11.
*новый день*
Джош:
Видимо, просыпаюсь я первым. Приятно спать на кровати с Таем. Он самое тёплое и нежное одеяло. Но, к своему удивлению, я просыпаюсь отнюдь не на кровати. Не знаю и даже не понимаю, что могло произойти, но я приспокойно дрыхну на полу рядом с дверью из комнаты.
Хм... Что же произошло? Самое логическое объяснение этому, так это только то, что я просто сильно ворочался во сне и упав, покатился дальше. Не хочу обдумывать другие варианты, ведь обычно это к добру не приводит. Аккуратно встаю и вглядываюсь в кровать. Тая нет...
Наклоняюсь и замечаю родную каштановую макушку в плену одеял и подушки на полу. И тут я резко вспоминаю, что ночью поднялся из-за его кошмаров и решив, что ему нужно отдохнуть, присел на пол и стал за ним наблюдать. По всей видимости, я тоже прикорнул. Улыбаюсь и аккуратно ступаю к нему, что бы не разбудить. Во сне он такой беззащитный, будто бы новорожденный зверёк, что спит под боком у мамы. Я поднимаю своего малыша и нежно кладу на кроватку. Младший лишь водит носиком и засыпает вновь. Я заботливо целую его лобик и направляюсь в душ.
После водных процедур я завтракаю на кухне и смотрю телевизор. В принципе, ничего нового. Одни забостовки да банкротство компаний.
Время близиться к полудню и часы встают на 12. Где же моё солнышко?
Слегка обеспокоенный я поднимаюсь наверх.
- Тай..? - войдя в комнату я вновь не замечаю его. Что за..? Паника бъёт тревогу и я более громко добавляю - Принцесса???
Ухо улавливает несколько всхлипов и мгновенное затишье. Обойдя кровать я нахожу кокон из одеяла на первом месте после пробуждения. Младший снова на полу.
- Хэй, милый, что случилось? - я приседают на коленки и кладу на него руку. Тишина. Не вздоха, не всхлипа. Просто тишина. Я начинаю беспокоиться и разкутываю его. - Тай, солнышко, что с тобой? - я поднимаю его на руки. Заплаканные распухшие глазки, постное тельце, что аж пижама влажная на спинке, растрёпанные волосы. Прислоняюсь губами к лобику - холодный. Значит он не заболел. Что же с ним происходит?
- Тай... - зову его. - Тайлер... - слегка повышаю голос от волнения. - Тайлер!
На громкий зов он поднимает на меня расстроенный взгляд. Его руки до этого просто висели, а теперь он хватается ими за меня. Ни слова. Всё та же тишина. Тишина без любимого бархатного голоса.
- Малыш, что случилось? - я будто вытащил его из комы свои вопросом. Он совершенно потерян, рассеян и даже напуган.
- Всё... х-х-хорошо-о... - шепчет он.
- Тай? - я сильно волнуюсь. Что же с ним твориться? Боже, теперь мне страшно оставит его одного.
Я срываюсь с места и с ним на руках бегу на кухню. Усадив за стол я ищу нашатырь. Буквально минута и лекарство вюу меня.
Джозеф обмяк и положил голову на стол. Его взгляд словно затуманен.
Я сажусь перед его мордашкой на колени и открываю пузырёк. Подношу к его носику и он тут же чихает. Тайлер будто оживает и сразу бросается в мои объятия.
- Джоши, ох... Джоши... - он плачет, а мой мозг только переваривает всё то, что произошло за 15 секунд. Я не понимаю... Как я это сделал? Он разве был без сознания?
- Тай, Господи, солнышко, что произошло? - я пытаюсь выудить из него ответ.
Он накрывает меня поцелуем и нежно шепчет "спасибо" , углубляя поцелуй.
Не знаю, что это было, но за ним я сегодня понаблюдаю.
Спустя долгого диалога, я всё-таки выясняю, что он просто был погружён в мысли, вот и всё! Представить такое даже не могу... Но, я не он, поэтому отправляюсь за его тарелкой с хлопьями.
