33.
*новый день*
Тай:
Такое солнечное утро. Наконец-то мы дома. Там, где по-настоящему уютно. Там, где мы вместе и мы защищены. Мы обнимаемся во сне. Я сонно трусь носиком об шейку голубоволосого. Он всегда мягкий и уютный.
Фу. Почему так гадко и липко? Я..я что..во сне..?!
Мгновение и я шумно, будто бы меня согнали под угрозой, убегаю в ванную. Может быть, я случайно толкнул Дана. Черт, я надеюсь, он не проснется.
Громкий всхлип вырывается из меня, когда я на своей мягкой пижамке вижу грязные белые пятна.
Ненавижу себя. Я превращаюсь в грязного кота. Не таким меня любил и видел мой Джошик. Я..я хочу оставаться маленьким невинным котёнком. Я должен. Фу. Боже, какой я..я ужасный. Слезы катятся по щекам. Ненавижу себя. Невижу, ненавижу. Ненавижу!
Глотаю соленые капельки. Только проснувшийся Дан обнимает меня. Хотя я не достоин. Я не заслуживаю его. Я не стою даже венки Джоша.
- Котёнок, что случилось? - я в ответ сильнее заливаюсь слезами. Я не должен прикасаться к нему. Нельзя. Я слишком мерзкий.
- Н-не трогай меня, - тихо шиплю я, стараясь вырваться из рук голубоволосого.
- Тшш..Тай, ты можешь мне доверять. Я всё пойму, - тёплые руки заботливо вытирают с меня слезинки, но я пытаюсь увернуться. Почему Джош делает это для меня? Я не достоин этого. Совсем. Он видел меня его маленьким беззащитным котёнком. А я что? Я - сплошное разочарование.
- Отпусти меня, - я шиплю, чтобы отогнать Дана от себя. Но он лишь размеренно дышит, оглядывая меня с ног до кончиков пальцев:
- Ох, котёнок..
- Не называй меня так! Прекрати, - я пытаюсь вырваться, но Дан сильнее и он крепко держит меня в своих руках.
- Тай..малыш, всё в порядке, слышишь? - голубоволосый вновь вытирает дорожки слез с щек, - Ты растёшь и так бывает.
- Прекрати! Прекрати успокаивать меня! - я чуть ли не срываюсь на крик, дергаясь, чтобы вылезти из рук голубоволосого.
- Тай, солнышко. Давай так. Ты сейчас пойдешь в душ, а потом мы с тобой поговорим.
- Я мерзкий, да? - это должно было прозвучать как вопрос, но стало четким утверждением.
- Нет, глупенький. Ты мой самый милый котёнок. Моя принцесса. Ты никогда не будешь мне противен.
Я тихонько всхлипываю. Джош такой светлый. Такой идеальный. А я..я..
Я стыдливо рыдаю, а Дан бережно прижимает меня к себе. Я не буду очернять это солнышко своими прикосновениями и слезами. Не буду. Небудунебудунебуду. Нет!
- Зайка, я принесу тебе чистую одежду. Ты справишься? - я беззвучно киваю. Джош целует меня в нос и наконец-то выпускает из рук.
Дверь закрывается и я маленьким комочком сползаю по стене. Подо мной холодная плитка, на которой я сижу, рыдая. Я всё только испортил. Еще и голос на Джоша повысил. Что я за идиот такой?! Ненавижу! Убейте меня, пожалуйста. Интересно, у Дана есть лезвия?
Я издаю истерический смешок. Конечно, я не стану убивать себя. Наверное. Просто не хочу ломать жизнь Джошу из-за себя.
Я заставляю свою грязную тушу влезть в ванную и воспользоваться чудом водопровода. Может быть, попытаться утонуть? Стоять. Тебе пока что нельзя умирать, Тайлер. Не-льзя. Или льзя. Я не знаю.
Слезы смешиваются с холодной водой. Я бессмысленно втыкаю взглядом в стену, по которой текут капельки. Кожа покрыта мурашками, потому что я даже не пытался сделать жидкость на теле теплой. Мне достаточно горячих слез на щеках.
Слышится стук в дверь, но я не шевелюсь. А зачем? Джош ведь прекрасно знает, что ему можно все. Я чувствую почти горячую руку на плече.
- Ты сдурел?! Заболеешь ведь, - голубоволосый заботливо выключает воду и, наверное, я всхлипываю, - солнышко, я тебя не брошу, но ты ведь хочешь поцелуев? Мы не сможем целовать друг друга, пока кто-то болеет, понимаешь?
- Угу, - Дан целует меня в лоб, но я все еще не касаюсь его.
Теперь я тоже не удосуживаюсь убрать с себя холодные капельки, потому просто натягиваю на себя одежду. Я стараюсь проскользнуть мимо Дана, но он не дает.
