план.
- Вьюрок на связи, рыбка попала в сети.
Один. Два. Три. Он считает каждую секунду ожидания. Или это удары сердца?
- Вьюрок, это Болтун. Ты молодец.
Веснушчатый выдыхает, и улыбается.
- Я скучал...
- Я тоже малыш. Ты в порядке? Они тебя не трогали?
Голос по ту сторону был обеспокоенный, и настолько желанный, что у Феликса живот сводит.
- Все хорошо, я цел. Думаю, все получится, он согласился на "сделку". Будьте готовы завтра на закате.
- Отлично, Барбос уже передал информацию Волку. – Тишина заполонила линию и блондину показалось что связь прервалась, или собеседник отключился, но он тут же услышал вздох и тихий смешок. – Черт, ты не представляешь как я рад тебя слышать. Я думал, что сойду с ума за эти три недели. Мы уже хотели возвращать тебя обратно, думали план не сработает.
- Честно говоря, у меня самого начали опускаться руки в какой-то момент. Безумно хочу к вам, к тебе...
Руки покалывает от холода, под воротник легкой куртки задувает, а щеки полыхают жаром.
- И я. Очень сильно. Твой друг меня уже достал. Принеси то, принеси это.
Феликс прыскает в кулак, и слышит второй голос из рации.
- Слышь, ты вообще то обещал ему, что позаботишься обо мне. Вот и заботься! Тебя никто не тянул за язык!
- Дунай рядом? – Веснушчатый заерзал на месте, и снова огляделся. На эмоциях фраза вышла достаточно громкой.
- Да, только что прикатил. Передаю ему микрофон. Скоро увидимся, Вьюрок.
У Ли в груди теплеет, а в динамике шуршание.
- Здарова бро, боялся, что уже тебя не услышу.
- Привет, как ты? – Парень готов был поклясться, что человек по ту сторону довольно давит лыбу, и машет головой в своей манере.
- Ничего, катаюсь на коляске. Не без помощи Болтуна и Аметиста, конечно. Таблетки пью, не переживай. А ты?
- Все хорошо, я в порядке. Нога еще болит?
- Иногда. Побегать уже, конечно, не получится.
Парень смеется, а Феликс прикрывает глаза, и вспоминает...
Flashback.
3 месяца назад.
Три грузовых машины подъезжают к Бункеру, а вместе с ними приходят капли дождя, которые усиливаются с каждой минутой. Небо затянуло темно серыми тучами, солнце больше не светило, и слышно было лишь звон разбитых крупиц воды об асфальт, да громкие всхлипывания.
Блондин вылезает с пассажирского сидения, ступает на мокрую землю, видит Криса, и Минхо, промокшего до нитки. Из далека, из-за режущих, колющих капель, не разобрать, но солнечный был уверен, что в глазах у лучника стояли слезы, а позади них страх и неизвестность.
- Что произошло? – Чан вышел вперед, и с надеждой взглянул на ребят. У того у самого в горле ком, колени слегка дрожат, и легкое головокружение.
Чанбин отрицательно, как-то прискорбно, машет головой, и не проронив ни слова, скрывается за толстой металлической дверью. В этот момент рвется последняя ниточка.
- Это что? Шутка такая? – Минхо делает два шага, и мнет края мокрой белой футболки. – Где Джисон? Феликс?
А Феликс не может.
Он падает на колени, и рушиться в рыдания, захлебываясь от нехватки воздуха. Снайпер подходит сзади, и приобнимая за веснушчатые плечи, пытается поднять.
- Вы меня разыгрываете, да? Мы что блять, в ебучем кино? – Голос срывается на крик, а на лице паника. – Где он?
Лучник подрывается к блондину, хватает его за руки, и смотрит с такой мольбой, настолько сквозь, что парню кажется, будто он прозрачный.
- Пожалуйста, скажи, что он сейчас вылезет из сраного грузовика, скажи, что это все его конченные приколы. Скажи мне, Феликс!
- Прекрати, Минхо! – Хёнджин отталкивает его, и крепче держит солнечного за плечи. Ему кажется, если отпустить, то тот упадет и рассыпется в крошку. – Идём, тебе надо в душ, ты весь дрожишь.
Снайпер уводит блондина, оставляя всех присутствующих на улице.
Ребята молчат, наблюдая за крушением парня с фиолетовыми волосами, и за лидером, что, прикусив губу, пытается успокоить лучника, и крутит в голове шестеренки, раздумывая над страшным сценарием мести.
