Тени Албании

Зейн

Я приземлился в Карачи — финансовом центре Пакистана — для встречи с высокопоставленными лицами страны. Нас пригласили обсудить важный вопрос.

В аэропорту нас встретил министр иностранных дел Муаз. Он устроил поистине роскошную встречу: в зале собрались должностные лица Карачи и влиятельные персоны. Мы расположились в конференц‑зале.

Первым заговорил Муаз:

— Добро пожаловать, господа. Я пригласил вас не просто так. На наш военный фронт требуется масштабная поставка боеприпасов — очень масштабная.

— И сколько вам нужно? — уточнил я.

— На несколько триллионов долларов, — произнёс он без тени сомнения.

Я не смог скрыть удивления:

— Из‑за чего такая острая нехватка?

— Простите, мистер Зейн, — сдержанно ответил Муаз, — государственные дела не подлежат разглашению.

— Для чего предназначена столь крупная поставка? — настаивал я.

Министр посмотрел на меня с явным подозрением:

— Боеприпасы будут использованы исключительно в рамках военной деятельности.

Я выдержал паузу, взвешивая каждое слово:

— Эта сделка меня не устраивает. Мой отказ продиктован личными интересами.

На лице Муаза застыл гнев. В разговор вмешался один из чиновников:

— Мистер Зейн, мы обратились к вам, зная, что вы производите оружие исключительного качества. Поэтому предлагаем вам беспрецедентно крупную сумму.

Я твёрдо повторил:

— Не вижу смысла продолжать этот разговор. Всего доброго.

Поднявшись из‑за стола, я направился к выходу. На лицах присутствующих застыли шок и недоумение.

Когда я покидал здание, Джафар, поспешил за мной:

— Босс, почему вы отказались от этой сделки?

Я остановился и тихо ответил:

— Этот человек связан с террористами и экстремистами. Оружие предназначалось для них. Муаз получает огромные суммы от этого союза. Эти люди — беззаконники: они убивают женщин и детей, устраивают теракты, разрушают свою страну. Муаз — первый враг своей страны, и он прекрасно знает, что мне известны все его тайны. Они понимают, что нигде не найдут такого количества качественных боеприпасов, поэтому обратились ко мне. Я отказал — и на время перекрыл им доступ к ресурсам. Пока они не найдут другой путь.

Джафар вздохнул:

— Вы же понимаете, что они просто так это не оставят. Вы нанесли им серьёзный удар.

— Пусть поразмыслят немного, — усмехнулся я.

— Вы неисправимы, — покачал головой Джафар.

В этот момент к нам подошёл министр внутренних дел Мирза Хаким:

— Господа, приглашаю вас ко мне. Нам есть что обсудить.

Мы сели в автомобиль. По дороге Джафар спросил:

— Босс, вы уверены, что стоит ехать?

— Посмотрим, что у него на уме, — ответил я, прикуривая сигарету. — Мирза очень умён. Наверняка предложит что‑то интересное.

Вскоре мы прибыли к особняку Мирзы. Нас провели в трапезную. Хозяин дома, окинув меня внимательным взглядом, произнёс:

— Мне нравится ваш непоколебимый нрав, Зейн. Я всегда слышал, что албанцы славятся своим характером и мужеством. Теперь я в этом убедился.

— Красиво говорите, Мирза, — отозвался я. — Я тоже о вас наслышан. Больше всего мне импонирует, что вы цените невинных людей. Но, тем не менее, связаны с этой грязью. Не будем тянуть — переходите к делу.

Мирза улыбнулся:

— У меня для вас выгодное предложение. Я предоставлю доступ к портам в Аравийском море — Гвадару и Карачи, а также к логистической инфраструктуре. Выделю «зелёные коридоры» для ваших грузов, обеспечу поддельные документы, помогу с растаможкой и обходом проверок. Это куда удобнее, чем каждый раз подкупать таможенников.

— И что же вы хотите взамен? — спросил я. — И почему вы решили, что мне неудобно работать по‑старому?

— Ежемесячная плата за каждую партию груза, — спокойно ответил Мирза. — А в случае необходимости — гражданство, поддельные документы, вилла в Албании на имя подставного лица и обеспечение защиты в вашей стране.

Я пристально посмотрел на него:

— Мирза, вы ведь знаете, что я не прощаю ошибок и пренебрежения правилами.

— Мы много знаем друг о друге, друг мой, — улыбнулся он. — Значит, каждый из нас будет избегать промахов.

— Допустим, я соглашусь, — кивнул я. — Но зачем вам этот союз?

Мирза вздохнул:

— Раз уж я влез в это дело, друг мой, я должен обезопасить себя и свою семью. Перестраховаться никогда не помешает. Ну что, по рукам?

— По рукам, — твёрдо произнёс я. — Мои люди обо всём позаботятся.

Мы обменялись рукопожатием. Попрощавшись, я покинул особняк. Уже в машине я отдал распоряжение Джафару:

— Внедри нашего человека к ним. Мы должны знать обо всём, что там происходит.

Джафар кивнул. Я закурил, но внезапно меня охватило дурное предчувствие. Я отогнал тревожные мысли: если бы что‑то случилось с Адель, мне бы уже доложили.

Мы подъехали к взлётной полосе, поднялись на борт самолёта и заняли свои места. Я углубился в изучение документов, которые принёс Джафар, но тревога не отпускала.

Внезапно зазвонил телефон. Меня словно ударило током. Я поднял трубку.

— Говори, — резко бросил я.

— Босс... госпожа Адель попала в аварию, — раздался в динамике голос. — Гори в аду, Зейн... сгори заживо...