Районы тёмные

Дождливая ночь сменилась на яркое, теплое, солнечное утро. Яна проснулась первой, сладко потянувшись, и чуть не упав с дивана.
Поднявшись, она прошла на кухню, зажгла газовую плитку с третьей попытки, уворачиваясь,  так как фобия с самого раннего детства не покидала ее, поставила тяжелый эмалированный чайник, и ушла в ванную.
Включив горячую воду, и постепенно смывая с себя остатки вчерашнего дня, Яна опять невольно задумалась о вчерашнем госте, который свалился, как снег на голову. Его чрезмерная наглость, но в то же время властность навевала страх, заставляя даже с осторожностью думать о нем.
Выйдя из ванной, она направилась на кухню. Кипящий чайник стал потихоньку издавать свистящий звук, и Гараева принялась быстро убирать его с плиты, дабы не разбудить Веронику.
Она сделала себе чай, и аккуратно села за стол у окна. Сегодня выходной в школе. Экзамен завтра. Яна решила дать Веронике наконец то выспаться и отдохнуть, а самой пойти сегодня на полноценную смену в кафе.
Вернувшись в зал, она аккуратно, на цыпочках подкралась к одежде, которую аккуратно вчера сложила на стул. Оделась, и, найдя карандаш с листком бумаги, написала записку Нике:
«Я ушла в кафе, отдохни как следует. Приходи под закрытие, нужно поговорить.»
Она положила записку на одну из подушек, и вышла из квартиры, направляясь к работе.

Дойдя до кафе, она открыла дверь стареньким ржавым ключом, и вошла внутрь, морщась от приевшегося запаха советских сигарет.
Настроив на радиоприемнике нужную волну, девушка неспеша налила себе еще одну чашку чая, и присела за стол, думая о своем. Торопиться некуда, вряд ли кто-то придет, кроме Вадима.
Но умиротворенную тишину нарушил звук открывающейся двери. В кафе зашли два дружка Вадима, которым относительно недавно Яна и Вероника обрабатывали раны. Лица их уже были зажившими, как будто и не было той потасовки.
—Здорово, Яночка.—Сказал один из них, осматривая кафе.—А ты одна чтоль?
—Доброе утро, да. Пусть Вероника поспит сегодня.—она сделала небольшой глоток.—Вы чайку попить, или так, посидеть да о своем поговорить?
Оба парня присели за ближайший столик, справа от Гараевой, по хозяйски откидываясь на спинку:
—Одно другому не мешает.—Ответил второй, вытаскивая из-за уха одну сигарету, прикуривая ее.—Угостишь чайком тоже?
Яна кивнула, встала из-за стола, и пошла к чайнику.
Налив в стеклянные граненные стаканы свежезаваренный черный чай, и найдя на полке пару вафель, она понесла все к парням.
—Видимся уже который раз, а имен ваших не знаю.—сказала с усмешкой она, ставив стаканы к парням.
—Я Цыган,—сказал первый,—А это Лапоть.—он указал на второго.
Яна слегка улыбнулась, удивившись необычным погонялам парней.
Поставив поднос на соседний стол, Яна прихватила с собой свой стакан с чаем, и ушла за барную стойку, принявшись пить чай оттуда, и внимательно изучать парней.
Парни так же пили чай, заедая вафлями и обсуждая свои дела. Выглядели они как типичные гопники с района, совсем непримечательно, но взгляды их говорили совсем о другом. Как будто выросли они слишком рано, и уже вдоволь «прохавали» эту жизнь. Они говорили полушепотом. Достаточно, чтобы еле улавливать их слова, но не понимать суть дела.
—Извините, что прерываю беседу.—с осторожностью обратилась она к ним.
Парни резко закончили свои обсуждения, и повернулись к ней, внимательно слушая.
—Вы же многих знаете в городе, да?—продолжила девушка, слегка вцепившись руками в барную стойку.
—Да, многих.—Ответил Лапоть, смотря ей в глаза.
Она поджала губы, задумавшись на секунду:
—Вы знаете какого нибудь мужчину с фамилией...Гараев? Примерно вашего возраста, может быть...И жена у него должна быть...Надя.
Оба парня задумались на пару секунд, затем Цыган ответил:
—Нет, такого не знаем. А что, он обидел тебя чтоль?-парень сложил ногу на ногу, положив одну руку на стол.-Ты только скажи, мы найдем и разберемся.—он посмотрел на своего друга, и тот решительно кивнул.
—Да нет, что вы?—она нервно рассмеялась, затем продолжила.—Просто одноклассника ищу.—Яна отмахнулась, покрутив стакан в руке.—А еще, не знаете, гуляет ли тут по районам цыганка какая нибудь?
Лапоть рассмеялся, докуривая сигарету.
—Тебе живется скучно, или что?-он лениво потушил окурок в пепельнице.-Ты еще скажи, что в пирамиду Мавроди вкладываться собралась.
—Яночка, ты же умная девочка, по тебе видно. Не ищите вы этих наебщиков, прости за выражение.—добавил Цыган, усмехаясь.
Яна разочарованно вздохнула, слегка кивнув. Отбросив мысли о попытке что-то разузнать, Гараева оставила чай на столе, и ушла в подсобное помещение, оставив мужчин в зале.