- Тай, что на тебя нашло? - Джош слишком беспокоится и слишком нежно касается меня. Я дергаюсь и выскальзываю из его расслабленных рук, убегая в спальню.
Я безысходно прячусь в уголке, обнимая колени и рыдая. Голубоволосый тихо подступает ко мне, чтобы не спугнуть. Наверное, в его глазах я остаюсь котёнком, который шипит и не подпускает к себе. Я слышу его шаги и отпугивающе шиплю:
- Не подходи ко мне.
Джош понимающе устраивается напротив меня и я лишь сильнее поджимаю конечности к себе, чтобы не очернять Дана.
- Солнышко, пойми..
- Прекрати. Хватит. Мой тупой мозг ничего не поймет. Уйди.
- Ты возненавидишь себя за твою физиологию? - я молчу, глотая слёзы, которые уже скатываются по шее.
Голубоволосый тянется ко мне, чтобы обнять, но я вновь убегаю, шипя "не прикасайся ко мне"
Джош:
Чёткий, обречённый приказ. Я остаюсь один. Об стены ещё разбиваются слова младшего, что слезливо вылетали в мой адрес.
Оглядываюсь вокруг, утупляю взгляд на расправленной и теперь уже чистой кроватке. Простынь я уже кинул в стирку, как и вещи младшего.
Вздох.
Я не могу поверить.
Я слышал сквозь сон, как он скулил и стонал, чувствовал горячий шёпот и мольбы, слышал, как он ворочился, но я думал, что мне сниться, а мой мальчик на самом деле страдал..
Я хочу помочь ему, хочу донести до него то, что это совершенно нормально. Моему мальчику всего 14, он растёт, и такое явление, как поллюция, абсолютно нормально. И я был прав, ему слишком много за 5 дней и из-за этого возник неприятный симптом. Но, это совершенно нормально.
Вскакиваю с холодного пола и аккуратно брожу по дому, в поисках каштановолосого. Такое ощущение, что мы играем в прятки. Но игра оборачивается обречённой реальностью и уже 10 минут я тихо хожу в пустую.
Я начинаю волноваться. Выхожу из дома и всматриваюсь в пустую улицу сквозь туман на солнечном свету.
- Тай! - зову его, но лишь эхо мне отвечает. Обхожу кругом дом и вслушиваюсь в каждый шорох. И, только оказавшись возле окна спальни, я слышу падение чего-то тяжёлого.
- Тай?! - я подрываюсь с заднего двора и вбегаю в дом, несясь в домашних штанах и футболке наверх.
- Солнышко! - беспокоюсь я не видя младшего в комнате. Ну почему он так боиться?
Следую из спальни по второму этажу и замечаю приоткрытую дверь в ванну, где горит свет.
Осторожно приоткрываю дверь и моя челюсть просто отпадает.
Тайлер сидит на плитке на своих ножках, и держит в руках мою бритву. Его глаза словно затуманены. Горячие слёзы льются по щекам, скатываясь по шее, а руки, что держат металл трясутся. Он держит её к себе лицевой стороной на расстоянии и вглядывается в пугающие холодные лезвия.
- Мать твою, Тайлер! - ругаюсь и подлетают к нему, вырывая бритву из рук и треся его за плечи. - Тайлер, очнись! Тай, солнышко! - я срываюсь на крик не получая реакции от него.
Он часто моргает и поднимает на меня слезливые глазоньки.
- Н-не трогай меня.. - чем-то эта ситуация напоминает мне наше внезапное знакомство на улице в тот дождливый день. Он тогда был таким же. Потерянный, растроенный, слезливый..
Мне искренне жаль его и я пытаюсь спрятать бритву куда подальше.
- Солнышко моё..
- Не надо. - предупреждает он, глотая слёзы.
- Тай..
- Не надо! Прошу, не надо! - шипит он и затыкает уши холодными руками, садясь по-турецки. - Заткнись! Заткнисьзаткнисьзаткнись!!! - он горько плачет, хватая пересохшим ртом воздух и раскачивается из стороны в сторону, отползая от меня к противоположной стене.
Я приближаюсь к нему. Я не намерен исполнять его просьбы, ведь в них нет смысла. Я аккуратно устраиваюсь перед ним.
- Почему ты плачешь? - простой вопрос на который не просто ответить.
Он поднимает на меня глазки, трёт их, и вытягивая ко мне шею, начинает тараторить:
- Ненавижу себя. Я-я грязный.. Я не достоин тебя, Джош..
- Ты ненавидешь себя из-за того, что случилось?
В ответ лишь потерянный кивок.
Я вздыхаю, подползая ещё ближе.
- Но ты понимаешь, что это глупо? - он лишь смотрит на меня и всхлипывает.
Тяну к нему руку, но он лишь вжимается в стену и я стараюсь быстрее отступить.
