Глава 8. Миша
***
Лера шагнула внутрь, оглядываясь. В салоне было тесно, но уютно по-своему. Вдоль стен стояли стулья, штук двадцать, не больше. В углу, на старой тумбочке, примостился телевизор, а рядом с ним — видеомагнитофон, главное сокровище этого места. На полках громоздились кассеты в потрёпанных коробках: боевики, мелодрамы, детективы и какие-то мультики. Лера провела пальцем по корешкам, читая названия. Знакомые фильмы, которые они смотрели ещё в школьном возрасте. Она присела на край стула, наблюдая за тем, как Валера возится с техникой. Он то включал телевизор, то выключал, то перематывал плёнку, то проверял, как идёт звук.
Работа кипела.
Но вот потянулись первые посетители. Заходили пацаны с района, пара парней постарше, даже одна девушка с косичками, которая стеснительно протянула рубль и попросила что-то «про любовь». Валерия быстро включилась в процесс: сама вызвалась собирать деньги. Туркин сначала сомневался, но спорить не стал — дел и без того хватало.
—С тебя рубль. — Лера протянула руку очередному парню в спортивном костюме. Тот молча кинул монетку рубля, скользнул взглядом по девушке и прошёл внутрь, плюхнулся на стул в последнем ряду. Валера тем временем запускал кассету. На экране замелькали титры, в динамиках зашипел переведённый голос. Кто-то из пацанов засвистел, кто-то крикнул «Громче!». Валера сделал погромче, но недовольно глянул в сторону кричавшего.
Лера примостилась на стуле у входа, делая вид, что следит за порядком. На самом деле она просто наблюдала. За людьми, за их реакциями, за тем, как они смеются в одних и тех же местах, как перешёптываются, обсуждая особенно крутые сцены.
Но краем глаза она всё равно следила за новым «другом». Тот то подходил к магнитофону, то выходил на порог покурить. И каждый раз, когда он проходил мимо, их взгляды встречались. На секунду, не дольше. Девушка отводила глаза, Валера отворачивался.
Молча.
Рабочий день тянулся медленно. Между сеансами Валерия успела пересчитать выручку — рублей тридцать набежало, довольно неплохо. Потом помогла Турбо перебрать кассеты, рассортировать их по полкам. Руки пахли типографской краской и старой плёнкой, но Лере нравилось. Это было лучше, чем сидеть дома и думать о том, как через неделю садиться в поезд.
К вечеру, когда последний посетитель вышел, пришло время уборки. Кареглазый достал ведро, тряпку и молча сунул их Суворовой.
—Мой. А я пока перекурю.
Та не стала спорить. Взяла тряпку, опустила в тёплую воду и принялась за полы. Вода быстро становилась серой от уличной грязи, которую нанесли посетители. В салоне пахло мылом, сыростью и немного хлоркой, старый запах общественных мест, который Валерия помнила ещё со школы.
Валера вышел на улицу, прикрыв за собой дверь. Прислонился плечом к стене, закурил. Выдохнул дым в тёмное небо и задумался. Мысли были невесёлые. Вова, Марат, дела, которые приходится разруливать.
Луна светила неожиданно ярко для зимней ночи. Огромный холодный диск висел прямо над крышами пятиэтажек, заливая дворы призрачным серебристым светом. Рядом с ней россыпью горели звёзды. Одни яркие, почти колючие, другие едва заметные, что-то вспыхивали, то гасли, будто кто-то на небе играл с выключателем.
Из головы не вылезала кареглазка.
Она запала куда-то глубоко, в самую душу, и теперь сидела там занозой. Чем больше он думал о ней, тем хуже становилось на душе. То ли от её неприступности, то ли от того, что сам не понимал, чего хочет. Злился на себя за эти мысли. Но прогнать их не мог.
Он затушил окурок о стену и бросил его в сугроб. Пора возвращаться.
***
Пока Лера «помогала» Валере с уборкой, она вдруг резко остановилась посреди зала, опираясь на швабру. Мысли нахлынули неожиданно, перекрывая всё вокруг.
Вокзал. Билеты. Она же совсем забыла!
Лера мысленно выругалась. Какая же она растяпа. Наверняка все билеты на восьмое число уже раскупили, праздники, люди возвращаются в города, в Москву вообще билетов не достать! А если не уедет? Что тогда? Оставаться здесь дольше нельзя, в Москве дела, учёба, съёмная квартира, за которую уже заплачено.
И Миша. При мысле о нём внутри всё сжалось.
Она уже давно собиралась с ним поговорить. Он не давал ей покоя, чувство вины грызло изнутри. Миша, который помогал ей во всём, когда она только приехала в Москву. Который вытащил её из общаги, помог снять комнату, познакомил с нужными людьми. Который заботился о ней, пока она училась на юрфаке. Он был рядом, когда было трудно.
А она?
А она тут, в Казани, буквально третий день, а уже чуть не «целуется» с каким-то уличным хулиганом. Лера зажмурилась, чувствуя, как щёки заливает краска стыда.
Нет. Она не такая. Не должна такой быть.
Надо что-то менять. И во-первых, сказать Валере, что это неправильно. Что она не свободна.
—Долго ещё? — голос Валеры раздался неожиданно близко.
Валерия вздрогнула и обернулась. Он стоял в дверном проёме, прислонившись плечом к косяку, и смотрел на неё. Сколько он там простоял? Слышал ли что-то? Лера занервничала, но виду не подала.
—Пойдём, я тебя провожу, — Валера шагнул в комнату, снял с вешалки её куртку и протянул Лере.
________________________________
девятая глава — 789 слов