Глава 29
========== Глава 29 ==========
Чернота. Повсюду была чернота и пустота.
Иногда из пустоты возникали маленькие пузырьки, напоминающие последние драгоценные крупицы кислорода, исчезающие из легких человека, оказавшегося под чудовищным гнетом воды. Наверное, для него вокруг не существовало ничего, кроме пугающего мрака, высасывающего жизнь и душу из неподвижной плоти. Для Бикслоу смерть была бы предпочтительнее такой участи, ведь в подобном состоянии минуты растягиваются в дни, а дни — в недели, месяцы, годы…
Повелителю душ хотелось зацепиться за легкий, воздушный пузырек и подняться вместе с ним на поверхность, где есть свет, запахи и ощущения, но его тело не двигалось, а душа завязла в черноте, погружаясь все глубже и глубже в её недра. Он как будто растворялся в небытие, испытывая чувство медленного падения, которое могло бы свести с ума, если бы парень мог об этом задуматься.
Волшебник потерял счет времени, его сковывало непонятное томление; тошнотворная слабость не давала вылезти из непроглядного омута. Когда Бикслоу попытался двинуть хоть одним мускулом, он испугался того, что не ощутил своего тела. Он не понимал, где находится его сознание: в Земной оболочке или же в душе. Казалось, будто он застрял где-то посередине и не мог попасть целиком ни туда, ни туда.
Парню иногда мерещился слабый свет, проникающий откуда-то сверху, непонятно как пробивающийся сквозь плотное «ничто». Золотистое сияние согревало его душу, и тогда холод окружающего пространства отступал ненадолго, а силы постепенно возвращались. Тлеющие внутри парня угольки жизни разгорались, как от дуновения ветра. Порой живительный свет пропадал, и тогда Бикслоу ощущал отчаяние, но в последнее время чернота вокруг него начала рассеиваться под воздействием теплых золотых лучей. Волшебник снова обрел способность осмыслять происходящее, плавно перемещая сознание в свое тело. Однако и там повелитель душ не мог до конца избавиться от энергетической опустошенности, которая снедала его. Мозг и остальные органы отказывались работать, все пять чувств подводили, не давая привычных результатов. Парень осознавал, что самостоятельно он не сможет прийти в норму, а может, так и останется в подобном состоянии навсегда.
А потом, среди давящей тишины, он услыхал невероятно красивый голос, который звал его, Бикслоу. Волшебник не различал отдельных слов, но вдруг почувствовал, как его тело реагирует на журчащую мелодию речи: мускулы лица неожиданно пришли в движение, вспомнив, что такое улыбка. Душа же его, все это время копившая силы, начала сиять, покрываясь зеленым пламенем жизни. У парня захватило дух, когда в одночасье жар разлился по всем клеточкам, возвращая в них энергию и заставляя их пробудиться ото сна.
Бикслоу все ещё не мог пошевелиться, но уже мог чувствовать присутствие кого-то рядом с собой в физическом обличии. В уши будто вату наложили, а во рту ощущался непонятный металлический привкус. Окончательно прочувствовав каждый участок своего тела, повелитель душ от недостатка сил и от невероятно приятного тепла заснул.
Разбудили его громкие голоса.
«Кажется, что-то до боли знакомое… О, мысли вернулись! И слух, и зрение, наверняка, тоже!..», — Бикслоу, желая проверить свое предположение, приоткрыл глаза и тут же зажмурился от яркого света. Было такое ощущение, что он ослеп или заново родился. Парень слегка пошевелил пальцами, наслаждаясь способностью двигаться, и поднял руку, загораживая лицо от лучей солнца.
— Эй, эй! Чего расшумелись, хм? — расплывчатые образы, появившиеся перед ним, медленно сфокусировались, приняв облик Лексуса, Эвергрин, Фрида и… Их взгляды пересеклись.
— Болельщица, — парень расплылся в улыбке, прикрыв глаза. — Слава Великим Магам, ты жива!..
— Б… — попыталась выговорить Люси, — Бикс… Бикслоу… — она ошарашено смотрела на синеволосого мага, который ещё пару часов назад лежал в коме.
— Бикслоу!!! — громовержцы заулыбались, буквально накинувшись на ослабшего друга, который не мог оказать должного сопротивления столь бурной радости.
— Я уж думала, ты никогда не очнешься! — всхлипнула Эвер прямо ему в ухо.
— Тише ты… Я в порядке, только все чувства обострены до предела, так что слух у меня теперь лучше, чем у Лексуса… — повелитель душ ворочал непослушным языком, вспоминая, как нужно разговаривать.
