21. Странный попутчик по имени Вик.
Следующие несколько дней прожила, словно на автомате. Мне ничего не хотелось, я почти не ела и практически не спала. Потом, правда, стала забываться тревожным сном без сновидений. Я вновь училась жить без Джи Мина. Мне в который раз предстояло собрать своё сердце по кусочкам и слепить из него хоть что-то.
Когда наткнулась на тот злосчастный камешек в форме сердечка, отнесла его обратно на берег реки и зашвырнула в воду. Пусть вода унесёт с собой и этот кусочек отшлифованного гранита, и мою печаль.
Прошёл месяц. Я вновь старалась вернуться к жизни. Пыталась больше не вспоминать о прошлом. Порой мы бессильны перед чем-то, кажется, не всё нам под силу. Остаётся с этим смириться, чтобы жить дальше, или сломаться, или противостоять, продолжая бессмысленные попытки. Мне не с чем было бороться, разве только истязать себя, доводя до нервного срыва. Я старалась отпустить свою боль, свои воспоминания.
Стояла прекрасная погода. Первый месяц лета радовал теплом, дарил хорошее настроение и надежду на лучшее. Я собиралась съездить по делам в Сеул.
Свой автомобиль так и не продала, когда окончательно решила переселиться и начать новую жизнь вдалеке от столицы. Машина нравилась мне. Я так много работала, чтобы купить её. Это, пожалуй, единственное, с чем не могла расстаться. Да и зачем?
Заправив полный бак, рано утром, как и планировала, выехала. По дороге никуда не собиралась заезжать, а потому надеялась добраться до Сеула как можно быстрее.
Я отъехала от своего города достаточно далеко, когда на пустынной дороге увидела какого-то человека. Он шёл вперёд по ходу моего движения и пару раз оборачивался. Потом остановился, смотря в мою сторону.
Когда я подъехала ближе, могла рассмотреть, что это темноволосый молодой человек не старше тридцати. Кажется, он был иностранцем или словно принадлежал другому миру. И уж точно это не местный житель ближайшей фермы.
Как он здесь оказался? Это была трасса местного значения, и транспорт здесь ходил не слишком часто. Были рейсовые автобусы, но ближайший пройдёт часа через три.
Парень развернулся и приподнял правую руку, прося меня остановиться.
Как-то не слишком мне хотелось подбирать на дороге незнакомца, но я сжалилась над ним. Остановилась.
Он открыл дверцу со стороны пассажира и, заглянув в салон, спросил на довольно разборчивом и понятном корейском, что нимало удивило меня:
- Здравствуйте, не подвезёте до ближайшего населённого пункта?
Парень улыбнулся.
- Здравствуйте, - кивнула я головой, - Да. Я подвезу вас.
Он, не мешкая, уселся в машину. Казался вежливым приличным молодым человеком. Не было в нём ничего отталкивающего или странного. Хорошо одет, небольшой рюкзак в руках. Выразительные и большие голубые миндалевидные глаза вызывали доверие и как-то очаровывали. Парень вообще был довольно красив с мягкими контурами лица и высокими скулами, прямым аккуратным носом, полноватыми, хорошо очерченными губами. Но какой-то бледненький.
- Спасибо, - проговорил он, продолжая улыбаться.
- Пожалуйста, - ответила я, чувствуя себя как-то странно.
Он прямо, и не стесняясь, смотрел мне в глаза и его взгляд... Был таким магнетическим и внимательным. Этот взгляд напомнил мне Мина.
Я отогнала подобные мысли от себя и надавила на педаль газа, тронувшись с места.
Было ещё что-то в парне, невольно притягивающее внимание. Должно быть потому, что он был, бесспорно, красив и обаятелен.
- Как вы здесь оказались? – спросила, стараясь не отвлекаться от дороги.
- Я сел не на тот автобус. Спасибо, что подобрали меня. За последние полтора часа вы первый водитель, который попался мне.
Низкий, глубокий бархатный голос казался приятным до дрожи. Почему-то подумала о том, что парень прекрасно осознает силу своей привлекательности и умело этим пользуется.
- А-а. Не за что, - произнесла, заметив боковым зрением, что он смотрит на меня. - Вы иностранец. Вы хорошо говорите по-корейски.
- Да, спасибо. Мой младший брат кореец. Второй, кажется, наполовину кореец, наполовину японец.
