Маша
Выпускной. Самый долгожданный праздник в жизни каждого подростка. Ведь именно этот знаменательный день подтверждает конец самого страшного ужаса под названием школа. Но, пожалуй, самое приятное в этом дне - его завершение, когда подростки собираются с друзьями и опустошают одну за другой бутылки шампанского или дешевого пива, а то и все вместе.
Маша не исключение. Она собирается провести это время со своей лучшей подругой Аней и парнем Кирой. Родители девушки как раз уехали на дачу, но, к сожалению, оставили придурка брата. Брата этого звали Гриша, и они с сестрой близнецы. Оба среднего роста, у обоих черные волосы и карие глаза. Они были очень похожи внешне, но кардинально отличались по характеру. Если Маша была яркой, энергичной и веселой, но немного глуповатой, порой, сначала делает, а потом уже думает, то Гриша мрачный, серый, тихий, он пугал своими неожиданными появлениями и вечными синяками под глазами, парень посещал клуб шахматистов и носил большие очки в роговой оправе черного цвета. Близнецы не особо ладили друг с другом.
День прошел, наступил вечер и гости пришли. Маша бросилась к входной двери, а Гриша подпирал стену в коридоре. Сначала показалась Аня с её ярко-розовыми длинными волосами, девушка бросилась обнимать подругу, следом за ней зашел Кира и закрыл за собой дверь. Его, вообще-то, звали Кирилл, но все называли его Кира и даже не помнили, почему и когда это началось. Парень был выше среднего, его рыжие волосы слегка вились, а в ореховых глазах плясали задорные огоньки, когда он улыбался, на его пухлых щечках выступали ямочки, юноша напоминал солнечного зайчика. Рядом с ним у Маши учащалось сердцебиение и ей казалось, что она вот-вот взлетит. Подростки вытащили весь свой запас алкоголя (родительский не трогали), включили музыку и вкусили мимолетное чувство свободы.
Вообще-то, Маша много не пьет, но что ей будет от одного бокальчика... или чашечки... или кружечки... или бутылочки... или кастрюльки... или тазика шампанского? Верно, ничего. Так думала девушка до того, как внезапно проснулась, поняв, что мало чего помнит. Она понятия не имела, как давно вырубилась и сколько сейчас вообще времени. Солнце еще не появилось, но небо уже светлело. Голова Маши раскалывалась, а во рту будто паутина скопилась, девушке срочно надо было попить. Еле встав, она кое-как, шатаясь, вышла из комнаты и тут же остановилась в недоумении - из спальни её брата доносились слабенькие стоны. Маша все еще не пришла в себя и никак не могла понять, чей же это голос, поэтому подошла к двери и тихонечко её приоткрыла, заглядывая в спальню. Увиденная картина привела девушку в ужас: Гриша занимался сексом с Кирой. Её брат с её парнем! Их движения... такие плавные и равномерные, будто парни танцевали, а не совершали блудное грехопадение. Смотря на то, как Кира перебирал волосы Гриши, как легонько шкрябал ногтями по его спине, какие сладкие стоны выплывали из чуть приоткрытого ротика, как были прикрыты, все время норовящие закрыться, глаза, с какой нежностью он произносил имя Гриши, как заботливо парни смотрели друг на друга, и как чувственны были их поцелуи, можно было предположить, что они либо очень пьяные, либо это был не первый раз. Не успела Маша что-либо сделать или сказать, как кто-то схватил её за талию и потянул из комнаты, бесшумно закрывая дверь. Одна рука неизвестного скользнула в её трусики и начала массировать половые губы, а другая, та, что была на талии, юркнула под футболку, вытянулась вверх и схватила за грудь.
- Тсс, не стоит мешать голубкам, - тихий шепот пролетел прямо у Машиного уха.
