Глава сто вторая
Фудзимото сидела на крыше дома своего друга. Да, на время она переселилась в дом семьи Бадзи — там ей было спокойнее. Всё-таки жить в больнице — не дело. И это решение поддержали все, даже Миядзаки Кацуки, её отец, который, казалось бы, хотел видеть её каждый день и всем, чем только мог, помочь своей дочери.
Девушка не жаловалась. Она продолжила свою работу, продолжила общение со всеми своими друзьями, продолжила долгое ожидание следующей встречи с Ханагаки Такемити, с её Плаксивым героем. Касуми не забывала и о своей карьеры певицы. Правда, совмещать всё это с тяжёлыми чувствами в груди было крайне тяжко. Но ведь девушка была не одна: вокруг были семья и друзья, — и это её спасало.
Тяжело вздохнув, Фудзимото взяла наконец-то в руки гитару Сано Синитиро, которую хранила как зеницу ока, нежно провела пальцами по струнам, внимая каждой ноте, что издавал инструмент, после чего заиграла на нём мелодию, новую, совсем недавно пришедшую в её голову. А ещё спустя пару аккордов запела тихим, почти неслышным голосом:
Похоже, что опять мне причинили боль,
Из старых ран моих сочится снова кровь,
Ну а по щекам потоки горьких слёз
На смятую постель текут, смывая всё.
По её щеке протекла одинокая слеза. Она не стала её стирать, поморщив нос от неприятных ощущений, оставленных после солёной капли, и продолжив петь. Спустя пару припевов девушка услышала, как сзади кто-то подошёл и сел на корточки. Но Фудзимото не собиралась прерывать песню, а некто не собирался ей мешать закончить петь:
В кромешном мраке я, пути не зная, иду
И лишь в прекрасных снах покой опять обрету,
Только мир реальный раз и навсегда
Покинуть мне нельзя.
Бадзи Кейске, а именно это был он, прекрасно знал слова этой песни, и потому, когда его подруга дошла до последнего куплета, парень решил подпеть ей, правда, чуть тише, чем пела сама девушка, придавая песне приятное звучание его мужского баритона:
Бегут по следу вечности бесцветные дни;
Моя рана ноет, не дает позабыть,
Но боль не так сильна,
Раз пока я ничего не предприняла.
Но лишь пока...
Но лишь пока!
Голоса и гитара смокли. Пронеслось тихое пение птицы, словно ответ на песню друзей. Бадзи на это тихо посмеялся, а Фудзимото вздохнула, после чего заговорила:
— А ты говоришь, что петь не умеешь. В таких песнях твой голос очень хорошо дополняет мой.
— Я пока не готов выступать на сцене в роле певца, — парень сел рядом с подругой и посмотрел ей в глаза. — Только пока так.
— Как скажешь. Заставлять не собираюсь.
— Как ты себя чувствуешь?
— Ты будешь это спрашивать каждый день?
— Понадобится — буду.
— Прошло почти две недели с того дня. Я остыла. Снаружи, по крайней мере, — она пожала плечами. — А буря, возникающая периодически внутри, не особо мешает моей деятельности. Пока что.
— Надеюсь, и не помешает, — парень кивнул. — Ты же помнишь, что у нас через два дня концерт, а завтра репетиция всего выступления?
— Конечно. Как не помнить? А послезавтра часть «Истребителей» выступает на задание.
— Сколько же информации помещается в твоей голове... — Бадзи грустно усмехнулся.
— Это не талант и не дар, — тут же сказала девушка, нахмурившись. — Это проклятие. Для меня уж точно.
— Почему?
— Одно дело помнить все отчёты и договоры, другое — когда вместе с этим тебя преследуют призраки прошлого, такие чёткие и реальные. Слова, голоса, образы... Всё, словно произошло это вчера, — Фудзимото посмеялась, добавив: — Иногда я думаю, что было бы, случись у меня амнезия? Как бы перевернулась организация? Как бы перевернулась моя жизнь? Забавно.
— Тебе правда хочется многое забыть?
Касуми не ответила. Она сидела в молчании несколько минут, обдумывая свой ответ, так как сама точно не знала, что думала на этот счёт. Бадзи же не торопил. Он спокойно сидел рядом и ожидал, глядя на ночное, рассыпанное звёздами небо.