***
Теплые струйки воды стекают по телу, обжигают ссадины на руках и коленях, обволакивают, и, кажется, держат в крепких объятиях. В голове все еще стоит фраза "- Меня укусили!", словно бесконечная прокрутка на билборде, а сердце предательски сжимается, подталкивая новый поток слез. Он закусывает губу, всхлипывает, и ощущает горячие дыхание в плечо. В объятиях держала не вода вовсе.
- Плачь. Плачь, пока не станет легче. – Хёнджин шепчет в самое ухо, и обводит ладонями костяшки на ребрах.
- А станет? – Феликс шмыгает носом, и поворачивается, чтобы уткнуться лицом куда-то в область шеи.
Брюнет молчит, перебирает пальцами мокрые волосы, нервно вздыхает.
- Нет, малыш. Не станет. Слезы высохнут, но легче не станет, никогда. – Хван морщиться от воды в глазах, или от слез, он сам уже не понимает.
- Мы могли бы попытаться его спасти.
- Его укусили, Феликс.
- Да, но... Мы бросили его одного. Он не заслужил этого.
- Я знаю.
- Это не может быть правдой. Это ведь сон, да? Я проснусь, и Джи снова будет рядом со мной?
Снайпер смотрит на солнечного, и видит в глазах полнейшее отчаяние. Внутри все больно сжимается, легкие выкручиваются, сердце раскалывается, и Хёнджин понимает, что не может. Не может смотреть на такого парня, разбитого, запуганного, уязвимого.
Мертвого.
Но он лишь устало улыбается, обводит ладонью линию челюсти, слегка целует в дрожащие губы, и шепотом произносит:
- Верно. Это все сон. Иди ложись, а завтра настанет новый день, и мы что ни будь придумаем, хорошо? Я скоро приду к тебе.
Феликс слабо кивает, и покидает душевую кабину с глазами стекляшками. Наспех вытирается полотенцем, натягивает на себя чистую, сухую одежду, заботливо принесенную брюнетом, и направляется в свою комнату.
***
Дверь в спальню тихо открывается, и Ли заходит внутрь, игнорируя выключатель. В кромешной темноте он добирается до соседней кровати, и ложась на чужую подушку, ненароком ощущает родной запах. Мысли оккупируют голову, глаза щиплют и начинают слипаться. Он натягивает легкое хлопковое одеяло на нос, и сворачивается в клубочек, пряча лицо. На периферии мелькает образ друга, его улыбка, всплывают глупые шутки, а в углу комнаты стоит та самая счастливая бита с гвоздями, которая никогда больше не увидит своего владельца.
До ушей доносится тихий скрип, в комнату кто-то заходит, и Ли уже ожидает поддерживающих объятий, заботы, но слышит лишь:
- Феликс, ты тут? - Лучник проходит в комнату, и щурит заплаканные глаза. Лишь свет с коридора проникает в глубинки, слегла освещая помещение.
- Угу. - Солнечный ерзает в чужой постели, и наспех вытирает мокрые щеки. Потому что понимает, тяжело не только ему. Хотя "тяжело" кажется слишком неподходящим словом.
Минхо проходит внутрь, громко отодвигает табуретку из-под стола, и валиться на нее всем весом. Блондин плохо видит, но кажется тот выглядит не лучше его самого.
- Прости, я не хотел тебя пугать, просто я... - Начинает он дрожащим голосом. - Я не могу в это поверить.
Поток слез снова подкрадывается, стучит пару раз, и не спрашивая разрешения, стекает из уголков глаз.
- Я все понимаю. Не извиняйся. - Веснушчатый вздыхает, трет веки, и оборачивается к парню. - Он просил меня кое-что передать тебе.
- Что?
Феликс поднимается, шлепает босыми ногам по прохладному полу, и открыв сырой рюкзак, достает оттуда мп3-плеер, наушники, и пару дисков с незнакомыми ему группами.
- Смотри-ка, совсем сухие. - Он протягивает подарок лучнику, а тот смотрит так, словно выпадает из реальности. - Кажется, он выбирал их под твой цвет волос.
Минхо вытягивает ладони, забирает вещь, и усмехается. Горько, отчаянно, но легкая улыбка проскальзывает на губах.
- Вот дурак. Я смотрел на этот плеер в нашу с ним первую вылазку. Он еще тогда хотел его забрать, на что я ответил ему "У нас нет времени на это, Джисон. Возьмем потом", или что-то вроде того. - Он шмыгает носом, и качает головой. - Я уже и забыл про это, а он оказывается помнил все это время. Представляешь?