Его слова удивили меня.
- У вас многонациональная семья.
- Да, - поморщился он. – Многонациональная и доставляющая массу хлопот.
Я мельком взглянула на парня. Попыталась определить, кто он по национальности, но как-то... Нельзя было сказать точно. Он похож на европейца, но с какой-то восточной мягкостью... Казалось, в нём самом намешано достаточно много кровей.
- Должно быть, у вас большая семья.
- Ну, не такая уж и большая, но за последние полгода увеличилась.
- Наверное, это хорошо, когда у тебя много родных.
- Ага, наверное, - как-то странно протянул парень.
Я даже взглянула на него.
- В этом есть свои плюсы, - добавил он, улыбнувшись. – А у вас?
- У меня?
- Большая семья?
- Нет. Моя семья – это я.
- И нет близких родных?
- Тётка. Но мы редко общаемся.
Я как-то странно откровенничала со случайным попутчиком. Но ведь у нас завязался разговор о семье. И он первый начал говорить об этом.
- Наша сила в семье, - проговорил парень. – Это одна из главных вещей, которую стоит защищать, несмотря ни на что. И каждый из нас в ответе друг за друга.
Я горько улыбнулась.
- Значит, у меня всё ещё впереди.
- Во-змо-жно.
Его «возможно», и то, каким тоном это слово было произнесено, мне не понравилось. Промелькнула мысль: может, зря я парня подобрала на дороге? Кто знает, кто он такой?
- Не переживайте, я не маньяк, - произнёс вдруг мой попутчик.
- Что?
- Вы начали бояться меня.
У меня что-то ёкнуло в желудке. С чего такая откровенность? И почему он решил, что я начала его побаиваться? Хотя, он был прав.
- Возможно, у вас всё впереди, - продолжил парень. - Вы ещё молоды и красивы. Не поверю, что у вас нет поклонников.
- Ну... это...
- Меня не касается. Но вы, правда, красивая.
- Спасибо.
Он смутил меня.
- Это не комплемент.
Я попыталась улыбнуться. Не нашлась, что сказать.
Мы молчали несколько минут.
- Куда вы направляетесь? – спросила, чтобы как-то разрядить обстановку.
К тому же мой попутчик, не стесняясь, продолжал разглядывать меня. И мне это совсем не понравилось.
- Пока туда, куда вы меня везёте.
Я удивлённо взглянула на него.
- Нет. Куда вы направлялись, до того, как сели ко мне в машину?
Он назвал город.
- Это далеко и совсем в другой стороне, - произнесла. – Вам лучше вернуться в Сеул.
Парень улыбнулся, и я поняла, что попала. Я сама еду в Сеул. Под каким предлогом выгоню его? Не могу же соврать, что еду не туда. Но он пока этого не знает. Он просил подвести до ближайшего населённого пункта. Но ведь неправильно будет бросить парня вот так.
- Я так и сделаю. Вы, случайно не едете туда? Я заплачу, - попросил он, не дожидаясь, когда я любезно предложу довезти его до самого Сеула.
- Да, я еду в Сеул. Могу вас подбросить, - согласилась. – И платить мне за это не нужно. Просто составьте компанию.
- Спасибо, - произнёс парень, продолжая мило улыбаться. – Тогда я куплю для вас что-нибудь поесть.
- А-а... Не нужно, - запротестовала я.
- Позвольте мне. Я ведь должен вас как-то отблагодарить.
- Ладно.
Чтобы на что-то отвлечься, я начала расспрашивать, откуда он приехал, и понравилось ли ему у нас в стране. Парень говорил, что сейчас его семья живет в Чехии. Я не могла не упомянуть о том, что в феврале была в Праге. Но это невольно напомнило мне о Мине. Мой попутчик заметил, что я как-то сникла, поинтересовался всё ли со мной в порядке.
- Не обращайте внимания, - попросила я.
Рассказывать свою историю ему не собиралась. Вновь сосредоточилась на дороге. Далеко впереди замаячил силуэт. У обочины с противоположной стороны стояла машина с поднятым капотом.
- Кто-то сломался в дороге, - произнесла я.
Возле машины крутился мужчина средних лет. Увидев нас, он закрыл капот и замахал рукой, прося остановиться. Я хотела притормозить.
- Не останавливайся, - произнёс мой попутчик.
