20.
*новый день*
Джош:
Я снова просыпаюсь первым. Солнышко ласково освещает мои голубые прядки. Мы дрыхнем вместе: он на мне, а я под ним и одеялком.
Мне хорошо и я чувствую, как его прекрасные бёрда своими костяшками соприкасаются с моими и я издаю утренний приглушённый стон с хрипатцой. Я невольно бужу моего мальчика и он утренне-мягко целеут мои прохладные губки.
- Ммм... Доброе утро, папочка.
- Ты даже во сне соблазнительный! - шепчу я и целую его шею вытаскивая из него первый стон. - Чшшшш, котёнок, всё хорошо... - я проникаю рукой под одеяло и поглаживаю его спинку, от чего он кусает свою губу и утыкается мне в ключицы. - Хороший мальчик, сегодня всё позволено!.. - выдыхаю я и шлёпаю его, выбивая из него отчаено громкий стон. Он кусает меня, а я довольно прикрываю глаза и стон вылетает из меня, как пробка из под шампанского.
Я отрываюсь от него буквально на секунду и взяв телефон для вызова персонала, говорю:
- Пожалуйста, завтрак в номер...самый дорогой!.. - я повесил трубку и вновь углубил поцелуй.
Завтрак и правда шикарный!
Вафли, каша, йогурт, разнообразные фрукты и конечно же чай и какао.
Я только вылез из душа и заметил Тая, что сидел в одном белоснежном халатике и нажёвывал вафлю.
Я протопал к нему и чмокнув, положил голову на плечо.
- Ты такой мокрый! Надень халат.
- Я мокрый, потому что не знаю, для кого придумали полотенца, а про халат - я не против, - я лукаво щурюсь и приближаюсь к его ушку. - только если твой... - шепчу я и тонкая кожа на ушке краснеет. Мой мальчик покорно встаёт и стаскивает с себя халат, стоя передо мной в одном белье. Я довольно улыбаюсь, влезают в халат и прижимаюсь к Джозефу, запуская его в ткань, чтобы разделить его на двоих. Наши тела тесно трутся спиной об живот. Каштановолосый блаженно одаривает меня поцелуями, а я наслаждаюсь его стонами после моих поцелуев и прикосновений к его трясущемуся животику.
Я не желаю его отпускать.
Тай:
Джош весь покрыт капельками. От того, что мы слишком близко они остаются и на моей спине. Когда они кочуют с живота Дана на мою спину, я чувствую прохладу, но после сразу же тепло от прикосновений голубоволосого. Его кудряшки наконец-то возвращаются, но сейчас я наслаждаюсь лишь беспорядочно прилипшими ко лбу мокрыми облачными прядками.
Папочка заботливо кормит меня фруктиками и мы просто упиваемся друг другом, утренними поцелуями..
Закончив завтракать, я игриво толкаю старшего на кровать, а сам усаживаюсь на его бёдрах, дразняще ёрзая. Целуя губы со вкусом чая, я стаскиваю халат с Джоша. Он просто закрывает мне то, к чему так хочется коснуться. Дразнюсь и совсем не уделяю внимания телу. Я опускаюсь ниже и дотягиваюсь до острых тазобедренных косточек. Там кожа совсем-совсем тоненькая и даже от моего несильного укуса Дан тихо шипит. Я же зализываю влажным язычком место укуса и наслаждаюсь тихими стонами. Немного ещё подразнившись и покусавшись, я вновь тянусь на верх, где так наслаждённо стонал старший, и мучительно целую в губы, давая властвовать. Я поджимаю ножки под себя, невинно смотря на измученного мною голубоволосого.
- Папочка, всё в порядке? - обеспокоенно спрашиваю я, наблюдая за тем, как Джош старается выровнять дыхание.
- Да, принцесса, всё хорошо. Всё просто прекрасно, когда ты рядом, - Дан собственнически тянет меня в поцелуй, а я устраиваюсь на его груди, позволяя поглаживать голую спинку, - малыш, хочешь поплавать?
- Хочу, но..
- Твоего желания достаточно, котёнок, - я кусаю голубоволосого за мочку уха, обводя кончиком языка колечко.
Я не знаю как и почему, но в шкафу нашего номера оказались плавки и для меня, и для Жошика. То, что они мои, я понял по белым и голубым рюшам, а так же записки рядом. Дан посмеялся с этого и с изобретательности его сестрёнки.
