Почти обычные будни
Они возвращались домой медленно, почти не спеша. Волосы девушки чуть растрепались, а щеки порозовели после долгой прогулки. Поход в парк действительно оказался хорошей идеей.
Муалани взглянула в сторону Кинича, и, не зная, с чего начать, всё-таки сказала:
— Иногда, знаешь… иногда так приятно просто отвлечься всего этого. От дел, от обязанностей. И просто… почувствовать себя как раньше,когда всё было проще,вот как сегодня.
Кинич чуть повернул голову в её сторону. Он, как обычно, не стал сразу говорить. Просто кивнул.
Пока они шли по улице, небо заметно потемнело. Ветер стал прохладнее. Муалани глянула вверх и нахмурилась.
— Похоже, дождь будет.
— Успеем, может, — тихо сказал парень.
Но через минуту первые капли уже упали на асфальт,со временем усиливаясь. Муалани вздрогнула, прижав руки к себе. Её тонкая джинсовка почти сразу промокла, а по открытым ногам побежали струйки холодной воды.
Кинич не стал ничего говорить — просто снял с себя свою кофту и молча накинул её девушке на плечи. Муалани даже не успела ничего сказать.
— Подожди, ты же сам промокнешь, — сказала она, обернувшись.
— Нормально, — просто ответил он, не глядя в глаза, — мне не холодно.
Ей стало чуть уютнее, несмотря на то, что дождь становился всё сильнее. По дороге уже бежали тонкие потоки воды, ботинки начинали хлюпать.
— Всё-таки классно было, — тихо сказала она. — Я думала, что у меня вообще ничего не получится, но… это было приятно. Спасибо.
Он лишь кивнул, снова ничего не ответив.
Муалани прикусила губу, чуть опустив голову.
Они свернули на знакомую улицу. До дома оставалось минут пять.
В подъезд они зашли почти бегом. Дождь за спиной лил уже как из ведра, вода стекала с волос, с одежды, ботинки хлюпали, и от этого становилось ещё холоднее.
Они молча поднимались по лестнице. Капли воды стекали с концов волос Муалани,пропитывали джинсы насквозь, и даже кофта, которую она всё ещё держала на плечах, уже не спасала — ткань успела промокнуть почти до нитки. Но, несмотря на это, Муалани не жаловалась. Она просто шла рядом, немного дрожа, и всё больше думала о том, как же приятно было это внимание.
Остановились они на его этаже.
Муалани сняла с плеч его кофту. Передала её парню.
— Спасибо тебе большое… Ну правда.
От одежды текло, джинсы липли к ногам, волосы прилипали к щекам. Когда Муалани попрощалась с Киничем и добралась до своей двери, то чуть дрожала.
Помимо скейтборда, у них появилась ещё одна традиция по выходным— вечерние киносеансы. Иногда у него, иногда у неё. Брали еду на вынос или готовили вместе. Смотрели всё подряд. Муалани скидывала список, Кинич выбирал. Он всегда выбирал самое неочевидное, и ей это почему-то нравилось.
А ещё они начали вместе гулять по вечерам. Муалани много говорила, а Кинич слушал, иногда отвечал, иногда просто кивал. Но, в отличие от других, он всегда действительно слушал. Это было заметно по мелочам — по тому, как потом вдруг вспоминал какие-то детали и удивлял её этим.
Их дружба стала действительно настоящей. Она могла быть с ним собой, говорить всё, что думает, даже если это были глупости.
Муалани понимала, что для него это тоже важно.
Они по-прежнему проводили много времени вместе — правда, в основном по выходным. В будни у обоих просто не оставалось сил. Муалани почти каждый день возвращалась домой без сил после смены в цветочном магазине: постоянные заказы, оформление букетов, клиенты.
Кинич тоже уставал. Приходилось мотаться туда-сюда весь день, под дождём или по жаре, с рюкзаком за спиной.
Но, к счастью, им повезло — они жили рядом. Иногда это казалось настоящим спасением.
Муалани сидела у себя в комнате на кровати, поджав ноги и обняв подушку. Девушка переписывалась с кем-то из знакомых. Но мысли всё равно возвращались к последним неделям.
Она поймала себя на том, что всё чаще думает о соседe снизу — о Киниче. Когда они познакомились, она даже не представляла, что он займёт такое место в её жизни. Тогда это был просто парень с серьёзным лицом, который вежливо здоровался в подъезде и не особо шёл на разговор. Они оба были заняты своими делами.