- Тай, тебе четырнадцать, помнишь? Это совершенно нормально, ты же растёшь. Я тоже проходил через это и научился с этим жить. Это нормально, и это часть взросления, солнышко, слышишь?
Каштановолосый хнычет и поджимает под себя ножки. Его грудь содрагается, как и спинка, от частых рыданий. Глаза блестят, словно огоньки, что отражаются во влаге озера. А алые щёчки, как зола и пепел, что раскалены, но не горят.
Встаю с пола и протягиваю ему руку.
Он сам встаёт и вновь убегает со слезами в спальню, а я лишь вздыхаю. Что же с ним?
Вновь следую за ним, а Тай сидит в углу у шкафа. Он вновь обнимает одиноко себя. Я вздыхаю, достаю свою белую худи с которой столько связанно и укрываю ей младшего.
- Я не могу не касаться тебя.. Но я могу слушаться тебя и помочь. Я знаю, как помочь. Просто поверь мне..
- Н-не надо.. - скулит он, пряча от меня взгляд и сжимая в кулачках рукава худи.
- Я всегда рядом.. Я всегда люблю тебя..
- Я з-знаю.. - он поднимает на меня глаза. Наконец он смотрит на меня.
- Нет, я люблю тебя.
- Я знаю.. - его голос дрожит, но я знаю, что делаю.
- Я люблю тебя.
- Я знаю.
- Я. люблю. тебя.
- Джош, не надо.. - всё, отступать нельзя.
- Я люблю тебя!
- Не надо! - он резко поднимается с места и подходит ко мне.
- Я всегда люблю тебя!
- Джош! - он срывается на крик начинает жестикулировать сквозь едкие слёзы.
- Я люблю тебя! Тай, я люблю тебя! Люблю! Люблю! Я люблю тебя! - кричу я и бросаюсь обнимать младшего. - Я люблю тебя, мой котёнок! Я люблю тебя, всегда и любым люблю тебя! Я очень-очень люблю тебя!
- Ох, Джош!.. - он громко рыдает, моча мою футболку слезами, но мне приятно и я трепетно глажу содрогающеюся спинку, надеясь на разговор и моля Бога лишь беречь наши грешные души..
Тай:
Джош..такой невообразимо светлый..и для меня. А я..я..черт, я просто самый ужасный парень, который может существовать. Не таким меня любил Джош. Не таким! Я должен оставаться его маленькой милой принцессой. Во что я превратился?!
Я ощущаю как кончиками пальцев Дан стирает мои слезинки. У меня уже даже нет сил отогнать его от себя, и я лишь тихо всхлипываю, уводя взгляд.
Джош обреченно выдыхает, устраиваясь сбоку от меня. Я не хочу очернять его собой. Не хочу ранить тем, что заставляю уйти. Я просто хочу вернуть все назад и исправить это. Я хочу оставаться милым крохотным джошевским котёнком.
Я сам не замечаю как кладу голову на плечо и совсем выпускаю из виду то, что старший обнимает меня за плечи, чуть прижимая к себе. Я утыкаюсь ему в плечо, всхлипывая.
Почему?! Почему он все еще рядом со мной?! Почему Дан лишь мирно дышит, продолжая обнимать меня?!
Мой взгляд цепляется за ту самую восковую розочку, которую голубоволосый как-то сделал.
- Я хотел сохранить её. Хотел никогда не поджигать ее. Чтобы ее хрупкие лепестки, которые были сделаны прекрасными руками, навсегда остались целыми. Я сохранил розу, но разрушил нечто гараздо большее. И ничего уже не могу вернуть, - кажется, я шептал это в плечо Джоша, всхлипнув.
Я с одной стороны чувствую кончики пальцев, которые ласково проводят по виску, с другой стороны - мягкие губы. Часто моргаю, убирая слезы.
- Зайка, я хочу, чтобы ты знал. Я всегда люблю тебя. Всегда. Каким бы ты ни был и что бы не случилось.
- Почему ты делаешь это? - потерянно спрашиваю я, наконец-то подняв взгляд в теплые глаза голубоволосого, - почему, Джош? С самой первой минуты нашей встречи. Почему ты терпишь меня? - я сжимаю краешки наброшенного на меня белого худи, чувствуя капающие на плечо Дану слезы.
- Потому что любимых людей не терпят, солнышко, - старший все еще не решается пойти дальше, чем то, что есть сейчас. Я сломал нас. Я ненавижу себя. Ненавижу каждую чертову клеточку. Рвано выдыхаю, всхлипнув, - помнишь, тот рисунок, который ты оставил в наше самое первое утро? Помнишь, надпись под ним? Зайка, ты смог. Я верю в то, что ты любишь меня. И теперь моя задача - заставить верить в то, что ты любим.