Переодевшись, в мой разум ударила одна ужасная вещь, которая перечеркнула просто всё и заставила свернуться рыдающим комочком в руках голубоволосого.
- Тише, принцесса. Ну чего ты, малыш? - успокаивающе говорит Дан. Я могу лишь всхлипывать и сквозь рыдания выдавить тихое:
- Ш-ш-шрамы..
- Котёнок, они у всех есть. И ты не обязан всем и каждому объяснять откуда они у тебя.
- И синяки..
- Ты мою спину видел? - я киваю, стараясь утупить взгляд в одной точке, - от того меня меньше любишь? - я активно отрицательно мотаю головой, всхлипнув:
- Н-но у тебя о-одна рана, а-а у м-меня по всему телу.
- Котёнок, ты у меня самый-самый красивый. Со всеми своими шрамами, синяками, ранками..Ты всегда для меня останешься таким прекрасным мальчиком, - Джош осторожно целует меня в лоб, прижимая к себе. Мне хочется верить ему. Нет, я верю. Но остальные люди..
- Джоши, обещай мне, что защитишь от всех и всего, что способно вновь сделать мне больно. Папочка, пожалуйста, - чуть ли не скулю я, прижимаюсь к груди голубоволосого.
- Обещаю, принцесса. Всё будет хорошо. Тебя никто не тронет. Даже слова не скажет, - от того насколько уверенно Дан готов меня защитить, я улыбаюсь.
Я натаскиваю на себя вчерашнее платьишко, а для Джоша Эшли где-то припасла майку с огромными разрезами для рук, чему рад не только голубоволосый, но и я, ведь она такая удобная, чтобы я мог коснуться рёбер своего парня и пощекотать. А Дану слишком нравятся пушистые юбочки на мне.
Мы выходим к бассейну, а там уже Эшли, Абигейл и Джорди. Младшие, увидев меня, бегут обниматься, а старшая сестра издали кричит о том, чтобы мелкие не бежали, чтобы не поскользнуться. Хотя через несколько мгновений оказывается рядом.
- Приветик, адская принцесса, - мы смеёмся, а Джош вообще не понимает этого прозвища.
Джош:
- С чего же "адская" ? - спрашиваю я.
Мои девочки лишь смеются.
- Мы тебе потом объясним! - хохочет сестричка и забирает младших к себе.
Мы с Таем устраиваемся на лежаках в блаженной тени, возле воды. Переодевшись, заказываем напитки и наслаждаемся друг другом. Я расстягиваюсь слева от него и принимаюсь за коктейль, что манил своим голубым цветом, коктейльной вишенкой и зонтиком малинового цвета. Его название: "Вечеринка у бассейна" и я надеюсь, что он безалкогольный.
Таю принесли шоколадный мусс с большой трубочкой и листиками мяты в корице.
Мой мальчик ложиться на живот, подставляя спинку под лучи света и мягко прикрывает глазки. Его купальник чутка спускается с его бёдер и оголяет верхнии очертания мягкого места. Я сожусь перед ним на колени:
- Тай... Солнышко, идём плавать...
- Ну, Джоши...
- Ты же хороший котёнок?.. - нежно целую плечо и прикусываю кожицу. Из него вылетает сладкий, горячий стон:
- Да, папочка, х-хороший... - он зажимает глазки и выскуливает что-то невнятное, но очень романтичное. Я плавно переворачиваю его на спинку и вижу умоляющие глазки, в которых отражается солнышко и моя пушистая макушка. Он напряжённо дышит, бегает по мне голодным взглядом и облизывает пересохшие губки, вытягивая шею ко мне.
Я ложусь на него, смотря таким же голодным и пронизывающим взглядом. Держу его за плечи и сладко целую. Чувствую, как сердца стучат в один такт. Слегка поёрзав на нём и получив нежный стон, я поднимаю его за плечи на себя и вновь сладко целую, добиваясь уже более громких стонов.
Из меня они тоже летят, но мне хорошо, вокруг ни души и я понимаю, что если сейчас не прекратить, то моё чудо может хорошо крикнуть, в порыве чувств, и привлечь не нужное нам внимание, поэтому я поднимаю моего мальчика на руки и несу к воде.
