Глава сто четвёртая
На следующий день Ханагаки вместе с Татибаной-младшей отправились в Сугоаку братьев Кавата, где заказали себе по рамену. Они обсуждали репетицию церемонии их свадьбы, однако парень летал в облаках, пытаясь всё-таки вспомнить, где мог видеть тот символ на татуировки. Во время разговора он заметил фотографию, которая была сделана в день роспуска «Токийской свастики», и на душе его сразу же потеплело.
— В этот раз я не смог встретиться с Майки, — в его глазах так и сияло счастье. — Интересно, как он там поживает?
— М? Кто знает, — ответил Улыбашка.
— В смысле?.. — удивился Ханагаки. — Вы разве не встречались, когда он прилетал в Японию? Он ведь работает за границей? А Касуми вам ничего от него не передавала, когда прилетела?
— Ками никуда не выезжала в последние три года, — ответил Злюка. — Причину она, конечно, не назвала, но если пораскинуть мозгами и повнимательнее за ней понаблюдать, то можно предположить, что у неё проблемы со здоровьем.
— Это точно. Совсем исхудала и побледнела. Это совсем не здорово, — заметил Кавата-старший.
— А что касается Майки, — продолжил его брат-близнец, — Дракен рассказывал то же самое нам. Так что не знаю. Возможно, только Дракен с ним и встречался. Мы не виделись с ним больше десяти лет. Все причём.
— Десяти?! — вскликнул Ханагаки.
«Что происходит?! Касуми же сама сказала, что прилетела от Майки и передала мне от него привет... И все остальные подтвердили слова Дракена... Конечно, Касуми тогда странно отреагировала, но ведь... — тут он посмотрел на Татибану, и внимание его привлекла серёжка. — Что?.. Та татуировка... похожа на серьги, которые носил Изана!..»
— А что... что с Изаной?! — выпалил парень.
— Он работает вместе с Касуми. Помощник менеджера, Нагато который, вроде, — ответил Улыбашка.
— Хина... извини, но... мне надо бежать!
Ханагаки подорвался с места и направился прямо в магазин мотоциклов, которым владел Рюгудзи.
«Я нихуя не понимаю, но у меня плохое предчувствие! — думал он во время бега. — Больше десяти лет Майки ни с кем не выходил на связь... Неужели в новостях пареньс белыми волосами это...»
Ханагаки не успел додумать мысль. Он ворвался внутрь магазина и прокричал:
— Дракен!
Весь запыхавшийся, в поту, парень стоял и смотрел на друга, непонимающего, что происходит.
— Такемути? — Рюгудзи отвернулся от мотоцикла, который ремонтировал. — Что случилось? Чё лицо такое напуганное?
— Почему ты мне соврал?! — тут же кинул он предъявление. — О том, что Майки работает за границей? Никто не виделся с ним больше десяти лет! Касуми, по словам Кавата, болезненно выглядит!.. А ещё... по новостям я видел парня, похожего на Курокаву Изану, но тот работает вместе с Касуми. Неужели Майки... Майки... Майки вообще жив?!
Рюгудзи нахмурился, отвернулся от друга, опустив взгляд на гаечный ключ, что держал в руке, и начал отвечать на вопросы парня:
— Майки ушёл от нас двенадцать лет назад. Избил всех нас, бросил Касуми. С тех пор мы его не видели. Я не знаю, жив ли он. Я соврал тебе, чтобы у тебя была нормальная жизнь. не вини Чифую в этом и остальных, это я их подговорил. Конечно, Касуми не знала об этом плане, но быстро среагировала и подыграла. Она хорошо тогда держалась, — он сделал глубокий вдох и продолжил: — Хватит копаться в грязном белье Майки. Двенадцать лет назад... того Майки, которого ты знаешь, уже нет...
— Но ведь...
— Такемути, — Рюгудзи вновь повернулся и посмотрел уже в глаза другу со всей серьёзностью, — хватит. И не смей приплетать сюда Касуми. С неё достаточно.
— Ты можешь... хотя бы сказать, что с ней?..
Дракен вздохнул.
— Ты знал, что её то самое «лекарство» больше, чем на половину, содержит наркотики?
Ханагаки кивнул.
— В какой-то момент она действительно на них подсела. Док еле вытащил её оттуда, заместо этого увеличив дозу «лекарства». У Касуми часто пропадал аппетит, три года назад начались приступы. Она отрезала волосы во время одного из них и больше не отращивала.
— Три года назад... Кавата говорили, что она перестала ездить за границу три года назад.