Принеся и поставив на стол я довольный плюхуюсь на диван и обнимаю парня.
- Я не хочу есть...
Стоп. Что? Я сейчас не ослышался? Он не хочет есть. Докатились! Замечательно!
- Что прости?
- Я не голоден.
Что это за новости такие, а? "Не хочу есть"! А я вот заставлю.
- Как это так? Тай, тебе надо кушать! Откуда ты возьмёшь силы?
- Не знаю...
Я окончательно запутался. То ли он разговаривает сам с собой, то ли это у нас с ним не клеится диалог. Хм... Да что происходит?
Я беру к себе на колени еду и насыпаю в ложку только хлопья без молока.
Младший всё-таки на меня смотрит.
Я подношу ложку к нему:
- Давай, Тай, ну хотя бы перекуси...
- Не хочу...
Я иду на первый обманс ним и целую его. Он довольно отвечает и я незаметно расцепляю губы и запихиваю в непослушый ротик ложку.
От неожиданности он закашлялся и я сразу вливаю в него молоко с хлопьями. Я победно улыбаюсь, а он, видимо, не рад моей работе и недовольно кусает мою нижнюю губу, до крови, попутно ворча.
Тай:
Зачем я укусил Джоша? Дурак! Как я могу такое вытворять после вчерашнего?!
Мне слишком паршиво. Кажется, меня стошнит от любой еды. Потому я больше не даю возможности кормить себя, хотя Дан пытается.
Мне хочется уменьшиться, чтобы полностью спрятаться в сильных руках своего парня. Просто слишком нужны нежные, защитные обнимашки и поцелуи. Я знаю, так бывает после того, как я даю волю мыслям, но впервые я не один и впервые я настолько размяк. Тряпка!
- Тай? - я слышу обеспокоенный голос Джоша, но не могу вырваться из собственного разума, - Тай, ты здесь? - нет. Однозначно нет. Но что для Дана "здесь"? Каждый человек живёт в своём мире и для него этот мир и есть " здесь". Тогда, никто ни для кого не может быть "здесь". Все "там", - Тайлер!
От повышенного голоса я вздрагиваю, а затем убегаю от голубоволосого, но Джош идёт за мной и ловит в свои руки. Я расслабляюсь в его объятиях.
- Прости, принцесса, - я улыбаюсь, будто сумашедший.
- Ничего, Джоши, всё в порядке. Всё просто за-ме-чааааа-тель-но, - тяну я.
- Не пугай меня так, Тай.
- Я очень страшный? - на глаза наворачиваются слёзы. Я страшный и Джош бросит меня.
- Нет, малыш. Ты не страшный, просто..Я переживаю за тебя, - в ответ прижимаюсь к груди старшего, тихо всхлипнув.
- Прости, Джоши, я такой идиот..Мне не стоило вчера себя так вести и сейчас..и.., - голубоволосый затыкает меня, нежно целуя. И я так этого хотел. Обвиваю ручёнками тёплую шейку Дана, цепляясь за него, за последнее счастье в своей жизни.
- Тай, всё хорошо. Забудь об этом.
- Хорошо, - я обещаю, но на самом деле всё ещё помню. Всё ещё позволяю мыслям съедать меня.
- Ты позавтркаешь.
- Нет, Джиш, я не хочу.
- Это было утверждением, принцесса, - старший целует меня в лоб и подхватывает на руки, а я вновь грустно цепляюсь в него.
- Джоши, пожалуйста. Мне нужен только ты. Остальное мой организм будет отвергать.
Голубоволосый понимающе кивает и мы приземляемся на диван. Я устраиваюсь на коленях у Дана, выжидающе смотря. И Джош вновь сладко целует меня.
- Погоди. Джиш, а ты сам завтракал?
- Нет. Ты не будешь и я не буду.
- Нетушки, ты позавтракаешь.
Я соскальзываю с коленей голубоволосого и устремляюсь на кухню.
Думаю, готовка поможет мне отвлечься.