- Если ты хороший, то ты не откажешься поплавать с папочкой?
- Н-нет... - выдыхает он про меж ключиц.
- Умничка... - протягиваю я и ставлю его у лестницы в воду.
Сам залезаю в бассейн, вода приятная, тёплая, и тяну к себе Тая. Вода обволакивает наши тела, я кружусь с ним в руках и соприкосаю наши лбы. Мы улыбаемся и наслаждаемся друг другом. Мы счастливы.
Мой малыш снова на лежаках мило пьёт свой смузи и загарает.
Я вылезаю из воды, вдоволь накупавшись и нанырявшись. С моего тела под солнцем стекает вода, что мокрыми пятнышками остаётся на бетоне и плитке. Я иду к младшему и сажусь на его лежачок, прижимаясь мокрой спиной к его правому боку.
Он мурлычет, а я целую его лобик, что бы проверить не нагрелся ли он.
- Зая, ты не перегреешься?
- Не беспокойся, папочка, всё хорошо. - он устраивается по-удобнее на матрасе, что привязан к лежаку и отвечает на поцелуй.
- Нет, принцесса, так не пойдёт, - фыркаю я и тянусь за солнцезащитным кремом, что прихватил на всякий случай у моей семейки. - Я намажу тебя кремом, хорошо?
- Но, папочка!..
- Никаких "но" , принцесса! - отвечаю я и поцелуем получаю его робкий, тихий стон.
Я выдавливаю на ладошку белый крем, что пахнет розами, и аккуратно прикасаюсь им к лопаткам моего парня. Осторожно и равномерно расстираю по телу, плавно вожу руками, играю с кожей пальчиками, целую чистую шею. Мой Тай подвиливает под мои движения своими бёдрами, отчаянно скуля, что вызывает у меня стоны и я плавлюсь от этой атмосферы. Пока пропускаю ягодицы и хватаю его за лодыжки, чуть подталкивая его на себя, плавно массируя подушечки ног.
Мне приятно, когда ему хорошо, поэтому разгладив крем на ступнях я перебегаю выше. Его ножки - гладкие, худенькие и такие идеальные, что мне кажется, что так ухаживать можно лишь за руками. Моё солнышко всегда совершенно. Его голубо-белые трусики сидят на нём слишком высоко и я, решившись на важный шаг, аккуратно приспускаю их вниз, разглаживая на копчике крем и ведя его ниже, где-то к началу двух мягеньких подушечек.
Тайлер громко стонет, а я не хочу останавливаться и проникнув под ненужную тряпку, я выдаю шлепок и целую покрасневшую мягкую кожицу.
Стоны сыпятся из нас, словно цветы на свадьбе, я вновь переворачиваю его на спину и встречаюсь со взглядом полным желания и такой чистой, откровенной и неподдельной любовью с игривым вкусом похоти.
Я не хочу его мучать, ведь для нас обоих эта пытка и стоны становятся громче и горячее. Мы хотим сократить расстояние до минимума, но пока что я лишь обнимаю его и чувствую, как по его макушке сбегает пот, разбиваясь о мои плечи.
- Не сегодня... Скоро, но не сегодня... - выдыхаю я в поцелуй и наслаждаюсь нашими ласками, под плавно стихающие стоны.
Тай:
Мы жутко мокрые вылезаем из воды. Я жмусь к Джошу, пытаясь получить хоть немножко тепла.
Мы устраиваемся на одном из шезлонгов. Я завернут в руки своего парня и прижат к его содрагающейся от дыхания груди. Капельки воды с моего сопящего носика стекают по его животу. Я поджимаю ножки, стараясь обратиться в клубочек рядом с Даном. Он такой тёплый и уютный. Хочется остаться рядом навсегда. Старший поглаживает меня по спинке, касаясь к каждому выпирающему позвонку. Я благодарно тянусь к его шейке, невесомо касаясь губами.
Джош:
Покинув бассейн через час мы отправляемся наверх, в свой номер, и наслаждаемся той милой неловкостью, что нависла между нами.
- Хочешь домой? - спрашиваю я, присев на кровать и целуя плечико, приспуская рукав платья.
- Д-да... Я устал.. очень устал...
- Хочешь, завтра сходим на свидание?
- Хочу, - он сладко целует мои тонкие губки, теребя кудряшки. - с тобой хоть на край света...
