16.
*новый день*
Тай:
Мне слишком жарко и липко, когда я просыпаюсь, ведь мы вчера не удосужились снять с себя одежду. Выскользнув из жарких объятий, я хватаю одежду и тихо, но активно топаю в душ.
Струйки прохладной, но не холодной, воды приятно стекают по мне и я будто бы оживаю.
Джош когда-то, наверное, прибьёт меня за то, что я таскаю его одежду. Но я не остановлюсь, ведь это так уютно. Я чувствую его тепло и запах. Это не сравнится ни с чем.
Пока я привычно готовлю завтрак, я вдруг ощущаю тёплую руку, что мягко треплет волосы под капюшоном, проходясь меж медвежьими ушками. Мне, конечно, не понятно зачем Джошику худи с ушками на капюшоне, но это так мило и уютно..
Ах, точно, вспомнил! Эту худи Эшли отдала мне. Она раньше брала вещички у Джошика, но теперь он вырос, а я нет. Так что для меня она идеальна.
Поцелуй остаётся на виске, но Дан не намерян долго радовать меня своим теплом, бросает "я в душ" и тут же скрывается.
Ну, я надеялся хотя бы на то, что голубоволосый предложит присоединиться. Я бы всё равно отказался, но мне нравится то, как Джош заставляет меня себя чувствовать.
Я успеваю закончить приготовление одного омлетика, когда хлюпанье воды прекращается. От того внутри замирает ожидание и мне так хочется поскорее прикоснуться к любимым губам, тёплой шее, мягким кудряшкам...
Но что-то Дана слишком долго нет. Я решаюсь пойти искать его, терзая себя догадками о том, что могло случиться.
Случается нечто ужасное..Я захожу в нашу спальню и вижу голубоволосого с убийцей кудряшек в руках.
- Как ты смеешь?! - возмущённо издаю я, в секунду оказываясь рядом, выхватывая горячий утюжок из рук. А он защищается, обжигая меня. Дан недоумённо смотрит на меня, не понимая происходящее, - Ты что творишь, Джишва?! Кто позволил тебе убивать свои кудряшки?! Ты знаешь, что твои кудряшки - самые очаровательные в этой жизни? Если ты убьёшь свои кудряшки - ты убьёшь меня!
Я не знаю сколько раз за свою гневную речь я произнёс слово "кудряшки", но достаточно много, чтобы Джош заулыбался. Горячий убийца в моей руке нещадно нагревал кожу и мне пришлось бороться с желанием заскулить от обжигающей боли. После гневного "Чтобы я больше этого убийцы твоих очаровательных кудряшек в руках твоих не видел!", голубоволосый осторожно обнимает обиженно сопящего меня, аккуратно вытащив раскалённое устройство из обожжённой хватки, на что я болезненно скулю, вжимаясь в Джоша, что надёжно держит меня в своих руках, успокаивающе поцеловав в шею.
Джош:
- Ну вот, солнышко, ну зачем ты полез? Ты же обжёгся! - я крепко обнимаю моего мальчика и невесомо целую обожённую кожицу. - Идём-ка, я помогу. - хватаю его на руки и несу на кухню.
За завтраком я выслушал ещё одну лекцию о моих кудрышках и их бесподобности, поел и аккуратно перевязал руку младшего, завязав бинт в милый батник, предварительно, обработав рану дезенфецирующей пенкой. Тай всё ещё дуется, но я знаю, как его утешить:
- Тай, хочешь сходить кое-куда сегодня? - с азартной улыбкой вопрошаю я.
Он невнятно, но заинтригованно хлопает глазками. Наклоняет голову вправо, подходя ко мне, а я нежно его целую, получив укус на нижнюю губу.
- Хм, а куда?