- Я верю, Джош. Верю, правда. Ты любишь меня, я знаю это. Но я ненавижу себя, понимаешь? Я не такой, каким ты меня видел, - я потерянно прикрываю веки, сжавшись в комочек, который голубоволосый все ещё защитно прижимает к себе.
- Говори всё, что хочешь. Я люблю тебя, - тепло, чуть ли не мурлычет Джош, - ты не должен ненавидеть себя за свою физиологию. Черт, раз уж на то пошло, ты можешь ненавидеть меня, ведь это я организовал тебе три раза за пять дней, и из-за меня у тебя была перегрузка.
- Нет. Я не могу и не буду этого делать. Прекрати. Ты - самый светлый лучик здесь.
- Давай, мы забудем обо всем этом? - я отрицательно киваю. Я не могу забыть. Не могу снова полюбить себя. Я мерзкий. Ужасно мерзкий, - чего ты хочешь? - ласково спрашивает Дан.
- Хочу вернуться назад. Хочу остаться твоим невинным маленьким котёнком. Но у меня нет машины времени, поэтому давай просто обойдемся суицидом? - бормочу я и издаю истерический смешок.
- Ты глупый. Мы оба прекрасно знаем, что должны жить ради друг друга. А еще оба знаем о том, что ты - мой маленький милый котёнок, - голубоволосый осторожно целует меня в лоб, вытирая слезинки, - зайка, просто пойми, что это нормально. Понимаешь, ты взрослеешь, и твой организм меняется. Так бывает. И..
- Прекрати. Хватит говорить об этом.
- Погоди. Последнее. Просто чтобы ты понял, что было. Это и со мной случается. А теперь хорошенько подумай и скажи, любишь ли ты меня меньше, зная об этом.
Повисла тишина. Я обнимаю руку Джоша, осмысливая сказанное.
А что, собственно, смыслить? Это глупый вопрос. Очень-очень глупый. Я не знаю, что должно случиться, чтобы я меньше любил своего енотика.
- Нет. Я не буду любить тебя меньше, - шепчу я и вновь тишина.
- И знаешь, я тоже не стану, - твердо говорит Джош.
Наши взгляды утуплены в стену. Мы просто шепотом рвем тишину какими-то словами.
Меня вправду чуть-чуть отпустило, и отпускает дальше с каждым всхлипом. Наверное, я слишком сжимаю руку Джоша, боясь, что он уйдет и бросит меня, даже не смотря на то, как защитно и собственнически голубоволосый прижимает меня к себе, все еще обнимая за плечи.
Джош - мой енотик. Он такой милый и сейчас изо всех сил покрывает меня своей любовью, чтобы заставить меня хоть немного улыбнуться. Но я слишком противен себе. Просто ненавижу. Фу.
Мы слышим звук открытия двери снизу. Переглядываемся. Дан целует меня в лоб, выпуская из объятий, шепнув:
- Жди здесь, - он намеревается уйти, но я не даю, хватая его за руки:
- Пожалуйста, Джош. Я не хочу, чтобы ты уходил, - наверное, я сейчас ничтожно жалкий. И вообще, почему я возомнил, что могу удерживать его?
- Котёнок, я обязательно вернусь.
Я податливо отпускаю голубоволосого и теперь смотрю в его спину, оставаясь с мыслями и слезами.
Джош:
- Так, нужно побыстрее всё подготовить. Сколько время?.. - я слышу родной голос и спускаюсь по лестнице, замечая девушку в сером пальто, стоящую ко мне спиной, вглядываясь в кухонные принадлежности над плитой.
- Эш? - зову её я и она подпрыгивает от неожиданности:
- АААААААААААААА!!! УЙДИ, ИЗЫДИ!!! АХ ТЫ ДРЯНЬ!!! ВОН ИЗ ДОМА!!! - она набрасывается на меня, начиная мутузить меня своими кулаками и пакетами.
- Хэй, Эшли, успокойся, это я! - верещу я, падая на пол под её напором.
- Джош?! - видимо, от шума младший испугался и бросился вниз, ко мне. Он будто ожил и вновь пришёл в себя.
- Джош! - теперь сестра резко перестаёт меня бить и зацеловывает, а потом выдаёт лёгкую пощёчину, шипя, - Я же обещала, что тебе достанется за укусы Тая!
Но я лишь смеюсь, не чувствуя боли, и моментально подлетают к младшему, тепло обнимая его со спины, чем наконец вызываю улыбку. Ту любимую, солнечную, кривозубо-жемчужную улыбочку.
Пока я заваривал чай, а Эшли пыталась построить диалог с младшим, который грустно обнимал мою спину, прошло наверное минут десять, но я не сдаюсь. Усаживаю на себя моего мальчика и заставляю поесть, ведь мы совсем не завтракали. Я заботливо кормлю его тортиком, что принесла сестрёнка, а он увлечённо слушает рассказы о нашем путешествии, но сам ничего не добавляет.