Меня удивила ни столько эта фраза, а тот требовательный тон, в котором она была произнесена. Как-то слишком резко изменился голос парня. И он обратился ко мне на «ты». Это неожиданно и неприятно резало слух.
Ничего не понимая, почти обернулась к нему, но парень в упор смотрел на меня. Я так и не взглянула на него. Стало как-то не по себе.
- Не останавливайся, - повторил он.
У меня мурашки пошли по коже. Его настойчивость показалась мне странной.
- Почему? – спросила осторожно.
- Разве вы разбираетесь в машинах? Вы ничем не сможете ему помочь. Это нас только задержит.
Его доводы не были убедительными. Я собиралась остановиться и хотя бы спросить, может, и смогла бы чем-то всё-таки помочь мужчине. К тому же в голову полезли нехорошие мысли. Почему мой попутчик не хочет, чтобы я останавливалась? Причина была вовсе не в том, что он озвучил. Он вновь заговорил со мной вежливо. Но то, что я собиралась остановиться, встревожило его.
- Вы куда-то торопитесь? – спросила, сбавляя скорость и сдерживаясь, чтобы не взглянуть на парня.
Я всё же остановилась. Ему это не понравилось.
- Нет. Просто, вы не знаете, кто он, - произнёс мой попутчик.
Ответ парня меня удивил. Боковым зрением видела, что он продолжает пристально смотреть на меня, словно хочет, чтобы я взглянула на него. Но что-то удерживало меня от этого.
- Он человек, попавший в беду, - проговорила.
- Вы слишком добрая и беспечная. Нельзя помогать всем подряд.
- Тогда, может, мне вас высадить?
Парень и глазом не моргнул, словно и не понял мой намёк.
Что за наглость такая?! Я сделала для него доброе дело: не оставила на дороге измерять шагами её длину, а он меня в этом ещё и упрекает.
Но парень всё прекрасно понял. Не произнёс больше ни слова.
Поскольку мы проехали мимо бедолаги со сломанной машиной, мне пришлось сдавать назад.
Мой попутчик отвернулся и смотрел теперь в окно, но я почувствовала, что он злится. В тот момент мне захотелось, чтобы у меня появился ещё один пассажир. Почему-то мне не хотелось оставаться с этим парнем наедине.
Я вышла из машины. Мужчина радостно устремился ко мне навстречу. У него закончился бензин. Он попросил подбросить его до ближайшей бензоколонки, пусть это было для него и не по пути. Я охотно согласилась помочь ему. Мне хотелось забрать этого мужчину с трассы.
На удивление, парень в моей машине не показывал больше своего недовольства. Он лишь ответил на приветствие мужчины, севшего на заднее сидение, но не произнёс больше ни слова. Лишь покосился на пустую канистру, которую тот взял с собой, чтобы набрать бензина.
Мужчина всё благодарил меня за оказанную ему помощь. А я отвечала, что такое может случиться с каждым.
Исподтишка я наблюдала за моим странным попутчиком, которого подобрала первым. Он молчал и безучастно разглядывал пейзажи за окном.
Через пятнадцать минут мы добрались до поселка и бензоколонки. Здесь я могла бы распрощаться с обоими своими пассажирами, но из машины вышел только мужчина с канистрой. Он без устали благодарил меня за помощь. Я поинтересовалась, как он теперь доберётся до своей машины, но тот заверял, что если не поймает попутку, то дойдёт пешком. Мне пришлось его оставить. Мужчина попрощался со мной и с моим пассажиром, который не проронил за это время ни слова, но незнакомцу вежливо ответил лёгким поклоном.
Я смотрела вслед мужчине даже с некоторым сожалением. Мы вновь остались с моим попутчиком только вдвоём, и до Сеула было ещё далеко.
- Хотите, я поведу? – раздался рядом вопрос.
Я вздрогнула от неожиданности и обернулась.
- Нет, - ответила немного даже растерянно, а про себя подумала: «Сиди уже, если не собираешься выходить». – Сомневаюсь, что у вас есть водительское удостоверение, чтобы сесть за руль, - добавила, трогаясь с места.
- Окей, - произнёс коротко парень.
Мы выехали из поселка.
- Кстати, - проговорила я, немного отъехав, - мы ведь так и не познакомились. Меня зовут Ан Джи Ён.
