Явился
— Я не знаю кто он... говорю же, я нашел его в переулке без сознания…хорошо. — отрывками слышался совсем незнакомый голос.
Юнги уже думал, что в раю, хотя кто его туда пустит с грешками. Он еле различал два совсем неизвестных голоса. Кажется он в больнице.
От яркого света Мин никак не может открыть свои веки. Попытки хоть на миллиметр открыть глаза, одна за другой проваливались.
— Он кажется очнулся. — слышит Юнги и усматривается в размытое пространство. Все как в тумане. — Как себя чувствуешь?
Шуга настраивает зрение, смотрит в совершенно другую сторону, ничего не понимает. До сих пор он ничего не понимает.
— Ты в больнице. — не замолкает парень, сидящий рядом с больничной койкой.
— Ясно. — говорит Юнги и кидает сонный и пустой взгляд. — Э, — он не знает этого парня. — Ты кто?
— Джин… Ким СокДжин. — представился незнакомец. Спаситель?
— Мин Юнги, — уголки его губ приподнялась и парень улыбнулся. — Что произошло?
Джин качает головой и добавляет:
— Я лишь нашел тебя избитым и без сознания в переулке.
— Спасибо.
Через несколько минут Джин покинул палату, позвал доктора и благополучно смылся. Некоторое время Юнги докучали вопросами о минувшей ночи. Но после неудачных попыток разузнать внятного ответа от парня, коп и доктор извинились и оставили Юнги одного.
Парень до сих пор расплывчато помнил эту ночь. Единственное, что он ответил копу, это удар по голове. Все.
— Эх, Черт. — шипит Юнги и кривится в от головной боли.
***
Ближе к вечеру Юнги потревожили врачи и полиция, думая, что за несколько часов он что-нибудь вспомнит. В этот раз полиция уходит ни с чем, фыркает сонному Мину напоследок.
— В следующий раз постарайтесь вспомнить побольше, чем ничего.
Дверь закрылась, но не прошло и минуты, как в нее снова кто-то вошел.
— Ну чего вам еще? Я сказал уже все! — злится Юнги, поворачиваясь к двери.
Он ожидал увидеть кого угодно, Чимина, Намджун, даже надоедливую полицию, но никак не Чонгука.
— Что ты…? — замолкает Мин.
— Что я здесь делаю? — повторяет Чонгук и застенчиво улыбнулся. — Я волновался за тебя.
У Юнги промелькают слова Хосока, «Я волнуюсь за тебя».
— Что за брехня. — смеется Юнги, щурясь от боли. Голова продолжает болеть от резких движений или от смеха, но этой боли никак не избежать. Ему то хочется врезать кому-то, то засметься в голос, потому что такого вранья, как это, «Я волновался за тебя», не слышал. Юнги отказывался признавать слова младшего правдой. Он давно ему не верит.
— Это не брехня, — улыбка сменяется многострадальным осунувшимся лицом. — Я разве когда-то врал тебе?
Врал. И не раз. Врал тысячу раз. Врал, что любишь, что будешь всегда рядом. Врал совершенно обо всем.
Юнги всматривается в Чонгука, в эти глубокие и темные, как бездна, глаза. Он прекрасен. Определённо все еще любим Юнги.
— А ведь на секунду, всего на секунду, я поверил тебе. — хмыкает Юнги, устраиваясь в постели по удобней.
«Пожалуйста, не злись. Не уходи. Останься и потерпи еще немного мои капризы, Чонгук." где-то внутри молил Юнги, но сказать все вслух не решился.
Гук прятал глаза. Приковал свой взор к полу.
— Ладно. Расслабься. — остыл Юнги. Он не отрывал глаз от мелкого, смотрел, как зачарованный. «Я люблю тебя»
— Это правда? — поджав ноги, со всей серьезностью спросил Чонгук.
— Смотря о чем ты.
Юнги не понял. Что Чон от него хотел услышать.
— Ты встречаешься с Чимином?
Юнги не верил своим ушам.
— Хен, почему ты встречаешься с ним? — еле слышно спрашивает Чонгук, пряча глаза от Юнги.
— Что? — недоумевает тот, хмуря брови. «Неужели… Он ревнует?» проносится в голове парня. — Потому что он мне нравится…- соврал он.
Чонгук замер с широко распахнутыми глазами, раскрыв рот, что Юнги никак не мог проигнорировать и расплылся в самодовольно ухмылке.
— Что? — кивнул Мин ему. — Неожиданно правда?
— Ты ведь врёшь, да? — из глаз макнэ тонкой струей потекли слезы. — Это не правда.
Гук приблизился к кровати, присел возле и уткнулся головой в ладонь Юнги. "Конечно же это неправда." улыбается парень, но слезы все равно выступают.
— Не унижайся. — шепчет Юнги и срывается на всхлип.
Шуга и не заметил, как сам нюни распустил.