Это была Аня, девушка стояла вплотную к спине подруги. Её, спутавшиеся после сна, розовые волосы падали на плечо Маши. Девушка была высокой и очень худой (когда-то хотела похудеть до анорексии, но её вовремя переубедили). Её глаза голубого цвета, под пухлыми маленькими губками красовались два пирсинга, а уши полностью исколоты, вокруг шеи оплеталась татуировка. Говорила девушка всегда медленно и с хрипцой, будто ей это тяжело дается, а глаза немного щурила, и создавалось впечатление, что она вечно накуренная. Маша знала об увлечении подруги девушками, но не воспринимала это, как угрозу дружбе, ведь Аня к ней никогда не лезла. По идее, девушка должна сейчас злиться, кричать, махать руками и ногами, рыдать во все горло, но она не чувствовала ничего. Вообще ничего. В её душе будто что-то оборвалось. Наверно, это все алкоголь. Маша не заметила, как подруга перестала её лапать, а вместо этого взяла за руку и повела обратно в девичью комнату, где девушки легли на кровать и Аня начала целовать и ласкать желанное тело. Но машины мысли были далеко не здесь. Девушка вспоминала те поцелуи и объятия, те красивые слова и взгляды, которыми «влюбленные» одаривали друг друга. Она-то думала, что их отношения продолжатся и после выпуска, что они, возможно, даже поженятся, а теперь её парень стонет под её братом. Неужели всё это было только притворством, лишь прикрытием, игрой Киры? Может, не все потеряно? Маша не чувствовала прикосновения подруги, не заметила, как обе оказались голыми. Она просто закрыла глаза и позволила делать с ней все, что угодно.
Наверно, это все алкоголь.
Маша резко открыла глаза, как если бы её вытолкнули из тьмы, в которую та была погружена. Девушка посмотрела в окно и сощурилась от яркого света. Летнее солнце уже вовсю светило и жарило.
- Я же хотела попить, - хриплые слова слабо выползли из, окаменевшего от засухи, рта.
- Ну ты бревно! Мало того, что вообще не принимала участие, так еще и уснула почти в самом начале, - воскликнула Аня, - Вода на тумбочке стоит.
Бурчащая неформалка повернулась спиной к подруге. Маша с жадностью прильнула к стакану с вкуснейшей водой. Допив, девушка кинулась к двери и полетела искать мальчишек, которые сидели за кухонным столом и со спокойным видом играли в... шахматы?
- Ты уверен? - Гриша поднял бровь, смотря на Киру, и поправил очки.
- Ар-р, был, пока ты не спросил, - взорвался юноша.
- Ну, ты так-то... - он не успел договорить, как его перебили.
- Эй, гроссмейстеры, - к парням подлетел разъяренный ураган под названием Маша. Гриша поднял голову и со спокойным выражением лица посмотрел на сестру. Кира что-то пробурчал, не отрывая взгляда от доски и держа шахматную фигуру в руке. Маша фыркнула, - Можно было и обратить свое внимание на такую красивую меня, Кира, - имя она произнесла другой интонацией, но парень лишь глотнул чай из Гришиной кружки.
- Красивую? Та же пижама, в которой ты нас застукала утром, - бесстрастно ответил её брат. Чай оказался на доске, - Черти тебя на листке бумаги А4 в клеточку, Кира! Что ты творишь?
- Я... кхр-рхк... - Гриша подскочил к подавившемуся парню и сильно хлопнул по спине, отчего Кира чуть не задохнулся. Он сделал шумный, глубокий вдох и снова закашлял.
- Я понимаю, что вы, парни, были в жопу пьяны, поэтому, когда ты извинишься, мы продолжим наши отношения, как будто ничего не было, - великодушно произнесла Маша.
- С чего бы ему это делать? - Гриша продолжал похлопывать парня по спине, но уже легче.
- Н-но мы ведь встречаемся! - Взорвалась девушка.
- Нет, дорогуша, это мы встречаемся. Просто ты так цеплялась к нему, что он просто сдался. Но каждый раз, слышишь,каждый, когда вы возвращались со свиданий, он целовал меня так чувственно и страстно, он отдавался мне полностью, позволял делать с ним все, что захочу. Вы ведь не шли дальше невинных поцелуев, верно? - Юноша ухмыльнулся, глядя в глаза сестре.
Маша залилась краской. Она не верила своим ушам. Её глаза бегали в разные стороны, а слезы стояли комком в горле и уже наливались в глаза. Девушка кинулась в коридор, нацепила первые попавшие сланцы и выбежала из квартиры прям в том, в чем была: в футболке и пижамных шортах, которые нацепила на неё Аня, пока та спала. Даже лифчик не надела, но Маше было уже все равно. В этот момент она никого и ничего не видела. Ей хотелось лишь убежать куда-нибудь подальше, забиться в темный, сырой угол и долго-долго плакать, что есть мочи.