Апокалипсис: Бункер

Рассветное солнце пробивалось сквозь запыленные окна старого хэтчбека, выжигая на коже светящиеся узоры. Мир просыпался вместе с оранжевым небом, и парой бродячих мертвецов меж деревьев. Автомобиль потрясывало на кочках, проезжающий по лесной просеке.

- Айщ... - Шикнул блондин, от неосторожного касания наспиртованной тряпки, к носу. Машину в очередной раз дёрнуло.

- Блять, зая, веди аккуратнее. - Джисон недовольно зыркнул на водителя, что крепко схватился за руль.

- С какого это хуя я зая? - Пробубнил лучник, не отрывая глаз от дороги.

- Как это с какого?

- Избавьте от подробностей, я вас очень прошу. - Сынмин поднял руки с картой к верху, оглядев двух парней. - Сейчас направо.

Минхо выворачивает руль, и авто сворачивает по бездорожной развилке.

- Ребят, спасибо вам. - Феликс оглядывает всех присутствующих, и кривится от жжения на лице. - Но Намджун теперь это так не оставит, мне нельзя в Бункер. Сколько прошло времени пока я там был?

- Три дня. Тебе сейчас даже разговаривать нельзя. - Хан машет головой, и меняет лоскут ткани на новый, чистый. - Неплохо он тебя разукрасил, даже смотреть на тебя не могу.

- Так не смотри. - Блондин закатывает глаза, и складывает руки на груди, с уже надетым протезом. - Что ты вообще тут делаешь? Я же просил тебя не высовываться.

- Я и не высовывался! Я был в машине вместе с Минхо, пока Сынмин и Хёнджин спасали тебя. - Русоволосой ткнул пальцем в веснушчатую щеку. - На тебе, придурок неблагодарный.

- Как вы вообще туда попали?

- Есть у нас один человечек. - Ким машет рацией перед носом парней. - Он то нам и сказал, когда не будет Намджуна, и как без палевно зайти. Хвану правда пришлось пошуметь, кто ж знал, что тебе аж трех охранников приставят.

- О ком речь? - Спрашивает Ли, вопросительно выгибая бровь.

Сынмин нажимает на кнопку, и в этот момент из динамиков раздается шипение.

- Барбос вызывает Надежду, прием.

- Надежда на связи, прием. - Голос по ту сторону был не знаком.

- Спасибо за помощь. Мы вытащили нашего друга, и забрали кое-что с кабинета вашего главного. Твои карты под зеленой доской, у забора левого корпуса. - Ким улыбается, и бросает папку с компроматом на заднее сидение, в ноги к Хвану.

- Я тебя понял, не светитесь какое-то время. Панику вы навели конечно, но пока никто не подозревает вас. Идея с масками была хорошей.

- Рад слышать. Давай Хосок, до связи.

- Идиот, не называй меня настоящим именем! - Негодующе произнес собеседник.

- Ой, кому ты нужен. Все, отбой. - Феликс был уверен, что навигатор готов был вытащить язык, и ехидно улыбнуться. Однако, тот лишь выключает карманный радиоприемник, и убирает его в большое отделение своей поясной сумки.

Все четверо с неподдельным интересом оглядывают парня, желая услышать хоть какие-то объяснения.

- Не смотрите на меня так. Надежда давно работает на Бункер. Чан не глуп, он прекрасно знает, чем может обернуться сотрудничество с Содэмуном. По этой причине почти в самом начале нашел там человека, который будет ему доносить. Хосок поставляет нам информацию, а мы взамен даём ему чистые маршруты, чтобы он мог выделиться перед Намджуном. Выгода для каждого.

- А что вы забрали с его кабинета? - Лучник выкручивает руль, объезжая очередную яму, и сворачивая на главную дорогу к Бункеру.

- Доказательства, что их люди являются ни теми, за кого себя выдают.

[Instupendo - Comfort Chain]

Расспрашивать о дальнейшем никто не стал. Ребята решили отложить разговор на потом, после хорошего отдыха.

Феликс облокотился на спинку сидения, и обрывисто выдохнул. Силы покидали его, как и тревожность, которая осталась в стенах старой каменной тюрьмы. С затылка на шею стекали капли соленого пота, от наступившей жары. День взыграл летними нотками, ненароком пробуждая воспоминания о детстве. Перед глазами стояло лицо розововолосого. На душе царило спокойствие, и пропало чувство вины за случившиеся. Он так и не понял, сон это был, или наваждение, но кажется ему это было нужно. Солнечный обрёл веру в лучшее, веру в то, что всё теперь будет хорошо.