- Вик. Меня зовут Вик Грэй.
- Нетипичное имя и фамилия для чеха.
- Но я не говорил, что я чех.
- Простите.
- Ничего.
- Вы путешествуете один, мистер Грэй?
- Вик. Можете называть меня просто Вик.
Я улыбнулась.
- Хорошо, просто Вик. Так вы путешествуете один?
Парень задержал на мне долгий взгляд.
- Я приехал один. И моя семья не знает, что я здесь.
Удивлённо взглянув на него, вновь сосредоточилась на дороге. Вик продолжал смотреть на меня.
- Вот как. Что, если о вас будут беспокоиться? Или вы заставляете их думать, что находитесь в совершенно другом месте?
- Что-то типа того.
- А говорили, что Я беспечная.
- Это не беспечность - желание разобраться в ситуации. Стремление найти человека, - Вик сделал ударение на слове «человека», - из-за которого мой братишка совсем потерял голову, периодически куда-то пропадал, а потом замкнулся в себе и, боюсь, что натворил бед. И я теперь должен понять, опасен ли для нас этот человек.
- Теперь должны понять? Значит, вы его нашли?
Я вновь взглянула на парня, и как-то не понравился мне его взгляд. Возможно, не должна была спрашивать о таком, но он сам отвечал мне.
И в каком смысле кто-то может быть опасен для его семьи?
- Нашёл, - был короткий ответ.
Почему-то мне не хотелось спрашивать, чем занимается его семья и почему кто-то может оказаться для них опасным. Хотя, всё, возможно, дольно просто: несчастная любовь брата. Из-за чего молодой человек способен потерять голову, замкнуться в себе, из-за чего его семья станет переживать? Они богаты, должно быть даже, у себя на родине публичны, и лишняя огласка им не нужна. Боятся, что девушка могла сблизиться с одним из них из корыстных побуждений? Опасаются вымогательств и шантажа? Она узнала об этой семье что-то, чего знать не положено?
Я ещё раз взглянула на своего попутчика.
Он вполне может быть отпрыском богатых родителей. Но почему тогда путешествует по Корее на общественном транспорте? Ещё и сел бедолага не на тот автобус...
- Ты любишь его? – спросил вдруг парень.
У меня что-то ёкнуло в желудке. Вопрос настолько удивил меня, что я чуть не выехала на встречную полосу.
- Что?
- Чон Джи Мин... Что он для тебя значит?
Я была, мягко говоря, растерянна. Совершено не ожидала, что случайный пассажир заговорит о Джи Мине.
Значит, этот парень знает меня. Он садился в машину, зная, кто я. Он не задал мне ни одного уточняющего или наводящего для себя вопроса, чтобы определить, тот ли я человек, которого он искал.
И если он искал кого-то, и нашёл... Это он МЕНЯ искал? Чон Джи Мин его брат?!
Съехав на обочину дороги, я остановила машину. Мне тяжело было дышать от волнения. Что-то вдруг сковало меня по рукам и ногам. Парень, которого я подобрала на дороге, всё это время врал мне. Какова вероятность того, что наша встреча случайна? Как он нашёл меня? И почему оказался там, на дороге, в нужное для него время, и в нужном для него месте?
Я же сама назвала ему своё имя...
Конечно, этот Вик не во всем лгал мне. Его младший брат – кореец. Должно быть, они сводные. Мин говорил что-то о том, что нашёл того, кто стал для него отцом и принял в свою семью. Или же... У меня появилась другая догадка. То, о чём я не думала, но сейчас стало таким очевидным. Это не казалось невероятным, а вполне объясняло то, что Мин не мог остаться со мной, не мог позвать меня за собой. И этого Вика Мин вполне может назвать своим братом младшим, старшим, не важно... Джи Мин женат... Или у него есть невеста...
Эта мысль ошарашила меня, пожалуй, ещё больше. И в то же время многое словно встало на свои места.
Но что-то в моей голове не сходилось. Если Джи Мин младше Вика, значит, этому парню должно быть больше тридцати пяти. Это он хорошо так сохранился... Или то, что говорит, - ложь? Джи Мин тоже ничего себе, сохранился. Но я никогда бы не поверила, что им обоим может быть уже за тридцать. Однако сейчас это было не важно.
- Джи Мин теперь, и правда, ваш брат? – спросила я.
