ᴍʏ ꜰᴀᴠᴏʀɪᴛᴇ sᴘʟɪɴᴛᴇʀ

PoV Юко

Войдя в дом, Чонгук резко развернулся ко мне и взяв мое лицо ладонями прошептал:

— Наконец-то я могу касаться тебя... моя Юко... моя... — шептал он.

— Чонгук... — начала я.

— Шшш... — приложил он палец к моим губам.

— Не надо, просто слушай. Ты мой маленький лучик света, когда мне было плохо или грустно, я приходил к вам и ты забиралась ко мне на колени и говорила «Гук, я тебя люблю, не грусти» и крепко, крепко обнимала своими маленькими ручками, а мне всегда так хорошо становилось. — говорил он смотря мне в глаза.

— Чонгук... — снова попыталась я, но меня снова прервали, приложив к губам палец.

— Наконец то я могу к тебе прикоснуться, я не могу без своего лучика света, я не могу без тебя Юко, я люблю тебя и всегда буду любить. — сказал Чонгук, не отрывая ни на секунду взгляда, он говорил смотря в глаза, а казалось, что смотрел он мне в душу.

— Чонгук я тоже не могу без тебя. — прошептала я, из глаз моих давно уже телки слезы, слезы счастья. — Я люблю Чонгук~а, всегда любила и боялась этого. — шептала я ему. Мне так хотелось открыться, полностью.

— Правда?.. — прошептал он. Кивнула, я не могла больше сказать ни слова.

Наклонившись, Чонгук поцеловал меня, он целовал меня так, что все мысли вмиг испарились и остался только он и его губы.

— Руки убери от моей дочери! — прорычал папа.

Быстро отлетев друг от друга, мы посмотрели на папу, он был очень зол, глаза сощурены, брови сведены на переносице, губы поджаты в тонкую линию, а руки сжаты в кулаки.

— Не смей больше никогда приближаться к моей дочери слышишь, тебе здесь больше не рады уходи. — спокойно, но очень зло сказал отец.

— Пап, — попыталась возразить я, но Чонгук остановил, улыбнулся и кивнув, покинул нас. Я стояла и глотала слезы, как ему объяснить, как? Я ведь не смогу без Чонгук~а.

— Иди к себе, праздник окончен. — сказал папа и резко развернувшись, ушёл. Я села на пол и заплакала. Что же мне теперь делать?

— Юко, милая не надо. — тихо проговорила бабушка и погладила меня по голове.

— Вы тоже нас осуждаете? — спросила я всхлипывая. Бабушка вздохнула и покачала головой.

— Нет, у нас с Акайо тоже большая разница, одиннадцать лет. — рассказала ба.

— Правда? Ты никогда не рассказала. И что же было? — спросила я. Никогда бы не подумала, что у моих бабушки и дедушки такая разница.

— Ну началось все в школе, я была сопливой шестнадцатилетней школьницей, а Акайо уже взрослым мужчиной, ему было, как и Чону сейчас, двадцать семь. И в самом годы он уже имел свой, довольно успешный бизнес. Акайо окончил ту же школу, в котором тогда училась я, и вот, его такого успешного привели к нам. Мол вот вам живой пример успешного человека, не знаю как, но Акайо уговорили целый семестр вести у нас предмет. Я тогда была в отношениях с другим парнем, поэтому никакого внимания на молодого учителя не обращала, да и он тоже, у него тогда была семья, жена, маленький сын. Но скажу я тебе по секрету, нравился мне он, уже тоже, он не мог не нравится, красивый, успешный, правильный, он притягивал к себе. — улыбнулась ба.

— А дальше? — спросила я внимательно слушая ее.

