Наперекор судьбе.

Ночь пропиталась одиночеством смотрящего. Безмолвие не приносило покой, а только раздражало непереваренные переживания. Тошнота стояла у горла, когда раздалась вибрация телефона, особенно громко звучащая в коридоре квартиры.
Обычно звонки с этого номера, вызывающего тревогу, сообщали:
мужчины не будет дома три дня, или, как предполагалось сейчас - потянуть за ниточки. Разговор оборвался быстро. Фраза, поставившая точку, подтвердила: как бы Максим не играл в независимость, всё давно решено за него. Экран погас, оставляя за собой недосказанность.
Гнев подкрался незаметно, отчего обычно спокойного парня ввёл в ступор. Отец всегда планировал всё за сына, и даже если тот мог справиться с самоуверенностью взрослого, всё разбивалось об одну - бабушку.
- С Виктором общался, да? - По наитию, зрелый женский голос прозвучал за спиной. Максим не обернулся. Главное - не дать ей заметить хоть что-то, противоречащее с её радостью.
- Ты всё-таки решил остаться! Я пару минут назад говорила с сыном и всё узнала. Как здорово! Давно не гостил у нас, а тут ещё и остаёшься надолго, дедушке помогаешь, - бабушка, казалось, сияла от счастья.
Кулаки парня сжимались сильнее, но не для того, чтобы навредить чему-то. Так он сдерживал рвущийся наружу протест.
- Я пойду, - бросил тот и наклонился, натягивая кроссовки на ноги.
- Ой, а я-то думала, раз дома уже несколько часов, то никуда не пойдёшь, - покачала головой бабушка, когда внук скрылся за дверью.
Выплеск эмоций рванул наружу, как рвота, на беззащитную скамейку. Чистая, без царапин поверхность принимала постепенно нарастающие силой удары.
Шум режущей болью отдавался в ушах, но всё же был нежнее мыслей. Нога зависла в воздухе, когда одна из бесчисленных фраз в голове прорезалась насквозь: «Сынок, я уверен. Однажды ты окажешься на моём месте. Процесс уже пошёл».
Максим закрыл глаза, шумно выдохнул через нос. Сел на скамейку - теперь используя по назначению. Схватился за голову, пока самодовольное лицо отца появлялось перед глазами, возвращая в детство:
После очередного приезда от бабушки терпение закончилось. С привычно-выпрямленной осанкой подросток подошёл к двери цвета тёмного дерева. Та возвышалась над ним, вызывая потаённые страхи. Подавить их не вышло, но в тот раз, он не поддался.
Дверь открылась прежде, чем Максим постучал. На пороге - отец. Взгляд сверху вниз.
- Что-то случилось? Можешь передать Диане, что мне ничего не нужно.
- Я сам пришёл. Поговорить.
Бровь отца поднялась.
- Что-ж, говори. Только поскорее, я тороплюсь.
Они вошли в кабинет, пропахший табачным дымом. Резкий запах ударил в нос, Максим поморщился. Всё здесь говорило о мужчине: массивный стол цвета двери, кресла из качественной кожи, несильно отличавшиеся на фоне тёмно-зелёных стен, но выделяющиеся - словно взяли привычку хозяина. Ощущалась удручённость. Взгляд сына прошёлся по стеллажам тёмного дуба, усеянных книгами по работе.
- Я хочу перестать ехать к твоим... - пауза, - к бабушке с дедушкой. Потому что я справляюсь сам. Если понадобится помощь, попрошу.
Уголки рта отца изогнулись в улыбке.
- Знакомо. Ты уже говорил так, чтобы няньки перестали за тобой присматривать.
Максим кивнул, взгляды встретились.
- Ты говорил, важнее учёба и друзья. А выполнять твои... - он подбирал слово, - распоряжения... в гостях неудобно.
Напряжение прорезало воздух.
- Ты не просто в гостях. Это твой второй дом. И, - тот на мгновение отвёл взгляд, - друзей ты выбрал не подходящих. Второсортных. - громко выдохнул, услышав скрежет зубов сына. - Мы это уже обсуждали. Но неважно. Подберёшь себе стоящих, когда повзрослеешь. А этих отсеешь.
Максим не зацикливался на его словах, знал: добиться ничего не выйдет. Продолжил, - здесь проще.
- У моих родителей бываешь всё реже.
В ответ, взгляд ушёл в сторону. Отец явно тянул время принятия решения. Игрался, словно на работе, перенимая привычки в семью. Очередное сходство с дедом, которое парень ненавидел.
- После них ты возвращаешься другим.
Максим вздёрнул бровь. Внутри шевельнулась крошечная надежда, готовая легко разбиться о следующие слова.
- Тревожный взгляд, - ухмыльнулся мужчина и наклонился к сыну, что поджал губы, недоверчивым взглядом впившись в лицо. - Скажи правду. Какова настоящая причина?
- Дедушка... - пробормотал парень.
- И что же не так? - смешок. - Объяснять не нужно. Я знаю, что он делает.
Гнев поступал ближе. - Тогда почему не позволишь мне не ездить к ним?
