22 часть
Время приближалось к вечеру, что означало, что скоро музей закроется, поэтому юноша сразу двинулся в туалет и скрылся там в одной из кабинок. К счастью, уборная находилась в самом углу и там не было никаких камер, что здорово выручало.
Взглянув на дисплей телефона, парень убедился, что осталось примерно десять минут до закрытия, и надел маску на лицо. На всякий случай.
Глубоко вздохнув, он надел ремень, на котором было несколько карманов с нужными для миссии приборами, кинул рюкзак в угол и поднял взгляд к потолку. Его задачей было пробраться по вентиляционной системе в зал, отключив предварительно сигнализацию и камеры наблюдения. У него уже была карта всего музея, поэтому он точно знал куда идти. Точнее, ползти.
Ступив ногой на унитаз, кареглазый отодвинул решетку на потолке и, немного подпрыгнув, забрался в этот не такой уж и просторный тунель, ползя вперед.
Стараясь не издавать лишних звуков, Чонгук добрался до нужного места и заглянул вниз через решетку, разглядывая обстановку внизу. Остался всего один охранник, который, очевидно, жутко желал сесть на свое кресло и просто заснуть. Что, в принципе, он и сделал, как только двери музея закрылись, и не осталось ни одного посетителя в нем.
И пока Чон взламывал систему через свой ноутбук, пожилой мужчина начал засыпать, и ему удалось это сделать за считанные минуты, но сейчас это мало волновало парня.
Руки опытного грабителя тряслись. Буквально. Он не мог нормально нажимать на клавиши, что сильно нервировало. На его лбу уже начал появляться пот, стекая по вискам вниз, но он был слишком озадачен, чтобы обращать внимание на такие мелочи.
— Есть! — Шепотом "воскликнул" Чонгук, когда удачно взломал систему и отключил камеры.
Для него это уже было проще простого, но страх всё равно наполнял весь разум. От этого не деться никогда, даже если твой стаж лет двадцать.
Жизнь такая непредсказуемая, что ты не знаешь, что от нее ожидать, поэтому нужно быть на стороже всегда. И Чон убедился в этом, когда в его дверь постучалась шестилетняя девочка.
Закрепив к потолку примочку с тонкой тростью, кареглазый проверил ее на прочность и убедившись, что вероятность упасть прямиком на эту шкатулку, мала, начал осторожно спускаться вниз, отодвинув в сторону решетку.
Оказавшись на земле, Чон выдохнул и закатил глаза, как только осознал, что все еще не отключил сигнализацию.
Но проблема была в том, что устройство находилось под носом у охранника, что слишком усложнило задачу.
Идя вдоль стены к столу мужчины, который, к огромному везению, крепко спал, Чон оказался возле него и судорожно задышал. Опустив на лицо маску, Чонгук обошел стол и встал рядом с охранником, пытаясь взглядом найти нужную кнопку. Сглотнув, он потянулся к ней и вздрогнул, зажмурив глаза, когда почувствовал, что стражник начал двигаться. Обернув осторожно голову к нему, юноша покачал головой и сжал челюсть. Старик всего лишь лег поудобнее, а его уже передёрнуло, словно за ним стоит куча полицейских с пушками в руках.
Нажав злосчастную кнопку, парень взглянув в сторону шкатулки, заметив, что датчики вокруг нее, которые светились красным светом, отключились, вызвав у него победную улыбку.
Конечно, он мог, между делом, украсть и другие экспонаты, но что-то ему подсказывало, что нужно сваливать отсюда скорее, потому что все идет хорошо. Никогда ничего не может быть слишком хорошо или слишком плохо, все с подвохом, и кареглазый это замечал очень часто, поэтому собирался взять эту единственную драгоценность и отправиться домой. К Ариэль. К Лалисе.
В следующую минуту юноша уже стоял в шаге от шкатулки, рассматривая ее. Нужно было всего лишь протянуть руку и взять ее, но Чон осторожничал, словно не знал, как схватиться за нее.