- Да.
- Чем же я могу быть для вас опасна?
- Что он рассказал тебе?
- О чём?
- О себе, о нас.
- Ничего, - горько улыбнулась я. - Вы за полтора часа рассказали о своей семье больше, чем Джи Мин за всё то время, что я знаю его. Если, конечно, то, что вы говорили, правда. Я даже не знала, что он покинул страну и что у него новая семья. Вам нечего бояться. Мне ничего не нужно ни от вас, ни от вашей семьи. Мне плевать на то, сколько у вас денег и чем вы занимаетесь. Я ничего не хочу о вас знать. И мне ничего от вас не нужно. Джи Мин бросил меня. Семнадцать лет назад. Наша случайная встреча полгода назад ничего не значит. Я отпустила его. Я вновь смогу его почти забыть. Единственно, о чём хотела бы спросить...
Парень молчал, и я продолжила:
- Мин женат? Женат на вашей сестре. Поэтому вы называете его своим братом и считаете членом своей семьи?
Я взглянула на Вика. Хотела услышать правду, насколько больно бы мне ни было.
Пристальный взгляд голубых глаз изучал меня с таким вниманием, словно хотел прожечь во мне дыру и увидеть мою душу, вывернутую наизнанку.
- Нет, - последовал ответ. - Та, кого я могу назвать своей сестрой, в вашем понимании этого слова, уже замужем и её сердце выбрало вовсе не Джи Мина. Ты могла её видеть.
Я вспомнила красивую девушку из торгового центра. Ту, которую действительно видела вместе с Мином. Он говорил тогда, что она часть его семьи и она уже замужем.
Значит, он не женат.
У меня отлегло от сердца. Но это мало что меняло. Хотя, нет. Это могло означать, что Джи Мин всё же куда-то вляпался. Кто тот человек, что принял его в свою семью? И семья ли это? Об этом я уже не могла спросить.
- Что вам нужно от меня? – спросила вместо этого.
Вик медлил с ответом.
- Ты не ответила на мой вопрос, - произнёс он.
- Вопрос?..
Мне не нравилось, что мой попутчик теперь разговаривал со мной неформально, но я заставила себя относиться к этому снисходительно.
- Ты любишь его?
- Вашей семье не о чём беспокоиться, - проговорила, взглянув на Вика с вызовом и некоторой злостью. - Я отпустила Мина. Я ничего от него не требовала и не просила остаться. Я научусь жить без него. И люблю его или нет, никого из вас это не касается.
- Это касается всех нас. Мин один из нас. Ты отпустила его, но ОН не отпустил тебя. Он уничтожает себя. Мин не научится жить без тебя. Он этого не хочет. Этот придурок ставит под угрозу всю семью. И я уже не знаю, что делать с этим психом. Поэтому я заберу тебя с собой.
Я уставилась на парня. Да он сам псих.
- Прошу прошения? – переспросила, словно мне послышалось.
Я правильно разобрала последнее предложение?
- Похоже, Мин так и не признался, кто он. И ты действительно не знаешь, кто мы.
- Я не понимаю, о чём вы говорите. Мне всё равно, кто вы. Я не понимаю, что вам от меня нужно...
- Чтобы ты поехала со мной.
Моё сердце разрывалось от недоверия, сомнения и боли.
Мин не научится жить без меня. Он не хочет... Джи Мин так и не отпустил меня. Ему очень плохо. Но Мин...
- Ты нужна ему, - проговорил Вик.
- Он бросил меня и просто ушёл.
- Мин не смог рассказать, кто он. Если бы рассказал, и ты не приняла бы это...
- Я говорила, что мне всё равно, кто он и чем занимается. Я готова была принять любую правду о нём. У него могут быть проблемы с законом, ему нужно скрываться... Если он не женат, трудно себе представить причину, по которой он не может остаться со мной.
- Ты и есть причина. Ты, я, он, наша семья, весь наш род, весь ваш род человеческий. То, на что тебе придётся пойти ради него. Тебе предстоит сделать самый сложный выбор в своей жизни. Чтобы оставаться с ним, тебе нужно будет отказаться от всего и всех, кого ты знаешь в этой жизни, жизни обычного человека. Ты не сможешь вернуться. Это билет в один конец. Ты готова никогда не возвращаться туда? - Вик кивнул головой назад, вопросительно смотря на меня. Я не могла оторвать от него глаз. - Что Мин для тебя значит?