- А как же твоя любимая бабушка?
Глаза Максима широко распахнулись. Отец рассмеялся, до жалости наигранно.
- До твоего пятнадцатилетия год. После этого - ездишь к ним по своему желанию.
В каждом движении чувствовалась временность уступки. Зачем тот решил потакать?
Отец, словно прочитав мысли, добавил:
- Скоро у тебя не будет времени на себя. Считай это бонусом.
- Бонусом?! - взорвался Максим, больше не сдерживаясь. - Ты серьёзно решил, что я буду помогать с твоим чёртовым бизнесом?
- Сынок, я уверен, - он выделил фразу. - Однажды, ты окажешься на моём месте. Процесс уже пошёл.
Невзначай брошенное слово прозвучало сломано. В нём слышалась ирония, а не любовь, присущая отцам. Обещание, данное самому себе, постепенно рушило Максима изнутри.
Хлопок ладоней по щекам вернул в реальность обоих:
- Так. Я правильно понимаю, ты сейчас здесь только ради бабушки? А папа с дедушкой проводили с тобой время... не самым приятным способом?
Кивок. - Дед... своеобразно воспитывал.
- Он бил тебя?
От прямолинейности Полины, парень выгнул бровь.
- Нет. Но... Насилие ведь бывает разным? В детстве он держал меня по струнке, запугивал, высмеивал... Говорил: с отцом обходился ещё хуже, зато тот вырос прекрасным и сильным человеком. - Максим усмехнулся, - мне не хотелось это выслушивать и прятать свой гнев и страх за улыбкой, как только я видел бабушку. Потому и не приезжал долго... пока не повзрослел.
- Это объясняет, почему я не видела тебя раньше. Но для чего такое воспитание?
- Для закалки в бизнесе, полагаю?
- У вас там что, группировка какая-то?..
Визуализировав его отца, тот предстал образом: со шрамами по всему телу, сигаретой во рту, и битой в руках, будто из клишированного фильма.
- А дядя Вадим... Я знала, что у него свои скелеты в шкафу.
Максим не сдержал ухмылку.
- Я бы не выдержал. У отца основной бизнес в промышленном строительстве. А у деда контроль над сетью магазинов... но мы часто выполняем поручения отца, как на побегушках. Потому что дед уже давно работает на него.
Полина отвела взгляд, думая о Даше. В её словах о папе всегда звучали и ненависть, и любовь. Максим же говорил о семье так спокойно, что у незнающего человека могло создаться впечатление о гармоничных отношениях между ними.
- Сколько ещё собираешься поддаваться отцу, что использует тебя и бабушку Таню? Она ведь не глупая... вроде. Ты зря молчишь.
Максим вздохнул, разглядывая покраснения по бокам её глаз.
- Я очень ценю её и не хочу огорчать. Если бы в тот вечер я сказал, что её сын не самый хороший отец, как и муж... Даже представлять не хочется.
- Но... Всю жизнь так не проживёшь, - девушка нахмурилась и поджала губы, ощущая на себе груз его тяжести.
- Да... - он сделал паузу. - И я задумался об этом недавно.
- Правда? - Полина приподняла брови, в ожидании подробностей.
Максим повернул голову. Вдалеке люди торопились куда-то, побаиваясь чёрных туч, готовых в любой миг низвергнуть потоки воды.
- Есть... одна девушка, с которой я познакомился случайно. Когда мы говорим, я невольно начинаю думать о многом, - парень покачал головой, глаза встретились с её, вызвав у обоих лёгкое смущение. - Именно она поменяла это в моей жизни. С ней я стал много думать... опять.
Когда-то Полина даже не поняла бы, что речь идёт о ней. Тогда наивно полагала: в диалогах не может быть скрытого смысла. И сейчас, предпочла притвориться той версией себя. - И тебе нравится общаться с ней, несмотря ни на что?
- Да, - ответ прозвучал слишком быстро, будто сам вырвался. - С самого начала.
- Должно быть, это взаимно, - она замолчала на мгновение, и неожиданно улыбнулась. Максим приподнял правую бровь. Её улыбка стала шире: слишком много в нём напоминало Дашу.
- Спасибо, что поделился. Ты молодец. И очень сильный.
Парень собирался ответить, но её ладонь потянулась к его вьющимся волосам, ласково потрепала. Лёгкое прикосновение застало врасплох. Он опустил взгляд, потеряв слова. Не желая оставаться в такой позиции, бережно взял и накрыл её руку своими. Благодарность уложилась в короткой улыбке, но Полина не заметила - уставилась на ладонь, спрятанную мужскими. Лицо её налилось краской, приобретая естественный оттенок. Максим резко отпустил:
- Извини.
- Нет-нет, - она торопливо заправила влажные волосы за уши, застеснявшись. - Спасибо тебе. Что выслушал... и всё такое, - девушка поднялась со скамейки. - Мне стало легче, поэтому, пойду домой.
Парень встал следом, взял зонт и её промокшую сумку.
- Я с тобой.
Проводил Полину до квартиры:
- Позволю себе сказать, если будет совсем тяжело - зови меня.