***

Вероника проснулась примерно через час после ухода Яны. Обнаружив записку, и прочитав ее, она довольно улыбнулась, выбросила бумажку в мусорное ведро, и направилась в ванную комнату.
Завершив все водные процедуры, Салихова вышла на балкон, и села на небольшой стульчик, дабы подышать свежим воздухом. Осмотревшись, она нашла пачку сигарет и спички, лежавшие на железном подоконнике.
Достав одну сигарету, и закурив ее, она поджала под себя ноги, выдыхая дым наверх. Она вдыхала свежий летний воздух вместе с сигаретным дымом, настраиваясь на новый день в чужой эпохе.
Но удовольствие длилось недолго.
—Кто там опять курит у меня?! Лешка, я тебе сказала же! У меня цветы тут стоят! —послышался голос с верхнего балкона.
Вероника вспомнила вчерашние слова Вадима про неадекватную соседку. Тело слегка напряглось, зубы сжались. Она сделала последнюю нервную затяжку, прежде чем ответить:
—Бабуль, вам совсем на пенсии делать нехер уже?!—крикнула она наверх, пытаясь успокоиться, но продолжая курить.
—Это кто там грубиянит? Лешку позови! Тьфу ты, опять проституток всяких стал приводить!
—Э, за словами следите!-Вероника резко встала, продолжая смотреть наверх, не видя собеседника.
После этих слов с верхнего балкона вылилась вода, окрапив Веронику с головы до ног.
Девушка замерла на долю секунды, осознавая, что только что произошло. Чуть подсохшие волосы вновь стали влажными. Капли воды стекали по ее лицу и плечам. Сигарета потухла. Она сжала кулаки, оскалившись,  и стремительно побежала к выходу из квартиры, крича:
—Сука, я ведь только помылась!
Открыв железную дверь со второй попытки, она резко распахнула ее и уже было хотела бежать, как вдруг услышала знакомый голос:
—Ты куда поскакала? — раздалось справа, спокойное, но с той самой фирменной хрипотцой, которую Вероника узнала бы из тысячи.
Она резко обернулась — и увидела Вадима.

Он стоял у  двери, прислонившись плечом к стене, с пакетом продуктов в одной руке и сигаретой в другой. И лицо такое же, как всегда хмурое и серьезное, будто мир ему  задолжал.
Вадим медленно окинул взглядом промокшую до нитки Веронику. Снизу вверх.
Только сейчас Вероника поняла, что выбежала в одном полотенце. Она смущенно прикрыла руками плечи, дрожа от холода.
уголок его рта чуть дрогнул.
—А, — протянул он. — С соседкой познакомилась.
Вероника, и так на взводе, дернула плечом:
—Да она ебанутая! Я только на балкон вышла, а  она уже орёт! Потом воду на меня вылила! Я щас ей башку отверну, честно!
Она шагнула было в сторону лестницы, но Вадим выставил ногу, преграждая путь.
—Стой, тигрица. Ты куда в таком виде? — он ткнул сигаретой в ее сторону— Убивать её? Воспаление получишь раньше.
Вероника зло засопела, вцепившись пальцами в мокрые волосы., но Вадим стоял слишком спокойно — это раздражало ещё сильнее.
—Пусти, — процедила она. — Она охуела вообще! Я ей объясню сейчас, что к чему!
—Я тебе объясню, — Вадим не повысил голос, но в его тоне что-то изменилось. Сталь, которой он обычно не щеголял. — К соседям не лезут. Эта бабка тут двадцать лет живёт. Всех хуесосит. Даже меня.
Вероника прищурилась:
—И что, ты терпишь?
—Ага, — усмехнулся он. — Потому что она больная на голову. А больных не бьют. Их жалеют.
—Да ща я её пожалею...
—Вероника, — Вадим слегка подался вперёд, глядя ей прямо в глаза. — Хватит. Пошли домой. Ты мокрая, злая и вообще — у тебя с утра уже приключения. Давай без драки, ладно?
Она молчала пару секунд, сжимая кулаки.
Потом резко выдохнула, как будто выпустила пар.
—Пиздец, — буркнула она. — Ненавижу эту бабку.
—Привыкнешь, — Вадим пожал плечами. — Я вот привык.
Он подошёл ближе и, не спрашивая прикоснулся к ее лицу,  смахивая прилипшую от влаги  прядь.
—Пойдём уже. Продукты тяжёлые, — он мотнул головой в сторону квартиры. — И дверь закрой, а то она решит, что тут проходной двор.
Вероника посмотрела на него несколько секунд, ещё кипя изнутри, но уже не срываясь.
Потом — послушно вернулась к двери.
—Пошли, — бросила она, всё ещё хмурая.
Он кивнул.
И только когда они вошли внутрь квартиры, Вадим добавил, чуть усмехнувшись:
—Кстати... классно выглядишь, когда злая.
Вероника развернулась к нему, возмущённая, но тот уже проходил дальше, будто ничего не сказал.
А внутри у неё вдруг щёлкнуло так, что злость разом куда-то испарилась.
Она разом убрала навевающие мысли из головы.
—Я сейчас.—сказала она, уходя в комнату, чтобы переодеться.