До ушей доносились споры Минхо и Джисона, а также недовольные возгласы Сынмина на переднем сидении. Похоже Хан хотел сесть за руль, Ли яро отказывался от этой идеи, а Ким раздражённо вздыхал, пытаясь объяснить, что ехать осталось каких-то двадцать минут.

Голова становилась все тяжелее и тяжелее, что Феликс не заметил, как та опустилась на плечо все время молчавшему брюнету. Несмотря не температуру, парень щекой ощутил прохладу кожи. Контраст ударил под дых, вызывая легкие мурашки.

- Ничего, если я полежу вот так? - Полу шёпотом произносит блондин, слегла приподнимая голову, и заглядывая в лицо снайпера.

- Отдыхай. - Севшим голосом отвечает Хёнджин, при сползает в кресле чтобы парню было удобнее, и упираясь коленками в спинку переднего сидения, прочищает горло. Ликс чувствует, как тело Хвана расслабляется, и прикрывает глаза.

Дрема нападает мгновенно, отключая мозг, и отрезая все органы чувств. Остаются только продолжающиеся пререкания на фоне, световые лучи обжигающие колени, и невесомое касание холодной руки, перехватывающие его запястье. Поглаживание костяшек большим пальцем, и опускающаяся в ответ черная макушка. Феликсу хочется ехать хотя бы немного дольше, чем двадцать минут.

***

Парни вернулись домой, и не тратя время на слезливые приветствия двинулись в кабинет главного. Разговор о насущном требовал немедленного обсуждения.

- Отличная работа. - Чан откладывает папку с компроматом в выдвижной ящик стола, и складывая руки на груди, сводит брови. - Ликс?

- Ммм? - Блондин сидит на стуле, пока Дон Шин по всем нормам обрабатывает раны, и накладывает небольшой шов на рассечённую губу. Антисептик неприятно саднит кожу, нос побаливает, и тело бьет мелкой дрожью. Обезболивающее еще не подействовало.

- Я должен извиниться перед тобой. Не нужно было отпускать тебя, я знал, что так будет. - Рейнджер прикрывает глаза, и шмыгает носом. - Если бы я не позволил тебе поехать, ничего этого бы не было. Прости меня.

- Все в порядке, Крис. - Феликс шипит от жжения, и кривит лицо стиснув зубы.

- Я почти закончил. - Врач откладывает хирургическую иглу, и обрезает нить.

- Ты ничего не знал, тем более я сам захотел поехать. Я переживаю за Бункер. У Содэмуна много людей, и пока я был там, видел, что оружия у них тоже не мало. Стоит им только захотеть, и от нас не останется и следа.

- Это так, но теперь у нас есть кое-что, что может с играть против них злую шутку. - Минхо отходит от карты, висящей на стене, и глазами указывает на стол лидера. - Другим сообществам будет интересно на это посмотреть.

- Отложим это на потом. Пока договор с ними приносит нам пользу, нет смысла развязывать войну. Думаю, Намджун скоро свяжется с нами. - Чан оглядывает всех, и устало улыбается. - Спрячем веснушку на какое-то время. У Кима нет прямых доказательств что это мы его забрали. Он не станет устраивать разборки. По крайней мере пока.

- Готово! Шрам, конечно, останется, но небольшой. Приходи ко мне каждый день на обработку и перевязки, если не хочешь занести себе инфекцию. - Мед брат складывает все в свой чемодан, и отпуская небольшой поклон, прощается со всеми до ужина.

- Отдохните ребята, вы хорошо постарались. Феликс, тебе нужно поесть немного. - Крис осматривает ссутулившегося блондина, подмечает впалые щеки, и слегка выпирающие кости в плечах. В его глазах читалось истощение, звездные родинки на лице не горели, но угнетала его не боль, а тяжелая ноша, которую нельзя было скрыть от знающих.

- Все в порядке, я не сильно голоден. Подожду вечера.

- Я прослежу за тем, чтобы он поел. - Хван поднимается с кресла, и подхватывает ничего не понимающего Ли под руку. Настрой был серьезнее некуда, что заставило лидера зародить в себе тепло. Мелководная веснушка был ему не просто старым другом. - Чего уставился?

- Еще своди его в душ, и выдай чистую одежду и обувь. - Рейнджер довольно кивает, и переводит внимание на бумаги на столе. Озвучивать мысли о семье он так и не стал.

- Хёнджин, я могу сам. - Выпаливает смущающийся парень, которого буквально волокут за дверь.