— Давай, Чон, быстрее, — сам себе под нос проговорил он и вытянул руку вперед, на которую предварительно надел перчатку. Взяв в руки шкатулку, кареглазый улыбнулся и схватился одной рукой за трос, при нажатии кнопки который поднял его медленно к потолку. Пришлось немного постараться, чтобы оказаться вновь в вентиляционном туннели, но через пять минут ему удалось это сделать.
Всё было просто. И это настораживало.
Не то, что бы у него были прежде какие-то проблемы с этим, но чувство волнения, даже когда он держал шкатулку в руках, не покидало его.
Убрав все мысли прочь, Чонгук закрыл дыру в потолке решеткой и направился к туалету по узкому проему. По схеме, по которой он оказался в главном зале, юноша добрался и до уборной.
Сложив все свои вещи, Чон взглянул на окно в туалете и подбежал к нему, закинув рюкзак на плечо. С трудом дотянувшись до ручки окна, он открыл его и, подпрыгнув, забрался через него на улицу.
— Дерьмо, — прошипел он, когда, прыгнув на землю, ушиб сильно колено, чувствуя, как по нему начинает стекать кровь.
Поправив рюкзак на плече, парень, хромая, двинулся к своей машине, которую оставил на соседней улице возле какого-то заброшенного парка. Меньше всего ему хотелось быть замеченным каким-нибудь прохожим, поэтому грабитель припарковал автомобиль относительно далеко.
Добравшись до него, он быстро забрался в нее, кинув рюкзак на соседнее сидение, и перевел дыхание.
Кажется, можно смело поздравлять себя с еще одним успешным ограблением.
Или....Он не знал.
Проезжая через безлюдные улицы в позднее время, кареглазый полностью был вовлечен в свои мысли, иногда отвлекаясь на дорогу. Его на данный момент тревожило все. Вся его дерьмовая, как оказалось, жизнь, эта шкатулка, Ариэль, проблемы с органами опеки, которые должны вот-вот нагрянуть к нему в гости. И, наверняка, это будет в тот момент, когда Чонгук будет, например, играться с девочкой и случайно попадет ей мечом по голове, потому что чаще всего так и бывает.
После двадцати минут езды Чон, наконец, оказался возле дома и ринулся в квартиру, чувствуя, что сон и жуткая усталость одолевают им.
Аккуратно открыв входную дверь, он вошел внутрь и осмотрелся. Все было убрано, на столе лежала тарелка с пирогом, а свет сочился только из настольной лампы, которая стояла на столешнице в кухне. Улыбнувшись всему этому, юноша направился в комнату, замечая милую картину: Ариэль мирно спала в своей пижаме с медвежатами, а Лалиса, крепко прижав девочку к себе, лежала рядом и тихо сопела в своей обычной одежде.
Кинув рюкзак в угол комнаты, парень снял с себя кофту и футболку и переоделся в домашние шорты. Умыв лицо после тяжелого дня и хоть немного придя в себя, кареглазый вышел из ванной и ухмыльнулся.
Конечно, он бы мог пойти лечь в гостиной, не смущая девушку, но какой идиот это сделает? Верно, даже идиот этого не сделает, поэтому грабитель подошел к кровати и лег рядом с брюнеткой. Немного приподнявшись, он оставил поцелуй на щечке Ариэль и взглянул на лицо Манобан:
— Ну и для другой малышки, — усмехнулся Чон и поцеловал ее в плечо, крепко прижавшись к ней и обнимая за талию.
— Вот видишь, малыш, мы уже и спим вместе. Знаешь, мне даже нравится, что ты молчишь, потому что обычно из твоего рта ничего хорошего не выходит в мою сторону.
— Мне тоже нравится, когда ты молчишь. Так что, заткнись и спи, — сонно пробормотала Лалиса и, взяв руку парня, которая расположилась на ее талии, переплела пальцы и обняла Ариэль, поддаваясь сну.
— Ух ты. Я ведь припомню тебе утром. И вечером. И каждый день, — все бормотал Чонгук, услышав тяжелый вздох в ответ.