- Ох, Тайлер, я так рада, что сама мисс Мэллоун оценила твою красоту! Я горжусь вами! - сестра радостно обнимает нас, тенясь через весь стол.
Тайлер жмётся ко мне, но поддаётся рукам сестрички и обнимает в ответ, как и я.
Тайлеру пока очень неловко, но он хорошо держится и я очень рад этому, ведь моя сестра утащила его в спальню, что бы подарить ему её подарок на нашу годовщину. А мой подарок она уже вручила. Эта книжка "Радужный мир", которая посвящена гомопарам, но, я очень удивился увидев её, ведь из-за её содержания этой потрясающей книги не печатали с самого момента её сотворения. Она есть только в электронном виде.
Эш сказала, что своих источников раскрывать не будет и убежала с Таем наверх.
Закончив с посудой я жду моих девочек внизу. Всё-таки решаю чем-нибудь занять себя и открываю книгу с радужной обложкой.
"Вы когда-нибудь задумывались, почему все так любят радугу?" Ммм, интересненько..
"Она необычная. Её цвета в идеальном сочетание появляются на небе и радуют глаз. Она красива, ярка и нежна. Но, что было бы, если бы радуга была чёрной? Ничего. Да, вот именно! Люди просто бы не заметили ещё одной черноты в своей жизни.
Окружающие не всегда замечают людей, а если вдруг увидят, то конечно же любопытство поведёт дальше и всё зайдёт слишком далеко.
Так и с вами. Всё вас считают обычными людьми, такой же серой массой, но как заметят свет радуги внутри, то сразу срывают с вас защитный механизм и всячески высмеивают этот потрясающий эффект.
Радуга живёт в каждом, но не каждый решается жить с этим светом и открыто радовать им тех, кто его достоины.
И в этой книге мы поговорим обо всём том, что связанно с вашей радугой"
Это самая прекрасная книга.. Я буду читать её каждый день вместе с Тайлером.. Я сделаю всё, что бы его радуга сияла ярче всех..
Тай:
Эшли надежно закрывает дверь. Мы остаемся один на один, но я хочу остаться просто один. Даже без Джоша. Я - темное пятно на них. И я не хочу распространяться своей чернотой.
- Я думала, вы завтра возвращаетесь, - немного досадно размышляет девушка. Отлично, я испортил ее планы.
- Д-да, так и должно было быть, но рейс перенесли, - я хочу сказать это ровно, но голос предательски ломается.
- Ну, для вас это хорошо, потому что вы, голубки, получите свои подарки раньше.
Я криво улыбаюсь. Я не заслуживаю этого. Не заслуживаю никакого внимания. Совсем.
Но Эшли так не считает. Она просто не знает какой я грязный и отвратительный.
В руках девушки миленькая коробочка с фиолетовым бантиком, которую она с улыбкой вручает мне. Я тяну за ленточку, надеясь, что мои дрожащии руки не выдают меня. Надеюсь, правда.
Там такая мягкая милая плюшевая пижамка. Очередное доказательство того, что я был маленьким милым чудом. Во что я превратился?!
Наверное, я даже как-то одиноко обнимаюсь с мягкой тканью, тихо благодаря Эшли, которая довольно улыбается, наблюдая за моей реакцией.
Сложив пижамку в шкаф, я забиваюсь в уголочек кровати, поджимая конечности. Снова. Просто чтобы не распространять черноту. Не пачкать Эшли. Не пачкать Джоша.
Девушка принимается накачивать шарики воздухом, чтобы поднять их к потолку. Я просто пялюсь в то, как разноцветная резина растягивается, меняя свой объем, но стараюсь поддерживать диалог.
- И как там в Нью-Йорке? - между делом спрашивает Эшли.
- Дома намного лучше. Там слишком шумно и совсем не так уютно. Хотя, с Джошем любое место станет лучшим на свете, - а я испорчу все, что он сделает лучше.
Рыжеволосая ловко завязывает шарик и отпускает его под потолок. Я провожаю его взглядом, как и еще несколько до того.
- Что между вами? - немного строго, но все же обеспокоенно. Я нервно бегаю взглядом.
- Ничего. Эшли, все в порядке. Все хорошо. Мы до чертиков счастливы, - интересно, у меня получается врать?
- Не ври мне, - не получается, - ты никогда не называл своего парня "Джош". Что случилось, Тайлер? Он ударил тебя, обидел, вы поссорились? - немного молчания, я только успеваю рот открыть, как на меня обрушивается тихое, - он изнасиловал тебя? - я дергаюсь.