- Я хочу побаловать тебя обновками! - подхватываю его на руки, а он обвивает мою талию ножками и виснет на шее. - Я хочу отблагодарить мою принцессу королевскими нарядами! - моя худи сидит на нём идеально! Я подхожу к столу и мне глубоко плевать на все приличия, ведь в тот момент, я усаживаю его на стол и нависаю над ним. Чувствую его горячие, страстное дыхание, его лодыжки, что уже на моей согнутой спине, его прожигающий, просящий взгляд. Я ложусь на него, соприкосая бёдра и нежно зацеловываю, оставляя мокрую тропинку на его молочной кожице. Из нас поочерёдно вылетают стоны, смешанные с улыбками и взглядами. Мокрые, сладкие поцелуи.
- Джош... - хрипит младший от того, что я видимо слишком на нём устроился.
- Да?.. - шепчу я, продолжая целовать его грудь под приподнятой худи.
- Не-не сейчас... - обрывает он и выползает из под меня, когда я снимаю с него капюшон. Теперь я стою у стола и смотрю на покрасневшего, такого же как я, Джозефа. Мы вспотели, растрёпанные волосы, голодный взгляд, но, я остановился, потому что он попросил.
- Прости... прости, Тай... Чёрт, так неловко... Я просто... люблю тебя...
- Я тоже, но... - он глубоко целует меня, так и не договоря фразу, и обнимает, теребя кудряшки. Мне так легко с ним, что хочу забыть это происшествие, но не могу. Слишком чувства меня захлестнули. - Я тогда, пойду одеваться? - спрашивает он.
- Д-да, конечно... только надень пожалуйста голубой чокер... - отвечаю я, прижимая тельце к себе.
- Угу.. - лёгкий чмок и он убегает в спальню, а я, помыв посуду, прибрав за собой, тоже иду наверх, только к себе и ищу что-нибудь приятное к телу.
Тай:
Я пытаюсь отдышаться от произошедшого. Сердечко бешанно стучит. Я хочу этого, я понимаю, что это неизбежно, но я не готов. Совсем.
Что ж, если папочка хочет меня побаловать, значит, я тоже могу кое-что придумать.
Нацепив на себя платьишко-комбенизон с мордочкой Рилаккумы на груди, чёрные чулки и кофейную футболочку, послушно опоясав шею нежно-голубым чокером с кристальным кофейным сердечком в качестве подвески, я бегу вниз, где меня ждёт мой парень.
Я не сдерживаюсь и бросаюсь в его уютные объятия. Голубоволосый ощупывает ленточку на моей шее, а затем обжигающе говорит:
- Какая у меня послушная принцесса, - я заливаюсь румянцем, смущённо стараясь спрятать личико на груди Дана, - ты такой красивый, котёнок, - мокрый поцелуй остаётся на шее и выбивает из меня весь воздух.
- П-папочка.., - всё на что меня хватает, прежде чем Джош сладко целует меня и я так отчаянно нуждаюсь в этом. Мои руки невольно опоясывают любимую шею, где всё ещё багровеет моя метка собственности.
Голубоволосый ухмыляется, оторвавшись от меня, и я просто исчезаю под его влаственным взглядом.
Я, уже не стесняясь, сплетаю наши пальцы, довольно улыбаясь тому, что Джошик именно мой. Мой и ничей больше. Не отдам. Хоть убейте. М О Й.
Мы продолжаем ловить взгляды на нас. Ну и пусть смотрят. Нужно будет - на весь мир завоплю о том, что люблю Джошуа Уильяма Дана. И даже если не нужно могу об этом закричать.
Старший ведёт меня куда-то, я не знаю куда, но я доверяю ему и знаю, что он хочет самого лучшего для меня. С ним я готов на всё и где угодно.
Видимо, после вчерашнего папочка усвоил, что его принцессе нужно внимание и не мало, поэтому Джошик озаряет меня прикосновениями своих губ и я просто превращаюсь в искрящееся от счастья солнышко.
Мне долго приходилось уговаривать папочку баловать не только меня, но и себя, хотя мне просто нужно ненадолго остаться без него, чтобы кое-куда сходить и кое-что купить. От мыслей об этом месте я истерически улыбаюсь и заливаюсь румянцем, а уж если Джош узнает об этом, я просто на месте выкопаю себе могилку и лягу в неё.
