Кино и небольшая прогулка
Муалани стояла у зеркала в своей комнате и в который раз поправляла волосы. Вроде ничего. Нормально.
Это просто дружеский поход. И всё же… всё же она перебрала пол гардероба, прежде чем остановилась на джинсах и светлом свитере.
Она подошла к тумбочке, взяла тушь, аккуратно провела кисточкой по ресницам. Немного румян.
Когда макияж был закончен, она ещё раз оглядела себя: всё довольно гармонично.
Муалани уселась на кровать, потянулась за телефоном, но так и не разблокировала его. Просто посмотрела на чёрный экран и задумалась.
Иногда ей становилось грустно. Как будто чего-то не хватает, и ты даже не можешь толком объяснить чего. Вот и сейчас было похоже. Всё вроде хорошо: вечер, предстоит просмотр фильма с другом. Но в голове то и дело возникала мысль — а каково было бы идти в кино с тем, кого ты действительно любишь? Кто держит тебя за руку, кто смотрит на тебя с таким тёплым взглядом, что даже фильм уже не важен?
Вся жизнь впереди. Это она знала. Все так говорили. И она сама так думала. Но иногда… иногда этого знания было недостаточно. Хотелось уже сейчас. Хотелось узнать, что такое быть в отношениях. Что значит по-настоящему нравиться кому то. Что значит быть влюблённой.
Она и правда хотела когда-нибудь влюбиться. По-настоящему. Чтобы мурашки по коже, чтобы сердце учащалось при одном только сообщении, чтобы хотелось часами просто сидеть рядом, даже не разговаривая.
И в этом её желании не было ничего необычного. Девчонке двадцать три, все вокруг уже кого-то встречают, выкладывают совместные фотки, говорят о том, как «встретили того самого». А она? Она всё ещё не знала, как это — быть с кем-то,именно быть парой.
— Ладно, — выдохнула светловолосая, расправляя плечи.
Не повод мучиться, что пока не влюблена. Значит, не время. Она ведь и правда верила, что однажды всё будет.
Девушка тихо закрыла за собой дверь, повернув ключ в замке, и спустилась вниз — на этаж, где жил Кинич.
Муалани остановилась у его двери, не решаясь постучать.
Прошло две минуты. Потом ещё две. Девушка уже собралась набрать его, как вдруг услышала за дверью движение. Щёлкнул замок, дверь приоткрылась — и в проёме появился Кинич.
Они пошли к лестнице — лифт в доме часто не работал, и оба привыкли пользоваться ступеньками.
— А ты давно не был в кино? — вдруг спросила Муалани, повернувшись к нему.
— Довольно, — честно признался брюнет. — Я вообще туда нечасто выбираюсь. Последний раз, наверное… года полтора назад?
— Серьёзно? — девушка удивилась. — А что ты делал всё это время? Смотрел дома?
— В основном — да. Иногда скачивал что-то. А ты что, каждую неделю ходишь?
— Ну не каждую. Но хотя бы раз в месяц. Или если что-то интересное выходит.
Кинотеатр оказался почти пустым — сеанс не самый популярный. Муалани даже как-то неловко стало, когда они с Киничем прошли в зал и сели на свои места где-то ближе к середине. Рядом никто не сидел, в ряду были только они вдвоём, и это почему-то сразу сделало всё ещё напряжённее.
Девушка устроилась поудобнее, поправила волосы и старалась не думать о том, что они сидят слишком близко. Всё-таки кресла тут были без подлокотников между сиденьями, и локти почти касались. Сначала она пыталась не обращать на это внимания, но чем дальше шёл фильм, тем сильнее ей казалось, что любое малейшее движение может вызвать неловкость.
Кинич, наоборот, выглядел абсолютно спокойно. Он сидел, глядя в экран, и казалось, вовсе не замечал, как Муалани будто чего-то опасается.