- Нет. Даже не думай об этом. Не думай, слышишь! Джош - милый невинный енотик. Я здесь мерзкий. Я! Не он! Он дарит мне жизнь. Джош всё в моей жизни. И он никогда мне ничего не скажет и не сделает. Никогда, слышишь?! Никогда и ни за что! - кажется, я срываюсь, но какое право Эшли имеет оскорблять таким гадким образом своего брата.
Я снова рыдаю и дрожу от всхлипов, закрывая свою грязную рожу руками. Я..я только что оскорбил девушку. Ненавижу себя.
Сквозь тьму я ощущаю теплые руки, которые осторожно подымают мою истерическую тушу, перенося на чьи-то колени и обнимая.
- Тшш..котёнок, я рядом. Я с тобой, - услышав родной успокаивающий голос, я жмусь к груди голубоволосого, что, очевидно, прибежал на мой сломанный голос, - малыш, что случилось? - теплые губы оставляют поцелуй на макушке и я всхлипываю.
- Я..я не хотел. Не хотел, правда. Простите, - я часто тараторю. Боже, что я за дибила кусок? Джош так прижимает меня к себе, успокаивая и обнимая.
Краем глаза я замечаю недоуменный и совсем ничего не понимающий взгляд Эшли на нас, но в то же время она будто бы предупреждает брата о том, что пропишет ему еще пощечин. Мне хочется защитить своего парня от этого. Джош не заслуживает этого.
- Зайка, всё хорошо. Ты ни в чем не виноват.
Дан заботливо целует меня в лоб, обвивая свою шею моими руками, а я поддаюсь. Пусть делают всё, что захотят. Голубоволосый бережно вытирает слезинки с моих щек. Я до крови кусаю губу, забывая о запрете.
- Котёнок, не кусай губки, - Дан целует меня в щеку и я послушно прекращаю, всхлипывая. Слезы капают из-под ресниц и я сам жмусь к Джошу.
Девушка виновато опускает взгляд и мы оба замечаем это.
- Эшли? - я ещё никогда не видел Дана таким серьезным, немного злым и готовым убивать за меня.
- Я все объясню, - рыжеволосая озадачена происходящим и теперь неизвестно кто от кого получит. Из меня вырывается очередной всхлип. Я не хочу, чтобы они из-за меня ссорились. Не хочу. Нехочунехочунехочу.
- Джош, не надо. Не надо, пожалуйста, - взмаливаю я, зажмурив глаза.
- Тшш..котёнок, всё хорошо. Ничего не случится. Зайка, я с тобой. Я рядом и не оставляю тебя, чувствуешь?
Голубоволосый мягко касается своими губами моего виска и я снова готов разрыдаться. Просто потому что он слишком идеальный.
Джош:
Чувствую родные руки на своей шее и совершенно не ощущаю мыслей. Мой разум вновь заполнил Джозеф. Я крепко держу его на себе, обвивая руками содрогающееся от всхлипов тельце.
- М-мы просто разговаривали, я заметила что-то не ладное, и.. и спросила и-
- Эшли.. перестань.. - шепчет в меня младший и сестра спокойно замолкает, садясь ближе к нам на край кровати.
Я не верю, что они просто разговаривали. Тайлер просто так не мог заплакать. Вернее, в его состояние сейчас, он мог, но не при ней, поэтому я больше склоняюсь к какому-то неприятному, личному вопросу в адрес каштановолосого.
- Зайка, ты не против, если мы поговорим с Эшли?
- Останься, прошу.. - сопит Джозеф и я успокаивающе поглаживаю его лопатки.
Возможно, это будет неправильно обсуждать при нём, но я должен выяснить почему он вновь расплакался.
- Эш, что ты спросила у него? - твёрдо произношу я.
Сестра замялась и, утупив глаза в кроватное покрывало, тихо начала:
- Я заметила, что Тайлер сам не свой.. Я решила поговорить с ним, - у младшего горят щёчки и он зарывается носиком в изгиб моей шее, - Ты же знаешь, что я заметила на вас укусы и царапины?
- Д-да.. - мой голос слегка дрогнул, но этого кроме младшего, что поцеловал мою шею, никто не заметил.
- Я.. Я решила, что ты.. что ты мог.. изнаси-
- Что?! - возражаю я. - Как ты могла так подумать?! Я никогда бы не сделал чего-то во вред кому-то, особенно моему мальчику! - прижимаю Тайлера крепче и плотнее к себе.
- Я не знаю.. Просто, он совсем грустный, потерянный, и он никогда не называл тебя по имени...
- Перестаньте! Прекратите, прошу! Я опять всё порчу! Ваша семья опять ругается из-за меня! Я, я причина всех бед! - малыш спрыгивает с меня и хрипло пытается кричать, - Я - сплошная катастрофа! - он начинает плакать и быстро убегает вниз.