Убедившись в том, что внимания мне больше не уделят и пропал из-под взгляда, я тихонько линяю.
Возвращаюсь с полным рюкзаком всякого добра и теперь я обязан тщательно скрывать его содержимое. Мягко чмокаю Дана в щёку, улыбаясь.
- Ты чего такой довольный? - говорит Джош, приобнимая меня за талию.
- Потому что у меня самый-самый лучший в мире папочка, - мне хотелось покрыть Джоша поцелуями, будто бы мягким одеялком.
Мне кажется, или Дан что-то подозревает?
Джош:
Мне кажется, или Джозеф что-то задумал?
Не, по-моему просто кажется. Мой мальчик просто счастлив и рад, вот и всё! Как же мне с ним повезло.
Я привожу Тая в женский отдел в дорогом бутике и решаю показать ему то, что так долго пленило меня.
- Смотри, Тай.., - я разворачиваю его от чулочков к выставочным платьям и показываю на центральное. Я совершенно не разбираюсь в материалах, но видно, что верх сделан из хлопка, с ожурным вырезом и кружевом у рукавов, юбочка из ситца с копроном, что подчёркивает лёгкость и утончённость модели и несмотря на прозрачный материал прикрывает всё с помощью поюбника. Боже, я говорю, как консультант!
Гляжу на очарованного парня с его довольностью и огонёчком радости и предвкушения.
- Хочешь?
- Очень, очень, очень!!! Я так рад, можно его примерить, папочка?
Вместо ответа сладко целую и прошу ассистентку принести платье в примерочную.
В кабинке по-моему взрыв. Тай шубуршится, шипит, ругается и что-то роняет. Я улыбаюсь, но всё-таки переживаю за него. Он такой милый и стеснительный, что на предложение помощи, он бросает лишь "щас, я скоро" и продолжает рушить примерочную. Я углубляюсь в мысли и ожидание, пожирая шторку глазами, когда слышу робкое "папочка, п-помоги мне пожалуйста с пуговичками". Я захожу к нему.
Тай:
Сердечко пропускает удар, когда я чувствую такое горячее дыхание Джоша на своей шее и его случайные касания к моей коже, пока Дан ловко застёгивает пуговички. От того спина покрывается мурашками и это не остаётся без внимания.
- Принцесса, всё в порядке? - лёгкий и неторопливый поцелуй остаётся на моей шее.
- Д-да. В-всё н-нормально, - я еле сдерживаю стон в себе, когда рука голубоволосого медленно ползёт вниз, на что я невольно прогибаюсь в спине.
- Тогда почему твой прекрасный голосок дрожит? - я ощущаю сколько наслаждения несёт для моего папочки власть надо мной с каждым его дразнящим прикосновением ко мне.
- И-из-за т-тебя, папочка, - последнее слово я шумно выдыхаю, ощутив губы на мочке уха.
- Тише, принцесса, нас никто не должен слышать, - старший влаственно, но плавно поворачивает моё раскрасневшееся личико к себе, влажно целуя приоткрытые для него губы, - зайка, тебе нравится платье?
- Да, папочка, - я улыбаюсь в любимые губки, напоследок чмокнув, - а тебе?
- Ты мне всегда нравишься, - от его голоса я не могу сдержать стон и он невольно вырывается из меня, а Дан еле успевает перехватить его в свои губы.
- Не послушный котёнок. Я что сказал о стонах?
- Прости, папочка, - я робко целую голубоволосого в шею, на что получаю одобрение в виде руки на голове, что прижимает меня к шее Джоша.
- Вот так..Хороший мальчик, - покорно продолжаю терзать чувствительную кожицу своими губами, намереваясь сорвать хоть один стон с любимых губ, но меня резко отстраняют, а я лишь жалостливо смотрю в потемневшие кофейные глаза с новым огоньком внутри, - что ты удумал?
- Ничего, папочка, совсем ничего, - вру, тараторя. Джош теперь совсем нежно целует в губы, окончательно заставив меня растечься в его руках.