— Не бывать этому! — ухмыльнулся маг молний, присев на корточки. — Заставил же ты нас поволноваться!.. Болельщица так вообще ни на шаг от тебя не отходила!
— Лексус!.. — златовласка моментально вспыхнула, истуканом сидя на краешке кровати.
— А что такого? — ехидно осведомился тот.
Синеволосый волшебник молча выслушал эту перепалку, что-то осмысляя.
— Ааа… Так вот чей голос я слышал, — при этих словах он взглянул на Люси, у которой в глазах появилась какая-то неуверенность.
— Ты разве… — она сглотнула, — что-то слышал?
— Ты звала меня, разве нет? — Бикслоу улыбнулся чуть шире. — А больше ничего не помню.
Заклинательница перевела дух.
— Кстати, Лексус, а что ты тут делаешь? — обратился волшебник к убийце драконов.
— Мастер принял его обратно в гильдию, — ответил Фрид, не дав магу молний и рта открыть. — После того, как узнал, что он помог спасти тебя и Люси. Лексус уже почти неделю как член Хвоста Феи, — его глаза гордо блеснули, как будто возвращение внука Макарова было полностью его заслугой.
— Почти неделю? Вот как, — протянул повелитель душ.
«Не отходила от меня целую неделю?», — мелькнуло у него в голове.
— Все страшно переживали, — подтвердила феечка. — Ну, а Люси больше всех, — она хитро глянула на девушку, которая поспешно закатила глаза и фыркнула:
— И вовсе не больше всех! Я просто ждала возможности поблагодарить Бикслоу за спасение и кое-что спросить… — её показное безразличие висело на волоске. — Кстати, это вышло абсолютно случайно, но… Я нашла твой дневник, — волшебница немного виновато глянула на парня.
Для Бикслоу это стало новостью. Он молчал, пытаясь сообразить, как такое могло случиться.
«Много чего, конечно, произошло за неделю… Но ведь я хранил его в обители душ!», — смутное подозрение закралось в его душу, но маг спросил только об одном:
— Читала?
Повисло неловкое молчание. Потом Люси медленно кивнула, сгорая от стыда.
«Вот ведь! Кто меня просил! .. Что он теперь обо мне подумает? Ну, правильно, пустоголовая блондинка, которая сует свой нос в чужие дела», — корила она себя.
Самобичевание прервал голос повелителя душ:
— Ну и отлично.
Заклинательница подумала было, что ослышалась, но, подняв взгляд на парня, увидела на его лице мягкую улыбку. Она была такая же, как и в тот день, когда они остановили энергию разрушения нирваны.
— Вот как? — на этот раз мысли девушки прервал голос Лексуса. — Так значит, и нам теперь можно прочитать? — ехидно осведомился маг молний, помахав в воздухе заветной книжкой.
Бикслоу немного напрягся, но потом легко ответил:
— Так и быть, — он ухмыльнулся, слегка высунув язык. — Я вам доверяю, к тому же там нет ничего такого… — парень не договорил, потому что в эту секунду дневник в руках Лексуса вспыхнул и в один миг превратился в горстку пепла.
Фрид воскликнул, Эвергрин дернулась, а маг молний с довольным видом отряхнул руки.
— Вот уж не думал, что настанет день, когда ты добровольно согласишься отдать нам свой дневник, — засмеялся он. — Теперь он тебе не нужен.
— Да, в общем-то, — Бикслоу почесал голову, с удивлением смотря на то, что секунду назад являлось сборищем его мыслей, раздумий и перепалок с самим собой, — наверное, ты прав, он мне больше не нужен. Да и выбора ты мне не оставил, — с легким укором закончил он.
— Пфф, — Лексус старался не замечать разочарованных лиц громовержцев. — У тебя теперь вот она, — он указал на Люси, не глядя, как будто её там и не было, — вместо дневника.
Девушка, молчавшая все это время, оскорбилась:
— Приехали. Меня сравнивают с книжкой! И вообще, что за глупости ты говоришь, Лексус…
— Ладно, Бикс, мы потом ещё зайдем, — убийца драконов нагло её проигнорировал. — Пойдем, ребята, — он буквально схватил Фрида и Эвер и потащил к выходу.
— Он мне его вообще-то завещал!
— Как ты мог?! .. — донеслось до оставшихся в одиночестве Люси и Бикслоу, за секунду до того, как закрылась дверь, ведущая в лазарет.