- Тай! Милый, вернись! - пытаюсь остановить его и уже вскакиваю с кровати, как сестра меня останавливает:
- Может ты потрудишся мне объяснить что происходит? - давит она на меня.
Вот, с одной стороны, она моя сестра, близкий друг моего парня и ничего не случится, если я расскажу правду, но вот с другой стороны, Тайлеру и так сейчас тяжело и обидно, и скорее всего, он не хочет, что бы об этом кроме меня кто-то знал.
- Тай взрослеет... - шепчу я и бросаюсь за ним вниз.
В коридоре замечаю каштановолосого, который быстро впрыгиваю в кеды и пытается открыть дверь.
- Тайлер! - кричу я, и в последний момент, как только он уже собирается бежать вон отсюда, я цепляю его за руку и протаскивают к себе шипящие и плаксивое чудо.
Он рыдает в мою грудь и отталкивается от неё ладонями, пытаясь вырваться.
- Солнышко, успокойся, всё хорошо, мы не ругались, всё хорошо.. - глажу рыпающиесе тельце по спинке, задевая каштановые прядки на затылке и плотно защитно обнимаю.
- Джоши... - плачет он. Его сильно трясёт, а глазки слипаются. Я знаю, что ему плохо, поэтому, против его воли, поднимаю на руки и несу на кухню. Вместе с ним ищу валерьянку и наливаю ему несколько капель, как учила меня бабушка.
Пытаюсь напоить, но он не даётся, поэтому я набираю в рот лекарство сам и поцелуем передаю ему, заставляя выпить во что бы то не стало.
К нам спускается Эшли, садиться с нами за стол и просто смотрит. Она просто смотрит на то, как Тайлер приходит в себя, как я держу его голову. Смотрит на нас, пронизывая взглядом, пытаясь понять, но не понимает...
Честно говоря, я и сам мало что понимаю...
Тай:
Джош надежно обнимает меня, чтобы я даже не пытался убежать. Сладковатая гадость, которую меня Дан заставил проглотить и которая оставила гадкое послевкусие, не дает заплакать. Всхлипы душат меня. Я жадно цепляюсь к голубовосому, сжимая в кулаках ткань его футболки.
- Котёнок, все хорошо. Мы справимся, - Дан оставляет ласковый поцелуй у меня на лбу и я снова удушающе всхлипываю, - зайка, если хочешь, мы можем ни о чем не говорить и просто пообниматься, - я согласно киваю и чуть удобнее устраиваюсь в руках Джоша.
Моя голова несмело прислоняется к его ровно вздымающейся груди.
Сегодня месяц с нашего первого поцелуя. Во что я превратил это день своими истериками? Куда уже хуже? Ненавижуненавижуненавижу!
Джош успокаивающе гладит меня по спине.
- Хочешь, поцелую? - осторожно спрашивает голубоволосый. Отлично, я заставляю его бояться ранить меня. Здорово. Прекрасно просто!
Но в ответ я снова киваю и просто рассыпаюсь от теплых прикосновений к моим искусанным губам. Искусанные раны трескаются и, кажется, я чувствую вкус крови.
- Зайка, тебе не больно? - Дан осторожно кончиком пальца убирает каплю ярко-красной жидкости. Я отрицательно киваю, - Котенок, я же говорил не кусать губки
- Прости, - виновато опускаю голову, но голубоволосый не дает, вновь целуя меня. Его кудряшки щекочут мне лицо. Это напоминает счастье и, кажется, мы синхронно улыбнулись в поцелуй.
- Солнышко, я люблю тебя. Люблю больше всего возможного, - Дан целует меня за ухом, но я не реагирую так, как раньше. Я хочу, правда. Хочу, чтобы все стало так, как раньше. Чтобы от каждого такого прикосновения я растекался в розовую лужицу, - Хочешь еще? - я не знаю о чем он. Но я хочу. Я киваю и на меня обрушивается дождик ласковых и нежных поцелуев. Такой теплый, пронизанный солнечными лучиками, - зайка, нас ничто никогда не сломает. Запомни. Я с тобой я рядом. Всегда, котёнок, - Джош шепчет это так тепло и я верю. Верю. Каждому чертовому звуку. Каждому прикосновению. Мои руки сами лезут к шее голубоволосого, обнимая.
Джош:
Я ласкаюсь к родным холодным рукам. Он тяжело дышит, утирает слёзки и только и может, что вяло целовать меня.
- Зайка, ты очень устал, хочешь спатки? - мой мальчик видимо забыл про присутствие сестры, и нежно, жадно утягивает меня в поцелуй.
- Нет! Джоши, пожалуйста.. Вдруг.. вдруг снова.. - он вновь плачет, а я обнимаю его.