- Хорошо, принцесса. Тогда, переодевайся и я жду тебя.
Дан заботливо растёгивает пуговички на платье, помогая мне от него освободиться, но всё же оставляет одного, хотя что-то мне подсказывает, что Джош подглядывает. Но не важно, это ведь мой парень.
Джош:
Он такой милый и стеснительный рядом со мной. От моего мальчика остаётся только розовая лужица и несколько сладких стонов, когда я с ним играю. Бедный котёнок, побаивается пока, стесняется, робкий.
Но я готов ждать и готов отдать ему всё время, лишь бы он привык к моей резкости и игривости, которую рядом с ним я не могу сдерживать, потому что он мой парень. Это так прекрасно звучит, так по-собственнически, так аккуратно и нежно!
Мы довольные покупками шагаем по торговому центру и просто болтаем.
Тайлер, зачем-то, резко остановился:
- Джоши, пошли туда! - он указывает рукой на бижутерию.
- Зачем, принцесса?
- Разве папочка не хочет себя порадовать? - он обнимает меня и невинно хлопает ресничками.
- Ты моя радость, Тай... - я целую его, но мой малыш сдаваться не желает, а просто ведёт меня к магазину.
- Ну, Джоши...
Я отпустил младшего бродить в другой части магазина, а сам выбираю кепку. Здесь много головных уборов, но мне больше приглянулась самая верхняя. Она простая, серенькая, из приятного материала, но наклейка "можете вышить любую надпись" рядом с ценником, была решающим аргументом в её пользу.
Я взял её и подошёл к кассе, а с другой её стороны увидел Тая и маленький мешочек, который вручила ему кассирша. Это странно, я потом разберусь.
- Здравствуйте! - поприветствовала меня леди, за кассой.
- Здравствуйте, вы не подскажете, правда на кепке можно вышить всё, что хочешь? - я показал ценник.
- О да, конечно. - она взяла её в руки. - Где и какую надпись хотите?
И тут я понял, что раз уж я "папочка" и решил себя, по желанию принцессы, побаловать, то я пишу на бумаге образец вышивки, своим кривым подчерком и прошу сделать её на затылке на лицевой стороне.
Леди удивляется, но не задавая лишних вопросов включает машинку, прикладывает мой образец и белыми нитями прошивает надпись.
Игла скачет, руки трясутся, а Тайлер уже довольный идёт ко мне.
- Пожалуйста, сэр. - я принимаю покупку мечты, расплатившись, выхожу из магазина к счастливому мальчику.
Джозеф сразу заулыбался, выпрямился и чмокнул меня в шею.
- Хм, что купил?
- Вот! Закрой глаза, Джош. - я прикрываю веками взгляд и не перестаю думать о пакете в его руке. На моей шее что-то застёгивается и я ощущаю слабый вес. Открываю газа, пакета уже нет. Господи, я что, брежу?
Брррр! Жуть какая!
Устремляю взор на свою грудь, где висит маленький ключик. Он ажурный, нежный, металлический.
- Это ключик от моего сердца, Джоши. Я доверяю себя тебе, папочка! - Тай обнимает меня, а я целую его костяшки на руках.
- Спасибо, принцесса, тогда я доверяю себя тебе! - я слегка покачиваюсь и любуюсь неровными зубками Тая, что показались из-за улыбочки. - Кстати, котёнок, смотри-ка! - я достаю кепку из пакета и одеваю козырьком назад, что бы он прочитал надпись.
- The Joshler? - удивляется каштановолосый.
- Именно! Я же, всё-таки, папочка! - лапочу я, подхватывая на руки смеющегося Тая и несясь к моей любимой кофейней на последнем, третьем, этаже.
Тай:
- Джоши, а почему "the joshler", а не "tysh"? - несмело спрашиваю я, наконец ощутив землю под ногами.
- Ты претендуешь на звание папочки? - голубоволосый вопрошающе изгибает бровь.
- Нет, нет. Нет, папочка, - тараторю я, надеясь, что Дан не пощитает этот вопрос проявлением наглости и непослушания, но старший как-то хитро улыбается и мне прямо страшно становится.