- Такой заботливый, аж противно. - Джисон ведет лицом, и закатывает глаза. Все оставшиеся в кабинете, переводят на него непонимающий взгляд. - Что?

***

[Sufjan Stevens - Mystery of Love]

Блондин лежит на мягкой простыне, рассматривая трещинки на потолке. Те покоились на старой штукатурке, и вили из себя паутину, словно восьминогие. Неровности покрывала белая краска, которая уже давно не белая, а подушку покрывали белые волосы, которые, к слову, тоже уже отнюдь не белые. В углу комнаты тускло горел свет от ночника, и бросал блёклые лучи на каменные стены. Желудок сводило от вечернего приема пищи. Кухарки пожалели парня, и заставили съесть его аж двойную порцию, о чем Ли непременно пожалел. Временное голодание дало о себе знать, вывернутым ужином в унитаз.

Где-то справа было слышно сопение Джисона. Феликс повернул голову, и заприметил смиренную улыбку друга. Кажется, его сон сегодня был спокойнее, чем обычно. Блондин качнул уголками губ, и моргнул глазами. Сегодня была слишком хорошая ночь для того, чтобы просто спать.

Он поднялся с кровати, и натянув на себя растянутую майку, спортивные шорты, и порванные кеды, тихо вышел из спальни, прикрыв за собой дверь. В коридоре было все так же безмятежно. Безмолвие прерывало лишь перебирание шагов, и чей-то слабо доносящийся храп из комнат. Лампочка у лестницы беспокойно моргала, и придавала этому месту особую атмосферу.

Ли, осторожно ступая, спустился на второй этаж. В комнате отдыха никого не было, и свет горел лишь с кабинета техниха. Чанбин над чем-то корпел, о чем давали знать недовольные высказывания, и еле слышные усмешки Сынмина. Блондин улыбнулся сам себе, и развернулся на пятках. Желание встречаться с друзьями не было, сейчас его тянуло совсем в другое место, и он сам не понимал почему. Или понимал, но не хотел признавать.

Ноги вели ниже. Пройдя мимо складов, оружейной, и прачечной, парень вышел к слабо освещенной платформе, для состязаний по боксу. Феликс не удивился, когда встретил здесь брюнета. Он будто то бы наперед знал, что снайпер окажется именно тут.

[Chris Grey - Let the world burn (sped up)]

- Когда ринг успел стать нашим негласным местом для ночных встреч? - Хёнджин облокотился на канаты, и стер капли пота со лба висящим рядом полотенцем. Его смоляные волосы облепили мокрые вески, дыхание было обрывистым, от чего у Ли образовалось тягучие чувство внизу живота. 

- В ночь моего бунтарства, кажется? - Блондин обвел взглядом разгорячённое тело брюнета, и почесал загорелый нос.

- Ночь бунтарства. - Хван прыснул в кулак, и покачал головой. - Так ты это называешь?

Он махнул солнечному рукой, подзывая к себе. Его карие глаза искрились заинтригованностью, а улыбка резала по сердцу, оставляя после себя додумывать происходящее.

Феликс перелез через резиновые веревки, вставая напротив парня. Ноги сводило в области колен.

- Потренируйся со мной. Рукопашный. - Хёнджин встает в стойку, и призывает Ли сделать то же самое. - Бей первый.

- А ты? - Солнечный заносит правую руку для удара, но снайпер уворачивается, и замахивается в ответ. Кулак пролетает над ухом, и парень понимает, что еле успел увести лицо. - Как ты это называешь?

- Не знаю, свидание? - Узел в животе перетягивается туже, от чего блондина буквально ведет. - Попробуй левой. Твой протез дает тебе большие преимущества.

Феликс переставляет ноги на левую сторону, и ставит бионическую руку ведущей. Мозг старается стремительно перестроиться, непривычно.

- Это было не свидание. - Он нападает на снайпера, но парень оказывается быстрее, перехватывая кулак ладонью, и заводит его за спину блондина.

Дыхание в область шеи стремительно обожгло, глаза забегали по пространству, и Ликс ощутил спиной чужую грудь, вплотную прижимающую к себе. Хван держит его в заломе, не сильно, но и без возможности выбраться. А выбираться вовсе и не хочется.

- Почему ты бегаешь от меня? Чего боишься? - Шёпот настигает как ливень в ясный день, как снег в мае, и как пух липы посреди ноября.

- Я не боюсь. - Блондин сглатывает слюну, и прерывисто выдыхает. Кожей чувствует, как Хёнджин упирается носом в загривок, и ослабляет хватку.

