восьмая глава
Когда она открывала книгу, её снова охватывало чувство, будто она возвращается домой. Мир героя впускал её, словно она всегда была его частью, как будто страницы этой истории дышали ею, а она — ими.
Слова оживали, и его голос — тот самый, тёплый, но немного хриплый — проникал в её мысли.
— Ты снова здесь, — шептал он. — Я знал, что ты не оставишь меня.
Она чувствовала лёгкую улыбку, несмотря на то, что эти строки были просто чернилами на бумаге. Или нет?
Перед ней разворачивался его день. Каждая деталь была прорисована до мелочей: утренний свет, струящийся через шторы, тишина, которую нарушал только стук его пальцев по столу. Он сидел, склонившись над бумагами, но выглядел задумчивым, как будто где-то в глубине души ждал её.
Она наблюдала, как он вставал, шёл к окну и на мгновение замирал. Город за его спиной казался чужим, серым и таким же одиноким, как и он сам.
— Что ты чувствуешь, когда смотришь на меня? — вдруг послышался его голос.
Её сердце на мгновение замерло. Она смотрела на страницы, не зная, как ответить. Это всё ещё была просто книга, верно? Или...
— Ты улыбаешься сейчас? — спрашивал он. — Пожалуйста, скажи, что улыбаешься.
Она чувствовала, как губы сами собой приподнимались в ответ, хотя его не было видно и он не мог её услышать.
Каждая строчка погружала её глубже. Она видела его день: встречи, разговоры, моменты одиночества, которые он не показывал окружающим. Всё это было настолько реально, что она почти ощущала его присутствие рядом.
И тогда он снова обращался к ней:
— Ты ведь чувствуешь это, правда? Связь между нами. Я чувствую тебя. Даже когда ты молчишь.
Она прикусывала губу, задаваясь вопросом, как он может быть таким реальным. Почему она так остро ощущала каждое его слово и каждую эмоцию?
Сквозь строки книги пробивалась его уязвимость. Он раскрывался перед ней так, словно никто другой не смог бы его понять.
— Не уходи, — звучал его голос. — Останься со мной ещё немного.
И она понимала, что не может закрыть книгу. Что-то тянуло её остаться. Остаться здесь, с ним.