- Ты ему очень нравился. Может даже больше, не знаю. Мы не особо обсуждали это. Но я уверен, что да. - Блондин прикрывает глаза, и уже попросту игнорирует скатившиеся слезы.
- Я знаю, Феликс. Он мне тоже. Ты даже не представляешь на сколько. - Парень всхлипывает, и надрывисто выдает. - Я не представляю, что мне теперь делать. Я слишком привязался к нему.
- Мне так жаль, Минхо. - Феликс не представляет тоже. Он закусывает губу, и молчаливо слушает рыдания друга. - Мне очень жаль...
Из полуоткрытой спальни раздается плач, звон разбившихся сердце, и вселенская боль, вцепившееся в Бункер крепкой хваткой. А за дверью, оперившись на стену, стоит брюнет, и скрестив руки на груди, смиренно ждёт. Топит себя в переживаниях, в желании забрать страдание себе, обнять, прижать по ближе. Но ждёт, давая двум дорогим ему людям выговорится этой ночью.
***
- Сегодня ты на посту? - Чан выходит из своего кабинета, и подходит к Феликсу. Тот закрывает дверь оружейной, и прячет пистолет в кобуру. Глаза стеклянные, взгляд пустой, и Чану чертовски больно наблюдать это все.
- Да, мы с Сынмо с обеда до вечера. В ночную вроде Чонин с кем-то из четвертой группы.
- Там все еще дождь, возьмите пляжный зонт в кладовых. И это, - Он осторожно берет парня под руку, и чуть уводя к стене, произносит смотря прямо в глаза. - зайди после смены ко мне. Я не оставлю это так просто, Содэмун развязал нам войну. Нужно будет все обсудить. Я уже отправил группу на поиски Джисона, но они пока никого не нашли.
Ли смотрит на лидера, и не чувствует практически ничего. Казалось, все органы чувств отключились, и из сердца вырвали провода.
- Мне нужно немного времени, Крис. Поговорим потом, ладно?
- Конечно. - Рейнджер хлопает блондина по плечу, и провожает его взглядом.
Разговор откладывается на неопределенный срок.
***
[ Keane - Somewhere Only We Know speed ]
В Сеуле, кажется, начался летний сезон дождей. Льет уже второй день, лужи не высыхают, и невероятная духота просто убивает.
Парни стоят под огромным навесным зонтом, осматривают округу, и каждый думает о своем.
- Феликс? - Сынмин стоит, уткнувшись глазами в землю, и не моргает. - Почему все гибнут из-за меня?
- О чем ты говоришь? - Ли округляет глаза, и смотрит на парня. - Эй...
В глазах Барбоса застыли крупицы слез, но тот продолжал пялиться в грязь, и водить по ней носком ботинка.
- Джисона укусили, потому что я не углядел. Я ведь был главным в этой операции, и не справился. Хосока убили, вероятно, тоже из-за меня. Он был не из тех, кого легко поймать. Скорее всего его просто спалили во время наших разговоров по рации. Они оба умерли по моей вине.
- Прекрати, Сынмин. Ты ни в чем не виноват. - Блондин подходит к парню, и обнимает того за плечи. Ким дрожит, и глупо стоит, не зная куда деть руки. - Хана укусили, потому что Содэмун натравил на нас толпу. Хосока убил Намджун. Ты никак не причастен к этому, понимаешь?
- Да, но...
- Никаких, но. Я не хочу больше этого слышать. Джи назвал бы тебя придурком, если бы услышал этот бред. - Феликс усмехается, и треплет навигатора по голове. В далеке проявляется тело ходячего, и блондин, заметив его, вытаскивает нож из поясной портупеи. - Я разберусь.
- Стой. - Сынмин хватает парня за руку, и сощурив глаза, выдает удивленное лицо. - Смотри.
Солнечный оборачивается, и приглядывается. Сквозь несильный туман видно лишь очертания. Хромающий мертвец, кажется в плаще, и с ярко зелеными пятнами на плечах. Ли проглатывает ком в горле, шумно вдыхает, и понимает, что видит нео-липучки. Тело приближается, и форма принимает более ясный вид. Вдалеке, идет парень, в черном распахнутом дождевике, упираясь одной ногой на длинную палку, что служит тростью, и на его плечах красуются световые создания техника.
Сердце Феликса пробивает удар в тот момент, когда тело валиться на мокрый асфальт, и он слышит неразборчивое " - Дошел наконец. "
Солнечный срывается с места, одежда тут же мокнет, но он бежит со всех ног, и проезжается голыми коленями по земле. Кожу сразу же обжигает, кажется, те перетерлись в кровь, но ему плевать. Он подлетает к парню, поднимает того за плечи, и заключая в свои объятия, воет во все горло.