- Я не твой друг Феликс, я не умру. - В этот момент солнечному захотелось взорваться. Слова вскрывали вены, пробирались в глубины сердца. Он не злился, нет. Он буквально погибал, плавая в море нераскрытых чувств. - Послушай, я хочу сказать, что...

- Открылся. - Блондин резко вытаскивает руки, хватая брюнета за запястье. Нога стремительно заходит под колено снайпера, и Ли перекидывает растерянного Хвана через плечо, заваливая того на мягкий пол ринга. Глаза сталкиваются, тяжелые вздохи разносятся по помещению, и ощущение что в голове взрываются снаряды. - Ты прав Хёнджин, ты не мой друг, ведь к друзьям подобного не испытывают.

Феликс улыбается одним уголком губ, и оставляя парня одного, вылазит с площадки.

- Спасибо за тренировку, и да, прежде чем называть что-то свиданием, нужно сначала пригласить. Хороших тебе снов. - Отсалютовав рукой, солнечный уходит прочь, даже не обернувшись.

А Хван так и продолжил лежать, глупо смотря в потолок технического зала. Мысли путались, связывались и развязывались. В груди что-то ритмично стучало, в щеки ударил жар. Брюнет прикрывает ладонью глаза, и усмехается. Он проиграл.

- Чертовски хорош...

***

Автомобиль въезжает на территорию старой тюрьмы, освещая темный двор фарами. За забором столпились пара кучек ходячих, хватающиеся кровавыми пальцами за решетку, и издавая гортанные рыки. Несколько человек бросились их разгонять, что бы те не повалили изгородь под собственным весом.

Ким вылазит из машины, а следом за ним и его правая рука Юнги. Лидер разминает затекшие ноги, и сверяет серьезным взглядом напуганных подчиненных. Внутри разливается подходящая к горлу ярость.

- Что? – Люди отводят глаза в землю, не желая сталкиваться с гневом и отсутствием самоконтроля. – Говорите уже!

- Сэр, в ваше отсутствие кое-что произошло.

- Хосок, не тяни кота за яйца, рассказывай. – Мятноволосый цыкнул, и уперся руками в бока.

- Прошлой ночью неизвестные проникли в Содэмун, и выкрали отчеты ищеек с вашего кабинета. Двое были в масках, лиц никто не видел. Как они скрылись, и в какую сторону тоже никто не знает. – Голос Чона был ровный, без капли страха. Намджун уважал его за то, что тот без колебаний подчинялся, и за то, что не боялся. Он был уверен в себе, что не могло не радовать. 

- Сукины дети. – Ким устало прикрыл глаза, и поднял лицо к небу.

- Есть еще кое-что...

Лидер удивленно посмотрел на парня, чей взгляд был без толики эмоций.

- Они забрали с собой заключенного с подвала.

Юнги выпучил глаза, и схватился руками за голову. Истеричный смех разразился на всю территорию.

- Да это же по любому люди с Бункера, кому он еще сдался? Сэр, нужно немедленно ехать к ним, они вообще страх потеряли!

- Помолчи. – Намджун бросил злостный взор на парня, от чего тот замялся.

- Но...

- Сэр, спешу напомнить, что у нас нет не одного доказательства, что это были Бункер. Если сейчас развяжется спор, между нами, о сотрудничестве с другими общинами можно будет забыть. А еще тот факт, что у них есть на нас компромат.

- Без вас знаю. Блять! – Главный сплюнул на землю, и уставился в отражение окна авто. – Зря они это начали. Очень зря. Совсем скоро крысиная нора падет, и тогда меня ничего не остановит.

***

[конец солнечных дней - счастье, что хочу найти]

Музыка приятно сливалась со смехом людей, гоготом, и тихими разговорами за столом. Чоканье бокалов, биение столовых приборов о посуду, все напоминала о прошлом времени. Бункер сегодня праздновал. 

Крис решил устроить небольшой отдых для поселения, и отметить то, что их семья пополнилась на два человека. Радостные возгласы ласкали уши, улыбки - глаза. Ощущение дома теснилось где-то внутри. 

Феликс сидел в углу столовой, осматривая всех собравшихся. Сынмин о чем-то перешептывался с изрядно подпитым Чониным, который старательно изображал трезвенника. Минхо с Джисоном зажимали друг друга за столом, думая, что никто этого не замечает. Чанбин бегал от компании к компании, приклеивая всем нео-липучки, и довольно улыбаясь. Крис пытался общаться со всеми, но по лицу было видно, что он разрывается, и испытывает жуткую неловкость. Много кого Ли не знал, но их восторг от происходящего не мог не радовать. 