— Потому что её здоровье ухудшилось, и Док запретил ей куда-то выезжать, даже за пределы Токио. Она только поёт, и то редко.
— А как же... организация?
— Боссом стал Мамору, Бадзи ушёл оттуда, чтобы больше времени быть рядом с Касуми и поддерживать её. Однако она всё равно принимает участие в жизни организации: как ни крути, она больше во всём этом разбирается, нежели Мамору.
— Вот как...
— Такемути, я тебя прошу, не упоминай, даже не думай о Майки в присутствии Касуми.
— Я тебя... понял...
После этого Ханагаки покинул магазин и отправился на берег реки, где уселся на лавочку. Во время дороги он позвонил Татибане-младшему и попросил об услуге. А на той самой лавочке решил ожидать друга, лишь бы поскорее узнать хоть какую-нибудь информацию о Сано Мандзиро. Конечно, он мог бы обратиться к Хакеру, но тогда бы пришлось просить Касуми или Кейске, а делать этого было нельзя: тема «Майки» под запретом рядом с Фудзимото, а Бадзи сто процентов откажет, лишь бы об этом не прознала девушка.
Когда солнце уже пряталось за горизонт и стало окрашивать небо в тёплые цвета, к Ханагаки подсел Татибана-младший.
— Прости, Наото... — почти что шёпотом сказал парень.
— Всё нормально... Это меньшее, что я могу для тебя сделать, — он достал папку с документами и передал её другу. — Я навёл справки на «Брахму» и на «беловолосого парня». «Брахма» — это самая крупная преступная организация в Японии, если не считать организацию брата Касуми.
— Ты знаешь, что Касуми раньше была в этой организации? — удивился Ханагаки.
— Конечно, — парень кивнул. — Вся полиция Японии под ней, причём уже очень давно, ещё с тех времён, когда Боссом была Касуми.
— Ничего себе...
— К слову, о полиции: она не может заполучить более точную информацию насчёт «Брахмы». По твоей просьбе к организации Касуми я не обращался. Поэтому тут всё, что мне удалось найти. Но если говорить проще, «Брахма» — это «Токийская свастика» из другого будущего. А тот «беловолосый» является главой. И он известен под прозвищем «Непобедимый Майки». Сано Мандзиро и есть глава «Брахмы».
— Майки — глава преступной организации?! — Ханагаки подскочил.
— Да, я в этом уверен.
— Это ложь... Майки никогда бы не стал таким!
— Говоришь, что моя информация неверна? Тогда где доказательства?
— У меня их нет... — жалобно ответил парень. — Но... это какая-то бессмыслица. Мне нужно встретиться... с Майки...
— Ты точно в это уверен? — Татибана схватил друга за плечи. — Ты понимаешь насколько это опасно? Ты не осознаёшь, что прошло двенадцать лет. Сано Мандзиро уже не такой, каким был!
Ханагаки сделал проще — он просто протянул руку.
— Пожмём руки! Я вернусь в прошлое!
— Ты... о чём вообще говоришь?! — опешил парень.
— Встречусь с ним в прошлом, — на полном серьёзе ответил Ханагаки, — и всё у него узнаю.
— Завязывай! — выкрикнул Татибана. — Ты уже спас сестру!!! Достиг цели!!! Сано Мандзиро изначально был для тебя только знакомым, не всё ли равно, что с ним?! Пожалуйста, живи в этом будущем!
— Наото... — у Ханагаки в глазах появились слёзы. — Если бы Мацки не было, то не было бы и нынешнего меня. Прошу... — он не переставал держать руку протянутой. — Я сразу же вернусь...
— Уговорил! — парень цыкнул. — Но сразу же возвращайся!
— Спасибо, Наото!
— Ну даёшь... — Татибана тепло улыбнулся. — Я тебе проиграл.
Вот только случилось неизбежное: рукопожатие не сработала, и Такемити не вернулся в прошлое. И проблема была лишь в том, что Татибана больше не хотел менять прошлое, из-за чего перестал быть «триггером», что, конечно же, совсем не радовало Ханагаки.
После ужасной новости Ханагаки направился к своему лучшему другу — к Мацуно, то есть посетил зоомагазин, принадлежащий Бадзи Кейске, в котором Мацуно, а также Ханемия, работали. Там-то парень и рассказал всё своим друзьям.
— Получается, ты больше не можешь прыгать во времени? — переспросил Мацуно.
— Ага...
— Понятно... Ну, ты спас Хину, так что это можно было ожидать...