- А ты не улетишь в Испанию? - нервный смешок прозвучал пугающе.
- Не переношу жару, - ответ был необычайно серьёзен.
Полина попыталась улыбнуться, но не смогла. Воспоминания о Даше затягивали обратно в пучину тоски.
- Хорошо.
Она забрала сумку, что он протянул, и тут же ушёл. Резкий выдох обрушился вместе с усталостью, девушка сползла по двери, опустившись на пол. Закрыла глаза. Перспектива снова загнать себя в пропасть пугала. Тогда, решила потянуть время, и поднялась на ноги, что повели её в магазин.
Есть не хотелось, а от сладкого мутило. Она взяла воду - просто постоять в очереди. Замедлить возращение туда, где будет наедине с собой, хотя бы на пару минут дольше.
Перед ней стоял зрелый мужчина, любезно болтая с кассиршей. Его продукты пробили, он протянул дисконтную карту с обычной:
- И сигареты.
Пальцы стиснули бутылку так, что пластик жалобно затрещал. Полина прикрыла глаза, уговаривая себя отказаться от ещё одной покупки. На кассе решила бездумно листать ленту новостей в телефоне, не поднимая глаза на табачный стенд.
- Что-то ещё? - вежливый тон продавщицы опьянил. И тогда, словно под гипнозом, девушка произнесла:
- Ещё, пожалуйста...
- Здравствуй, Полина, - знакомый голос выдернул из транса.
Голова повернулась влево:
- Здравствуйте.
Уже на улице, она благодарила себя и не только, что смогла совладать с желанием. Но пальцы продолжали потрясываться.
- Не пронесло... - выдохнула девушка тихо.
- Что не пронесло? - позади оказалась бабушка Таня.
Полина чуть вздрогнула.
- Н-ничего. Быстро вы меня догнали, с таким-то тяжёлым пакетом... Помочь?
- Да не надо. Это я на радостях накупила всего самого вкусного. Надеюсь, внуку понравится.
Зная, о ком речь, девушка спросила с нескрываемым любопытством:
- Какой-то повод?
- Наверное, так и надо говорить. Он решил остаться ещё на время.
Она хмыкнула, - прямо сам?
- Да. Уже второй раз за пару недель. Обычно приезжал только, чтобы Вадиму помочь, - соседка вздохнула, но тут же улыбнулась, - а сейчас сказал, что хочет остаться, со мной время провести.
- Он вас очень ценит.
- Знаю. Но чувствую, Ваде не хочет помогать. Видно какое-то напряжение, когда они рядом, понимаешь?
Полина вскинула брови, зацепилась за её слова:
- Так надо спросить! Обсудите это. Вдруг он молчит только потому, что боится вас обидеть?
- А я-то причём? - Бабушка Таня с удивлением уставилась на внезапно громкую девушку.
- Вот именно! Поинтересуйтесь! - Полина закивала, словно пытаясь придать вес своим словам. - Всё может быть.
- Всё может быть... - повторила соседка уже задумчиво, затем кивнула. - Ладно, спрошу. Ты права.
- Вот и славно, - губы расплылись в облегчённой улыбке. - Надеюсь, всё распутается.
Та рассмеялась. - Спасибо.
Остановившись у подъезда, выудила ключи из сумки, что выглядела тяжелее пакета. - Заходишь?
Полина замерла, засомневавшись всего на секунду:
- Да... спасибо.
Прошло несколько дней. На календаре красовалось седьмое августа, а это означало, что до дня рождения мамы оставалось десять дней. Взгляд девушки скользнул по числу «двадцать семь», обведённым красным маркером, и рядом - надпись того же цвета: «Самый лучший день!!!»
Она не спешила убирать титул подруги с той, из-за кого эта дата стала особенной.
Но связаться с ней так и не решалась. Страх перед неизвестным захватывал, крича, что она больше не нужна.
В дверь постучали.
- Заходи.
В комнату прошла мама. Увидев рядом стоящую дочь, поджала губы:
- Скоро её день рождения... Поздравишь?
Полина пожала плечами, - да. Я её просто так не оставлю.
Улыбка тронула лицо женщины. Взгляд скользнул к календарю.
- Так мило, что теперь ты пишешь это за неё. В последний раз Даша сама отметила там... Три года назад?
Девушка кивнула, - а ты зачем зашла? Тут, вообще-то, подарки для тебя спрятаны! - она театрально закатила глаза и встала возле шкафа, скрестив руки на груди.
Мама прищурилась и подошла ближе, - А подарки, значит, в шкафу.
Дочь всплеснула руками:
- Нет же, детектив, они на шкафу!
Та подняла взгляд, но верх был пуст. В тот же миг Полина оказалась рядом, схватила её за плечо и потащила на кухню.
- Десять дней подождать не можешь?!
Она рассмеялась, позволяя дочери вести, - кто бы говорил.
Солнце и южный ветерок создавали приятную атмосферу, делая всё вокруг по-настоящему лёгким. Но синоптики прогнозировали: это последний день, перед дождливой неделей.