Заклинательница не ожидала такого поворота событий. Ей хотелось встать и уйти или хотя бы пересесть, но девушка и двинуться не могла. Бикслоу же молча наблюдал за ней, расслабленно откинувшись на подушку.
— Да… Я рада, что ты очнулся, — наконец произнесла Люси, глядя на свои сплетенные руки. Она испытывала острую смесь самых разных чувств от стыда и неловкости до какого-то непонятного томления и даже страха.
— Да неужели? — осведомился парень, иронично подняв брови. — Болельщица, радость, это когда человек не выглядит несчастным, как ты сейчас. Я-то думал, ты умная! — он высунул язык.
На сжатые руки заклинательницы закапали горячие слезы.
— Я… — она кашлянула, пытаясь избавиться от кома в горле. — Я так долго ждала в неизвестности, очнешься ты или нет…
— Болельщица! .. — Бикслоу попытался подняться, шокированный донельзя.
«Что же с ней такое? Почему она плачет?», — парень задавался вопросами, но не находил ответа.
— Н…нет, все нормально, — Люси сердито смахивала слезы. — Мне рассказали, что ты меня спас от смерти… Не знаю, как в таких случаях нужно благодарить, — девушка развела руками.
— Ну, если фактически, то я не спас тебя от смерти, ведь ты таки успела умереть, — парень поежился, слегка нахмурившись. — Я возьму только одну плату за твою жизнь, — он невольно ухмыльнулся, увидев недоуменно-молящее лицо златовласки. — Улыбки будет вполне достаточно!
Люси вместо того, чтобы улыбнуться, зарыдала. Сказывалось напряжение, в котором она провела эти дни, безуспешно пытаясь вспомнить произошедшие события, а также безответное признание и прочитанный дневник.
— Люси… — неуверенно окликнул её повелитель душ. Та лишь помотала головой, закрывая лицо. — Ну же, болельщица! — Бикслоу все-таки смог принять сидячее положение и дотянулся до девушки, отводя её руки в сторону. — Я не для того тебя спасал, чтобы ты тут слезы лила. Мне казалось, тебе больше захочется провести свою жизнь весело и беззаботно, а ты добровольно заперлась в этом лазарете и делила свой досуг с необщительным парнем, вроде меня.
— Я же… — выдавила заклинательница между всхлипами, — не просто так… тут сидела… Ты идиот! — она оттолкнула его руку.
«Превосходно», — подумал Бикслоу, — «стоило очнуться, как на меня начали наезжать» — парень вздохнул, улыбнувшись.
Несмотря на трагичность ситуации, его разбирал смех от облегчения. Ведь теперь все было в порядке: болельщица обзывалась и устраивала истерики, а он… А он хотел притянуть её к себе, успокоить и повторить слова, сказанные златовласке, когда он возвращал её душу.
«Вот только… Она испытывает благодарность и чувство вины — это я и без магии могу понять. Все ли это, или есть ещё что-то? Если скажу ей, то что может случиться? И так вон рыдает в три ручья», — печально подумал повелитель душ, осторожно погладив Люси по голове. Та вздрогнула от его теплого прикосновения, как будто через тело девушки пропустили ток.
— Тебе нельзя подниматься с постели, — заклинательница подняла на Бикслоу блестящие от слез глаза. Она отстраненно подумала о том, как же ей приятно, когда парень даже просто до нее дотрагивается. Когда волшебник сел, одеяло слетело с него, оголяя широкоплечее, сильное тело, на которое девушка старалась не смотреть.
— Я и не поднимался, — заметил повелитель душ, внимательно глядя на нее.
«Когда эта болельщица так странно на меня смотрит… Мне кажется, что я никогда не буду на сто процентов уверен, что же творится в её душе. Но магию к ней применять нельзя, да я и не хочу…», — думал он.
Без возможности заглянуть в душу златовласки, приходилось решать дело словами:
— Ну чего ты так на меня смотришь, а?
Люси будто очнулась, встряхнув головой и решительно вытерев слезы.
— Да вот, думаю, раз ты очнулся и скоро встанешь на ноги, я могу пойти домой, а то не была там целую вечность.
Такой расклад Бикслоу не понравился.
— Постой-ка… Во-первых, ты что же, действительно все время сидела тут? — внутри у парня все замерло от чувства, напоминавшего нежность.
— Ну… — девушка смутилась. — Иногда уходила, но меня что-то постоянно возвращало обратно.
— Да ну? — синеволосый маг широко улыбнулся, от чего у заклинательницы по лицу помимо её воли тоже расползлась улыбка.
