3
Я долго смотрела на лист бумаги перед собой.
Каждая строчка контракта казалась холодной и бездушной, будто писалась не о людях, а о манекенах, которых ставят рядом ради картинки.
“Стороны обязуются сохранять имидж романтических отношений…”
“…фото- и видеоматериалы предоставляются компанией…”
“…срок действия контракта — шесть месяцев.”
Шесть месяцев — звучало как приговор.
Я взяла ручку, медленно вывела своё имя:
Алиса Руднева.
И в тот же момент внутри что-то щёлкнуло — будто дверь закрылась.
После встречи Соня крепко обняла меня у лифта.
— Ты сделала правильно. Это твой шанс, Алис.
— Надеюсь.
Мы расстались у парковки — она поехала к стилисту договариваться о фотосессии, а я решила пройтись пешком.
Нужно было хоть немного переварить всё это.
Коридоры Black Star тонули в приглушённом свете и запахе дорогого кофе.
Музыка глухо доносилась из какой-то студии — тяжёлый бит, мужской голос, уверенный и хрипловатый.
Я шла, глядя на пол, пока не услышала за спиной короткое:
— Осторожней.
Раздался тихий удар — я врезалась в кого-то плечом.
Папка с документами выскользнула из рук, листы разлетелись по полу.
— Чёрт… — выдохнула я, присев.
Кто-то тоже опустился на корточки рядом, помогая собрать бумаги.
Когда я подняла голову — мир будто на секунду замер.
Он был передо мной.
Тот самый, чьё имя только что стояло в моём контракте.
Егор Крид.
Белая футболка, чёрная бейсболка, золотая цепочка на шее.
Глаза — тёплые, но внимательные, будто просвечивают насквозь.
И лёгкая усмешка на губах.
— Новенькая? — спросил он, протягивая мне листы.
— Видимо… да.
Он коротко кивнул, взгляд скользнул по папке в моих руках.
На обложке — надпись “Контракт на чувства”.
— Ага. Значит, с тобой я должен строить отношения, — сказал он спокойно, даже без удивления.
Я растерянно моргнула:
— Ты уже знаешь?
— Конечно. Я же не подписываю вслепую.
Он встал, поправил бейсболку и добавил, глядя прямо в глаза:
— Только одно правило, Алиса.
— Какое?
— Не влюбляйся.
Он ушёл, оставив за собой лёгкий аромат парфюма и холодок по коже.
А я стояла посреди коридора, держа в руках свой контракт —
и впервые поняла, что шесть месяцев могут стать целой вечностью.