А теперь? Муалани удивилась. Они виделись почти каждый день. Даже если не выбирались в парк или на скейтплощадку, то хотя бы пересекались в подъезде, в магазинах поблизости, или один из них мог просто заглянуть к другому "на пять минут". Иногда эти "пять минут" растягивались на пару часов разговоров о всякой ерунде.
Она задумчиво уткнулась подбородком в колени.
«Мы же были просто соседями…» — пронеслось в голове.
Сейчас же он стал почти неотъемлемой частью её жизни.
Муалани чуть улыбнулась своим мыслям,провела ладонью по волосам и тихо вздохнула.
Она снова посмотрела на телефон. Рука сама собой потянулась к чату с ним. Хотелось написать что-нибудь простое — "Чем занят?", "Как день прошёл?" или "Есть настроение пройтись?". Но Муалани остановилась.
— Нет, хватит на сегодня, — сказала она себе, положив телефон рядом. — И так постоянно вместе…
Кинич сидел дома. Парень прошёлся по комнате, проверяя, всё ли на своих местах. У него всегда было так: если есть время, он старался заняться мелкими делами, чтобы потом ничего не раздражало глаз.
Кинич вытер пыль с полки, переставил пару книг и только тогда позволил себе немного передохнуть. Мысли сначала были рассеянными — о работе, о доставках, о том, что завтра снова придётся рано вставать. Но потом в голове внезапно всплыла Муалани.
Он задумался, как вообще началось их общение. По сути, они ведь были обычными соседями: она жила этажом выше, они пересекались в подъезде, иногда здоровались. Сначала Муалани показалась ему слишком шумной и активной. Для него это было непривычно.
Но как-то постепенно всё изменилось, а потом он и не заметил, как они стали видеться едва ли не каждый день.
Кинич нахмурился и перевёл взгляд на окно. У него ведь были друзья, пара человек, с кем он мог встретиться, пообщаться. Но если честно, общение с ними было куда реже, чем с Муалани. С ней он разговаривал чаще всего.
— Ну да, соседи, — пробормотал он вслух, как будто пытаясь оправдаться.
Но сразу же подумал: а с кем ещё из соседей он вообще разговаривает? Да ни с кем. Разве что здоровается иногда с женщиной из квартиры напротив. Но на этом всё.
Выходило, что дело вовсе не в том, что они живут рядом. Дело именно в ней. Девушка умела расположить к себе. Казалось, будто Муалани могла найти общий язык абсолютно с любым человеком, независимо от характера.
Кинич провёл рукой по волосам и вздохнул. Он и подумать не мог, что когда-то сможет подружиться с такой непохожей на него девушкой.
Он снова посмотрел в потолок, словно там мог найти ответ на свои мысли. И сам себе признался: без этих разговоров и встреч его дни были бы не такими приятными.
Кинич резко открыл глаза, сердце колотилось. Несколько секунд парень лежал неподвижно, пытаясь понять, где он. Комната казалась непривычно тёмной, только свет от уличного фонаря пробивался сквозь шторы. Он перевёл дыхание, но в груди всё равно оставалась тяжесть.
Кошмар. Снова тот же самый. Кинич не сразу осознал, что это был всего лишь сон.Ему давно уже не снились такие вещи. Последний раз — четыре месяца назад. И вот опять.
На прикроватной тумбочке лежал телефон. Кинич повернул голову, щёлкнул по кнопке и увидел: три часа ночи. Парень тяжело вздохнул, выключил экран и откинулся обратно на подушку. Он знал, что теперь точно не уснёт. После таких снов сон уходил окончательно, оставляя только неприятный осадок.
Он уставился в потолок. В голове крутились обрывки воспоминаний из детства. Он не любил к ним возвращаться.
Кинич сел на кровати, опустил ноги на пол и провёл руками по лицу. В горле пересохло, и он поднялся, чтобы налить себе воды. На кухне он включил свет, налил воды из бутылки, стоявшей на столе, и сделал несколько медленных глотков.
Холодная вода чуть успокоила. Он присел на табурет, поставил стакан рядом и задумался.
“Почему опять? Сколько лет прошло… и всё равно эти кошмары возвращаются. И именно сейчас. Будто напоминание, что я до конца от этого не избавился”, — думал парень, глядя в одну точку.
В голове появлялась мысль, что ему придётся провести остаток ночи на ногах.
Кинич тихо вернулся в спальню и снова лёг, но не закрыл глаза.