Блондин делает очередной глоток красного вина, в надежде что Дон Шин не увидит, как тот распивает алкоголь, и встречается глазами с человеком, от которого пьянеешь сильнее любого градуса. Хёнджин сидит в противоположном углу, и сверлит взглядом солнечного, бесстыдно, и без зазрения совести. Феликс вступает в очередной бой переглядывания, и сдаваться не намерен. Он облокачивается спиной на спинку деревянной лавочки, и приподнимая подбородок, глядит на парня из-под высветленных солнцем ресниц. Хван смеется сам себе, одобрительно машет головой, и улыбается. Улыбается так что у Ли кончики пальцев немеют, мышцы сводит, и хочется разлиться лужей. Взор снайпера затуманенный, игривый, и, если бы не вино, Феликс бы определенно сказал, что таким взглядом можно только раздевать. Уголки губ сами тянуться вверх.

Чан выходит в центр помещения, и несколько раз бьет вилкой по фужеру, обращая на себя внимание. Кто-то выкручивает рулетку магнитофона на минимум, и лидер обращается к своим людям.

- Спасибо всем тем, кто сегодня здесь собрался. Мы решили немного отдохнуть, чтобы отметить вступление в Бункер двух прекрасных людей. - Он находит взглядом Хана и Ликса, после чего продолжает. - Я ни раз говорил, что являться лидером для меня это нечто большее, чем раздавать приказы, и следить за всем, держа все под контролем. Быть лидером, это собрать свою семью подле себя, и защищать. Воспитывать в них дух победителей, вести за собой, и помогать. Так вот, вы моя семья. Каждый из вас. Не было бы вас, не было бы Бункера. Бункер, это не наш дом, не подземные коридоры, и эта столовая, ни спальни. Бункер - это и есть вы. Это все мы, и то, что нас объединяет. Давайте будем ценить друг друга, и уважать. В нынешней ситуации поддержка очень важна.  Мы должны быть рядом с друг другом. Еще раз спасибо вам всем, я правда вам благодарен. - Жители повставали со своих мест, и начали громко аплодировать Крису, который смущенно засмеялся, махая рукой. - Спасибо, спасибо! Напоминаю, что не пьющие через три часа должны сменить охранников на посте! - И хлопнув в ладоши, опрокинул в себя остатки красного полусладкого, под хлопанье и улюлюканье ребят. 

Феликс мирно улыбался, и проводив взглядом Чана, вернул взор на место, где ранее сидел снайпер. От того и след простыл. Блондин от чего-то расстроился, вылез из-за стола, и пошатываясь понял, что пора идти отдыхать. Алкоголь неплохо ударил в голову, образовывая пелену перед глазами.

Аккуратно дойдя до компании, в которой сидели Джисон и Минхо, выдал что-то по типу, - Да засоситесь вы уже. - И не оборачиваясь, двинулся в сторону лестницы.

  Преодолев, как ему показалось огромное количество ступеней, он, немного качаясь дошел до двери своей спальни.

- Почему так темно?

В коридоре и правда почти не было света. Горела лишь та самая лампочка у лестницы, периодически моргая.

- Чанбин по пьяне вырубил электричество у всего спального блока, и не помнит, как включить. – Ли оборачивается, и видит лишь тлеющий кончик сигареты в нескольких метрах. Темнота режет зрение, но сознание само дорисовывает образ.

- Я думал ты спишь. – Он улыбается, и облокачивается спиной о металлический косяк, заводя руки за спину. В нос ударяет запах табака, голову приятно кружит, а мысли витают лишь вокруг одной персоны.

- А я думал, ты хочешь, что бы я пригласил тебя на свидание. – Хван медленно поднимается с пола, тушит бычок о стену, закидывает его в порванную пачку, и убирая ее в задний карман джинс, медленно подходит к парню.

Руки сами находят поверхность за головой солнечного, и упираясь, снайпер нависает над поглощающим его взглядом парнем. Холодный кончик носа обводит линией веснушчатую щеку, опаляя горячим дыханием кожу, и Феликс теряется в контрастных ощущениях, задыхаясь. Внезапно хочется больше, ближе, крепче. Челюсть сводит, внутри все мечется, плещется. Прятаться отныне не нужно. Он посылает все к черту, чуть поворачивает лицо, и отвечает:

- Так пригласи.

Губы находят чужие губы.