Я не отвечала. Нежели всё настолько серьёзно?
Но как-то... Что значит: весь ваш род человеческий? Этот парень что: себя к «небожителям» причисляет? Смахивает на крайнюю степень высокомерия и надменности. Или у него не всё в порядке с головой. Может, наркоман?
Смотря теперь перед собой, думала о Джи Мине. На что он тратит свою жизнь? Он встал на скользкую дорожку. Он не хотел, чтобы я об этом знала, не хотел и не хочет впутывать меня в это. Что, если Джи Мин и сам принимает наркотики?..
У меня всё похолодело внутри от этой мысли.
- Где он? – спросила тихонько.
- Был в Праге. Если не сбежал... Он уничтожает сам себя. Стал совершенно неуправляемым. Я отвезу тебя к нему. Будь с ним, если любишь его.
Я перевела взгляд на Вика. Теперь он просит, чтобы я была с Мином, хотя вначале говорил, что хочет понять, опасна ли я для их семьи.
- Прошу тебя, - прошептал он. – Мин будет ненавидеть меня до конца своих дней.
- За что?
Вик не ответил.
- В некотором смысле тебе не повезло, - произнёс он, наконец-то. - Мин выбрал тебя. У меня нет желания ничего объяснять. Да и не знаю как. Сейчас я просто хочу привезти тебя к нему.
Я была в замешательстве. Часть меня стремилась к Мину. Часть – с подозрением относилась к появлению этого Вика. Он был каким-то странным. Порой нёс чушь, говорил о вещах, которые не укладывались у меня в голове. Всё какие-то недомолвки и прозрачные намёки. И говорил ли он мне правду? Я боялась задавать прямые вопросы и боялась услышать на них ответы. Чем же всё-таки занимается их семейка?
- Сколько вам лет? – спросила я, прямо взглянув на Вика.
Хотела понять, лжет ли он мне. Вместо ответа была награждена пристальным взглядом. Парень не хотел отвечать.
- Есть вещи, которых я не могу понять, - продолжила.
- Тебя беспокоит мой внешний вид?
- Вы слишком молодо выглядите. О-очень тяжело дать вам лет тридцать пять – тридцать семь. Джи Мин младше вас? Насколько вы старше его и меня?
Вик продолжал изучать меня внимательно и слишком уж серьёзно.
Я усмехнулась:
- Почему у меня такое чувство, что ты морочишь мне голову?
Мне надоело то, что парень, моложе меня лет на пять – десять, разговаривает со мной неформально, хоть и отлично владеет корейским и наверняка знает все тонкости и допустимые нормы общения между незнакомыми людьми. Я решила так же разговаривать с ним неформально.
- Зачем? – не понимала я.
- Я не морочу тебе голову.
- Ладно.
- Ты любишь его. И сейчас твоё сердце разрывается на части. Если бы я не казался тебе странным и отчасти полоумным, несомненно, поехала бы к нему. Теперь моя очередь задавать вопросы.
Вик смотрел на меня, и я чувствовала, как немеют мои конечности.
- Тебе всё равно, кто он?
- Всё равно, - прошептала я.
- Хочешь, чтобы он вернулся? Даже несмотря на то, что отпустила его?
- Я...
- Ты любишь его и хочешь быть с ним. Тогда будь с ним. Тебя здесь ничего не держит. У тебя практически нет семьи. Только тётка. Ты готова отказаться от своей прежней, привычной жизни ради Мина?
- Хочет ли он этого? - спросила обречённо.
- Хочет больше всего на свете. Хочет, но считает, что не вправе требовать от тебя этого. Он боится, что, узнав правду о нём, ты отвернёшься от него, испугаешься.
Я отрицательно покачала головой проговорив:
- Когда-то Мин сказал мне, что хотел, чтобы кто-то оставался рядом с ним, но боялся, что она не простит его за то, что её жизнь изменится. Опасался, что она испугается того мира, в котором он живёт. Он хотел подарить мир, в котором цветы прекрасны и долговечны, но сам этот мир мог оказаться тёмным и жестоким, а вовсе не прекрасным. Тогда мне казалось, что это просто поэтические образы. Мин хотел, чтобы я оставалась с ним. Но для этого я должна была стать старше, стать взрослой. Но почему уже тогда он говорил о таком?