— Нет, — наконец, ответила девушка. — Не хочу. Возможно, это прозвучит как из уст мазохиста или параноика, который сначала называет это проклятием, а потом говорит, что не хочет от него избавиться, но я действительно не хочу избавляться от всех этих призраков прошлого. Ведь не всё же, связанное с ними, было плохим. Да и... пока я их помню, все эти призраки остаются живы, хотя бы у меня в голове.
— Интересный ответ. Я удовлетворён.
— Я рада.
— Пойдём, — парень поднялся на ноги. — Не думаю, если мама проснётся и обнаружит наше отсутствие, сильно обрадуется.
— Ты прав, — Фудзимото поднялась вслед за ним, не выпуская из рук гитару. — Не стоит давать тётушке Рёко ещё больше поводов для беспокойства.
Они вернулись в комнату Кейске, где, к сожалению ли, не легли обратно спать, а, наоборот, сели обсуждать предстоящий концерт, разговаривать на разные темы, связанные с их друзьями, убивая тем самым время до первого будильника, заигравшего у Бадзи Рёко.
После завтрака друзья заехали сначала на базу решить некоторые неотложные дела, после чего вместе с остальными членами «Истребителей» отправились к Нагато на генеральную репетицию, за которой время пробежало так быстро, что девушка не заметила движения солнца на небосклоне за окном. Это её немного расстроило, из-за чего Фудзимото, не заметив совсем, уставилась на уходящее жёлтое пятно, окрашивающее небо в разные оттенки жёлтого и красного, за горизонт, не слыша голосов своих друзей.
— ЭЙ, КАМИ!!! — крикну прямо ей на ухо Хакер.
Девушка вздрогнула. Она медленно повернулась к парню и с лёгкой злостью посмотрела на него.
— Я не хочу оглохнуть.
— Да ты ни черта не слышала, — сказал Акио, вздохнув. — В какие облака улетела?
— Просто смотрела на закат, — она пожала плечами. — День прошёл, а я даже не заметила.
— Да-а, время летит слишком быстро... — согласился Иошикэзу. — Это грустно.
— Давайте вместо того, чтобы грустить, всё-таки закончим обсуждения насчёт завтра и все, наконец, отправимся спать, — предложил Аямэ. — Даже если завтра выступают не все, остальные будут работать в штабе. А послезавтра уже концерт на несколько часов. Отдых не помешает никому.
— Аямэ прав, — девушка кивнула. — Простите, что так выпала из мира. Что вы уже обсудили?
— Как добраться до пункта назначения, — ответил Бадзи. — Это ты знаешь.
— Дальше.
— Сейчас хотели обсуждать действия внутри и пути отхода.
— Хорошо. Давайте...
ххх
День с операцией прошёл удачно: «Истребители» выполнили поставленную им Боссом задачу и принесли в свою копилку очередную победу. Помимо этого, решение этой проблемы сильно упрощало деятельность организации: всё-таки минус очередной враг, который решил сокрушить организацию из-за «очень молодого Босса» во главе. Конечно, Фудзимото частенько бесило это высказывание в её сторону, особенно от её союзников. Ни она, ни кто-либо из её организации не видел ничего плохого в том, что во главе их стоит пятнадцатилетняя девушка, которую с трёх лет готовили к этому посту. Но было то, что и радовало Касуми — это союзник, который разделял с ней это мнение. Возможно, по большей части это было из-за того, что и он сам-то был не очень взрослым — всего семнадцать лет. Однако это сильно успокаивало Касуми, и за это она была благодарна своему немецкому союзнику и другу.
Отписав очередное сообщение с благодарностью, Фудзимото отложила телефон и посмотрела в зеркало.
— Всё готово? — поинтересовалась она.
— Да, — ответила гримёр. — До выхода пятнадцать минут. Вам что-нибудь принести?
— Нет, спасибо.
Оставшись в одиночестве, Касуми вновь взяла телефон и, наконец, ответила на сообщение своего брата:
Вы: У меня всё хорошо. Концерт начнётся через пятнадцать минут. Очень грустно и непривычно, что тебя не будет рядом на сцене. Надеюсь, что хотя бы в роли зрителя ты иногда будешь появляться.
Вы: На основной работе всё хорошо, никаких особо тревожных происшествий. Как, в общем-то, и в моей жизни. Пока что.