Мы должны были бы сесть друг напротив друга, но я тяну своего парня к себе. Никогда не понимал, почему в фильмах парочки на свиданиях сидят друг напротив друга. Это ведь так не удобно. Мы не могли бы коснуться друг друга, не могли бы поцеловать, я бы не смог положить голову на плечо Джошику.
Папочка не разрешает мне кофе, аргументируя это тем, что я ещё маленький. И то, что у нас всего лишь пол года разницы не способно его переубедит. Я обиженно дуюсь на него, никак не реагируя на прикосновения, но сдаюсь с первым ласковым укусом в шею.
- Тише, принцесса, сколько тебя ещё учить?
- Прости, папочка, - я вешаюсь в объятия голубоволосого, тесно прижавшись, а Дан так мягко и ласково поглаживает меня по спинке, целуя за ушком.
Джош:
- Что ты хочешь, кроме какао? - спрашивая я, завидя неподалёку официанта.
- А что хочешь ты? - игриво кусает мою мочку младший.
- Хочу укусить тебя в ответ... - предупреждаю я и он сразу зализывает рану. - А так, ты не против голландских пышных вафель?
- Угу... - я отвечаю на поцелуй и делаю заказ.
Через пару минут нам приносят наши вафельки, кофе и какао с зефирками.
Джозеф наслаждается атмосферой, едой, общением, а я упиваюсь его красотой и чуткостью. Мы, как в мыльных фильмах про романтику и любовь, целуемся под свет свечей на столе. Кофе меня согревает, вафли утоляют голод, а душа поёт от хриплых, скрытых стонов Джозефа, от того, что я слизываю с его щёк пудру и шоколад.
- Ты молодец, принцесса... Так нас никто не услышит... - я выдыхаю это и из меня тоже вылетает тихий стон от того, как насыщенно и ярко целует меня каштановолосый, соприкасая даже зубы и обжигая теплом нетерпеливого, ловкого язычка, что скользит по моим клыкам. Я не сопротивляюсь, обнимаю его, глажу прядки на затылке и шепчу тихое и нежное "я люблю тебя". Кладу голову на его плечо и вдыхаю полной грудью его запах.
- Я не в силах от тебя оторваться, ведь ты просто, просто Тайлер, просто та самая принцесса, просто тот самый котёнок, просто то самое милое солнышко, которое я до безпамятства люблю, ради которого я сделаю всё, что бы видеть эту лучезарную, кривозубою, милую улыбку, ради которого я готов жить и полюблю жизнь... - упс, видимо, я пробормотал это вслух. Так редко случается, но всё же странно...
Робко поднимаю глаза и замечаю расстроганную улыбку и наростающие слезинки, сквозь огонёк любви в бездонной карей пропасти и слегка приоткрытого, мокрого ротика.
Тай:
Мы возвращаемся домой достаточно поздно, ведь Джошик вновь затащил меня в кино и я не против, ведь это был не ужастик. Мы столь довольные и улыбчивые, а ещё зацелованные. Я быстренько прячу забитый рюкзак глубоко и далеко, чтобы Дан не нашёл ничего раньше времени. Рука ещё немного побаливает, потому Джошик заботливо вновь мучает меня лечением, сопровождая мой каждый болезненный вскрик лёгким чмоком. Из-за моей же руки голубоволосый не пускает меня к плите и готовит ужин сам, а после так вообще кормит меня, будто бы маленького. Но мне только льстит эта забота.
Перед сном я вновь тесно прижимаюсь к расслабленно улыбающемуся Джошику, накручивая одну кудряшку из чёлки на пальчик и мы просто смотрим друг на друга, изредка одаряя поцелуями, пока глазки сами не начинают закрываться. Тогда старший заботливо целует меня в лоб, прижав к себе ещё крепче. Мне приходится выпустить кудряшку и послушно обвить руками грудь Дана, довольно улыбаясь. Кажется, таким беззаботным я никогда не был.
*конец 16 дня*