- Край света ближе, чем то, до чего я готов дойти с тобой. - мечтательно шепчу я и прикрывши глаза сладко целую пухлые губки. - Я люблю тебя, Тай... Я готов пройти через всё...
- Ох... Джоши, ах! - снова слышу горячие стоны и Тайлер просто сворачивается в комочек у меня на коленях. Я глажу прядки моего котёнка и нежно целую его висок, пока он разглаживает брюки на моих коленях и целует их сквозь плотную, чёрную ткань. Я поднимаю его на руки, платье шуршит своим подолом о край кровати, я очарован той карей магией в его бездонных любимых глазках, что сочится сквозь его улыбку и заставляет мои уголки губ ползти вверх, до маленьких морщинок под глазами, являя миру клыки, веснушки и голубые кудри, что беспорядочно сползают по лбу.
- Идём, принцесса, нам пора домой.
Пока я прощаюсь с Эшли, мои родители смотрят на моего мальчика косо и идут к нему.
- Эш, подожди, что-то происходит... - я настораживаюсь и спешу к моему мальчику. Паника вновь берёт верх в моей душе и я обняв Тайлера, словно предупредив его, разворачиваюсь:
- Мам, пап? - замечаю я и загораживаю малыша своим телом.
Джозеф выглядывает из-за плеча, обнимая за талию. Я чувствую, что он замёрз, поэтому не обращая внимания на то, что родители идут ближе, я снимаю с себя пиджак и накрывают им плечики младшего. Он недовольно мычит, но я целую его в лобик и обернувшись, опешиваю от боли пощёчины, что достаётся мне от матери.
- Джоши! - Тай бросается на меня и нежно целует покрасневшие место на щеке. Боль приливает к коже и я невольно стону от неё.
- Как ты посмел привести этого трансвестита сюда? - шипит отец. Он совершенно трезвый, как стёклышко, но металл в его голосе заставляет меня ёжиться.
- Не смей. Слышишь?! Не смей оскорблять моего парня! - я рвусь к нему, что бы ударить, потому что ярость разжигает во мне огонь злости и ненависти к этому мужчине, которого я столько лет звал "папа".
- Нет, Джоши, не надо! Джоши, пожалуйста! Джош! - Джозеф держит меня за руки и тянет на себя. Меня спустя пару рывков отпускает и я усаживаю младшего в лимузин.
- Поехали, Тай. Я не хочу видеть этих нелюдей. - отчеканиваю я и хлопаю дверцей, прижимая к себе каштановолосого. Спокойствие возвращается, взгляд становится ясным и я прихожу в себя. - Прости меня, Тай... Прости, что сорвался.
Учти, что если кто-нибудь оскорбит тебя, накричит или, не дай Бог, пальцем тронет, то он встретится с моими кулаками! - Тай обнимает меня и просто целует.
Простой, глубокий поцелуй, что возвращает мне силы и любовь.
Тай:
Я отчаянно скулю, прижимаясь к Джошу. Он шумно выдыхает и проводит рукой по моей спинке.
- Джоши, прости.., - я тыльной стороной ладошки касаюсь раскрасневшейся щеки Дана, несмело целуя.
- Тай, не извиняйся. Ты ни в чём не виноват.
- Мне не стоило появляться в платье перед твоими родителями.. Мне вообще не стоило где-либо появляться, - виновато бормочу я. Голубоволосый бережно перетаскивает меня к себе на колени. Я могу лишь виновато смотреть на него.
- Что за глупости, принцесса? - старший прижимает меня к себе, целуя в макушку, - Ты очень-очень нужен мне и не важно, что тебе скажет кто-то ещё. Я люблю тебя и мы справимся со всем, что ждёт нас, - я утыкаюсь носиком в изгиб его шеи, тихо всхлипнув.
- Прости, Джоши, - подымаю голову и перехватываю сладкий чмок в губки со вкусом жвачки, который медленно переростает в жвачный поцелуй.
Я знаю, что на улице уже давно луна служит вместо солнца. И я так устал после всего. Я сворачиваюсь клубочком на коленях Джоша и обнимаю его шею, устроив голову на плече. Дан целует меня в лоб, шепча тихое "спи, мой маленький совенок". Я улыбаюсь и в предвкушении завтрашнего дня падаю в плен уютных снов.
*конец 20 дня*