Но меня хватило лишь на несколько разных видов сэндвичей и чай. Уже лучше, чем ничего. Джош терпеливо ждёт меня за столом. Я ставлю еду на стол, обнимаю со спины, привычно желаю приятного аппетита и устраиваюсь напротив.
- Джоши..ты не против того, что я сегодня останусь в пижаме? - тихо спрашиваю я, виновато опустив взгляд.
- Нет конечно, но почему ты спрашиваешь?
- Потому что ты любишь меня в юбочках и всё такое.
- Да, но это не означает, что ты должен носить то, что я хочу.
- Не означает, - эхом бормочу я, изучая пол под ногами.
- Тай, посмотри на меня, - я слушаюсь, - я люблю тебя любым. Люблю тебя за твою личность, - уверенно, но ласково говорит Дан, а я растроганно превращаюсь в лужицу.
Джош:
Он очарователен! Но мне его жалко. Я правда не знаю, что с ним происходит и не могу помочь. Но я обещаю, что не оставлю его одного.
У младшего всегда прекрасная готовка. Что бы это ни было, от великих блюд, как паста карбонаре и мяса на углях, до милого маленького десертика или бутербродика.
Я с удовольствием вкушаю первый. Он с брусничным джемом. Ммм.... Это очень вкусно. Мягкий белый хлеб слегка размяк от сладости и внутри образовалась мякоть. Джема слегка больше, чем может удержать хлеб, поэтому оно просто соскальзывает на мои пальцы. Я довольно их облизываю и целую Тая. Он светло улыбается.
- Вот, - он берёт аппетитно пахнущий и выглядящий бутербродик. - Попробуй этот. - он довольно улыбнулся и поцеловав, положил мне его в руки.
Я довольно откусываю кусочек. Под поджаренной корочкой прячется что-то вкусное и тягучее. Хм, такой интересный вкус... Я давно его не пробовал. Вот, вроде и знакомый, а что это - понять не могу...
- Тай, а с чем он? - интересуюсь я доедая сладость.
- Ну, я поджарил хлебушек и намазал арахисовым маслом...
- Стоп. Что?
- В нём арахисовое масло... а что?
Боже, я не могу поверить, что я такой глупый! Как я мог забыть этот специфический запах и жирность на губах от него?! Я в ужасе подпрыгиваю с места, а обеспокоенный Тай бежит за мной.
- Джоши?! - он тоже нервничает, но я сильнее, ведь не хочу его пугать.
Я своими трясущимися руками переворачиваю аптечку вверх тормашками, но не вижу моего спасения.
- Ох... Господи... - ахает младший и едва прикосается ко мне. Я замечаю, что кожа уже в пятнах, а руки распухли. Мне становиться тяжело дышать и я хрипом выдаю:
- Тай! - я схватил его за ключицы и слегка трясу. - Тай, ты не видел мой шприц?
Он растерян и я понимаю, что он не сможет дать ответ. Я вздыхаю и быстрее бегу в зал. Ноги уже оттекают, а в глазах темнеет.
- Джоши, что случилось?!? Боже, Джош! - он срывается на крик.
Я отстраняюсь от шкафа, ведь там лекарства нет и падаю к нему в ноги.
- У меня... аллергия...на-на арахис... - я едва дышу и соображаю. Каштановолосый плачет и пытается понять, что сделать и вообще, что происходит.
До меня доходит это в последние секунды сознания:
- Тай... Вызови скорою ... - я падаю на ковёр и дальше ничего не помню...
Тай:
Джош вновь бессильно падает в обморок.
Чёртчертчертчертчерт..Снова из-за меня.
Успокойся, Тайлер. Заткни свою тупую бошку и спасай любимого человечка.
Я дрожащими руками цепляю телефон Дана, вытаскивая из джинс.
Послушно вызываю скорую и мне говорят ожидать в течении двадцати минут, ведь здесь ничего смертельного. Джош без сознания, но ничего смертельного. АБСОЛЮТНО! Слезинки капают мне под ноги. Что я натворил? Почему всё так происходит? Почему я - сплошная катастрофа? Что, если сейчас Джоша заберут в больницу? Это слишком вероятно, а я в пижаме.