- Бро, ты не поверишь, что произошло. - Джисон слабо смеется, и дрожащими руками хватается за мокрые рукава футболки друга.
- Твоя нога... - Ли смотрит ошарашено, глаза бегают от лица русоволосого, до ноги, точнее её отсутствия, и парень оборачивается, крича. - Сынмин! Зови Дон Шина, срочно!
- Мне пришлось. Отрубился там правда. Знаешь, моё маниакальное состояние оказало мне неплохую помощь, так бы я никогда не решился. Но таблетки я больше пропускать не буду, прости. - Речь была еле живой, перебинтованное колено темно красного цвета с примесью грязи, а на лице сияла улыбка облегчения. - Я же сказал, что мы еще увидимся.
- Идиот, какой же ты идиот, Джи. - Феликс крепче сжимает парня, и ревет в три ручья. Слезы смешиваются с каплями дождя, а звуки плача растворяются в ливне.
- Хан?
Блондин оборачивается, и видит Минхо. Тот стоит как вкопанный, неверующие глаза смотрят на парня, рот открылся в немом шоке, и воздуха, кажется, не хватает совсем.
- Зая, это ты... - Солнечный смотрит на довольного, уставшего Джисона, и уступает место лучнику. Парень перехватывает тело русоволосого, не моргая смотрит тому в глаза, и утыкается лбом в лоб. В груди резко теплеет.
Минхо что-то шепчет неразборчиво, Джи улыбается, и в моменте, когда их губы встречаются, Феликс отворачивается что бы не мешать их соединению.
Из Бункера вылетает Крис, Чанбин, и Дон Шин с носилками.
***
Несколько недель все крутились во круг Джисона. Половина Бункера переживали за его жизнь, вторая же половина, что ампутация не помогла, и тот превратится в ходячего. Однако, дни шли, а парень оставался в здравом уме и рассудке, и лишь инфекция и боль, поразившая организм, была единственным недугом. За это время парни из четвертой группы нашли инвалидную коляску, чтобы перемещать Хана по Бункеру было возможным, Чанбин с Минхо установили пандусы на лестницах, а Феликс не вылезал из медпункта, чтобы другу не было скучно. Боль в ноге не отступала, жар тоже. Спасали лишь обезболивающие, и антибиотики, которые, к слову, были буквально под счет.
Настало время обсуждения плана.
***
В кабинете Криса собралась компания из восьми человек. Все выглядели серьезно настроенными. В воздухе пахло ненавистью, местью, и смирением.
Пойти против Содэмуна, очень серьезный шаг.
- Думаю не нужно объяснять для чего мы все здесь. - Чан вышел из-за стола, и облокотившись поясницей о столешницу, сложил руки на груди. - Намджун перешел все границы. Напасть на одну из общин, это моментальное перечеркивание всех договоров и сотрудничества.
- Мы не выстоим против них. Их численность во много превышает нашу, что людей, что оружия. И они растут с каждым днем. - Со сидел в кресле в углу комнаты, оперившись локтем в подлокотник. - Ты прав, Чанбин. Поэтому нам нужно придумать план, в котором содружество будет на нашей стороне.
- Не выйдет. Они боятся Содэмун, как огня. - Чонин стоял у настенной доски, и разглядывал карту, на которой было обведено нахождение всех общин в Сеуле.
- В этом нам поможет то, что Барбос стащил из тюрьмы, когда искал протез Ликса. - Рейнджер бросает на кофейный столик посреди помещения, ту самую папку. - На этих бумагах, все доказательства того, что ищейки являются людьми Содэмуна. Списки краденых вещей, отчеты, имена людей, даже несколько фотографий. А это, - Он кидает вторую папку. - найденная информация лично нами. Конечно, одних только наших слов не хватит, поэтому нам они понадобятся. Слух о нападении на нашу группу уже прошелся, и у многих появились некоторые вопросы. Думаю, пора нам на них ответить.
- С чего начнём?
- В содружестве существуют много общин, однако есть шесть основных, и самых больших. Они-то нам и нужны. Две вы уже знаете, это Бункер и Содэмун. - Крис проводит красным маркером по карте, очерчивая тюрьму, и нахождение бункера. - Следующие, это Ханъян. Они находятся в здании Сеульского университета. Переманить их к себе будет самой просто задачей, так как у нас с ними довольно неплохие взаимоотношения, и они давно точат зуб на Намджуна. Сувон, они занимают спортивный стадион в провинции Кёнгидо. Не конфликтные, но довольно ведомые. Вероятность того, что они согласятся, пятьдесят на пятьдесят. Далее, Якудзы.