- Хэй, милый, посмотри на меня, - поднимаю его личико руками, а он жадно цепляется в мою шею, всхлипывая и часто моргая. Я соприкасаю наши лбы и шёпотом, - всё будет хорошо.. я обещаю.. я буду с тобой.. Тем более, ты же не можешь не спать вечно-
- Могу! - он показательно выпрямляется, но я поднимаю его на руки, и предупредив сестру, иду на верх.
Под нами проносятся ступени, пролёты, минуты, но мы не обращаем внимания. Для нас существуем лишь мы. Мы и наши долгие, жвачные поцелуи, в которых я влавствую над младшим, а он наконец улыбается и углубляет поцелуй.
Захожу в спальню, и сажусь на край кровати, укладывая мальчика на неё.
- Солнышко, не бойся, я буду с тобой.. всё будет хорошо. - заботливо укрываю пледом.
- Я.. я.. - он отстраняется от пушистой ткани, а я обнимаю его.
- Чшшшш, я люблю тебя.. - аккуратно устраиваю его на кроватке и нежно целую красненькие щёчки. Он не может устроиться, поэтому я ложусь рядом с ним, чувствительно обнимая.
Нежно касаюсь губами лобика и глажу его спинку, смотря в очаровательную карею бездну.
- Постарайся уснуть, любимый.. Всё будет хорошо. Я пригляжу за твоими снами.. - заботливо целую его и повернувшись на бок обнимаю, предварительно всё-таки укрыв одеялком. Тай снова солнечно улыбается и вздохнув устраивает голову на моей руке.
Просыпаюсь от телефона, что вибрирует в кармане.
Аккуратно рукой тянусь к нему, доставая и открывая СМСки.
Эш:
Фото:
Сообщение:
Смотри, братишка, какие вы милые!
Ох, моя сестричка сфоткала нас спящими в обнимку. Я, как всегда, сама фотогеничность: рот открыт, волосы растрёпанны, лежу как придётся. А мой мальчик тихонько устроился в моих раскарёженных объятьях и улыбается во сне.
Он само солнышко!
Вы:
Ох, как мило! Спасибо, Эш. Только, предупреждай в следующий раз, когда фоткать будешь, сестричка, я сразу причешусь и рот прикрою)
Эш:
Ахаха, это точно, братишка!
Нужно поговорить с ней.
Вы:
Эш, прости, что так получилось... Я могу объяснить.
Эш:
Не надо, я уже обо всём догадалась сама.
Ты должен быть рядом с ним. Он должен вновь принять себя.
Она правда догодалась? Да, я знаю, что обязан быть рядом. И я вновь займусь им.
Вы:
То есть...
Эш:
То есть да, я догодалась и, да, мне достаточно одного слова "взрослеет"
Ты помнишь себя после того, как это случилось с тобой первый раз?
Вы:
Да...
Эш:
Ты неделю из дома не выходил, не спал три ночи на пролёт, ни с кем не разговаривал, помнишь?
Вы:
Да, я чувствовал себя ужасно.
Эш:
Как и Тайлер сейчас! Ему тоже плохо, он тоже расстерян и он, как и ты, тоже не хочет никого слушать, ведь убеждён в том, что это его вина и он гадкий и мерзкий.
Я помню себя и то, что говорил ей, когда она пыталась меня успокоить, после недели молчания. Я помню, как она утешала меня, а я ревел и пытался понять, что же я сделал не так и как мне дальше жить.
Эш:
Вот по этому ты должен всегда быть рядом! Ты должен заботиться о нём, ты должен вернуть ему уверенность!
Вы:
И я сделаю это!
Эш:
Я не сомневаюсь, братишка!
Я улыбаюсь, ведь знаю, что она всегда поможет и поддержит, как тогда, с кружкой чая и с долгим разговором на крыше.
Эш:
Фото:
Сообщение:
Вот тот режим дня, который должен у него быть. Это я нашла в твоих вещах, не ругайся)
Вы:
Ох, точно, а я и забыл про него! Спасибо большое, Эш.
Эш:
Пожалуйста, но, мне нужно бежать, спишемся ещё! Берегите себя, мальчики.
Я довольно улыбаюсь и принимаюсь вновь и вновь перечитывать памятку режима дня, которую я сам выписывал своим кривым подчерком.
Я помню, как стесняясь всей ситуации находил в себе силы читать про это и составлял для себя определённый режим дня. Но, мой котёнок - не я. Он совёнок, очень пугливый, умненький, и как у него обстоят дела со спортом я даже не догадываюсь. Но, я подстроюсь под него.
Теперь я полностью вооружён, но не готов к сражению за Тая. Пока не готов.
Но я всё-таки откладываю телефон, поняв, что уже время спать, и вновь аккуратно обнимаю, притаскивая к себе, моего мальчика.
- Я с тобой, моя любовь. Я всегда с тобой. Спи, солнышко..
*конец 33 дня*