Не желая надолго оставлять безсознательного одного, я быстро бегу наверх, ухватываю первую попавшуюся одежду и сбегаю вниз, надеясь, что Дан пришёл в себя, но нет. Он всё ещё неподвижен.
Первое, что попалось под руку - вчерашняя юбка с футболкой и чулки. Ладно.. у меня нет ни возможности, ни времени, чтобы привередничать. Ну и единственная проблема - синяки на бёдрах, но под юбкой их не видно. Так что пусть будет.
Я устраиваюсь возле тела, взяв раскрасневшуюся ладонь в свою.
Звонок в дверь.
Всё происходит так размыто для моего испуганного разума. Я лишь обрывками помню то, как дрожащим голосом в слезах отвечал на поставленные вопрос. Мир потерял краски и размылся от потока слёз.
Люди в белых халатах сновали, для меня сливаясь с бледными стенами. Меня не пускают к Джошу и я могу лишь потерянным комочком слиться со стеной, прекратив существовать, а просто быть.
Но мне всё же удаётся проскользнуть в палату к любимому. Я просто опускаюсь на колени, ткнувшись лбом в уже нормально цвета руку, в которую было воткнуто несколько иголок.
Слезинки образовуют лужицу у ног.
Я совсем не знаю сколько я так просидел. Да, я слышал противное тиканье часов, но их заглушали мои всхлипы. И ещё слышал голоса врачей, их тихие жалостливые вздохи при виде меня, но всё же не пытались прогнать.
Внезапно я чувствую ласково поглаживающую руку на голове. С надеждой подымаю заплаканный взгляд и встречаюсь с любимыми тёмно-кофейными. Мне хочется броситься в объятия, но у Джоша в руке игла, потому сдерживаюсь.
- Прости, Джоши.., - обессиленно выдыхаю, прежде чем голубоволосый заставляет меня встать с твёрдого и холодного пола.
Джош:
- Всё хорошо... - мычу я и целую Тая.
Он всё ещё плачет, а я всё ещё не понимаю где я. Это определённо не дом, ведь такой режущей глаза белизны там не было. Ох, я же просил вызвать скорою... Так... Если меня привезли сюда, значит я был в тяжёлом состоянии, ведь обычно при таком просто колят припараты и всё.
Я тянусь к моему мальчику и обнимаю его, но боль в руке заставляет взвыть и откинуться обратно на подушки койки.
- Боже, Джоши! - волнуется Тайлер и ухватив меня, в кокон своих рук, нежно опускает.
Смотрю на руку - в ней игла, а от неё тянется трубка капельницы. Слёзы соскальзывают по бледным щекам и кажется, что этого печального отблеска никто не видел, но Тайлер моментально мрачнеет ещё на двадцать оттенков и берёт мою руку трепетно целуя.
- Я люблю тебя. - благодарно мурчу я, а в ответ, лишь рука в моих голубых облаках и нежный, мягкий поцелуй, что длится около минуты и прерывается бесцеремонным заходом в палату врача.
Тай смущённо отлетает от меня, щёчки небрежно полыхают румянцем.
- Здравствуй, Джош... Опять к нам?
Тайлер удивлённо хлопает глазками на слова врача.
- Д-да... - печально отзываюсь я. - Познакомьтесь, это Тайлер - мой парнень! - я счастливо улыбаюсь, а Тайлер чуть не плачет и я моментально отвечаю, нежно целуя - Тай, всё хорошо... Доктор Смит знает... Он друг семьи. - мой малыш улыбается и я тоже. - Ну, что на этот раз?..
Доктор печально вздыхает и подходит ближе к койке.
- В этот раз хуже... Прогноз таков: сильный приступ аллергии с потеряй сознания. Тайлер рассказал, что ты съел арахис, из-за него твой организм оказался поражённым и ты здесь. Не бойся, мы тебя сегодня же отпустим, просто прокапайся ещё часик и ты можешь собираться. Ладно, мальчики, я приду на выписку. - он кивает и выходит в холл.