— Чифую... я... хотел поговорить с Майки. Чифую, ты ведь знаешь? — парень поднял глаза на друга. — Почему Майки опять перешёл на тёмную сторону? Я не ожидал от него такого.
— После того, как Майки исчез, повсюду его искал. Но так и не смог найти! — он грустно улыбнулся. — Поэтому я подумал, что Майки сам смог найти свой путь! Поэтому я тоже решил идти своим.
— Чифую...
— Ты ведь уже не мальчишка?! — парень посмеялся, обняв Ханагаки за шею и слегка на неё надавив. — Сейчас у тебя важный путь — сделать Хину счастливой! Держись молодцом, Такемути!
Мацуно не оставил друга без чая. После закрытия Ханагаки направился домой пешком, опустив голову и размышляя об услышанном. Он шёл в одиночестве и в полной тишине, пока Ханемия его не окликнул.
— Не могу я так оставить Майки.
Ханагаки вздрогнул, не ожидая услышать хоть чей-нибудь голос.
— Кадзутора?..
— Примерно на десять лет... Когда я был в тюрьме, время остановилось. Если бы не Касуми с Бадзи, которые часто меня навещали, я бы вообще потерял счёт времени. Когда же я вышел на свободу, «Токийской свастики» уже не было. Хоть и без Майки, но все продолжали улыбаться. Почти все. Не только я понимал и понимаю, что Майки совсем не изменился.
— Кадзутора...
— Майки не тот человек, который будет показывать свои слабости. Он всё держит в своих руках. И путь, который он выбрал, совсем не его! Помоги мне, Ханагаки Такемити.
— Конечно! Но...
— Что?
— Касуми... Чифую сказал, что он пытался найти Майки. А Ксуми?.. — и тут же добавил: — Я примерно знаю, как она отреагировала на исчезновение Майки. Но я ни за что не поверю, что она так просто сдалась, так ещё и сразу же.
— Касуми... — Ханемия тяжело вздохнул. — Она его искала. Почти год. И ведь нашла же...
— Но почему тогда?..
— Бадзи. Это всё он. Он остановил её около святилища Мусаши, когда Майки бросил всех там, он же остановил её тогда, когда она нашла Майки. Я не знаю, был ли он прав, но лучше Касуми не стало. Все продолжили жить своими жизнями, и лишь Касуми, зная, где он, с кем он и что делает, ещё долго жила прошлым.
— До событий трёхлетней давности...
— Ты знаешь о них?
— Не совсем... Слышал лишь, что Касуми жёстко подсела на наркотики и её еле привели в чувства.
— Да, было и такое, — парень кивнул. — Тогда она решила жить дальше. Точнее... он решила продолжить жить только ради Дока.
— Ожидаемо от неё...
— Но опять же: это только обложка. Думаю, ты заметил её реакцию на свадьбе Па, когда речь зашла о Майки.
Ханагаки кивнул.
— Вот тебе и весь ответ.
— Если Касуми знает, где Майки сейчас, мы могли бы...
— Нет, — твёрдо сказал Ханемия. — Мы постараемся сами, опрашивая всех наших старых друзей. Не нужно впутывать сюда Касуми. Оставим её на самый крайний случай. И постарайся, пожалуйста, не выдать себя. Может, здоровье её и улучшилось, но навыки убийцы она не растеряла.
— Я тебя понял, — Ханагаки вновь кивнул. — Тогда будем пытаться сами.
Ханемия преулыбнулся. Они вместе направились по домам, обсуждая план их дальнейших действий.
«Уверен, если бы Майки и Касуми встретились спустя столько лет, всё можно было бы решить, не пролив и капли крови. Не думаю, что его чувства остыли. Или я в этом не уверен?.. После стольких просьб не вмешивать в этом дело Касуми мне как-то не по себе... — думал Ханагаки, уже лёжа у себя в кровати и пяля в потолок. — Я так привык, что она всегда рядом. Привык, что спереди меня щит. А тут... считай, совсем один... — он сделал глубокий вдох. — Не один ведь. С Кадзуторой! И мы обязательно найдём Майки, сколько бы времени это не заняло. Убьём двух зайцев одним выстрелом: вернём Майки и «воскресим» Касуми! Да, так и будет... Точно...», — на таких, казалось бы, позитивных мыслях Такемити плавно переместился в мир Морфея, совсем не догадываясь о том, что в это самое мгновения Фудзимото сидела на подоконнике в своей комнате, рядом с ней лежал опустошённый шприц от её «лекарства», а сама она смотрела на почти что полную луну, совсем не замечая слёз на своих щеках.