я боюсь чердаков, - сказала Настя.
-Ладно. На чердаке расположусь я, - ответил я. – Остальных лучше расположить на месте, когда приедем. А то Артему скоро и на теплую кровать будет все равно.
-Да вообще, - сказал Артем. – Поехали быстрее.

Как только мы приехали к Максу, я понял, что устал довольно сильно. Мне хотелось только одного – побыстрее лечь в кровать, укрыться одеялом и погрузиться в сладкое царство Морфия. Макс это понял, видимо, потому что я уже в машине стал клевать носом. Он открыл дверь на чердак, я полез туда и с каждой ступенькой на приставленной к стене лестнице я понимал, как сильно я устал. Ноги как будто бы с каждым шагом наливались свинцом. С трудом дойдя до кровати, я рухнул на нее, кое-как укрылся одеялом и уснул.

Я проснулся ночью от осознания чьего-то присутствия. Было ощущение, будто кто-то стоит в комнате и сверлит меня взглядом. Мне стало страшно, по спине пробежали мурашки. Сердце с каждой секундой билось все быстрее и быстрее. Я чувствовал чье-то дыхание в комнате, мне стало казаться, что пространства становится все меньше и меньше, начинает не хватать воздуха...

И вдруг до меня кто-то дотрагивается. Я вскакиваю и вижу Настю, сидящую на краю кровати.
-Фух... Насть, ты чего тут?
-Я поговорить пришла, - после паузы ответила она. – Серьезно поговорить.
-Ну да... Ночь, самое время для серьезных разговоров. А о чем он вообще?
-О любви... О нашей...
-Эммм... Ну, давай поговорим.
-Ром... Скажи... Только честно. Ты меня любишь?
Я ожидал, что рано или поздно этот разговор случится. Я догадывался, вернее, знал о том, что она ко мне не равнодушна. Но все равно – этот разговор случился неожиданно для меня. Я не ожидал, что он наступит так скоро.
-Честно так честно. Насть... Ты мне очень нравишься, ты симпатичная и обаятельная девушка. Мне очень весело проводить с тобой время... Но пойми... Мы не можем быть вместе, ибо мы слишком разные, - выпалил я.

Повисла оглушительная тишина.
-Всмысле... Разные.
- Мы выросли в разных местах. Я – столичный парень, а ты... деревенская милая девочка. Я здесь не навсегда. Я уеду в свой Питер и забуду тебя, потому что там тоже девочки и иной движ. Но... Я не хочу забывать тебя. Я хочу, чтобы мы остались друзьями...
-То есть... ты значит столичный мажор... А я – деревенская дурочка? – голос Насти постепенно начал наливаться свинцом.
-Я не имею это ввиду... Просто пойми – я не хочу, чтобы ты страдала из-за того, что я рано или поздно уеду отсюда. Я знаю, что такое любовь на расстоянии. Я видел, как страдают мои друзья от этого. Я не хочу, чтобы ты так же страдала...

Тишина стала еще более оглушающей. Даже надоедливый комар перестал пищать где-то под потолком. Я слышал, как в моих ушах взрывают миллионы до боли пульсирующих капилляров, как на пол капают Настины слезы, эхом разносясь по комнату, как звон большого соборного колокола, как трагический звук набата...
-Хотел как лучше... А получилось как всегда... - прошептала Настя. – Все у тебя всегда через это...
Она встала и бросилась к выходу.
-Насть! – я вскочил и у самой двери смог поймать ее за руку. Она обожгла меня леденящим холодом. – Ты все не так поняла!

Хотя, все она так поняла...
-Пусти, - железным голосом произнесла она. Я послушно разжал хватку, рука вырвалась из моей ладони, описала полукруг и приземлилась на моей щеке. Раздался звук шлепка. Пощечина...

Она ушла. Исчезла в темном пространстве дверного проема. А я до самого утра просидел в кровати, держась за пылающую огнем щеку. В голове пульсировали ее последние слова:
-Ну и мразь же ты, Рома. Ну и мразь.