Я тяжело вздыхаю и наклоняю голову на его плечо. Не смотря на стойкость, я продолжаю капать слёзками на себя и понимаю, что я в больничной рубашке, что славиться своей открытостью и лёгкостью, особенно сзади, поэтому моментально алею от смущения и натягиваю на себя своеобразное платьице. Тайлер замечает это и смущённо хихикает, но больше ничего не добавляет. Он нежно меня целует и встаёт с койки.
- Ты куда? - вяло интересуюсь я.
- В больничный кофетерий... Я спросил, что тебе можно есть...и..сказали, что можно есть овсянную кашку и б-булочки с корицой... Я-я хочу принести тебе поесть... Можно?
- Только не долго... - целую его в щёку и шепчу - Я люблю тебя...
Он кивает и ответив на поцелуй аккуратно уходит.
Я остаюсь один... Часы застыли на 6:08. Я поднимаю голову вверх. Эмоции правят моим затуманенным разумом, а я не знаю, как не задохнуться в новых слезах. Мне больно шевелиться, но я нахожу в себе силы поднять одеяло и взглянуть на ноги под подолом рубашки. Краснота спала, а отёки увеличиваются. Так не приятно...
Я совершенно потерян:
- Что же я натворил? - такое простое, но трепетное и грустное, срывается с губ и отстаётся гудеть холодным эхом в голове.
Тай:
Выйдя из палаты, я беспомощно скатываюсь по холодной стене. Слёзы душат меня.
Я виноват во всём этом. Я виноват в том, что Джош сейчас под капельницей. Я виноват в том, что его избил мой отец. Я виноват в том, что он поссорился с родителями.
Но мне слишком нужны его защитные объятия и клубнично-мятные губы, мягкие голубые кудряшки..
Мои мысли заполняет лишь Джош и я сдаюсь им.
Резко распахнув дверь, я делаю несколько шагов, вновь опускаюсь на колени и падаю головой на равномерно вздымающуюся грудь Дана. Его свободная от игл рука опускается мне на спину, поглаживая содрогающееся от всхлипов тельце.
- Прости, Джоши. Прости. Прости, папочка, - это всё, на что хватает разбитого и плачущего меня. Я могу лишь часто извиняться, не в силах сделать что-то стоющее.
- Ну чего ты? Всё в порядке.
- Нет, Джош, не в порядке. Ты из-за меня здесь.
- Из-за себя. Не ты заставил меня иметь проклятую аллергию. И ты не знал о ней. Потому что я очень умный и не сказал тебе, - чувствую поцелуй в волосах и рванно выдыхаю.
Джош:
Почему он винит себя во всём произошедшем? Это я глупый, а не он.
Вот Тай вспоминает про угощение и поднос оказывается на моих коленях.
Ароматная булочка оказывается в моих руках и слюнка уже бежит по губе. Ох, как же вкусно! Но поцелуи с моим парнем намного вкуснее и приятнее.
Я довольно жую вкусняшку и наслаждаюсь прекрасными карими глазами, что разглядывают меня пока головушка покоится на моих ногах. Сам он сидит на стуле, и лишь головой достаёт до уровня кровати.
Я улыбаюсь и глажу его по голове.
Мне хорошо с ним, он лучшее лекарство!
В палату входит врач, чём вызывает мурашки у Тая. За ним медсестра с полным подносом препаратов. Она сразу оказывается возле меня и моментально освобождает от капельницы. Я приглушённо охаю и зажмуриваюсь, ведь это достаточно больно.
- Джош, мы тебя выпишим, вот документы. Тебе уже можно встать, но сначала два укола и таблетки, чуточку положишь и можете спускаться к стойки информации для выписки. - он отдаёт всё документы дрожащему Тайлеру, что испуган от вида шприцов, как и я, и попрощавшись выходит.
- Мистер Дан, перевернитесь, пожалуйста. - медсестра аккуратно ворочиь меня на живот и рубашка покорно сползает за мной, оголяя то, что не следовало бы. Я заливаюсь румянцем и прячу глазки в подушку, ведь за мной, возле медсестры, стоит Тай и по-моему прекрасно всё видит.