Мне было тяжело вспоминать прошлое. Память беспощадно напомнила и о словах госпожи Хван, о том, что на руках Мина всегда будет кровь, что он заберёт немало жизней и когда-нибудь заберёт и мою. И эти слова уже не казались «поэтическими образами» ни тогда, ни сейчас.
- Потому что с того времени почти ничего не изменилось, - ответил Вик. - Изменилось только то, что он и сам стал старше, и погибла его мать.
- Его отец был бандитом?
- Твои догадки далеки от истины. Нет. Он не был бандитом.
- Тогда что?
- Ты должна принять решение. Ты едешь со мной, или я исчезну из твоей жизни, как и Мин? Я не знал, что с тобой делать. Но принял решение. Не хочу, чтобы Мин ненавидел меня до конца своих дней. Мы должны оставаться семьей. Я дам тебе возможность выбрать. Но твой выбор будет вслепую. Я оставлю тебя в покое и уйду, лишь ничего не рассказав. Расскажу только, если позволишь забрать тебя с собой. Но в таком случае, ты никогда сюда не вернёшься. Помни о том, что для тебя это билет в один конец.
Я смотрела на Вика, застыв и боясь даже дышать. На какой-то миг мне показалась, что передо мной не молодой парень, а дьявол, предлагающий продать ему свою душу.
- Я дам тебе время, чтобы закончить все свои дела здесь. Попрощайся с теми, с кем должна попрощаться.
Я не успела ничего сказать или спросить. Вик вышел из машины. Он оставил меня в полной растерянности. Меня словно что-то ввело в ступор. Смотрела, как парень уходит, понимала, что должна его остановить... Или нет. Я должна бежать. Но зачем бежать? Он сам ушёл.
Поскольку мы находились теперь на более оживлённой трассе, мимо проносились машины. Вик голосовал, пытаясь остановить попутку. Я продолжала смотреть на него. Могу ли я верить этому человеку?
Мне так хотелось верить. Если не слушать голос разума, всё во мне рвалось туда, где Мин разрушал свою жизнь. Кто-то, кто считает его своим братом, хочет помочь нам. Мне всего лишь нужно ехать с этим человеком. Бросить всё и вернуться туда, где мы с Мином случайно встретились.
Я видела, что Вика подобрал какой-то рейсовый автобус. Он уезжал, но я продолжала сидеть в своей машине, не шевелясь, уставившись туда, где до этого стоял Вик.
Но почему здесь появился Вик, а не Мин? Поверил мне? Поверил тому, что я сказала ему уходить? Как мне быть?
Я почувствовала непреодолимое желание увидеть Джи Мина. Я должна поехать, должна найти его. Мне вдруг стало плохо от мысли, что могу никогда больше не увидеть Мина. Все мои усилия забыть его стали напрасными. Я не должна была его отпускать.
Спохватившись, поняла, что потеряла из вида автобус, который увёз моего попутчика. Вик дал мне время решить для себя, что делать и готова ли я ехать с ним, но он не оставил своих контактов и ничего не спрашивал у меня: ни как меня можно найти, ни номер моего телефона.
Останавливая там, на дороге, мою машину, Вик знал, кого просит подвести себя? Или это случайность? Как он понял, что это именно я – та, кого он искал? Потому что я назвала свое имя?
Он уже знал, кто я. Он был в нашем городе. Думаю, даже видел меня. Следил за мной? Он прекрасно знает, где меня можно найти. Поэтому ничего и не спрашивал. Он сам явится через время. То время, которое мне дал на размышления.
Это немного пугало, но и поражало, насколько Вик относится к тому, что задумал, более чем серьёзно. Мог ли Джи Мин рассказать, где меня следует искать? Почему тогда, если Вик так переживает за Мина, не притащил его сюда, или не убедил хотя бы попытаться забрать меня с собой? Если бы Мин только попросил остаться с ним, уехать куда угодно, я не спрашивала бы куда. Даже если судьба отмерила нам совсем немного, я оставалась бы рядом с ним.
Кажется, я догнала в дороге тот рейсовый автобус. Но когда он приехал на станцию в Сеуле, и все пассажиры вышли, не увидела Вика. Я потеряла его. Мне оставалось надеяться, что он действительно сам найдёт меня вскоре.