— А дальше, — улыбнулась она. — Дальше, он ушел с нашей школы, я вышла замуж за того парня, родился Бон Паль, потом мы развелись, я была на году обучения и нас отправили на производственную практику, я попала к Акайо, он меня узнал, мы стали работать вместе, узнавать друг друга, прошёл год, жена Акайо умерла, ему было тогда очень сложно, Бон Паль постоянно вытворял что-то, мальчику было больнее всего, ему было десять когда его мамы не стало, он замкнулся. Уже тогда я любила Акайо и пыталась помочь, через пол года мы сошлись, я старалась помогать и Бон Палью, но думаю ты и сама понимаешь что он ненавидел меня, Чонгук тоже не принимал, только спустя шесть лет он перестал нас ненавидеть, встретил твою маму, она помогала обоим братьям, Хана могла лишь парой слов успокоить обоих что было невероятно сложно. Сейчас твой отец снова все воспринял как тогда, ему больно милая, но поверь когда он поймет, а он это обязательно поймёт, все наладится, я вижу как тебя любит Чонгук, и как ты его, это невероятно. Признаться когда мы только приехали к вам, меня пугало то, какие между вами отношения, но потом, когда я увидела как вы смотрите друг на друга, я вспомнила нас с дедушкой и поняла, что мы не имеем права рушить ваше счастье. — закончила ба, плакали мы уже обе.

Я была так рада, что бабушка приняла нас.

— Ну и чего вы тут сырость развели. — подошёл к нам дед.

— Ты тоже все знаешь? — спросила я.

— Мы с Ханако все давно поняли. — улыбнулся дед. — И знаешь, сначала я был против, но Ханако изменила мое мнение, и теперь я тоже за эти отношения. Понимаешь внучка, найти своего человека очень сложно, а вы с Чонгуком друг друга нашли, вы будто родственные души, это невероятный дар в наше время, так что внуча, хватит разводить сырость, за любовь нужно бороться и я за твою сейчас поборюсь.

С этими словами дед пошел к отцу, с ба осталась со мной.

— Все будет хорошо, твой отец поймет. — погладила она меня по голове, а я очень на это надеялась. Зайдя к себе, я стала звонить Чону.

***

Бон Паль сидел в кресле и пил.

Как этот щенок посмел, Бон Паль был так зол на Чона. Сам не знал, как содержался и не убил гада на месте, наверное его остановили слова которые он говорил Юко.

— Алкоголь тебе ничем не поможет ,сын. — сказал Акайо, молчит напротив сына.

— Ты знаешь что сейчас произошло? — пьяно интересуется Бон Паль.

— Конечно и вот что я тебе скажу сын, Юко и Чонгук все равно будут вместе, их тянет друг к другу, они любят друг друга и это сын не просто штуки, это настоящая любовь. Они созданы друг для друга и только с ним она будет счастлива сын, только с ним. — сказав это, Акайо вышел, он знает что Бон Паль примет верное решение.

Бон Паль же, сидел и вспоминал все восемнадцать лет, то как Юко всегда тянулась к Чону, то как он о ней заботился, всегда и везде вместе, они были лучшими друзьями и только он мог ее успокоить, только он знал все ее секреты и тайны. Ещё Бон Паль вспомнил слова жены.

— Ох какой у Юко жених то будет, — смеялась она, наблюдая, как Чонгук носится за маленькой Юко и от всего ее оберегает.

— Да милая, ты как всегда оказалась права... — прошептал Бон Паль в пустоту и встав, вышел из комнаты. Дочь он нашел в своей комнате, она нервно бегала по комнате с телефоном в руках.

— Дочь можно, — спросил Судзуки хрипло.

— Папа, конечно. — кивнула Юко. И серьезно посмотрела на отца.

— Пап, мне правда жаль что ты узнал все вот так, я хотела все тебе рассказать по другому. Пап я не могу без этого человека, он мое всё и это действительно так, это не просто слова, это истинная правда, я не смогу без Чона. — тихо сказала девушка.

— Знаю, и я пришел сказать что я не против ваших отношений, вы показали мне, что ваши чувства сильны и они самые настоящие, — мужчина улыбнулся.

— Знаешь, вы мне сейчас так напомнили нас с Ханой. Как-то твоя мама сказала, что у тебя самый лучший жених, знаешь кто это был? — спросил мужчина.

— Чонгук? — спросила дочка с надеждой.

— Именно он, — улыбнулся Судзуки. — Именно он всегда был твоим рыцарем, так что теперь я спокоен за свою процессу. — сказал Бон Паль.

— Пааап! — с воплем бросилась к нему дочь, — Я так тебя люблю пап, я так рада что ты не против, я очень счастлива пап, спасибо огромное. — рыдала Юко, крепко обнимая отца.

— Ну все дочь хорош, пошли рыцаря твоего искать. — сказал Судзуки, обнимая дочь за плечи.