Шприц глубоко входит в мышцы и я невольно дёргаюсь от боли. Ватка со спиртом аккуратно касается места "укуса" от шприца и другой тут же вонзается рядом. Боль пронизывает до костей и я взвываю.
- Всё хорошо, вы молодец! - бодрит медсестра и переворачивает меня обратно. Она запихивает в меня три таблетки, вливает какой-то припараты и уходит, оставив мою одежду в ногах.
Я со стеснением поднимаю взгляд на младшего. Он сидит рядом, на стуле, и смущённо глядит на меня, улыбаясь.
Он берёт мою руку и подносит к своей щеке. Не пойму, то ли он так поражён, то ли он не видел, то ли.. ох, нет... оставим эту затею...
- Я люблю тебя. - привстаю и целую его. Позволяю положить на свою спинку руки и прогибаюсь под ними. Они касаются выреза на спине, что достался от рубашки, и пальчики ловко скользят по моей спине. Я тоже обнимаю его и чувствую под футболкой выделяющиеся позвонки.
- Поможешь мне встать? И..и одеться..? - вымолвливаю я.
- Угу... - мило и смущённо кивает он.
Обвивает меня со спины, поднимает на себя, а я держусь за него и поднимаюсь с койки. Ноги чувствуют под собой холодную плитку и я слегка подкашиваюсь от отёков и слабости ног. Спасибо Богу, что у меня есть Тай.
Тай:
Джош чуть ли не падает на меня, но я ловлю его. Хочется взять Дана в свои руки и позаботиться о нём, но я такой беспомощный. И самый ужасный парень, что только может быть. Заботливо усаживаю голубоволосого, решая позаботиться о нём. Начну с простого. Забравшись за спину старшего, осторожно развязываю бант на больничной одежде. Почему все бантики такие неаккуратные?
Моему взгляду открывается незажившая рана, я осторожно касаюсь её краешка и слышу болезненное шипение, сквозь закусанную губу.
- Прости, - виновато говорю я, затем оставляя нежный поцелуй на шее. Каждая мышца на его идеальной спине напряжена и я вижу те иголки боли, что пронзают любимое тело, хочется насадиться на них вместо Джоша.
С верхом покончено, пусть голубые кудряшки остаются непослушно взъерошеными. Я понимаю, что придётся помогать Дану и с нижней частью одежды, в разуме уже встаёт картинка, как я стою перед голубоволосым на коленях, сосредоточено приоткрыв губы.
Фу, Тайлер! Фу! Что за мысли?! Тебе четырнадцать. Че-тыр-на-дцать. Десять плюс четыре. Семь плюс семь. Одинадцать плюс три. Тринадцать плюс один.
Вытряхиваю мысли из головы и ловлю ухмылку Джоша, от чего заливаюсь румянцем.
- Это не то, о чём ты подумал! - возражаю я, ловля то, как облизнул губы Дан.
- Хорошо, - этот тон..такой..будто бы он издевается, соглашаясь с моей ложью, - ты совсем ни о чём не думал, глядя на меня в одной футболке и нижнем бельё, - вновь довольная ухмылка. Я краснею до кончиков ушей.
- Ненавижу тебя, - тихо шиплю я, перебираясь вперёд.
- Не хами папочке, - а затем ненавязчивый шлепок по мягкому месту. Я краснею ещё больше, хотя, казалось, дальше некуда, - я всё слышу, - идеальные зубы смыкаются на моём ухе, оставив после себя след, - где извинения? - по спине пробегается дрожь от будоражещего сознание голоса. Я послушно целую мятно-клубничные губы голубоволосого, выдыхая:
- Извини. Я больше так не буду.
- Пока что прощаю. Хороший мальчик, - поцелуй в лоб и ласковое поглаживание по голове, а я осторожно обвиваю шею голубоволосого.
Справившись с одеждой, что заняла достаточно много времени для того чтобы Дан смог устойчиво передвигаться, мы идём вниз. Точнее, идёт Джош а я в его надёжных руках, ткнувшись носиком в изгиб обвитой моими руками шеи.