Когда они вышли из кинотеатра, воздух снаружи показался особенно свежим. После душного зала прохладный ветерок приятно обдувал лицо. Муалани молча провела ладонью по волосам и глубоко вдохнула. Кинич шагал рядом, засунув руки в карманы. На его лице не было видно раздражения или недовольства, но и особо довольным он тоже не выглядел.
— Ну… — первой нарушила тишину светловолосая, — фильм, конечно, оказался... не шедевр.
Он хмыкнул, кивнув:
— Мягко сказано.Я вообще сначала думал, что они в итоге скажут, что просто друзья и фильм закончится на этом.
Они оба рассмеялись. Напряжение после сеанса начало потихоньку спадать, и Муалани почувствовала себя немного легче.
Она подняла на него взгляд, на губах появилась тёплая, чуть усталая улыбка.
— Ну, хоть билеты зря не пропали, — с лёгкой усмешкой заметила она.
Они дошли до перекрёстка, где дорога расходилась: одна вела прямо домой, другая — чуть в сторону, к маленькой уютной кофейне, которая работала допоздна. Там часто сидели молодёжь, парочки, иногда одиночки с ноутбуками. Муалани притормозила, глянула на свет в окне заведения и спросила неуверенно:
— Слушай, а может… не сразу домой? Зайдём в кофейню? Я бы взяла какао или латте.
Кинич посмотрел в ту же сторону, потом снова на неё.
— Я не против. Мне тоже как-то не по себе сразу возвращаться.
Они свернули с дороги и направились к кофейне.
Кофейня оказалась почти пустой — за дальним столиком сидела парочка, в углу листал меню какой-то мужчина в наушниках. Муалани с Киничем выбрали столик у окна.
— Латте с карамелью и чизкейк, — заказала светловолосая, протягивая меню обратно официантке.
— Чёрный чай и круассан, — добавил брюнет и откинулся на спинку стула.
Разговор шёл легко, и Муалани почувствовала, как напряжение постепенно уходит. Она смотрела на своего друга и чувствовала, как с каждой минутой ей становилось всё комфортнее рядом с ним.
Когда они вышли из кофейни, на улице уже совсем стемнело.
— Слушай, — проговорила она тихо, когда до их подъезда оставалось всего пару поворотов. — Мне нравится, как прошёл вечер. Хотя фильм и не очень, но... я рада, что пошла.
— Я тоже, — ответил Кинич.
В подъезде было тихо, только где-то на одном из верхних этажей слышно было, как хлопнула дверь. Муалани с Киничем шли по лестнице.
— Слушай, — вдруг начал брюнет, глядя на ступеньки перед собой. — А ты вообще умеешь кататься на скейтборде?
Светловолосая на секунду опешила от такого вопроса,а потом ответила:
— Что?
— Да просто… — он пожал плечами, чуть улыбаясь. — У меня где-то в шкафу стоит старый скейт. Я как-то случайно его увидел, когда вещи перебирал.
Она покачала головой:
— Нет, я никогда даже не пробовала.
— Ну, если хочешь, могу научить, — предложил парень, повернув голову в её сторону. — Правда, я сам давно не катался. Но всё ещё помню.
Девушка приподняла брови, остановившись у поворота на следующий пролёт:
— Ты серьёзно хочешь учить меня кататься на скейте?
— А почему бы и нет? — спокойно ответил он, продолжая подниматься. — Просто ради удовольствия.Мне двадцать четыре, тебе двадцать три. Мы же не старики.
Муалани усмехнулась, догоняя его:
— Хм, — она задумалась, а потом кивнула. — Ну, в этом ты прав. Никогда не поздно.
Кинич взглянул на неё чуть дольше, чем обычно, но ничего не сказал. Она отвела взгляд, но улыбка осталась на губах.
Поднимались они уже медленно, будто специально оттягивая момент прощания.
У площадки между их этажами Муалани остановилась, чуть разворачиваясь к нему:
— Спасибо за вечер. И за идею со скейтом тоже. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — отозвался Кинич, оставаясь стоять у перил ещё пару секунд, прежде чем двинуться к себе. На губах у него тоже оставалась та самая тихая, почти незаметная, но искренняя улыбка.