Она явно не хотела продолжать начатую тему, но вдруг выпалила, покраснев, как маков цвет:
— Не спрашивай, я и так тебе уже все сказала, пока ты тут лежал!
От такого заявления у повелителя душ брови взлетели вверх, выдавая крайнюю степень недоумения.
— Тааак, — протянул он, чуть наклонившись к Люси, — ну и как я могу после такого заявления тебя ни о чем не спрашивать? В конце концов, ты не могла подождать, пока я очнусь?! — Бикслоу чувствовал себя обманутым.
— О, забудь, — девушка пошла на попятную. — Просто я чувствовала себя… — она замялась, не сумев подобрать нужное слово. — Нет, просто мне хотелось…
Волшебник молча смотрел на смущающуюся Люси, которая всегда так бойко и дерзко отвечала ему, а теперь словно растеряла весь свой словарный запас.
— Блин, да просто я хотела как-то отблагодарить тебя, вот и все! Ты меня спас, так что я ещё могла сделать, кроме того, чтобы сидеть тут? И вообще, раз не слышал моих слов, это не мои проблемы! — внезапно рассердилась златовласка.
Повелитель душ все так же сидел, впиваясь взглядом в лицо заклинательницы. Все внутри него сжалось от её слов; в ответ на них возникло негодование. Из глаз Люси лучился свет, который согревал душу Бикслоу подобно солнцу, и ему казалось, что девушка сама-то себе не верит. И он рискнул.
— Врешь, болельщица.
Волшебница уловила во внимательных винно-красных глазах синеволосого парня мгновенный зеленый проблеск, после чего почувствовала, как её резко тянут на себя. Люси успела подставить одну руку, чтобы не упасть прямо на повелителя душ, который крепко держал её за вторую. У нее перехватило дух от соприкосновения с пышущим жаром телом мага, который теперь полулежал, облокотившись на подушку, и довольно смотрел на красное лицо девушки. Кровь стучала в висках, и там же бились мысли, буквально раздирая черепную коробку:
«Как же так? Почему он? Зачем? Неужели?! Как тепло…»
— Врешь ведь, — повторил Бикслоу, ухмыляясь.
Люси беспомощно хватала ртом воздух. Она пыталась протестовать, но не могла. Воспоминания замелькали в её сознании: зеленая сфера, светящиеся глаза, мягкий голос, вихрь энергии, сливающий две жизни воедино…
Повелитель душ еле ощутимо коснулся длинными пальцами её щеки, стирая оставшиеся там дорожки, прочерченные недавними слезами.
— Наверное, ты не помнишь, что я сказал тебе, когда ты была готова сдаться и исчезнуть из этого мира? — тихо спросил парень.
Заклинательница, заворожено глядя в его глаза, покачала головой. Бикслоу выкинул все свои сомнения, оставив только чувство, разгорающееся в душе.
— То, что я сказал… — он сглотнул, — невероятно трудно повторить, — волшебник, чуть нахмурившись, провел теперь кончиками пальцев по лицу девушки от скулы до линии подбородка. Но затем он вновь улыбнулся с легким лукавством, отражавшимся в глазах.
Люси забыла, как дышать, когда повелитель душ приблизился к ней так, что его дыхание обжигало кожу. Бикслоу, затеявший всю эту «проверку на честность», терял последние капли самообладания.
— Пока ты не скажешь правду, я тоже буду молчать.
— Я… — хотела было что-то сказать златовласка, но голос не слушался её.
— Но я могу намекнуть тебе, — хрипло прошептал синеволосый парень и добавил про себя:
«Пожалуйста…»
На мгновение замерев, как перед прыжком в воду, он легко коснулся губ заклинательницы своими.
Эта близость продолжалась всего пару секунд, не больше, но Люси ощутила, как внутри неё как будто что-то взорвалось, освободив мощную энергию, которая захлестнула её неконтролируемой волной. Девушка вскочила, прижимая руки к пылающим щекам.
— Я, я… Мне пора, я, пожалуй, пойду… — пробормотала она, быстрым шагом устремляясь к двери.
Бикслоу по инерции потянулся за ней вслед, а в это время у него по лицу расплывалась счастливая улыбка.
— Люси… Ты ведь ко мне ещё зайдешь? — окликнул он девушку.
Волшебница замерла у самого порога и, не оборачиваясь, бросила:
— До завтра, — и вышла за дверь, после чего сползла по ближайшей стенке на ослабших ногах.
Повелитель душ мог бы поклясться, что видел улыбку на её лице.