Я мечтательно закрываю глазки, втягивая любимый запах. Совсем скоро мы вновь счастливо окажемся дома, в тёплых обнимашках..
Джош:
Мы едем на такси. Я скоро буду дома в объятиях моего дорого парня. Сейчас уже вечер, мне всё ещё не по себе и даже болезненно. При выписке мне дали диетный лист, типо, список тех продуктов, что я могу есть. Да, скажу честно: таблеток у меня из еды больше, чем того, что мне можно.
Надеюсь, я не достану Тайлера моим привередничеством.
А вообще, я что-то в край обнаглел! Ну как можно было себе позволить такую вольность, а? Такое ощущение, что иногда я сам не свой и творю лишь то, что захотело сердце, а глупый мозг подчиняется! Ох, мне жутко стыдно, но я отвлекаюсь на Тайлера.
Он сидит слева от меня, за водителем. Свет фонарей мягко освещает его макушку, что должна сейчас быть со мной в кроватке и мирно лежать на плече, вместо того, что бы по среди, почти, ночи мотаться из больницы с аллергиком... В глазах отражаются тёплые лучики домов. Дыхание размеренное, грудь плавно подымается и опускается. Ножки тонкие, как у балерины, и они стоят друг на друге. Я дотрагиваюсь до его холодной руки, а он подпрыгивает от неожиданности. Видимо, я снова вытащил его из бездны мыслей.
- Тай, мы...мы приехали... - напоминаю я. Он быстро что-то лапочет, кивает, расплачивается за проезд и помогает мне встать. Всё-таки ногам пока сложно передвигать меня с такими оттёками.
Приземляюсь на диван. Боже, я так хочу спать... Видно, медсестра вколола мне успокоительное в смеси со снотворным. Меня сильно клонит в сон и веки слипаются.
Я слышу, как Тай бродит по кухне, что-то ищет, переворачивает с ног на голову и пытается вроде.. о, да, поставить чайник, верно. Я узнаю этот противный скрежет из тысячи. Будто миллион маленьких белок стучат своими передними зубками о что-то металлическое! Ох, это трудно переносить, особенно, при головной боли после приступа.
Джозеф садиться рядом.
- Прости... Прости, Тай, я..я просто не подумал...
Он просто улыбается, склонив голову на моё плечо и нежно целует.
- Люблю тебя, папочка... - шепчет он.
- И я тебя, принцесса...
Я всегда растекаюсь от его милого и невинного "папочка". Это звучит прекрасно! Так нежно и в то же время слегка требовательно.
Я отвечаю на поцелуй и слегка кусаю нижнюю губу. Из младшего вылетает томный вздох и я обнимаю его.
Тут, он вспоминает про эти, мать их, таблетки. И вот я тут же лишаюсь тёплого, соблазнительного Тая и надуваю в одиночестве губки.
- Так нечестно!
- Лечиться надо! - отвечает он и появляется с горой таблеток.
Он советует, как из правильно пить, а я еле-еле поспеваю за ним, глотая одну за другой.Теперь я вспомнил, что у вечерний синий таблетки побочное это снотворное действие. Я прямо-таки и засыпаю на ходу. Джозеф вновь поспешил на кухню, а я медленно, без предупреждения, встаю, опираясь на диван, и плетут к себе, ведь знаю, что Тай меня не дотащит. Но всё, что я могу, так это завалиться к нему на кровать, залезть под одеяло и ждать младшего в своих сновидениях.
Тай:
Я возвращаюсь с кухни и не вижу Джоша. В голове растёт паника, но я для начала решаюсь проверить комнаты.
Облегчённый вздох вырывается с моей груди, когда я вижу мирно сопящего Дана под одеялом. Я так же быстро стаскиваю с себя одежду и устало плюхаюсь рядом, обнимая ногой бедро голубоволосого.
Сквозь дрём я осознаю, что вообще-то сейчас в чулках и нижнем белье, что являло собой чёрные трусики, но я слишком сплю чтобы поднимать свою тушу и полноценно переодеться в пижаму.
*конец 11 дня*