Вы: Прошу, не беспокойся обо мне так сильно, иначе я начну переживать за твою учёбу, ибо переживания слишком сильно сказываются на твоих оценках. Учись. А я буду ждать проекты новых зданий! Может, что-нибудь и для меня придумаешь? Отдельный домик за городом, где мы сможем отдыхать вдали от городской суеты и ужасной работы...
Вы: Мечты-мечты...
Вы: Ладно, я пойду, чтобы Нагато не начал нервничать.
Вы: Буду ждать твоего ответа.
Вы: У тебя же сейчас «эстетика архитектуры и дизайна»?..
Фудзимото вышла из гримёрной, нашла Нагато и, отдав ему телефон, тяжело вздохнула.
— Переписывалась с Мамору? — поинтересовался мужчина.
— Отвечала на его сообщения. У него ведь сейчас учёба... у него уже завтра.
— А у тебя — сегодня. Так что давай мчи на сцену и зажги сегодняшних зрителей!
Касуми улыбнулась и, кивнув, направилась на сцену.
Со стороны зрителей уже были слышны довольные возгласы и крики фанатов, с нетерпением ожидающих выхода на сцену их любимой певицы, в том время как музыканты уже стояли на своих местах и только ждали начала.
Девушка вышла на сцену, подошла к микрофону и заговорила в него тихим голосом, увеличивая громкость на последней строке:
Юная, жестокая,
И всё равно
Красоту свою храни...
После этих слов музыканты заиграли свою музыку, Фудзимото улыбнулась и продолжила петь:
Жить без судьбы не имею права,
Но сколько ни заводи разговор,
Всё с места ни на шаг не сдвинулось до этих пор.
Богатство, слова, любовь —
Их жаждать я устала вновь и вновь.
Сняв микрофон с держателя, Касуми начала ходить по сцене, отдавая песне все свои чувства и эмоции, где нужно крича, где нужно тянув слова, где нужно опуская голос до шёпота.
Толпа около сцены взрывалась бурными овациями, криками и свистами. Люди танцевали, махали флажками с изображением их любимой Норе.
Девушка встала по середине у самого края, посмотрела вперёд, словно видя цель и обращаясь к ней:
Хватит!
То, как ты всё преподносишь,
То, как о любви меня просишь, —
В шутку говорить, вроде, так легко,
Но стать серьезнее время подошло.
Меня ты кормишь ложью, что если возможно
Запрет и на неё наложить?
Может,
Гонки предрешён был давно исход,
Фразы твои — гениальный расчёт,
Но ранить друг друга
Давно бы прекратить пора.
Надеюсь, что пока не прояснятся небеса.
Музыканты отдавали себя полностью инструментам, пока в соло не ушла гитара, а в такт ей девушка не закончила песню словами:
Сегодня снова дождь.
Я, закрывая зонт, мокну по пути домой.
Люди зашумели ещё сильнее, запросили продолжения, кто-то кричал «на бис». Фудзимото же улыбнулась, поднесла микрофон вновь к губам и прошептала:
— Ну что, отожжём сегодня?
ххх
В это время, в самом конце уличного зала, сидела немалого количества группа парней.
— Поёт она всё так же замечательно, — протянул один из них, усмехнувшись и поправив свои белые перчатки.
— Хотя песни, как всегда, со смыслом, — вторил ему парень пониже, протирая во время небольшого перерыва очки.
— Вы-то знатоки ещё те, — цыкнул третий, не отводя взгляда от сцены. На его лице, к удивлению, не играла вечная усмешка, а мысли его были заняты далеко не деньгами. В тот момент. — Фанатики Норе.
— Ты хотел сказать: главные фанатики Норе, — усмехнулся ещё один.
— Не тебе это говорить, — заметил тот, что поправлял перчатки, — Ханма.
— Всем известно про Зажигалочку и его Искорку, — добавил второй.
— Вы бы были поаккуратнее со словами, Хайтани, — проговорил многим известный Санзу, покосившись на главу ново испечённой банды.
— Да ладно тебе, — хмыкнул старший из братьев. — Мы же ведь всего лишь обсуждаем звёздочку со сцены.
Его замечание никто не комментировал. Парень фыркнул и перевёл взгляд на сцену, где Норе вовсю пела уже следующую песню, совсем не подозревая, кто пришёл на её концерт.
________________________
*Hysteria - Sati Akura