8
Мы сидели на полу у дивана, между нами стояла открытая пачка чипсов и наполовину пустая бутылка воды. Атмосфера была лёгкая, почти уютная, несмотря на то, что внутри всё ещё тянуло неприятное послевкусие разговора с Егором.
Я, не глядя на Макса, вдруг сказала:
— Он сегодня выдал… мол, “не стоит ездить с кем попало”. — Я передразнила голос Егора, делая его чуть грубее. — Представляешь?
Макс поднял на меня глаза, слегка усмехнувшись, потом сделал медленную тягу.
— Может, он ревнует? — сказал спокойно, выпуская пар.
— Ревнует? — я усмехнулась, покачав головой. — Бред. Между нами контракт, а не отношения. Там всё расписано пунктами — никаких чувств, никакой ревности. Только пиар.
— Ну да, конечно, — протянул он с лёгкой иронией. — Но, знаешь, иногда то, что “по контракту”, заканчивается не по бумагам.
Я закатила глаза:
— Макс, хватит. Он просто контролфрик. Хочет, чтобы всё было идеально — вот и бесится.
Он пожал плечами и откинулся на спинку дивана, глядя на потолок.
— Всё равно странно. Видел бы ты себя, когда о нём говоришь. У тебя глаза меняются.
— Какие ещё глаза? — фыркнула я.
— Такие, будто тебе не всё равно, — ответил он тихо.
Я замолчала. Сделала пару тяг, будто дым мог растворить и мысли, и чувства.
Так мы просидели, наверное, пару часов. Разговаривали обо всём: о музыке, о том, как всё стало сложным с тех пор, как я подписала этот злосчастный контракт, о том, как порой хочется просто уехать куда-нибудь, где никто не знает, кто ты. Макс слушал, иногда вставлял шутку, иногда просто молчал.
Когда я в очередной раз взглянула на часы, стрелки показывали 02:13.
— Уже ночь, — сказала я, потянувшись. — Тебе, наверное, пора.
— Пора, — согласился он, вставая. — Завтра с утра дела. — Он потянулся за вейпом, потом, подумав, протянул его мне. — Оставь себе. Попаришь. А я куплю новый.
— Ты уверен? — спросила я, удивлённо подняв брови.
— Ага. Всё равно ты им больше пользуешься, чем я, — усмехнулся он.
Я улыбнулась, подошла, обняла его.
— Спасибо, Макс. И за сегодня, и за то, что слушаешь.
— Всегда, — ответил он и, подмигнув, направился к двери. — Только не засни с включённым сериалом.
Когда за ним закрылась дверь, в квартире воцарилась тишина.
Я быстро убралась — выкинула мусор, сложила посуду, протёрла стол.
Потом забралась на диван, включила сериал и сделала глубокую тягу.
Пар мягко рассеялся в воздухе, свет экрана отражался в окне, а я думала о том, как странно переплетаются люди в жизни: кто-то уходит, кто-то появляется, а кто-то... просто не выходит из головы.
И, как ни старалась, перед глазами снова всплыли холодные глаза Егора.
И его голос:
«Наша аудитория узнает через два дня…»