- Якудзы? - Хан толкает колеса руками, и подъезжает ближе к карте.
- Да. Их глава японец, бывший член мафии. Половина их людей из той же истории. Загвоздка только в том, что они на хорошем счету у Содэмуна. Так что с ними могут возникнуть проблемы, но они нам необходимы...
- В таком случае, думаю этот отчет им весьма не понравится. - Сынмин кладет на стол лист, в котором указан список краденых вещей у одной из групп Якудз.
- Согласен. И последние, Тихие.
- Ой, нет. Эти чудики точно не согласятся участвовать во всем этом. - Лучник отмахивается, и поправляет катетер на руке Джи, который тянется к капельнице.
- Почему? Кто они такие? - Феликс разглядывает отмеченное место на карте, и понимает, что место находится в западно-корейском заливе, в провинции Хванхэ-Намдо. - Далековато.
- Тихие - поселение находящиеся у моря. Они состоят в содружестве, но ни с кем не имеют никаких договоров. Либо они есть, но никто о них не рассказывает, к чему я больше склоняюсь. Их боятся больше Содэмуна, по причине того, что они, в качестве оружия используют далеко не огнестрел.
- А что? Перочинные ножики? - Русоволосый усмехнулся, за что получил несильный подзатыльник.
- Ходячих.
Блондин, и Хан переглянулись, и в недоумении вылупили глаза.
- Да, они водят их стадом, и те их защищают. Кажется, они носят на себе что-то вроде кожи мертвецов, или типа того. Их главный - американец, и вроде как он привез эту идею оттуда. Мерзость, конечно, но они могут нам пригодиться.
- Это будет сложно... - Хван зачесывает отросшие волосы пальцами, и собирает их в небрежный хвостик. - Что дальше?
- Кому-то придется работать под прикрытием, и проникнуть в тюрьму. - Рейнджер задумчиво нахмуривает брови, и уходит в размышления.
- Ну тут все просто, это я буду я. - Солнечный выходит вперед.
- Нет, ни за что. - Снайпер хватает его за руку, и отрицательно машет головой. - Ты никуда не пойдешь.
- Согласен с одноглазым, вспомни чем закончилась твоя прошлая поездка в Содэмун. - Хан морщиться от смены катетера, и одаривает Дон Шина недовольным взглядом.
- Извини Феликс, но я тоже считаю, что это плохая идея. - Крис трет глаза, и упирается взглядом в список всех жителей Бункера.
- Да это отличная идея! Вы подумайте, - Начал блондин. - они не знают, что Джисон жив. У меня единственного есть мотив якобы уйти от вас, и подставить. Можно придумать что-то, выставить, например, тебя козлом.
- Меня? - Чан указывает на себя пальцем, и оглядывает всех присутствующих.
- Все ради мира во всем мире, красавчик! - Ян хлопает старшего по плечу, и невинно улыбается.
- Осталось только создать вид, что мы ничем не заняты, и вообще, что мы в полной заднице. - Со изучает документы, сидя на месте главного.
- Мы и так в полной заднице. - Выдает Сынмо на одном дыхании, на что Чанбин молча закатывает глаза.
- Если все получиться, и мы подговорим содружество помочь нам, мы закинем им удочку, в виде слухов, что общины перестают сотрудничать с нами, и у нас не остается сообщников. В то время, когда у нас все будет схвачено, и мы будем в полной боевой готовности, встретить ублюдков прямо у дверей Бункера. - Задумчиво произносит Минхо, перешнуровывая свои ботинки.
- Звучит как план.
End of flashback.
Настоящее время.
- Дунай, мне уже нужно идти. Прошу, подготовьтесь завтра по максимуму. - Феликс вытаскивает из той же коробки, в которой была рация, свой глок, нож, прячет все за пояс, и подняв рюкзак, закидывает его на плечо.
- Конечно, ни о чем не волнуйся, и будь осторожен, прошу. - Раздается на той стороне.
- Буду. Все, отключаюсь. До завтра.
- Увидимся, бро.
Из динамиков раздается шипение, сигнализируя о том, что собеседник отключился. Ли дрожащими руками нажимает на кнопку выключения, прячет карманный радиоприемник на дно рюкзака, и выходит из здания.
Ноябрь.
Надеюсь, что завтра никто не умрет.